Невероятные приключения Великой Пбратии (джен)

* * *

Сегодня в Кримэносе не было никого из Великой Пиздобратии. Потому это был самый спокойный день за последние годы.

Нити меж миром Жар-Птицы и Кримэносом настолько истончились, что при переходе сквозь полотно реальности, закрывающийся за спинами Великой Пиздобратии портал буквально взорвался, забирая и без того мизерную возможность вернуться назад, а компанию друзей толкнул сияющей волной вперёд, сбив их с ног.

Вывалившись и падая друг на друга, друзья оказываются под крышей давно заброшенного храма, чем-то отдалённо напоминающего архитектуру древней Греции: грубо обтёсанные ветром и пеплом золотые колонны, обросшие чёрной лозой, грозно возвышались над Пиздобратией, что валялась на переливающемся полу из невиданного ранее золотистого камня присыпанного мерцающем пеплом. Кажется, речи о чём-то золотом в этом мире будут повторяться бесчисленное количество раз.

Ещё не успев понять, что случилось, поднявшаяся на ноги Вейн попятилась назад и уткнулась в каменную стену, которая оказалась частью горы. Протерев в конце концов глаза, птица поняла, что свет в храм почти не попадает, так как он находится в вырезанной полости горы, соединяясь с ней лишь одной стороной, будто строение вставили внутрь скалы. В общем, это оказалось невиданной красоты местом, хоть и мало освещённым.

Ведьма, поднявшись с пола в сидячее положение, стала судорожно искать слетевшие очки. В это время Дэн, усевшись и потирая побаливающую от падения спину, во все глаза разглядывал сие чудо оставленной человечеством архитектуры.

— Вот это... красота... — заворожено произнёс он, глядя то на пол, то в открытые пространства между колоннами, то на странную растительность.

Несси, натянув очки на переносицу, начала оглядывать храм. Слова восхищения застряли в груди.

— Согласна с тобой, — единственное, что она смогла выдавить из себя.

А Катан даже не думал менять лежачее положение. Он спокойно смотрел, не выражая никаких эмоций.

В один момент подул лёгкий ветерок, слегка приподнявший пепельный осадок на полу. Особое внимание он уделил Вейн, которую посетило странное чувство, буквально заставившее достать свой меч из ножен. Тогда оружие неизвестным образом уменьшилось до размеров подобных кинжалу и подхваченный ветром, он дёрнул руку птицы. Причём так сильно, что ту от неожиданности повело в сторону желающего улететь меча.

— Ё-маё, меч, что с тобой стало?.. — с ошарашенным видом и огромными от шока глазами произнесла Вейн, а после перевела взгляд на Ведьму, — Несси, кажется, нам понадобится твоя цепочка, на которую мы привязывали Дэна.

— Ну, как повезло, что я всё своё барахло с собой таскаю. Момент, — Умбра потянулась к миниатюрной сумочке, рука там пропала почти до локтя, и вот, она уже выуживает ту цепочку, а следом за ней тянутся ещё пару безделушек, — О, это уже не то, — Она стряхнула их обратно в сумку, а цепочку протянула Голубю.

— Спасибо... — проронила птица. Она перевязала меч цепочкой и обмотала ей руку, чтобы следовать за сей волшебным компасом, — Ну, мы всё равно не знаем куда идти, а этот меч, как никак, волшебный. Вдруг и в интересное место заведёт, — Вейн обратила внимание, что её слушала одна третья человека.

— Эй, вы меня вообще слушаете? — окликнула она залипшего на колонны Дэна и собирающего пепел с пола Катана.

— Подожди, афиг пройдёт и мы во все уши тебя будем слушать, — Ведьма начала отряхивать одежду от пыли и пепла. Потом она достала телефон и сделала пару снимков, — На память.

— Да тут такие колонны! — отвлечённо говорит Дэн, — Глаз оторвать не могу...

Катан продолжал молча наблюдать за всеми. Голубь хлопнула ладонью по лицу.

— Как вы заебали...

Несси подошла к птице и похлопала ту по плечу.

— Мы тоже тебя любим. Давай, веди. Пусть того, кто останется, храм нахрен сожрёт.

— Ура, не надо будет отдавать долги! — радостно воскликнул Дэн и продолжил пялить на колонны.

— Да не дождёшься! — возразила Несси.

— Ну я тогда пошла, — Голубь начала демонстративно двигаться по направлению меча.

Катан собрал оставшийся пепел и по приколу начал вандалить, а именно, размазывать золотистую пыль в вперемешку с мелкими угольными кусочками по колонам, пока товарищи срались меж собой.

— Ахуеть современное искусство... Слушай, а нарисуй хуй, — глядя на Катана попросил его Вис.

— Да вы идиоты, — пробубнила Ведьма, — давайте, засрите памятники архитектуры другого мира!

Катан прислушался к Дэну и так смачненько захуярил на стене нарисованный хуй.

— Браво! — хлопая, воскликнул Дэн, — Браво!

Оказавшись у края храма, Вейн ахнула, обернулась к своим друзьям и крикнула:

— Эй, придурки, тут есть кое-что, что может заинтересовать вас!

— Голубь, подожди, я с тобой, нахуй их! — крикнула Несси, и побежала за птицей.

Тяжело вздохнув, Голубь дождалась Ведьму, а затем указала на просторы подле храма: яркий луч приторно жёлто-оранжевого света озарял лица Вейн и Несси, в этом мире словно всё было покрыто золотом. Тем не менее им открылся вид на парящие острова, которые заполонили почти всё пространство над горизонтом. Взглянув чуть ниже, они обнаружили, на первый взгляд, ледяное озеро, переливающееся всё тем же пепельным блеском, а за ним еловый лес. Он выглядел так, словно неоднократно подвергался пожарам, но пострадали только краски. Вместо привычных зелёных оттенков вся растительность имела тёмные, словно сгоревшие тона. Возможно, если бы у растений была бы жизнь после смерти, сюда бы попадали жертвы пожаров.

— Кажется нам надо было брать солнцезащитные очки... Клянусь, я ослепну к концу этого путешествия. Ну, ещё больше, чем есть сейчас, — Умбра поднесла ладонь к лицу, загораживая лучи солнца.

Вокруг горы летали маленькие островки, примерно пять на пять метров. Один из них упёрся в скалу и медленно двигался вдоль неё. Вейн, недолго думая, позвала Несси за собой. Когда они перешагнули на остров, тот неожиданно отошёл от горы и направился ровно по указанию меча, словно синхронизировавшись с ним.

— Ну, я понятия не имею как долго мы так можем лететь, а уж тем более теперь слезть с этой штуковины, так что, можно отдохнуть, — усаживаясь на чёрную мягкую траву, предложила Вейн.

— Ну, кто не успел, тот опоздал, как говорится. — Ведьма села рядом с птицей и уставилась вдаль.

— Блять, Катан, — вдруг сказал Дэн разошедшемуся в рисовании хуёв товарищу, — Они дали по съёбам.

Висмут глядел на то, как Несси и Вейн спокойно себе удаляются от храма на летающем островке.

— Ну что ж, другого способа нет, — выдохнул Катан — придётся идти пешком. — Он подошёл близко к обрыву и посмотрел вниз, — Дэн, не хочешь по прямой, прямо вниз спрыгнуть? — предложило нечто.

— Бро, ты ёбнулся? — испуганно спросил Дэн, — Конечно хочу! — переменившись в лице воодушевлённо крикнул он.

Дэн подбежал к краю следом за Катаном и схватился за его чёрный-чёрный хвост.

— Только прыгаем вместе.

— Конечно, ты ещё сомневаешься, — Катан, недолго думая, поднял Дэна за шкирку и положил себе на плечо. После, оттолкнулся от поверхности обрыва так, что тот сломался и каменные ошмётки полетели по склону. Прыжок был настолько сильным, что они пролетели несколько метров до того, как начали вместе падать.

Только начав предвкушать вкус ожидаемых приключений, горе-художников застигает врасплох Несси, поймав их прямо в воздухе и притянув к себе, с помощью магии.

— Вы что, хотели супер-мега крутое приключение с тем, как вы пробираетесь через сгоревший лес и ледяные болота? Нет уж, хуй вам, а не радости такие, — пробурчала лёжа на траве Вейн.

— Ну блин блинский, я то думал щас на чилле на кайфе пропутешествуем с Катанчиком, а вы!.. Тфу, — разочарованно проговорил Дэн, упав с Катана на траву, — Не даёте людям время по-товарищески провести!

— Какие мы ужасные друзья! Не дали вам потеряться хуй пойми где, без карты, без еды, без маршрута. Наказание, а не товарищи, — продолжала бурчать птица.

— Да вообще пиздец! — воскликнул Вис.

— Почему без еды? У меня есть Дэн, — серьезно ответил Катан.

— В смысле блять? — глянув на друга сказал Дэн, — Я всегда знал, что ты пидор, но чтоб на столько?! Ужас... какие ужасные вокруг меня люди! — наигранно разглагольствовал Дэн, положив руку на сердце.

— Какие мы сволочи, — Ведьма театрально приложила ладонь к груди. — Оставили Дэна без приключений на пятнадцать минут, а Катанчика без обеда.

— А это, кстати, у нас будет что-то в виде обэда? — намекнул общажный Катан.

— Да, кстати, к обэдам хотелось бы приобщиться многим из нас, — намекнул на намёк Дэн.

— Как вариант, у меня может быть что-то. Щас, — Ведьма начала рыться в закромах своей миниатюрной сумочки, — О! Нащупала, — её рука вынырнула вместе с жестяной коробкой печенья, — Пойдёт?

— О, пища богов! — воскликнул Вис, тут же потянув лапы к печенью.

Ведьма вручила другу коробку.

— На, я пока попить поищу.

Висмут тут же её открыл. Но ликование его сразу сменилось разочарованием, а потом перетекло в безудержный смех.

— Это же м-мем! — скрючившись над коробкой, наполненной нитками и иголками, сквозь смех кое-как проговорил Дэн.

— Бля, а нахуя мне она вообще? Я ж даже шить не умею... — озадачено сказала Ведьма, смотря через плечо Дэна. Благо вода была настоящей.

— А я то думала куда она делась! — воскликнула Вейн, — Осталось не забыть забрать её у тебя после приключения.

— Складывают у меня своё барахло, место только занимают... — тихо бубнила Несси.

* * *

Безмятежно пролетая над просторами пепельного мира, Великая Пиздобратия предалась размышлениям о всяком. В один момент Дэн подскочил с жжёной травы, чтобы указать всем о приближении к невероятного вида городу прямо в небесах, словно все маленькие островки стягивались под ним, образуя отдельный мир. На возгласы Дэна о том, как же ему пестрит в глазах, поднялись остальные члены Пиздобратии и устремили взоры к городу, которого будто коснулся Мидас: всё отдавало роскошью и золотом; высокие дома, все как один были подобны замкам, их золотые шпили устремлялись высоко в небо, заслоняя собой солнце.

— Вау, будто какой-то школьник в креативе хотел построить дом из алмазов, но нашёл только золото, — с поддельным восхищением сказала Вейн.

— Какой-то цыганский город, вот честно, но мне нравятся эти летающие острова, — сказала Несси, глядя в небо над городом.

— А меня слепит, — недовольно буркнул Дэн, — Хотя... ладно, выглядит всё равно интересно.

Катан смотрел, смотрел и смотрел, наверное в его голове было только то, что это всё надо спиздить, а остальное было побоку.

Как оказалось, дрейфующий островок летел прямо к городу. Слегка опустившись, он мягко врезался в грунт, вдали громадных оборонительных стен. Недолго думая, товарищи принялись искать вход в сея невероятный город. Судя по большому пространству, созданному из мелких островков, город очень давно не менял свои границы.

Шествуя вдоль стен, Пиздобратия вскоре набрела на открытые нараспашку ворота. Удивительно, но в позолоченном городе, что ослепляет путников снаружи, внутри нещадно царит свой отдельный теневой мир, из-за чего все фонари горят круглосуточно. По обе стороны ворот стояли величественные стражи в латной позолоченной броне. На их шлемах вырисовывались черты дракона. От плеч, словно языками пламени на пепельном ветру, развивались красные длинные перья. В руках они держали длинные кристаллические мечи красного цвета, к концу переливающимися оранжевым.

Спрятав кинжал в рукав, Вейн обратилась к одному из стражников:

— День добрый, а не... — не окончив предложение, птица задумалась, вслушиваясь в тяжёлое дыхание стражника, — Чуваки, а он спит...

— Этот тоже, — констатировала Несси. — Классная оборонительная система конечно...

— Давайте спиздим у них доспехи? Они выглядят секси, — сказал Дэн.

Катан не обратил внимание на разговор его друзей. Он достал свой любимый перманентный чёрный маркер, подошёл тихонько к стражнику и легонечко, плавными движениями руки нарисовал на нагрудном доспехе хуй. Да такой, что можно было из далека разглядеть. Потом он подошёл ко второму и повторил такие же действия, только быстрее. После чего отошёл и закрыл маркер.

— Что ж на этом я сделал всё, что мог, — сказал тихо хýевый проказник.

— М-да... Мне кажется, даже наличие нарисованного хуя не отменяет желания спиздить их доспехи, да? — Ведьма посмотрела на Дэна.

— Гей-гений... — воодушевлённо прошептал Вис, — Теперь они ещё лучше!

— Ну тогда нам ничего не остаётся, как идти дальше, — слегка вытащив меч из рукава, Голубь сверилась с направлением и убрала его назад.

Бросив многозначительный взгляд товарищам, Вейн двинулась по длинной пустой улице, озираясь на здания с завешенными окнами. Ведьма неспешно следовала за птицей, поняв, что уговаривать пару беспечных вандалов бессмысленно.

Пока Несси и Голубь спокойно себе пошли исследовать город, Вис оглядывался на месте, да всё подумывал стянуть со стражника доспех. Тут его неспокойный взгляд зацепился за дом, что стоял чуть дальше ворот. Его фасад оформлял совершенно дурацкий, слишком нагруженный узор, который ну совсем не подходит остальной части здания. И выглядел он настолько чужеродным, что Дэн не удержался и, повернувшись к Катану, сказал:

— Бля, брат, нарисуй и на этой хуйне хуй!

Катан посмотрел на Дэна и достал второй чёрный перманентный маркер.

— Вот и настал твой час стать одним из многочисленных хуетворцев, — Катан протянул ему орудие вандализма с улыбкой.

— Бро... — затаив дыхание и протянув руки к маркеру, как к настоящему мечу, проговорил Дэн. — Это огромная честь для меня!

Висмут принял величественный предмет, тут же открыл его и возвёл остриё маркера к небесам.

— Бойся, мир! Настал мой черёд творить хуи! — прокричал он.

Глупая, некрасивая стена с дурацким узором теперь получила усовершенствование от рук истинного художника — чёрный, огромный, фигурный хуй теперь красовался на ней.

— Настало время разыграться, Катангенс! — обратился к товарищу лис.

После этих слов он побежал рисовать хуи на всех остальных поверхностях, которые, как ему показалось, были недостаточно украшены великим хуе-символом. Катан тоже не отставал от него. Тот решил пробежаться по балконам, чтобы с высока было прекрасно видно эти чудесные исторические хуевые иероглифы. Также он втихую рисовал на окнах жителей города и в разных открытых взгляду местах.

* * *

Недолго шагая, девушки зашли за поворот, где встретили первого за всё время не спящего представителя этого мира. Пред ними оказалась прекрасная птицеподобная дама с красным оперением, одетая в белое шелковистое платье с длинными рукавами, расшитыми золотыми узорами с обилием драгоценных камней, что украшали его. В её сложной причёске проглядывались золотые нити, переплетённые в косах и закреплённые сверху, подчёркивая золотую корону, лучи которой напоминали солнце. Не смотря на всю вышеперечисленную роскошь и статность вида, только заприметив нежданных гостей, птица заверещала, подобно сирене, бросившись прочь.

— Мне кажется или с нами что-то не так, раз у неё такая реакция... — Ведьма невольно начала оглядывать себя, в поисках странностей. Видимо странностью были они сами.

— Оу, вот это по истине тёплый приём... — глянув вслед убегающей, произнесла Голубь.

— Твои ставки, нам это как-то аукнется, или похуй? Ходим, кошмарим людей, собираем информацию, — Несси поправила очки.

— А вот и не знаю, — покачала головой Вейн, — Нам лучше замаскироваться что-ли как-то...

Не успели они даже помыслить о маскировке, как с неба прилетели самые распрекрасные стражники с хуями на доспехах.

— Кажется это по наши души... — шепнула Ведьма.

Даже сквозь шлемы было легко понять как строго и сердито смотрели на них рыцари, наклонившиеся к нарушителям спокойствия.

— Вы! — строго забасил один, — Как вы посмели проникнуть в этот мир, а после осквернить великую стражу сея странными карикатурами? — направив меч прямо на Голубя продолжил он.

Нервно соображая, единственное что пришло Ведьме в голову — это нести откровенный бред. Заслонив подругу собой, она развела руки в стороны, в примирительном жесте.

— Видите ли, сударь. Мы просим прощение, за нашу столь необычную выходку. Но мы никак не хотели как-либо оскорбить вас и ваши прекраснейшие доспехи. В наших краях, сие символ, — она указала на хуй, что так и красовался на доспехе, — знак уважения и восхищения. Тем самым, мы говорим, что мы в полном восторге от вашего мира!

— Что-бы они не значили, вы первые гости в этом мире за последнюю тысячу лет и мы обязаны отвести вас к самой Жар-Птице, — убрав меч в ножны, сказал стражник.

— К Жар-Птице нам только и не хватало сходить... — проронила Вейн.

— Как говорится в наших краях: "быстрые ноги..." — начала великую фразу Ведьма.

Не дав ей договорить, стражники схватили обеих за запястья и взлетели.

— А может лучше пешком всё-таки?! — закричала Голубь, пытаясь спрятать так и норовивший вылететь из рукава кинжал, — Мне ещё нужна моя рука!

— Я уже и забыл каких неженок носят вселенные, — фыркнул страж.

— Ну конечно! Вам в доспехах не видавших сражений тысячу лет видней, кто из нас неженки! Клянусь, если у меня будет синяк на руке, или того круче, эти доспехи не спасут твои перья от огня, и ты будешь тупо курицей ощипанной и опалённой! — возмущалась Ведьма.

Никак не отреагировав на угрозы человека, стражник продолжил лететь, не сбавляя темп. Пролетев по паре коротких улиц, они оказались на большой площади, прямо перед самым массивным строением. Оба рыцаря плавно опустились на землю, продолжая удерживать пленниц.

Поражающий своей громадностью дворец, будто изготовленный из чистого золота, возвышался над головами вошедших. Это было единственное освещённое солнцем место.

Распахнув широкие двери, все четверо оказались в длинном просторном коридоре. Он выглядел ослепляюще, всё в драгоценных камнях, здание явно было вдохновлено какой-то аляповатой смесью величественной античности и нагромождённого, светлого рококо. Высокие своды коридоров, усеянные выбитыми из жилистого мрамора скульптурами птицеподобных фигур, хитрыми завитками и яркой живописью в золотых, белых и оранжевых цветах, кружили голову излишней блистательностью, сложностью.

Также и стены, все забитые полуколоннами со сложными, увесисто украшенными капителями, между которыми ещё и красовались волнообразные барельефы с непозволительно огромной кучей мелких деталей, не давали глазу отдохнуть. Арочные своды, которые вырастали из верхушек колонн, тоже были раскрашены золотыми узорами, уследить за переплетениями которых было невозможно.

Слепили своей хитровыплетенностью даже полы из того же жилистого мрамора, которые отражали убранство полотков.

Для непривыкшего глазу обывателя было просто невозможно ориентироваться.

Промаршировав приличное количество метров по вырвиглазному строению, стражники провели Несси и Вейн в громоздкий зал. В конце него стоял трон, а по остальной площади, вне ковра, ведущего к трону, были размещены столы и стулья, судя по всему, для пышных пиров.

На троне восседала дама примерно в тех же нарядах, что и единственная местная жительница, которую девушки успели встретить, но было одно, а вернее два, чётких отличия. За спиной, Жар-Птицы, красовались правое огненное и левое позолоченное крылья.

Как только взгляд местной королевы пал на новоприбывших, один их стражников пихнул Вейн вперёд.

— Эй, блин, ты сов... — не успела до возмутиться птица, как её прервали.

— Эта голубеподобная девушка со своей подругой устроили массовый вандализм на ул... — тут уже наглый стражник не успел закончить мысль, как вдруг вмешалась Жар-Птица.

— Что ты только что сказал? Голубь? Кто-то из них наконец смог попасть сюда?! — она немедленно пошагала к уже не пленницам, а гостьям. — Для подданых я Госпожа Жар-Птица, Светило нации, Восходящее Солнце, дарующая свет Мать, но для давних друзей, я называюсь Фелисой, — тогда она махнула рукой страже в знак того, что они свободны и могут идти.

— Друзей? — в недоумении прошептала про себя Вейн, протягивая ладонь для рукопожатия.

— А вы давно друзьями стали?.. — находясь в ступоре, прошептала Несси.

— А как вас зовут? — ответно протягивая руку спросила Госпожа.

— Йя... Я, Вейн, — заикаясь, ответила птица.

— Очень приятно познакомиться с родственником самой Рури. Как она, кстати? — продолжая поток неуместных вопросов, Фелиса подошла к Несси.

— Р-Рури? Прекрасно! — слегка задумавшись сказала Голубь.

— Замечательно, не сомневалась, что что-то могло пойти не так в нашем плане, — наконец она повернула голову к Ведьме, — А кто твоя спутница?

Вспоминая все разглагольствования Голубя о том, какая эта Рури плохая и сколько бед было ниспослано из-за этой женщины, Ведьма то и дело переводила взгляд с подруги на Жар-Птицу.

Трудно было вникнуть в происходящее, но Несси старалась. Потому она пока лишь улыбалась и поддакивала подруге.

Спохватившись, что обращаются к ней, она опомнилась и лёгким кивком головы поприветствовала гигантскую птицу:

— Я Несси Умбра, путешественница по мирам и спутница Вейн. Наслышана о Вашем... Величии?.. — это было очень неловко.

Пристально вглядываясь в образ Ведьмы, Жар-Птица улыбнулась и повернувшись спиной к гостьям, она сказала:

— Вот и познакомились! — разведя руками, она вальяжно пошагала к одному из столов, стоящих поблизости, — Давайте выпьем солнечного чая в знак нашего знакомства!

Девушки переглянулись, а затем направились к столу.

* * *

Когда Дэн рисовал блистающий своим великолепием две тысячи четыреста шестьдесят пятый хуй, его застали врасплох. Два стражника, облачённые в разрисованные хуями доспехи, оторвали его от своего шедевра-искусства, скрутили и потащили с собой.

— О нет! Моё произведение! Моё чудо!.. Это полицейский произвол! Прекратите это! Не отрывайте художника от работы! — надрывно закричал Дэн, глядя как он всё дальше удаляется от великолепной картины с идеально вырисованным по золотому сечению хуищем.

— Да откуда вы берётесь, хуёжники херовы! Вы реально думаете, что мы действительно никогда не видели людей? — плюясь со злобы, выругался один из стражников.

— Ну да. — успокоился Дэн чтобы сказать это, а после снова начал кричать и плакать. Кажется, уже более наигранно...

— Слушай, а вот кото-людей я ещё не арестовывал с полным изъятием вещей, — как-то слишком двусмысленно усмехнулся второй стражник.

— Во-первых, я лис, блять, во-вторых!.. Идите нахуй, я не собираюсь тут порно-фанфики устраивать! — уже разозлившись запричитал Вис, после этого толкнув одного стражника ногой. Резкий адреналин заставил Дэна выпустить висмутовые шипы, — О! Му-ха-ха-ха, бойтесь меня!

Стражники лишь переглянулись и потащили Виса дальше, делая вид, что ничего не было.

— Что, пидоры, обосрались? Му-ха-ха-ха! Я вас всех своими шипами выебу! Да-да! — войдя в раж, уже по приколу продолжил кричать Дэн.

— Ёбнутый? — спросил один.

— Ёбнутый, — подтвердил второй.

— Я?! Я не ёбнутый, это вы все ёбнутые! Я нормальный! Я нор-маль-ный! — ответил на переговоры стражников Вис.

Горожане удивлённо и с ужасом наблюдали за парой стражников, несущих маленький буйный комок рыжей шерсти.

И вот не успел закончить своё творение Катан, как он услышал подозрительно знакомый крик. Ну и конечно, как нечто мог пропустить такое представление? Отойдя от своего места пару метров и остановившись на карнизе, он увидел, как стража волочила кого-то буйного в паре метров над землёй.

— Ебать блять, пиздец, лошара... — посмеялся над бедолагой Катан, но когда присмотрелся, то узнал своего товарища. — Ещё лучше, — он пошарил в своих карманах и достал монетку. — Что ж, решка я его спасаю, орёл уёбываю нахуй.

Монетка... упала решкой. Катану это не понравилось и против своих же правил он подкинул ещё раз, но опять выпала решка. Тогда тот покрутил монетку и оказалось, что у неё были одинаковые стороны.

— Ну пиздец, ладно блять. Иду нахуй, — спрыгивая с карниза вниз, пробубнило нечто.

* * *

В это время Жар-Птица с гостьями попивали чай.

— А как поживает тот безумец, который до последнего не верил в наше могущество? — пригубив чай, спросила Фелиса.

— А-эм... Ну... — Вейн знала, что подобный вопрос рано или поздно прозвучит, но всё равно не была к нему готова.

Во спасение Голубя, неожиданно в соседнем зале послышались визги, звон и крики. Насторожившись, Фелиса встала из-за стола.

— Дорогие подруги, мне нужно отлучиться на некоторое время, надеюсь, вы не заскучаете тут без меня, — обратилась королева к Вейн и Несси.

Те в свою очередь лишь кивнули. После того, как птица покинула зал, обе выплюнули чай назад в кружки, а Вейн так же встала из-за стола и, позвав за собой Ведьму, направилась к выходу, как вдруг с потолка у самых дверей спрыгнул Катан. 

— Ты очень вовремя, — обрадовалась Голубь, — А где Дэн потерялся?

— Ээ... Ну... — Катан достал мешок и из него за лисий хвост достал Дэна. — Вот он, — сказал тот с улыбкой.

— Я почему-то не удивлена... Спалились пока хуи рисовали, да? — спросила Ведьма, смотря снизу вверх на лиса. 

— Они оторвали меня от моего произведения искусства!.. — жалобно закричал Вис, а потом вывалился из катанских лап и шлёпнулся на пол, — Я совершал акт творчества, а эти пидоры доебались до меня...

— Ну ничего-ничего, — Ведьма похлопала его по голове, — на обратном пути дорисуешь. 

В конце концов Вейн посмотрела на товарищей, а затем достала кинжал из рукава. Он указывал прямо по коридору.

— Ну что ж, пока мы одни, самое время съёбывать, — выходя из зала, сказала Голубь. 

Лис тут же оживился, но после чуть осмотрелся и тяжело вздохнул.

— Это чё, мы по вот этой ебанине аляпистой пойдём? — сказал он, показывая на потолки и полы замка.

— Вот ты тут минут пять, если не меньше, а Голубиный бог уже тысячу лет страдает от этого ужаса, так что давай, не ной и пошли, — повернулась к лису Вейн.

— Господи, бедный бог... — саркастично, пытаясь изобразить сострадание, сказал Дэн.

— А, точно, мы же бога вытаскивать пришли. Я уже забыл... — сказал Катан, почёсывая затылок.

— Тут ещё эта Жар-Птица, она меня очень напрягает, — ответила Ведьма.

* * *

И вот, Великая Пиздобратия потопала по длинному золотому светлому коридору, который уже начал переходить в зал. В целом, он был довольно большим и весь заставлен разными интересными артефактами, да и не только — вся история этого мира была тут. На пьедесталах стояли кувшинчики, расписанные как в древней Греции, что-то было спрятано под защитным золотистым стеклом, также лежали какие-то брошки, доспехи и одежды из золота... да и другие золотые всячины.

— Вау, не ожидала в этом мире повстречать что-то действительно интересное, — восхитилась Вейн.

— Пиздец, — выдал Дэн, всем видом своим показывая отвращение к блистающему золотом коридору.

— Как-будто на солнце смотришь, до того ярко, — в который раз жалела Несси, что не носит солнцезащитные очки, — А вообще, было бы классно поизучать это всё, может даже пару заметок сделать. — она достала из сумочки свою книгу, пытаясь найти пустые страницы, — Дэн, если не ослепнешь под конец, нарисуешь мне пару иллюстраций?

— Я боюсь, я всё-таки нахуй ослепну... — вздохнул Дэн, потирая глаза.

— Конечно ослепнешь, ведь твои глазки съем я, — прозвучал вкрадчивый хриплый голос откуда-то спереди.

Все резко остановились. Из-за колонны выглянуло бледное белоглазое лицо с металлическим улыбчивым оскалом. За ним медленно из тени материализовалось длинное тело, укутанное в грязный чёрный плащ. Существо выросло до трёхметрового роста, что аж Катану пришлось поднять голову, чтобы посмотреть на него.

— Привет, малюточки, — сказал незнакомец, — Вы то мне и нужны... 

— Ебать, а ты то ещё кто?.. — проговорила под нос Вейн, пытаясь взять меч и, хотя-бы попробовать его увеличить, но он неизменно показывал направление. 

— Какая-то зловещая хтонь, — сказала Ведьма. В ту же секунду в её руках заискрилась магия, направленная на высокое существо. — Он похож на теней из того мира.

— Я и есть Тень, маленькая колдунья, — всё также улыбаясь, лукаво сказал незнакомец, — Вы не бойтесь, не бойтесь, можете не прыскать своими несчастными фейерверками. Я вас не убью. Если вы дадите мне то, что таскаете с собой. Ну знаете... То самое.

— Чё то самое? — враждебно распушив хвост борзо выплюнул Висмут.

Катан посмотрел на нового персонажа и кивнул в знак приветствия.

— Бля, у меня так руки чешутся на это всё добро, — сказал невпопад нечто.

— Слушай, дружище, ты вообще не вовремя. У нас тут важная миссия как-бы, — скрестив на груди руки, проворчала Вейн.

Не сбавляя колдовства, Ведьма всё ещё стояла в боевой стойке, со своими фейерверками. К слову, её магию так низко никогда ещё не оценивали. Искры стали чаще сыпаться из сгустков магии, а сама Ведьма молчала.

— Мне кажется вы не поняли, — зубы существа опасно блеснули, — Мне плевать на вашу важную миссию, у меня к вам дело. Либо по-хорошему отдаёте то, что у вас есть, либо от вас тут и мокрого места не останется.

— Да мы блять вообще не в курсе, о чём ты пиздишь, — лис агрессивно завилял хвостом и прижал к голове уши.

— Вот скалиться ты горазд, а договорить, по существу, какая именно хуйня тебя интересует, даже промямлить не получается, — Голубь нахмурила брови и быстро заговорила серьёзным голосом.

Катан посмотрел на дружескую атмосферу и подошёл к молчаливой Ведьме.

— Бля, забей хуй на них, пойдём-пойдём посмотрим, ты вот, как раз сфоткаешь, а я... Что-то интересненькое потрогаю, — он дёргал Ведьму за плечо и тихо хихикал. 

Магия перестала искрится и в руке у Ведьмы появился телефон.

— Ладно, похуй, погнали, — она последний раз посмотрела на товарищей, на высокую хтонь и пошла уже за хтонью пониже и родней, попутно открывая камеру, примеряясь, что можно сфоткать. 

Теневой человек, всё также продолжая ухмыляться, свёл брови и наклонился к этим разозлившимся и гавкающим моськам, самой атмосферой вокруг себя пытаясь их напугать.

— Вы долбоёбы или как? Я же знаю, что вы сюда с собой притащили, блять! — начал злится незнакомец, опасно раздвигая руками плащ и показывая свои мускулистые когтистые руки в чёрных венах.

Поняв, что меч в этой битве Вейн не поможет, она принялась за устрашение через возможность колдовать.

— Не подходи, эксгибиционист херов, а-то я как колдону, — вытянув руки вперёд и приготовившись выкрикнуть заготовленную фразу в случай следующего шага противника, — Вот как колдону, ну ахуеешь прям! Я так блять колдовать умею! 

Дэн тоже не отставал от подруги в угрозах неизвестному существу и вытянул свои висмутовые лезвия, даже почти не блефуя, собираясь напасть.

— Пошёл-ка бы ты нахуй! Я блять ваще невдупляю чё тебе надо, съебись с дороги! — встав в боевую стойку, известную ему ещё с подростковых занятий каратэ, крикнул лис.

Пока товарищи ещё готовились сразиться в эпической схватке не на жизнь, а насмерть, Ведьма с Катаном прошли вперёд. Там Несси заприметила интересную вазу, расписанную золотом и украшенную драгоценными камнями, что даже так, без каких-либо источников света переливались и бликовали. Ведьма настроила камеру и сфотографировала. Вдруг всех ослепила вспышка света, непонятно откуда взявшаяся. Яркий свет заполонил весь коридор, бликуя на всех поверхностях от пола до потолка, ослепляя даже тех, кто секунду назад был готов ринуться в бой.

— Ой, товарищи, извините, я вспышку выключить забыла! — невинно пролепетала Несси.

— Вот спасибо за помощь, — радостно и быстро как пёрышко, Катан подбежал к Ведьме.

— Блять! — воскликнул Дэн, каким-то образом за этот короткий момент вспышки, хлопнувшись на пол, будто его кто-то толкнул.

— Да ёбаный свет! — прокричала Вейн, случайно выпустив поток магии прямо в тень, — Ой, бля... 

— Ай, больно в ноге! — вскрикнул ослеплённый и раненый незнакомец, неровными шагами отходя назад и по-старчески потирая место удара, — Колено прострелили, суки!

Наконец-то отойдя от ужасной вспышки, он оглянулся и...

— Блять, а где?

Взгляд его упёрся в голые стены. Вокруг не осталось ничего — ни слепящего своим богатством золота, ни экспонатов, ни статуй, ни барельефов, ни золотой отделки колонн под высокими потолками, ни фресок на этих самых потолках... Даже мраморного пола... Больше не было. Это совершенно сбило с толку, и Тень во все глаза осматривал окружение, не обращая первые секунды внимания на других людей в коридоре.

— Катанчик, верни вазу блять! Смазано получилось, тут только твои лапы, — прокричала Ведьма.

— Ну бля... — возмутился Катан.

— Это чё, Катанчик сделал?! — в ахуе воскликнул Дэн.

— Я даже не удивлена, если честно, — спокойно произнесла Голубь.

— Вы как коридор спиздили?! — в шоке спросил Теневой человек.

— Что спиздили? — посмотрел нечто на теневого товарища с недопониманием.

— Не мы, это всё он! — указал на Катана лис.

— Бля, поставь нахуй вазу, дай хотя-бы её сфоткать, — не унималась Ведьма.

— Ну руки чесались. А всё, всё, нет твоей вазы, а надо было раньше, — с ухмылкой произнёс Катан.

В этот момент заработала сирена, раздававшаяся на весь дворец. Понимая, что кончились хиханьки да хиханьки, Вейн серьёзно посмотрела на всех в пустом зале и произнесла:

— Ладно, хуй бы с тобой, здоровая херота, нам правда уже пора, — махнув друзьям рукой, птица зашагала вперёд по коридору, проходя мимо тени, — Если у тебя есть желание пообщаться со здешней королевой, можешь оставаться.

Теневой человек вновь встал во весь рост и, ещё не отойдя от произошедшего, задумчиво глянул на "дурацких человечков", как пока что окрестил их у себя в голове.

— Хм, — только и выдал он, после внезапно опять улыбнувшись.

— Бля, жаль, что надо бежать, а то теперь коридор такой кайфовый, — вдруг не в тему заговорил Дэн, идя к Ведьме, — Прям такой вайб от него крутой... Я бы зарисовал.

— Ща красоту захуярю, — Катан достал перманентный маркер и в припрыжку старался всё изрисовать хуями. 

— Бля, я с тобой! — воодушевился Висмут и тут же достал свой маркер и побежал рисовать хуи вместе с другом.

— Не, как произведения искусства зарисовывать, так это он великий слепой, а хуи — так с радостью и в припрыжку, — бубнила Ведьма, идя следом за хуёжниками.

— Ну а что ты с ними уже сделаешь? Вот именно, что нихуйа, — угрюмо произнесла Вейн.

— Ну смотри, кое-что всё-же сделать можно... — заговорщически произнесла Ведьма, щелкая пальцами. В тот же миг, все услышали истошный вопль Дэна. Его маркер перестал писать. 

— Бля-я-я-ять! Катан, иди сюда, поделись маркером! — тут же закричал Вис, гонясь уже за высоким другом.

— Ох уж эти сладостные вопли, — радостно пролепетала птица.

— Порой — музыка для ушей, — поддержала Несси.

Пиздобратия убежала вперёд. Теневой человек решил последовать за ними. Шагая сначала медленно, он рассматривал рисунки хуёв, которые каким-то образом выстроились огромной широкой линией от пола до потолка и по-мальчишески хихикал.

— Классный хуй, — сказал он один раз, — Классный хуй! — сказал второй раз, — Ваще ахуенный хуй! — сказал третий раз, — О, крутые яйца. — сказал последний раз.

По мере рассматривания, он двигался всё быстрее и быстрее, вскоре нагнав идущих.

— Классные хуи, — кинул Пиздобратии в спину незнакомец и тут вдруг представился, — Меня кстати Муркха зовут.

* * *

Быстрым шагом Великая Пиздобратия вместе с их новым другом следовала за Вейн. В конце невероятно длинного коридора оказались просто громадные золотые ворота, которые на удивление были незапертыми. Это приключение Великой Пиздобратии воистину было переполнено роялями в кустах, о которых даже нельзя было помыслить.

Проникнув в зал, можно было отметить самое выделяющееся отличие от всех других в том, что этот был выполнен в мрачных тонах, а окна завешаны чёрными шторами. В центре располагалась гигантских масштабов золотая клетка, накрытая не менее гигантским полотном, не до конца её закрывающим. Оно плотно было закреплено натянутыми жёсткими канатами.

— Кажется, мы пришли, — шёпотом сказала Голубь.

— Ух ты, ахуеть, — так же тихо отозвался Дэн, на представшую перед ним картину, — Вот тут пиздато...

— Мрачновато... — произнесла Ведьма, осматривая зал.

— Дом милый дом... Так, теперь и тут надо что-то посмотреть, — Катан радостно оглядывал интересное местечко.

Только Тень не разделяла всеобщего удивления. Муркха ехидно лыбился, глядя на маленькую компанию маленьких людей в таком большом пыльном зале.

Когда Вейн подошла максимально близко к клетке, меч вернул свой старый нормальный размер и его рукоять засияла. Тогда птица взяла его в руки и попыталась разрубить канаты.

— Чуваки, мне нужна ваша помощь! — крикнула Голубь, после чего её голос ещё пару раз отразился о стены зала. 

— Идём! — ответила Ведьма и двинулась первая, попутно доставая из сумочки кинжал, присоединяясь к птице. Получалось из рук вон плохо и потому, можно было слышать тихий бубнëж с её стороны.

Дэн, который так и не убрал свои висмутовые лезвия, без слов тоже побежал резать канаты, пытаясь распилить крепкие сплетения.

— Сука, какая-то хуйня, — буркнул лис.

Катан просто наблюдал за цирком, а Муркха, глядя на тщетные попытки открыть клетку, усмехнулся. Чуть постоял, посмотрел на своего бездействующего теневого-бро и понял, что остальные трое будут колупаться до конца веков, и потому, зайдя в тень, острыми когтями незаметно поддел канаты так, чтобы людишки быстрее их разрезали. Ему это, в отличии от них, далось очень просто.

— Катан, тащи свою жопу и помогай нам! Эта хуета не режется нихуя, — психанула Ведьма, и в тот же момент канат поддался.

— О, нихуясе, — удивилась Вейн.

— Сука, это чё, злиться надо чтоб это говно резалось? — фыркнул Дэн и с размаху ударил по канату. Невероятно, но он полностью разошёлся, — Блять, реально...

— Да не, не выдумывай, — Ведьма уже силком тащила Катана к последнему канату, дабы тот тоже принял участие в их попытках избавится от массивных верёвок.

— Да ну че это такое бля, — Катан подошёл и просто дёрнул за канат, что тот не выдержал и порвался.

В этот же момент полотно упало на пол, а перед Пиздобратией предстал внушительно огромный жирный голубь высотой под три метра. Он удивлённо, но с презрением оглядел весь отряд его спасителей, задержав взгляд на огромной тени, шагающей рядом. Тогда в зал ворвалась толпа стражников. Ну как толпа? Целые семь птиц-воинов.

— Немедленно сдавайтесь! Мы… Вы окружены и скоро здесь, т-тут будет Г-Госпожа Солнце! Вы все враги нашего королевства и нам… Вам не сбежать! — строго скомандовал какой-то главный стражник, еле сдерживая ужас.

— Упс, не успели, — посмеялся Муркха.

Вейн глядела то на меч, то на клетку, у которой не было никакого замка, пытаясь понять, что же ей делать.

— Бля, пацаны, ну вот щас вообще не вовремя, — Ведьма за считанные секунды, очертила волшебное поле, пара взмахов руками, и перед ними воздвиглась магическая стена, закрывая собой Тень и Пиздобратию. После стена обернулась кругом, накрывая их, и образовывая купол.

— Думай, Голубь, думай!

— Доставайте осколки сферы, — со вздохом сказал Муркха, — Те самые, которые я собирался у вас забрать.

Великая Пиздобратия шокировано переглянулась и тогда коллективным разумом, все в один голос выпалили:

— Бля, что ещё за осколки?

Муркха перестал улыбаться.

— Да вы все блять дебилы нахуй?! — ругнулся Тень махнув высунувшимся из-под плаща хвостом и случайно хлопнув по барьеру, — Те самые, которые вы, придурки, попиздили с разъёбанной вами теневой сферы Тенебрис!

В тот момент, когда Муркха, ударил хвостом по барьеру, Ведьма пошатнулась:

— А можно поаккуратнее хвостом махать?!

Но потом, она все-таки вспомнила про осколки. И честно сказать, отдавать-то не хотелось...

— А, эти осколки... — Голубь начала рыться в сумке, пытаясь найти несчастный теневой сувенир.

— Так, ребята, в круг давайте, — подозвал всех Дэн.

Все собрались, образовав тайное собрание.

— Слушайте, я не хочу отдавать эти штучки, — сказал лис, — Они же пиз-да-ты-е... Из них что-то сделать можно... На полку поставить!

— Я уже начала делать из них серёжки, — прошептала Несси, — там конечно осталось несколько осколков, но всё равно...

— Это мои осколки, и я их ем! — Катану было неприятно осознавать, что придётся их отдавать.

— Вот-вот! Негоже отдавать такую прелесть! — воскликнул Дэн.

— Учитывая, что это кристаллы самой Тенебрис, то они могут неплохо нам помочь в усилении магии для открытия клетки Голубиного Божества, — настороженно сказала Вейн.

Муркха слышал всё тайное собрание от начала и до конца, и с каждым словом его лицо становилось всё мрачнее и мрачнее. Его острое ухо, помимо потока бреда от Пиздобратии и перешёптываний стражников, уловило трепет огня и шелест перьев.

— Если вы не решитесь, я просто их отберу, — порычал Тень.

Вейн обернулась к Муркхе и произнесла:

— Бро, а ты сможешь нам помочь?

Лицо его чуть просветлело.

— Да, да, только отдайте чёртовы осколки! — протараторил Муркха и протянул раскрытую ладонь.

— Ну что, товарищи, вы согласны хотя-бы ради единственного хорошего за сегодня дела отдать эти осколки? — спросила у друзей Голубь.

— Эмм... Вопрос. А мы можем, ну, скажем так, оставить немножечко кусочков у себя? Прям крохотных. Очень хочется, — спросила Ведьма.

— Эта херь создана для того, чтобы высосать всю магию и жизнь из окружающей среды, какое себе оставить? — снова разошёлся Муркха, стуча концом хвоста по полу.

Дэн подумал пару секунд, вздохнул и вытащил из кармана штанов несколько осколков. Ему, всё-таки, с Филей в одной квартире жить, а то ещё украдет у него всю магию случайно...

— Ла-адно... — Ведьма заметно приуныла, но всё же достала осколки из сумочки. У двоих из них уже были заметны очертания огранки. Магию из неё и так сосут, но если эта штука настолько мощная, то ничего не поделаешь.

Катан кончено не особо хотел отдавать награбленное, полезная ведь штука. Но всё же достал из своих карманов несколько осколков.

— Блять, Катан, всё доставай, заебал, — буркнул Висмут.

Всё это время гениальная стража просто стояла в боевой стойке перед куполом и в шоке наблюдала за деяниями нарушителей.

— Да бля, — Катан открыл мизерную щель червоточины и оттуда вывалилась целая гора осколков. — Нате, держите, распишитесь.

— Блять, так вот почему так сильно веяло энергией Матушки... — произнёс Муркха и начал притягивать к себе части сферы с помощью магии.

В этот момент в зал вбегает Жар-Птица, облачённая в доспехи, с пылающим злато-огненным мечом в руках. Она мигом разрушила купол, сотворённый Несси, но стоило Фелиссии перевести взгляд с золотой клетки на прислужника Тенебрис, в окружении Великой Пиздобратии, передающих теневые осколки прямо в его лапы, она обомлела.

— Ты! — указывая на Муркху и схватившись за сердце крикнула королева, — Да ты, да как ты посмел!? — истерически взвизгнула она, — У нас, у нас же контракт! Да ладно ты бы просто сюда пришёл, так ты! Ты ещё пытаешься помочь сбежать моему пленнику! — еле дыша верещало Светило нации, — Я, я буду жаловаться, — в этот момент хрупкое сердце Восходящего солнца не выдерживает и она падает замертво.

Стражники в оцепенении замирают, не зная, что делать дальше.

— О, перья, — Катан радостно побежал собирать такой ахуеный лут, — Интересно, а кому квест на босса сдавать?

— Пацаны, это абсурд и арт-хаус... — единственное, что смогла выдавить из себя Несси и двинулась вслед за Катаном. — Катанчик, оставь и мне парочку!

— Бля, я ими ловушки снов украшу! — радостно воскликнул Вис, принимаясь собирать перья.

— И мне чуток захватите! — крикнула Вейн, а затем обернулась к Муркхе, — Теперь то мы можем открыть эту клетку?

Единственное что было неудобно, так это то, что Дэн забыл убрать висмутовые кинжалы и случайно проткнул Королеву.

— Ой... Есть у кого пластырь? — совсем немного виновато спросил Дэн, продолжая набивать карманы перьями.

— О-они оскверняют тело н-нашей дарующей свет м-матушки! — крикнули стражники в разрисованных хуями доспехах и заплакали.

Тень пару секунд понаблюдал за маленькими варварами, а потом кивнул девушке-птице.

— Дай меч. Я думаю, это единственный подходящий инструмент, чтобы создать из него... Ну, что-то подобное ключу, — рассуждал вслух Муркха.

— Ох, ну я не то, чтобы тебе не доверяю, но он может остаться в моих руках? — осторожно спросила Вейн.

— Боюсь, магия Тенебрис уничтожит твои рученьки, — в улыбке оскалился Муркха и, заманчиво перебирая пальцами, протянул руку Вейн.

— Ладно, — безрадостно произнесла птица, отдавая меч на произвол судьбы.

Теневой человек взял меч, поднял часть осколков и простёр руки к потолку. С гулким, жутким звуком энергия тьмы завибрировала, начав соединяться с засверкавшим мечом. С серых губ сорвались странные, древние слова и произошла метаморфоза — меч и осколки собрались воедино, приняв форму нового оружия. Лезвие стало чернее и увесистее, рукоять оформилась в готические узоры.

— Вот, плод моих трудов! — торжественно воскликнул Муркха, передавая напитанный тёмной силой меч обратно Вейн.

Где-то у мёртвой птицы донеслось еле слышимое:

— П́озер!

— Вот это ты выебнулся конечно, — сказала Вейн и после взмахнула мечом перед клеткой. Магический поток направился прямиком к её золотым прутьям и разбил их вдребезги, не задев Голубиное Божество, а оружие рассыпалось прямо в руках девушки.

Большой голубь неторопливо вышел из клетки, переваливаясь с лапы на лапу, а затем, громким басом твёрдо произнёс:

— Вы конченные, — и, распахнув крылья, заворковал.

В этот момент яркая вспышка озарила помещение. Свет буквально ослепил всех, отражаясь от зеркальных золотых колонн.

* * *

Вейн только успела открыть глаза, как увидела перед собой высокого мужчину в белом костюме, украшенном синими самоцветами, сплетёнными меж собой золотыми цепочками. Его длинные белоснежные волосы скрывались за спиной, они аккуратно лежали, проредившись меж больших светло-серых крыльев, подобно ангельским. Поднимая глаза всё выше, птица поймала укоризненный взор божества. Его злато-серые глаза, окаймлённые белыми ресницами, выражали глубокое недовольство. Голубь замерла в ожидании.

Молчание длилось словно вечность, пока, наконец, окинув Вейн взглядом в последний раз, он не заговорил:

— Я представлял тебя совершенно иначе, — неспешно зазвучал низкий голос, а затем Голубиный бог приподнял птицу за предплечье, — М-да уж, и на это я потратил почти столетие, а потом ещё почти тысячу в ожидании. А по итогу ты даже не обрела человеческую форму, а выглядишь и вовсе как мутант, — убрав руки за спину, он серьёзно посмотрел на Вейн, — Что ж, спасибо за освобождение, дитя, но таково твоё предназначение. Я тебя породил, я тебя и уб... — не успел договорить Голубиный бог, как его прервали.

— Так... Ты мой родной отец? — проронила птица, введя божество в ступор своей наглостью. Воспользовавшись моментом, она решила уточнить пару нюансов по поводу своей жизни, — О, а ещё, мой дорогой отец, странно, что ты понятия не имеешь о том, как много всего мне пришлось преодолеть, чтобы освободить твою пернатую задницу. Я со своими друзьями, значит, рискую жизнями, лезу в давно заброшенный мир, чтобы мне вот так вот с ходу ни здрасти, ни до свидания.

— Ты слишком долго искала мой меч, а в конце потеряла его, — взмахнув рукой, материализуя в воздухе подобный уничтоженному в пепельных залах меч, бог вновь одарил птицу укоризненным взглядом.

— Долго? Да мне его Хранитель вообще подарил, когда я просила его в очередной раз помочь отомстить за смерть всей семьи Гол'ур! Кстати, а где мои товарищи? — оглядевшись и только в этот момент осознав, что находится в невесомости посреди огромной белой пустоты, спросила Вейн, — А мы, бля, где?..

Он смотрел на птицу ещё какое-то время, прежде чем наконец ответить:

— К-как всей семьи?.. А кто мне покланяется тогда?.. — уже растерянно проронил он.

— Мои подчинённые — колоссальная армия голубей почти со всего Кримэноса, — разведя руками во всю ширину, показывая масштабность сея сборища рассказала Вейн.

Голубиный бог вновь задумался, а после, щёлкнув пальцами, перенёс их в заброшенный зал, где когда-то сам возглавлял целый мир. Он потрясённо озирал помещение, ахнув от того, как всё хорошо сохранилось.

— Ладно, — он оглядел порождённого собою мутанта и произнёс вслух какое-то заклинание на древнем языке.

В этот момент Вейн слегка воспарила, вокруг неё закружили частички магии, а после, словно бабочку, окутали в кокон. Через секунду он разбился и, отныне, девушка опустилась на пол. Она торопливо достала зеркало из своей сумки и начала разглядывать свои новые очертания.

— Теперь то ты настоящий мальчик, Пиноккио, — Голубиный бог с усмешкой посмотрел на Вейн, затем направился к одной из стоек с оружием, где этого самого оружия не было, — Я... — он задумался. — Я выкую тебе новый меч, — радостно обернулся бог к птице, — А потом посмотрю на твои способности в деле. Ты будешь прекрас...

— Погоди-погоди, — остановила его Голубь, убирая зеркало назад, — Тебя реально убедили мои ничем не подкреплённые аргументы и сейчас ты буквально говоришь о том, что в будущем я смогу возглавлять нашу расу?

— Да, так что ты думаешь о моём предложении?

— Я согласна только на новый меч, а в остальном, — Вейн достала из кармана кусочек гелиолита, — меня ждут в другом мире.

Он недовольно посмотрел на Вейн, а потом направился к двери зала, сказав:

— Будь, по-твоему, вот только выбирайся отсюда сама! — отперев сложнейший замок и распахнув двери, Голубиный бог пал на колени, — Ёбаный свет...

— Что там у тебя? — убирая камушек, спросила птица, подходя к дверям, — Реально, ёбаный свет... — тогда из ладони Вейн стрельнул поток магии, словно в этом мире концентрация маны была настолько высокой, что для неумеющего управлять магией переполненного сосуда, было достаточно даже мысли о возможном заклинании.

— Это что сейчас было? — ошарашено повернулся к ней бог.

Вейн молча смотрела в небо, уставившись на миниатюрную версию той самой сферы, которую взорвал Дэн. Затем она глянула под ноги и поняла, что попала в очередной храм, врезанный в гору, а за дверями красовался лишь обрыв отвесной скалы, на дне которого проглядывались окрестности разрушенного и разграбленного Голубиного мира.

Серьёзно повернувшись к Голубиному богу, она произнесла:

— Нам срочно нужно в Кримэнос.

* * *

Великая Пиздобратия без Голубя заспавнилась в каком-то подсолнуховом поле.

— Бля, а Голубь то где? — удивилась Несси.

После этих слов, перед Дэном Несси и Катаном материализуются Вейн с прекрасным серо-белым голубем на плече.

— Ебать, а ты ещё кто и нахуя у Вейн одежду спиздила? — с напором спросил Дэн.

— Чуваки, вы не поверите, — произнесла девушка.

Недолго вглядываясь в незнакомку, все ахуели, поняв, кто перед ними. Но они быстро перевели внимание на спутника подруги.

— О, это твой новый ха... — только успел заикнуться Катан, как его резко оборвали.

— Нет! — воскликнула птица. — Это мой отец...

— Чего такого ты успела накуриться, чтобы так измениться? — бездушно задал вопрос вселенной Катан, а затем ухмыльнулся и продолжил, — Поделишься?

— Ну вот её пять минут не было, а она успела и накуриться, и несчастного голубя стырить, — громким шепотом причитала Ведьма, бубня под себе нос.

— Да что вы наговариваете? Одно лицо, сразу видно — отец и дочь, — оправдывал лис подругу.

В этот момент, слышавший все красочные речи о своей ненаглядной дочери, Голубиный бог спрыгивает с плеча девушки и оборачивается в человеческое обличие. В этом мире он выглядел слегка иначе и дело не только во внушительном росте, но также и в маске на его лице, что закрывала его лик большим кругом из которого выходили острые лучи. Этот аксессуар напоминал солнце.

— О, нихуя себе, так это сколько нужно сожрать травы, чтобы всех в округе вштырило? — шокировано сказал Дэн, но после переменился в лице и улыбнулся, — Секси галюны, — подметил он.

В этот момент Ведьма и Катан отходят от лиса на пару шагов в сторону, словно не знают этого чудика. Вейн же поворачивается к отцу с лицом лица и говорит:

— В целом, у меня нормальные друзья, но сегодня луна в тельце, ретроградный меркурий да и вообще карты таро показали дурака, а ещё этот дурак рассыпал вчера соль, — неловко пыталась оправдаться Голубь, а после, поймав очередной осуждающий взгляд божества, переменилась в лице и неохотно обратилась к другу, — Дэн, мне срочно нужно позвонить Филе!

— А, э... — лис полез за телефоном и попытался набрать номер, но звонок не прошёл, поскольку несчастный забыл положить деньги.

— Ну попробуй мой телефон, — протянула мобильник Несси.

Голубь мигом взяла его и только успела начать:

— Алло, Филя, это Вейн, — девушка, приуныв, посмотрела на Ведьму, — сбросил звонок, — затем она обернулась к другому другу и неловко спросила — Э-э-э, Катан, у тебя нет случайно лишнего телефона?

— Конечно, блять, всегда ношу, — копаясь в своём карманом пространстве он находит старенький Nokia 3310, — Тебе повезло.

Голубь набрала номер Филимона и, слегка опешив, передала трубку отцу.

— Вы Хранитель? Вы разговариваете с Голубиным богом. Нет, я серьёзно. Великая Пиздобратия освободила меня недавно и я вернулся в свой мир, а там... — удаляясь всё дальше в подсолнуховое поле, в какой-то момент слившись с цветами из-за своей маски, продолжал рассказывать невероятные вещи мужчина в белом костюме.

Посмотрев на друзей, инсультная птица, но уже не птица, снова улыбнулась и сказала:

— Что ж, теперь это проблемы Фили. А я пойду домой высыпаться...

— Товарищи... так это... Так это чё, реально её батя? — шокировано спросил лис, — Так это я... Батю Голубя... «секси» назвал?..

— Вот теперь и живи с этим, наш маленький кринжевик, — ухмыльнулся Катан и пошёл вслед за Вейн.

Тогда Дэн обернулся к Несси, в надежде найти хоть капельку сострадания, но в ответ услышал лишь:

— Мальчик, уйди пожалуйста, я не твоя мама, — завершив столь строгий ответ, Ведьма исчезает в клубах зелёного дыма.

Вису ничего не оставалось, как отчаянно упасть на землю, думая о смысле своего бытия и размышляя об ошибках прошлого.

* * *