Гарри Поттер и Наследник Чёрного Озера (джен)

Тьма под Лирианом не была пустотой.

Она была живой.

Она дышала.

И с каждым вдохом город терял форму.

Улицы начали растворяться первыми.

Каменные мосты превращались в светящиеся нити.

Дома — в потоки памяти.

Люди исчезали не мгновенно, а постепенно, словно их вытягивали из самой ткани реальности.

Без боли.

Без звука.

Как будто их никогда не существовало.

Рон сжал палочку так сильно, что костяшки побелели.

— Нам точно никто не говорил, что экскурсия в подводный город закончится апокалипсисом.

— Конструктивно, Рон, — прошептала Гермиона. — Очень конструктивно.

Гарри не ответил.

Он смотрел на центр Лириана.

Туда, где структура города разрывалась.

И где внутри этой разрывающейся реальности находился Он.

Создатель.

Наследник стоял на коленях.

Лианна держалась за грудь, словно магия внутри неё перестала подчиняться.

— Он забирает нас обратно, — сказала она хрипло.

— Я не позволю, — ответил Наследник.

— Ты не можешь его остановить.

— Я уже пытался.

Он поднял взгляд на Гарри.

— Теперь твоя очередь.

Воздух вокруг изменился.

Гарри почувствовал знакомое давление.

Такое же, как тогда в башне.

Когда что-то древнее впервые посмотрело на него.

Но теперь оно было ближе.

Гораздо ближе.

— Гарри Поттер, — раздался голос Создателя.

И на этот раз он звучал иначе.

Мягче.

Почти… заинтересованно.

— Ты снова пришёл.

Гарри сделал шаг вперёд.

— Что тебе нужно?

Тишина.

И затем:

— Ты уже знаешь.

Гермиона резко посмотрела на Гарри.

— Нет.

Рон понял её без слов.

— Что «нет»?

— Он не должен отвечать.

— Почему?

Гермиона побледнела.

— Потому что он разговаривает не с нами.

Он разговаривает с тем, что внутри него.

Гарри почувствовал это.

Сначала как мысль.

Потом как воспоминание.

Потом как желание.

Вернуть.

Исправить.

Остановить смерть.

Он увидел лица.

Сириус.

Ремус.

Фред.

Дамблдор.

Все они — снова живые.

Смотрят на него.

Ждут.

И голос внутри стал почти ласковым:

— Я могу вернуть их.

— Ты уже знаешь цену, Гарри.

— Одна жизнь — за тысячи.

— Один ключ — за целый мир.

Гарри сжал глаза.

— Нет.

Голос остановился.

Словно удивился.

— Нет?

— Я уже проходил это.

Он вспомнил зеркало.

Безлунную башню.

Лириан.

Всё, что обещало вернуть утрату.

— Это всегда ложь.

Тьма вокруг задрожала.

И впервые Создатель ответил не спокойно.

А с раздражением.

— Ты называешь ложью то, что не способен принять?

Гарри поднял голову.

— Я называю ложью то, что забирает выбор.

В этот момент Лириан начал рушиться быстрее.

Город терял себя.

Сотни голосов кричали одновременно.

И вдруг Наследник закричал:

— Он выходит!

Все обернулись.

Из центра разлома начала подниматься форма.

Не тело.

Не существо.

А структура, которая училась быть чем-то живым.

И она смотрела на Гарри.

— Ты ключ, — произнёс Создатель.

— Ты всегда был им.

Гермиона резко шагнула вперёд.

— Гарри, не слушай!

Но голос уже проник глубже слов.

— Ты пережил смерть.

Дважды.

И этим открыл дверь.

Лианна подняла голову.

— Он прав…

Гарри посмотрел на неё.

— Нет.

Она слабо улыбнулась.

— Но не так, как он думает.

Наследник внезапно встал.

— Есть другой путь.

Все замерли.

— Если он использует Гарри как ключ, он разрушит границу.

— Но если ключ сломать…

— Мы запечатаем разлом навсегда.

Гермиона побледнела.

— «Сломать»?

Наследник не ответил.

Но Гарри понял.

Сразу.

Тишина.

Рон шагнул вперёд.

— Нет.

— Есть всегда другой способ.

— Мы его найдём.

Гермиона кивнула.

— Мы всегда находили.

Но Гарри смотрел на разлом.

И впервые понял страшную вещь.

Иногда «другого способа» не существует.

Он повернулся к друзьям.

— Вы должны уйти.

— Нет, — сказала Гермиона сразу.

— Гарри, даже не думай…

— Пожалуйста.

Тишина.

Это слово звучало тяжелее любого заклинания.

Рон сжал зубы.

— Ты нам должен ещё кучу объяснений.

— Потом.

Гарри улыбнулся.

— Обязательно потом.

Он сделал шаг вперёд.

Туда, где структура мира трещала.

Где Создатель уже тянулся к нему.

И где ключ наконец становился явным.

— Гарри! — крикнула Гермиона.

Но вода, свет и память уже начали его поглощать.

И тогда он услышал последний голос.

Не Создателя.

Не Лириана.

А Лианны.

— Спасибо… что не выбрал ложную вечность.

Свет вспыхнул.

И Лириан исчез.

Когда Гарри открыл глаза, он стоял на берегу Чёрного озера.

Туман рассеивался.

Башня исчезла.

Вода снова была просто водой.

Рядом лежали Рон и Гермиона.

Живые.

Дышащие.

Настоящие.

Гермиона первой пришла в себя.

— Гарри…

Он медленно сел.

— Всё закончилось?

Рон оглядел озеро.

— Пожалуйста, скажи «да».

Гарри посмотрел на воду.

И увидел лишь своё отражение.

Только своё.

— Да, — тихо сказал он.

— Думаю, да.

Ночью он снова пришёл к озеру.

Ветер был обычным.

Тишина — настоящей.

Но на секунду вода дрогнула.

И в глубине света он увидел силуэт.

Очень знакомый.

Лианна.

Она улыбнулась.

И исчезла.

Гарри больше никогда не слышал голосов из озера.

Но иногда…

ему казалось, что мир просто научился говорить тише.