Ацуши и Акутагава в Викторианской Англии (гет)

— Значит, — Ацуши кое-что понял, — ты тоже Закладка или типа того....?

— Что ты несёшь... — Акутагава не слышал ничего от Достоевского про закладки. — Какая ещё закладка?

— Мне Федор говорил, только я сам ни черта не понял... Он меня назвал Закладкой для Великой Книги. Наверное поэтому меня затянуло сюда....

Ацуши сам запутался, когда "объяснил" все это.

— Черти что, — Акутагава нахмурился, — зачем Книге две Закладки?

— Может мы одна Закладка, просто как ее две стороны? Я — светлая, ты — темная...? — спонтанно повели разговор Аку и Ацу, сами едва понимая смысл разговора. Точнее, понимали, но не могли понять, что это вообще за Закладка такая?

Про Дойла никто не забыл. Он просто стал тенью с блокнотом и ручкой в руках. Сюжет вокруг него был так интересен, что он пока решил не вмешиваться и просто его фиксировать на бумаге, дабы потом использовать для похождений Шерлока Холмса и доктора Ватсона в своих книгах.

— Эй, вы, двое, — напомнил о себе Сиэль, которому надоело слушать тех, кто напрочь позабыл об окружении, — хватит разговоров! Объясните уже, про какую Книгу вы говорите?

— Я не думаю, что имеем право о ней рассказывать здесь, — Акутагава решил взять на себя ответ. — Но она, вероятно, и есть наш обратный путь домой.

Себастьян был странно тихий, будто он что-то знал. Снова знал то, чего все остальные не знали.

— Да, — подал он голос, — о Ней лучше не распространяться.

Сатклифф взглянул на часы, что висели на стене, и сообщил:

— Ладно, ребятки, мне пора. Я, как-никак, на службе! У вас весьма интересно, но график смертей не будет ждать! Покедушки!

Он послал всем воздушный поцелуй, ни к кому конкретно не адресованный, и вышел за дверь.

Себастьян подошел к своему юному господину и что-то ему шепнул. Тот кивнул и произнес:

— Я и Себастьян хотим переговорить с гостями без свидетелей. Идите, занимайтесь своими обязанностями, — обратился он к слугам. — А вы, Артур, просто оставьте нас. Информация эта не подлежит документированию.

Трио слуг послушно вышли, хоть и горели любопытством и Дойл последовал за ними.

— Итак, — Себастьян взял слово, — вы говорили про Великую Книгу, что меняет структуру Мироздания, я верно понимаю?

Все молча воззрились на дворецкого, Ацу и Аку с удивлением, Сиэль — не понимающе.

— Да, я знаю о ее существовании, — продолжил он, — и мой лорд тоже имеет право о Ней узнать, так как он занимает тот же статус, что и я. Мы — Демоны, не люди. Сиэль тоже, с недавних пор, перестал быть человеком. Но это строжайшая тайна от всех живущих здесь и остальных людей. Сатклифф не в счет, он осведомлен. Проболтаетесь, я вас из под земли найду и заставлю расплатиться.

Он кивнул Сиэлю, что мрачно смотрел на болтливого Михаэлиса и Фантомхайв вздохнул.

Еще миг и его голубой глаз изменил цвет на рубиновый, и тоже произошло с глазами дворецкого.

— Демон, значит.... — Аку понял, что немного ошибся, когда посчитал Себастьяна вампиром.

— Но откуда у вас эта Книга? — Ацуши заподозрил, что точно знает ответ.

— Один странный русский принес слух об этой реликвии, — ответил Демон-дворецкий. — Лично я его никогда не видел, но слышал от одного Жнеца, по имени Гробовщик, что от него веяло чем-то не совсем человеческим. Было впечатление, что даже его тело было не его собственным.

— Фёдор Достоевский.... Он и здесь был, — Ацуши немного разозлился. — Опять этот чертов русский Демон! Или, если точнее, косящий под Демона....

— А этот Гробовщик, ему можно доверять? — спросил Акутагава, которому почему-то этот тип не понравился сразу.

— Раньше можно было, как информатору, но теперь ни в коем случае нельзя, — Сиэль помрачнел. — Он — сам Дьявол.

— Понятно — человек Достоевского....

Акутагава мысленно занес Гробовщика в Черный Список.

Сиэль, порывшись в ящиках стола, вынул фотокарточку и протянул Ацуши.

— Вот он, в высокой шляпе. Запомните его лицо и держитесь от него подальше. Постарайтесь не поддаваться на его слова.

На этой ноте совещание закончилось.