Не проверялось на грамотность 
Знаменитая писательница и её спутница прибыли на вокзал Кингс-Кросс буквально за минуту до отправления поезда.
Конечно, они бы добрались сюда намного быстрее, если бы Дж. К. Роулинг летела высоко в небе, а не облетала разные наземные препятствия, находясь под воздействием мощных маскировочных чар для полёта на мётлах.
Но знаменитая писательница не могла себе этого позволить, потому что Миррина панически боялась высоты.
Платформа девять и три четверти была пуста. И Хогвартс-Экспресс должен был уже отправиться в пункт своего назначения.
Миррина дождалась, пока Дж. К. Роулинг снимет с неё маскировочные чары, и, попрощавшись со знаменитой писательницей, поспешно вошла в последний вагон поезда.
И в тот же миг, протяжный гудок Хогвартс-Экспресса объявил о его отправлении.
Дж. К. Роулинг проводила отъезжающий поезд внимательным взглядом, и, снова усевшись на сверхскоростную Молнию, поднялась высоко в небо, чтобы выполнить обещание, данное старому герцогу и передать английскому министру магии легендарный Бодминский Снитч, потерянный в 1884 году во время матча по Квиддичу.
А Миррина вошла в купе последнего вагона, и, едва переступила его порог, как дверь за её спиной с грохотом захлопнулась. И моментально заперлась на шестнадцать причудливых замков, которые обычно используются только в Банке Гринготтс.
Родственница Реддла невольно вздрогнула и оглянулась. — «ЧТО?!»
«Эй! Выпустите меня отсюда!» — в панике прокричала она, постучав кулаками по двери.
«Зачем?» — неожиданно раздался за её спиной удивлённый и немного грустный детский голос. — «Приедем в Хогвартс, и дверь снова откроется».
Родственница Реддла обернулась на этот голос и сразу увидела, что на диване, расположенном у приоткрытого окна, сидит одиннадцатилетний мальчик с серьёзными серыми глазами и платиновыми волосами, одетый в наглухо застёгнутое чёрное пальто. И рядом с этим мальчиком лежит чёрный рюкзак, в который, судя по всему, собраны его тетради и учебники. А в руках этого мальчика находится свежий номер Ежедневного Пророка, на первой странице которого напечатана большая фотография молодой высокой блондинки плотного телосложения, которая широко и не слишком обаятельно улыбается, подобно погибшей кузине Миррины.
И эта блондинка одета в ОЧЕНЬ дорогое и ОЧЕНЬ сверкающее золотистое коктейльное платье с пышной юбкой чуть выше колен, украшенное крупными рубинами, которое делает её похожей на цирковую обезьяну, а также в красные лакированные туфли на каблуках, высота которых превышает 6 дюймов, и восхищённо позирует фотографам Ежедневного Пророка, демонстративно обнимая Гарри Поттера, а также Рона и Гермиону, которые, как показалось Миррине, от этого совсем не в восторге.
А на полу, рядом с диваном, на котором сидит мальчик, лежит большой чёрный чемодан. И на этом чемодане стоит куполообразная платиновая клетка с белой короткошёрстной кошкой. И у этой кошки красивые разноцветные глаза. Левый — изумрудно-зелёный, а правый — небесно-голубой. И на шее у этой кошки сверкает платиновый ошейник, украшенный овальными изумрудами и голубыми топазами…
«Прости, а ты, случайно, не знаешь, почему нас заперли?» — обеспокоенно поинтересовалась у своего юного попутчика родственница Реддла.
«Это вынужденная мера безопасности, леди Миррина», — спокойным голосом отозвался мальчик. — «Потому что в Особом Купе поезда едет потомок Годрика Гриффиндора — одного из основателей школы Хогвартс. Это молодая особа по имени Аманда Гриффиндор, которая, согласно Пророчеству, должна вернуть Миру Волшебников СЧАСТЬЕ, отнятое Волан-де-Мортом 19 лет назад у большинства волшебных семей. И хотя её охраняют известные мракоборцы, в числе которых сам Гарри Поттер, наш министр магии, на всякий случай, распорядился применить к двери последнего вагона поезда дополнительную защиту, чтобы обезопасить потомка Годрика от двух родственников знаменитых чёрных магов, которые сейчас тоже едут в Хогвартс. И один из них — это я. Меня зовут Скорпиус Гиперион Малфой. Мой дед и отец были Пожирателями Смерти, а также самыми известными соратниками Волан-де-Морта. А второй родственник знаменитого чёрного мага, если я правильно понял, это вы, леди Миррина. Потому что, насколько мне известно от продавщицы сладостей, дверь в нашем купе была заколдована таким образом, чтобы впустить сюда меня и дальнего родственника Тёмного Лорда. А потом сразу закрыться на шестнадцать магических замков».
Родственница Реддла вздохнула и мрачно села на диван рядом с мальчиком. — «Понятно. Значит, до нашего приезда в Хогвартс, отсюда никуда не выйдешь».
«А зачем выходить?» — удивился Скорпиус. — «Здесь всё есть. И еда, и напитки, и туалет, и даже душевая кабина с волшебным радио».
С этими словами, он кивнул в сторону столика, расположенного у окна, на котором стояла большая плетёная корзина, доверху наполненная бутербродами и стеклянными бутылками с фруктовыми соками. А потом подошёл к небольшой двери в стене, которая находилась в нескольких шагах от дивана, и открыл её.
И Миррина сразу увидела за этой дверью просторное помещение, в котором располагался умывальник, душ, унитаз, а также металлическая полка с шампунями и полотенцами.
«А в этом шкафу полно волшебных сладостей», — продолжил разговор Скорпиус, открывая дверцы небольшого металлического шкафчика, который стоял у стены, рядом с выходом из их купе.
«Да, действительно», — согласилась с ним родственница Реддла, осмотрев полки, на которых не было свободного места от разноцветных блестящих пакетиков. — «Вот только, если честно, у меня сейчас нет ни малейшего желания съесть что-нибудь из этого».
«У меня тоже, леди Миррина», — грустно признался Скорпиус, снова садясь на диван.
«Минуточку! А откуда ты знаешь моё имя?» — удивлённо поинтересовалась родственница Реддла.
«Оно напечатано на первой странице Ежедневного Пророка», — сразу пояснил мальчик, взяв в руки газету, которая лежала рядом с ним на диване.
А потом указал пальцем на первый абзац под фотографией, на которой красовалась Аманда Гриффиндор. — «Вот здесь, видите? Начиная с нынешнего года, дальняя родственница Волан-де-Морта, герцогиня Миррина Лилиана Элеонора Виктория де Реддл, родители которой долгое время скрывали её существование от всего Мира Волшебников, будет обучаться в знаменитой Английской Школе Чародейства и Волшебства наравне с остальными студентами».
«Понятно», — мрачно вздохнула родственница Реддла, взглянув на газету.
«Не огорчайтесь, леди Миррина», — попытался утешить её Скорпиус. — «Если честно, я тоже не в восторге от того, что являюсь потомком Пожирателей Смерти. Но родственников, как известно, не выбирают. Хотя мой отец однажды признался мне, что он не хотел становиться Пожирателем Смерти. Но у него не было выбора. Потому что, в противном случае, Волан-де-Морт, вне сомнений, убил бы и его, и его родителей. А вот мой дедушка Люциус, наоборот, долгое время был очень рад тому, что является сподвижником Тёмного Лорда. Однако, после Второй Волшебной Войны, он тоже пересмотрел свои взгляды. А сейчас вообще очень жалеет о том, что когда-то был в числе сторонников Волан-де-Морта».
«А почему?» — удивлённо поинтересовалась родственница Реддла.
«Всё очень просто, леди Миррина», — со вздохом ответил Скорпиус. — «Потому что, после Второй Волшебной Войны, бывшие Пожиратели Смерти и их семьи претерпели жестокие гонения со стороны Английского Министерства Магии. И, в настоящее время, большинство волшебников относятся к бывшим сторонникам Тёмного Лорда с ярко выраженным презрением. То же самое можно сказать и о родственниках бывших Пожирателей Смерти».
«Это плохо», — обеспокоенно произнесла Миррина.
«Я знаю», — согласился с ней Скорпиус. — «Но, возможно, если мы докажем всему Хогвартсу, что мы другие, не такие как наши печально известные родственники, мы сможем как-нибудь изменить сложившуюся ситуацию. И к нам не будут относиться с неприязнью. Потому что, лично я, никогда бы не вступил в ряды Пожирателей Смерти. Даже если после этого Волан-де-Морт уничтожил бы меня убивающим проклятьем».
«Да. Я бы тоже», — грустно вздохнула Миррина, глядя в окно, за которым начал моросить холодный осенний дождь. — «Интересно, что нас ждёт в Хогвартсе?»
«Мы можем это узнать!» — неожиданно объявил Скорпиус. И в его голосе послышались оживлённые нотки.
Миррина в недоумении обернулась к нему. — «И каким образом?»
А Скорпиус вытащил из своего рюкзака Новую Астрономическую Энциклопедию и положил её рядом с собой на диван. — «Очень просто! Я сейчас составлю наши гороскопы на неделю! И мы посмотрим, какие события с нами произойдут в первые дни нашего пребывания в школе!»
Миррина не поверила своим ушам. — «Ты умеешь составлять гороскопы?»
«Да!» — кивнул Скорпиус, открывая книгу. — «Потому что увлекаюсь Астрологией и Прорицанием. А ещё я умею гадать на Картах Таро. Они у меня здесь, в чемодане. Ну-ка, подвинься, Белоснежка».
С этими словами, он поставил клетку с кошкой на пол и вытащил из потайного кармана чемодана колоду магических карт.
«Твою кошку зовут Белоснежка?» — удивилась Миррина.
«Да!» — снова кивнул Скорпиус, закрывая чемодан. — «Как очень красивую принцессу из старой немецкой сказки двух братьев-маглов…»
Родственница Реддла не поверила своим ушам. — «Ты читал МАГЛОВСКИЕ СКАЗКИ?»
«Конечно, читал», — признался Скорпиус, вытащив из кармана травяной шарик, похожий на снитч, и просунув его в клетку. — «Потому что книжка с этими сказками лежала на дне коробки с магловскими вещами, в которой я нашёл Белоснежку…»
Родственница Реддла обескураженно оглядела красивую и выхоленную кошку, источающую аромат самого дорогого шампуня для жмыров, и снова перевела свой взгляд на сына Драко. — «Ты нашёл ЭТУ КОШКУ в коробке с МАГЛОВСКИМИ ВЕЩАМИ?»
«Именно так», — подтвердил свои слова Скорпиус, погладив Белоснежку, которая с аппетитом начала грызть предложенное ей лакомство, сделанное из кошачьей мяты.
А потом положил на диван колоду магических карт и начал рассказывать. — «Это было три года назад, когда я и мои родители отмечали годовщину свадьбы моего дедушки Люциуса и бабушки Нарциссы в ресторане Нового Хрустального Дворца. Слышали о таком?»
«Ну, разумеется, слышала», — призналась Миррина. — «Потому что в Российских Волшебных Газетах было много статей по поводу того, что этот дворец построили на средства, выделенные Английским Министерством Магии… И именно на том месте, где раньше располагался Хрустальный Дворец Маглов, сгоревший 30 ноября 1936 года…»
«Совершенно верно», — подтвердил её слова Скорпиус, снова погладив Белоснежку. — «И после ужина в этом дворце — я и мои родственники решили прогуляться по лондонскому Гайд-Парку, применив к себе маглоотталкивающие чары. И возле одной из скамеек этого парка — я случайно заметил магловскую картонную коробку, которая почему-то шевелилась. Поэтому из любопытства подошёл к ней и посмотрел, что там внутри. И сразу увидел в этой коробке испуганную серую кошку, которая сидела на толстой книге магловских сказок, служившей ей подстилкой. И рядом с этой кошкой лежало ещё несколько магловских вещей. А именно: две металлические миски, чёрная сумка для переноски домашних животных, серая игрушечная мышь без хвоста, сплющенный разноцветный мячик с колокольчиком внутри, тряпичная оранжевая рыбка с оторванным плавником и подобие гнутой металлической удочки с перьями на конце…»
С этими словами, Скорпиус поправил Белоснежке её драгоценный ошейник и произнёс серьёзным голосом. — «И тогда я решил забрать эту кошку себе. Вместе с её картонным домиком и всем, что в нём находилось…»
«И… Как же к этому отнеслись твои родственники?» — осторожно поинтересовалась родственница Реддла.
Скорпиус пожал плечами и снова погладил Белоснежку по голове. — «Ну-у… Мама, папа и бабушка Нарцисса — не стали возражать. А вот дедушка Люциус, поначалу, попытался убедить меня не забирать эту грязную магловскую кошку, а купить мне самую красивую, которая продаётся в Волшебном Зверинце Косого Переулка. Однако я не согласился. И напомнил ему, что кошки, точно так же, как и собаки, не бывают магловскими и волшебными. Они просто домашние животные, внешний вид и характер которых зависит от того, как с ними обращаются их хозяева…»
«Да… Ты прав…» — согласилась с ним Миррина, глядя на Белоснежку, которая начала тихо мурчать от удовольствия.
«Ну, а потом я сказал дедушке Люциусу, что найденная мной кошка — тоже очень красивая», — продолжил разговор Скорпиус, положив перед Белоснежкой ещё один шарик из кошачьей мяты. — «Просто её надо отмыть шампунем для жмыров и натереть волшебным бальзамом для восстановления блеска шерсти. А потом накормить сытным ужином и обязательно починить все её магловские игрушки заклятием Репаро. Потому что она к ним привыкла… И тогда мой дедушка не стал препятствовать моим планам. А только посетовал на то, что я какой-то Неправильный Малфой, размышляющий, как будущий Гриффиндорец. И если Распределяющая Шляпа решит отправить меня на этот факультет, то он, скорее всего, не переживёт подобного позора…»
«КАКАЯ ГЛУПОСТЬ!» — возмутилась родственница Реддла. — «Ведь в настоящее время, благодаря Дж. К. Роулинг, даже маглам известно, что в Хогвартсе нет ПЛОХИХ и ХОРОШИХ факультетов! А есть ПЛОХИЕ и ХОРОШИЕ волшебники! И именно от поступков ЭТИХ ВОЛШЕБНИКОВ зависит, какое мнение складывается о факультетах, на которых они учатся или когда-то учились!»
«Вы абсолютно правы, леди Миррина», — вздохнул Скорпиус, отрешённо глядя на приоткрытое окно. — «Но, к сожалению, моего дедушку Люциуса не переубедить. Несмотря на то, что он почти с рождения в курсе того, что Гриффиндор является факультетом истинных храбрецов, подобных Годрику и мракоборцам, которые сейчас охраняют Аманду…»
С этими словами, Скорпиус с опаской огляделся по сторонам, словно испугался, что кто-то из представителей его семьи сейчас может его услышать, и чуть слышно признался. — «И, если честно, я бы многое отдал, чтобы оказаться в их числе…»
А родственница Реддла посмотрела на сына Драко и произнесла задумчивым голосом. — «Хм... Странно…»
«Что именно, леди Миррина?» — в недоумении поинтересовался тот.
«Ничего, Скорпиус», — ответила родственница Реддла. — «Просто, мне кажется, что твоё имя тебе не очень подходит. И твоим родителям следовало бы назвать тебя как-нибудь по-другому. Например, Леон… Или, хотя бы, Николас…»
«Да, имя ЛЕОН мне очень нравится», — признался сын Драко. — «Оно потрясающе звучит! Но, к сожалению, я уже ничего не могу сделать. Потому что в нашей семье есть старинная традиция — называть детей в честь созвездий. А я родился как раз тогда, когда луна была в Созвездии Скорпиона. Поэтому меня назвали СКОРПИУС. Но, это не важно. Потому что, когда я вырасту, и у меня будет собственная семья, я постараюсь давать своим детям имена более привычные для человеческого слуха. И не собираюсь фанатично следовать семейной традиции, даже если этого не одобрит мой дедушка Люциус».
«Хорошая идея», — согласилась с ним Миррина.
«Я тоже так думаю», — кивнул Скорпиус. И начал быстро листать Новую Астрономическую Энциклопедию. — «А гороскопы, которые я составляю, всегда очень точные и обязательно сбываются. Поэтому, сейчас мы выясним, что нас ждёт в первые дни нашего обучения в Хогвартсе».
С этими словами, он вытащил из своего рюкзака гусиное перо и чернильницу. И снова обратился к молодой герцогине. — «Леди Миррина, скажите, пожалуйста, дату и время вашего рождения. Потому что я хочу начать с вашего гороскопа».
«14 мая 1995 года. 23 часа ночи», — ответила родственница Реддла.
«Хорошо», — кивнул Скорпиус, доставая из рюкзака чистый лист пергамента.
А Миррина на мгновение взглянула в окно и неожиданно воскликнула. — «Ух, ты!»
«Что?» — моментально обернулся к ней сын Драко, который сосредоточенно записывал какие-то цифры на листке пергамента.
«Скорпиус, СМОТРИ!» — прошептала Миррина.
Сын Драко тоже взглянул в окно и обескураженно произнёс. — «Невероятно...»
Потому что в этот момент, из-за леса, мимо которого на большой скорости мчался Хогвартс-Экспресс, появились полупрозрачные представители фауны, созданные, судя по всему, заклинанием Экспекто Патронум. Кошки, собаки, утки, мыши, олени, лебеди, медведи. Их было несколько сотен. А может быть, и тысяча. И они летели к поезду.
Все студенты, увидев такое чудо, моментально высунулись в окна.
А Аманда Гриффиндор тщеславно предположила, что это Хогвартс так приветствует её прибытие.
А поезд издал пронзительный гудок и остановился.
А Патронусы приблизились к Хогвартс-Экспрессу и начали летать вокруг него под восхищённые возгласы студентов, которые смотрели на них, словно зачарованные, и абсолютно не замечали, что все эти полупрозрачные образы постепенно загораживают от них последний вагон поезда, в котором находятся два потомка знаменитых чёрных магов.
И когда последний вагон Хогвартс-Экспресса полностью скрылся за вереницей пролетающих рядом с ним Патронусов, из каскада этих полупрозрачных представителей фауны вылетели трое молодых волшебников на сверхскоростных мётлах, одетых в длинные серебристые накидки с капюшонами, которые закрывали их лица до середины переносиц.
Эти волшебники подлетели к вагону, в котором находились Скорпиус и Миррина, и повисли в воздухе, напротив приоткрытого окна.
«Мирри, пожалуйста, создай Патронус!» — неожиданно обратилась к родственнице Реддла девушка на метле и в её голосе послышались слёзы.
А у Скорпиуса от удивления расширились глаза, потому что, в этот момент, он заметил в руках у этой девушки маховик времени, размером с квоффл.
Но Скорпиус отлично знал, что изготовление подобных маховиков времени уже давно запрещено самыми строгими законами Английского Министерства Магии.
Однако эти трое незнакомцев на мётлах, по всей видимости, законы просто игнорируют.
И вообще, их маховик времени какой-то странный, потому что он ярко сияет, словно звезда в ночном небе. А всё из-за того, что вокруг песочных часов этого маховика, на высокой скорости вращается НАСТОЯЩИЙ ПАТРОНУС, напоминающий серебристое световое кольцо.
Миррина, обескураженная просьбой девушки, удивлённо обратилась к ней. — «Создать Патронус?! Но как?»
«Очень просто», — неожиданно заявил молодой человек, под капюшоном которого поблёскивали очки. — «Сначала подумай о чём-нибудь приятном! О самом счастливом событии в своей жизни! А потом начерти в воздухе волшебной палочкой вот такой символ. И скажи два слова: Экспекто Патронум».
«Мне это известно», — ответила Миррина, продолжая наблюдать за пролетающими над поездом эфемерными животными. — «Но, дело в том, что у меня НЕТ волшебной палочки».
«А зачем она тебе нужна?» — усмехнулся молодой человек, под капюшоном которого виднелись рыжие волосы. — «Ты ведь можешь просто...»
«Помолчи, Рон!» — резко перебила своего спутника девушка на метле. — «Она должна понять это сама! И не сейчас! Иначе ход истории может измениться».
Скорпиус моментально вытащил из кармана своего пальто волшебную палочку и протянул её родственнице Реддла. — «Вот, возьмите мою!»
«Сконцентрируйся, Мирри!» — умоляюще попросила девушка, глядя на свой маховик времени, который уже начал мерцать. — «У тебя всё получится!»
«Ну, разумеется!» — подтвердил её слова незнакомец, под капюшоном которого блестели очки. — «У неё же любое заклинание получается с первого раза!»
«А по-другому и быть не может», — усмехнулся молодой человек, под капюшоном которого виднелись рыжие волосы. — «Потому что она родственница знаменитых волшебников, один из которых был САМЫМ могущественным чародеем в Истории Магии!»
«Вы о Волан-де-Морте?» — виновато поинтересовалась Миррина, взяв в руки волшебную палочку Скорпиуса.
«А при чём здесь Волан-де-Морт?» — удивился молодой человек, под капюшоном которого виднелись рыжие волосы. — «Ведь и он, и все его родственники, уже давно в могиле».
«Хватит, Рон! Не мешай ей!» — снова перебила его девушка на метле. — «Пожалуйста, Мирри! Создай Патронус! Потому что у нас мало времени!»
«Ладно», — кивнула родственница Реддла. И, закрыв глаза, приготовилась в первый раз взмахнуть волшебной палочкой.
Она старалась вспомнить самое счастливое событие в своей жизни. Но ей ничего не приходило в голову, кроме этих многочисленных представителей фауны, напоминающих бело-серебристых призраков, которые сейчас бесшумно кружились над поездом.
«ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!» — громко произнесла Миррина.
И неожиданно почувствовала, как через указательный палец её правой руки прошла мощная энергия. А следом за ней, из волшебной палочки, одолженной ей сыном Драко, вырвался бело-серебристый фантом единорога и бесшумно направился к маховику времени, который держала в руках девушка на метле.
«Потрясающе!» — восторженно прошептал Скорпиус, провожая Патронус Миррины внимательным взглядом.
И в этот момент, Патронус единорога, уменьшившись до размера мыши, подлетел к маховику времени. А потом начал быстро вращаться вокруг него, постепенно превратившись в серебристое световое кольцо.
«Спасибо, Мирри», — грустно улыбнулась девушка на метле. — «Обещаю! С тобой всё будет в порядке».
«Вот возьми!» — неожиданно прокричал молодой человек, под капюшоном которого виднелись рыжие волосы. И сразу бросил родственнице Реддла золотой галлион. — «Пусть он принесёт тебе счастье!»
«Спасибо», — обескураженно поблагодарила его Миррина, не совсем понимая, чем она заслужила подобное внимание к себе.
А молодой волшебник, под капюшоном которого поблёскивали очки, обратился к сыну Драко Малфоя. — «И тебе, спасибо, Скорпиус... Потому что ты действительно САМЫЙ талантливый Прорицатель в Англии. И без тебя бы мы никогда не справились».
Сын Драко от удивления потерял дар речи.
«Ребята, уходим!» — скомандовала девушка на метле.
И в тот же миг, маховик времени, который она держала в руках, сверкнул ослепительным светом. И этот свет был настолько ярким, что Скорпиус и Миррина на секунду зажмурили глаза. А когда снова их открыли, то уже не обнаружили ни странных волшебников на сверхскоростных мётлах, ни окружающих их Патронусов. Словно всё случившееся минуту назад было не более чем миражом.
И только золотой галлион, который остался в руках у Миррины, напоминал о реальности недавно произошедшего здесь события.
И в этот момент, Хогвартс-Экспресс снова издал пронзительный гудок и поехал.
И к Скорпиусу снова вернулся дар речи.
«Невероятно», — прошептал он, продолжая смотреть в окно. — «Кто же были эти волшебники?»
«Теперь уже не важно», — вздохнула родственница Реддла, убирая золотой галлион в свою сумку.
«Вы правы, леди Миррина», — согласился с ней сын Драко. А потом задумчиво произнёс. — «Интересно... А у меня получится создать Телесный Патронус?»
«А ты попытайся», — предложила родственница Реддла, возвращая ему волшебную палочку.
«Ладно... Сейчас...» — сказал Скорпиус, закрывая глаза.
И, подобно Миррине, тоже вообразил каскад полупрозрачных представителей фауны, которые недавно кружились над поездом. — «Экспекто Патронум!»
И в тот же миг, из его волшебной палочки вырвался фантом царя зверей, который начал величаво прогуливаться рядом с ним.
«Ух, ты! ЛЕВ!» — радостно воскликнула Миррина.
«Никогда бы не подумал!» — восхищённо прошептал сын Драко.
«Браво, Скорпиус! Браво!» — зааплодировала ему родственница Реддла.
И случайно столкнула на пол Новую Астрономическую Энциклопедию, которая лежала на диване. — «Ой... Прости, пожалуйста!»
«Ничего страшного», — успокоил её сын Драко, поспешно поднимая с пола свою книгу. — «Просто Астрономическая Энциклопедия решила таким образом напомнить, что мне пора составлять ваш гороскоп».
«А это много занимает времени?» — поинтересовалась Миррина.
«Вовсе нет», — ответил Скорпиус, снова взяв гусиное перо. — «Минут пять. Или десять».
С этими словами, он продолжил записывать на листе пергамента какие-то цифры, сверяя их с расположением звёзд, нарисованных на страницах энциклопедии. — «Итак, день первый... День второй...»
«Да быть того не может!» — неожиданно воскликнул он, возмущённо взглянув на свиток пергамента, исписанный его аккуратным почерком. — «Ерунда какая-то получается! Наверное, в Новой Астрономической Энциклопедии есть опечатка!»
«Что случилось, Скорпиус?» — обеспокоенно поинтересовалась молодая герцогиня.
«Ничего особенного, леди Миррина», — уверил её сын Драко, сердито захлопнув Новую Астрономическую Энциклопедию. — «Просто в этой книге полно ошибок! Как будто её горные тролли составляли! Говорил же моему отцу, что мой старый астрологический справочник намного лучше. Так нет! Он всё равно купил мне эту новую макулатуру и заставил взять её с собой! Потому что здесь, видите ли, более подробные звёздные карты нашей Вселенной!»
«А разве это плохо?» — удивилась родственница Реддла.
«Нет», — ответил Скорпиус, поспешно раскладывая на диване свои магические карты. — «Но у меня такое впечатление, что они составлены неверно. Поэтому, будет лучше, если я предскажу вашу судьбу на моих Картах Таро. Потому что они меня никогда не подводят. Итак... День первый. День второй...»
И в этот момент, Скорпиус снова замолчал. И в его глазах отразился ужас.
Он обеспокоенно взглянул на свою новую книгу, которую только что раскритиковал, и нервно сглотнул воздух. — «Нет... В энциклопедии не опечатка».
«В чём дело, Скорпиус?» — осторожно поинтересовалась молодая герцогиня. — «Меня ждёт что-то плохое?»
«Ну-у, в общем-то...» — сдавленным голосом произнёс сын Драко.
«Что?» — чуть слышно прошептала Миррина.
«Может быть... Вам не стоит знать об этом?» — с надеждой поинтересовался сын Драко.
«Нет, Скорпиус!» — серьёзным тоном обратилась к нему родственница Реддла. — «Говори! Я должна быть в курсе!»
Сын Драко снова сглотнул воздух и продолжил разговор вполголоса. — «Ну, ладно... Значит так... Карты Таро сообщили мне, что Новая Астрономическая Энциклопедия не лжёт. А если она не лжёт, то, по приезду в Хогвартс, вам не позволят пройти Церемонию Распределения на факультеты. Потому что факультет, на котором вы будете учиться, уже выбран Кингсли Бруствером, независимо от вашего желания и предпочтений Распределяющей Шляпы. Вас отправят в СЛИЗЕРИН! А волшебную палочку станут выдавать ТОЛЬКО НА УРОКАХ! И ТОЛЬКО под присмотром преподавателей. А после окончания занятий — СРАЗУ ЗАБИРАТЬ! А если волшебная палочка потребуется вам для выполнения домашних заданий, вам прикажут после окончания занятий явиться в Учительскую Хогвартса. И выполнить эти домашние задания в присутствии руководства школы! А потом снова заберут у вас волшебную палочку! А большинство студентов Хогвартса, несмотря на то что они будут очарованы вашей красотой, начнут сторониться вас из-за вашей родословной, о которой им уже известно из свежего номера Ежедневного Пророка. И всю эту напряжённую обстановку будет подогревать своим возмутительным поведением Аманда Гриффиндор. Потому что она начнёт завидовать вашей уникальной природной красоте и умению выполнять задания преподавателей с первого раза и без ошибок. А потом Аманда попытается избавиться от вас с помощью сверхмощной боевой магии, чтобы вы не затмевали её своей внешностью и талантами. И мотивирует это тем, что СЧАСТЬЕ, отнятое 19 лет назад у большинства волшебных семей Волан-де-Мортом, можно будет вернуть только тогда, когда удастся уничтожить последнего родственника Тёмного Лорда. И в Общей Гостиной того факультета, на который вас распределят, вы жить НЕ БУДЕТЕ, чтобы не пугать своих однокурсников. А чёрную рабочую мантию, которую полагается носить всем студентам Хогвартса, домашние эльфы-портные из Швейной Мастерской этой школы — уже перешили по вашей фигуре из старой рабочей мантии Волан-де-Морта, которую он носил в шестнадцатилетнем возрасте. А ещё вы получите все старые учебники Тёмного Лорда с первого по седьмой курс, его потрёпанные гусиные перья, чернильницу, и даже его старую деревянную кровать, выцветшую от времени, на которой Тёмный Лорд спал в годы своего обучения в Хогвартсе. И эта кровать будет стоять в Туалете Плаксы Миртл, в нескольких шагах от той самой раковины, под которой скрывается вход в знаменитую Тайную Комнату. Собственно, в этом туалете вы и БУДЕТЕ ЖИТЬ, слушая бесконечные вопли эфемерной студентки Когтеврана, обитающей в нём. И привидение этой студентки, вне зависимости от времени суток, будет сокрушаться о том, что мерзкая ползучая тварь Волан-де-Морта — когда-то убила её. А теперь, по требованию руководства школы, бедная и несчастная Миртл вынуждена терпеть в своём туалете дальнего родственника Тёмного Лорда...»
«Вот что вас ждёт в первые дни вашего прибытия в Хогвартс», — похоронным голосом закончил свой рассказ Скорпиус.
«О, Господи!» — испуганно прошептала Миррина.
«Может быть, вам улететь домой, пока не поздно?» — обеспокоенно предложил сын Драко. — «Потому что, я только что заметил, что к окну нашего вагона, в отличие от двери, не применены никакие блокирующие чары!»
«Да, я тоже это заметила, Скорпиус», — призналась родственница Реддла, оглядевшись по сторонам. — «Но только КАК? У меня же НЕТ МЕТЛЫ!»
«Ничего страшного», — успокоил её сын Драко, вытаскивая из-под дивана длинную чёрную коробку. — «Я дам вам свою метлу. То есть, метлу своего отца».
«Вот! Это Молния!» — торжественно объявил он, открывая коробку. — «Мой отец летал на ней, когда учился в Хогвартсе. Правда, она не такая быстрая, как новые сверхскоростные мётлы, но, всё равно, обладает приличной скоростью».
«Спасибо, Скорпиус», — поблагодарила его Миррина, садясь на метлу. — «Я пришлю тебе её обратно. Вот только... Разве первокурсникам разрешается иметь собственные мётлы?»
Сын Драко отрицательно покачал головой. — «Нет. Но мой отец уговорил меня взять её с собой на всякий случай. И, как я теперь вижу, оказался прав».
«Это точно», — согласилась с ним молодая герцогиня, приготовившись вылететь в приоткрытое окно.
«Ладно, леди Миррина... Удачной вам дороги до Подземного Замка!» — чуть слышно пожелал ей напоследок сын Драко.
Но в тот же миг, поезд издал громкий протяжный гудок и остановился.
«Эй! В чём дело?» — невольно вздрогнула Миррина.
А Скорпиус заметил Хагрида и профессора Флитвика, которые стояли на платформе, неподалёку от последнего вагона, и мрачно вздохнул. — «ПРИЕХАЛИ...»
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу