Восьмой курс, восьмое чувство (гет)

Солнце проникало сквозь высокие окна класса защиты от темных искусств, освещая пылинки, танцующие в воздухе, словно маленькие призраки. Сегодняшний урок был посвящен анализу ошибок, допущенных обеими сторонами во время Второй магической войны. Профессор Эвергрин, молодая волшебница с проницательным взглядом и решительным характером, стояла у доски, на которой мелом было начертано: "Поместье Малфоев: Символ краха".

— Итак, — начала она, обводя взглядом класс, стараясь вовлечь всех в дискуссию. — Поместье Малфоев. Место, где вершились темные дела, где принимались роковые решения, определившие ход войны. Кто может назвать ключевые ошибки, допущенные Пожирателями Смерти, которые в конечном итоге привели к их поражению?

В классе повисла напряженная тишина. Студенты избегали смотреть в сторону Драко Малфоя, который сидел в последнем ряду, скрестив руки на груди, словно отгораживаясь от всего мира. Гермиона украдкой взглянула на него. Его лицо было непроницаемым, как всегда, но она чувствовала, как внутри него нарастает напряжение, как он с трудом сдерживает свои эмоции.

Профессор Эвергрин вздохнула и продолжила, стараясь разрядить обстановку:

— Неужели никто не хочет высказаться? Мистер Финниган? Мисс Браун? Не стесняйтесь, все ваши мысли важны.

Симус Финниган неохотно поднял руку, его лицо выражало смущение и нерешительность.

— Они слишком полагались на силу и запугивание, — пробормотал он. — Не учитывали чувства обычных людей, считали себя выше остальных.

— Верно, — кивнула профессор Эвергрин, поощряя его. — А что насчет Ордена Феникса? Какие ошибки допустили они, что позволило Волан-де-Морту так долго удерживать власть?

Гермиона подняла руку, готовая поделиться своими мыслями.

— Они были слишком скрытными, — произнесла она. — Не смогли вовремя донести правду до населения, что позволило Волан-де-Морту манипулировать общественным мнением, сеять страх и недоверие.

— Отлично, мисс Грейнджер. Но есть еще один важный аспект, который мы упускаем, — профессор Эвергрин обвела взглядом класс, словно задавая немой вопрос. — Кто-нибудь заметил его?

В этот момент Драко Малфой неожиданно поднялся со своего места. Все в классе замерли, уставившись на него, словно он был призраком. Даже профессор Эвергрин, казалось, была удивлена его смелостью.

— Я могу ответить, — произнес он ровным голосом, в котором не было ни капли эмоций.

Профессор Эвергрин кивнула, стараясь скрыть свое замешательство и любопытство.

— Пожалуйста, мистер Малфой, мы все вас слушаем.

Драко медленно подошёл к доске, его движения были плавными и уверенными. Он взял мел и, не глядя ни на кого, начал писать, словно погрузился в свои мысли.

— Ошибка Пожирателей Смерти, — произнес он, — заключалась в том, что они не понимали, что страх — не самая прочная основа для власти. Они думали, что, запугав всех, смогут контролировать мир, но страх порождает ненависть, а ненависть — сопротивление.

Он обернулся к классу, и его серые глаза, обычно холодные и отстраненные, были полны какой-то странной решимости.

— Они также недооценили важность единства, — продолжил он. — Пожиратели Смерти были разрозненной группой, движимой личными амбициями и страхами. У них не было общей цели, кроме власти, и это привело к их краху, к их внутреннему разложению.

Он снова повернулся к доске и написал: "Ошибка Ордена Феникса".

— Орден Феникса, в свою очередь, был слишком идеалистичным, — произнес он. — Они верили в добро и справедливость, но не понимали, что война — это грязное дело, где приходится идти на компромиссы и принимать трудные решения, которые не всегда соответствуют моральным принципам.

Он сделал паузу, обводя взглядом класс, словно призывая их задуматься над его словами.

— Они также были слишком доверчивыми, — добавил он. — Они верили, что Волан-де-Морт будет придерживаться каких-то правил, что он не перейдет определенные границы. Но у него не было никаких границ, он был готов на все ради достижения своей цели. И это стоило им очень дорого, слишком дорого.

Драко отложил мел и отступил от доски, словно освобождаясь от тяжелого бремени.

— Поместье Малфоев, — произнес он, глядя прямо на профессора Эвергрин, его голос звучал твердо и уверенно, — стало символом краха не только для Пожирателей Смерти, но и для всего магического мира, потому что оно было построено на лжи, страхе и ненависти. И рано или поздно все, что построено на таком фундаменте, рухнет, оставив после себя лишь пепел и разочарование.

В классе воцарилась мертвая тишина. Никто не знал, что сказать, все были потрясены его словами. Гермиона была ошеломлена. Она ожидала чего угодно, но не этого. Драко Малфой, бывший Пожиратель Смерти, с холодным расчетом анализировал ошибки обеих сторон, словно он был отстраненным наблюдателем, словно он не был частью этой истории.

Профессор Эвергрин откашлялась, стараясь сохранить спокойствие и профессионализм.

— Спасибо, мистер Малфой, — произнесла она. — Это был очень... проницательный анализ, достойный внимания.

Драко кивнул и вернулся на свое место, словно разговор был окончен. Он снова скрестил руки на груди и уставился в окно, словно пытаясь убежать от своих мыслей. Гермиона не могла отвести от него глаз, пытаясь понять, что заставило его сделать это. Желание показать, что он изменился? Попытка искупить свои грехи? Или просто холодный расчет, чтобы выжить в этом новом мире, где ему больше нет места?

Урок продолжился, но Гермиона больше не могла сосредоточиться, слова профессора Эвергрин пролетали мимо ее ушей. В голове крутились слова Драко Малфоя, его холодный и отстраненный анализ. Она понимала, что он прав, что его слова имеют смысл, но ее «восьмое чувство» подсказывало, что за его словами скрывается нечто большее, что-то личное и болезненное, что он не хочет показывать никому.