Аид и Персефона. Версия№№№ (гет)

В семнадцать лет Любовь выглядела потрясающе: высокая, статная, с маминой мягкой грацией и папиным пронзительным, властным взглядом. В московской элитной гимназии все ее сверстники тряслись над пробниками и репетиторами, готовясь к выпускным испытаниям, но у Аида на этот счет были свои стандарты.

— Забудь про эти смертные тесты, — невозмутимо произнес владыка недр, стоя посреди роскошного мраморного зала подземного дворца. — Твое образование должно соответствовать статусу. Экзамен принимаю я лично. Правила простые: отвечаешь быстро, четко и ясно. Время на ответ — максимум пять секунд. Замешкалась — начинаем заново.

Любовь скрестила руки на груди, дерзко вскинула подбородок и с легкой полуулыбкой кивнула:

— Валяй, пап.

Аид начал без пауз, чеканя слова, как удары молота:

— Сколько рек в подземном царстве и их точное назначение?

— Пять! — без заминки отчеканила Любовь на второй секунде. — Стикс — река первозданной клятвы и неуязвимости, Ахерон — скорбь и первичный перевал душ, Коцит — стенания не погребенных, Флегетон — огненная река очищения грешников, и Лета — забвение земного опыта. Кстати, у Леты с восточной стороны уровень воды в этом сезоне поднялся на два локтя из-за таяния ледников наверху.

Аид даже бровью не повел, моментально бросая следующий вопрос:

— Критерии распределения душ между Элизиумом, Асфоделевыми лугами и Тартаром?

— Элизиум — герои, праведники и чистые творцы, личное помилование судей. Асфодели — нейтральное большинство, не совершившее ни великого добра, ни тяжкого зла, серая масса без яркой памяти. Тартар — клятвопреступники, тираны, осквернители святынь и убийцы родичей. И, между прочим, судья Радамант в последнее время занижает планку для политиков, пора бы ему устроить внеплановую проверку.

— Формула управления глубинным давлением земной коры при разломе тектонических плит? — резко сменил тему Аид.

— Концентрация воли на эпицентре с компенсаторным отводом кинетической энергии в базальтовые карманы под углом сорок пять градусов к магматическому клину! — выпалила Любовь на третьей секунде. — Если опоздать на долю мгновения, на поверхности начнется девятибалльное землетрясение с цунами, как было на Крите в античности, когда дядя Посейдон психанул из-за спора за Афины.

— Способ нейтрализации яда лернейской гидры в крови титана?

— Корень асфоделя, вымоченный в водах Стикса ровно три лунных цикла, растертый с алмазной пылью и пеплом феникса. Применять наружно, иначе сожжет аорту за три удара сердца. Рецепт взят из тайных архивов Гекаты, второй шкаф слева.

Вопросы сыпались градом: от древней юриспруденции и анатомии мифических чудовищ до законов глобальной макроэкономики смертных, расположения золотых жил на планете и квантовой структуры пространственных порталов.

Любовь ни разу не задумалась дольше трех секунд. Она не просто выдавала точные академические формулировки — она сыпала датами, именами, актуальными подробностями текущего состояния подземного царства и земных рынков, умудряясь еще и вставлять едкие, меткие комментарии.

Когда закончился пятидесятый вопрос, в тронном зале повисла звенящая тишина.

Аид несколько секунд молча смотрел на дочь. Затем на его строгом, обычно непроницаемом лице медленно расплылась редкая, искренняя и невероятно гордая отцовская улыбка.

— Ну что ж, — спокойно заключил он, хлопнув в ладоши, отчего легкое эхо прокатилось по базальтовым сводам. — ЕГЭ тебе точно не надо. Экзамен сдан на отлично. К управлению недрами и земными активами допущена без ограничений.