Свой или чужой (джен)

В качестве родственников я пригласил на финал Люциуса и Нарциссу — типа в моём доме гобелен Блэков, поэтому могу считать их родственниками.

...

Волдеморт был очень зол, но ничего поделать не мог, понимая, что старшего Малфоя вызвать будет невозможно.

...

Первым препятствием был боггарт, вторым туман и перевёрнутые земля и небо. Вдруг я услышал крик Флер Делакур и решил, что нужно вмешаться -, наверняка, что-то внеплановое. Пробив заросли (к счатью, редукто сработало невербально, пусть и не с первого раза), я увидел болгарина, пытающего француженку непростительным.

— Экспелиармус! Экспелиармус! А теперь вы оба выходите из турнира! — я подал сигнал обеими палочками.

Следующим препятствием стал соплохвост — остолбеней максимум сработал только с третьего раза, в результате у меня частично пострадпли верхушки волос из-за жары.

После соплохвостов долго препятствий не бвло, поэтому удивил сфинск с загадкой про скорпиона.

Кубок был уже близок, когда я вдруг увидел бегущего от гигантского паука Седрика Диггори. Я тоже попытался уйти от зверя. Неожиданно шестикуомние споткнулся об лиану, и варианта, кроме как сразитьсч не было. К счастью, вместе с помощью инкарцеро справились. После этого я кое-что сообразил — Остолбеней! Прости, но я действую для твоего же блага. Если останусь жив, то потом объясню.

Портал отправил меня на кладбище к надгробиям Томаса, Тома и Марии Реддлов.

— Хвост! Проведи ритуал!

— Кость отца, отданная без согласия, кровь врага, взятая принудительно, и плоть слуги , пожертвованная добровольно, возродите хозяина!

Меня при этом поранили ножом по левой руке. ..Похоже что несколько ниток, попавшие вместе с кровью в котёл, каким-то чудесным образом превратились сразу же в одежду.

— Гарри Поттер! Сейчас ты увидишь мою насточщую семью! Хвост! Руку! Не эту, хотя, так и быть, наколдую тебе новую вместо той, что пожертвовал для меня! ...Нотт, Крэбб, Гойл, Макнейр, Эцвери ! Вы явились так, словно меня не было тринадцать минут, а не тринадцать лет, но я прошёл дальше всех других по пути, идущему к бессмертибю Хвост! Развяжи пленника! ..Теперь начнётся дуэль! Авада кедавра!

— Авада кедавра! — я действовал по принципу,что, если гибнуть, то вместе.

Я увидел, как мой зелёный луч идёт навстречу зеленому лучу Волдеморта, и потерял сознание.

Вскоре я увидел свою почти точную копию, кроме цвет глаз.

— Гарри! Я Джеймс. Ты можешь вернуться к жизни. Твои сделки это хитрость. Ты можешь пожаловаться на Альбуса Дамблдора, так как опасность турнира превысила плановую, но жить в доме Дурслей ты должен ещё продолжать, так как магия жертвы держится до реального совершеннолетия. Твоя сделка с Фаджем с идеей предписания Вернону и Петунье , наверняка, уникальна.

— За счёт чего я жив, отец?

— Во-первых, дело в крови, во-вторых, в фрагманте души Волдеморта, который был в тебе.

— Я связал Питера Питегрю, пока ты потерял сознание. Так что теперь юридичесеи неопределённость с виновностью Сириуса Ориона Блэка закончилась, — произнёс лорд Нотт.

..

Вернувштсь в Хогвартс, я заявил: Это Питер Питегрю, выдавший тайну адреса моих родителей, директор Хогвартса и председатель Визенгамота Альбус Брайн Вульфрик Персиваль Дамблдор. По закону об ответственности я мог бы требоваать очень больши'е суммы, но мне не нужно сейчас ни кнатта от вас, но в обмен вы уйдёте из Визенгамота полностью, а ещё откажитесь от доднлмти директора и будете вести историю магии.

— Я согласен покинуть должности директора и место в Визенгамоте.

— Корнелиус Освальд Фадж! А теперь обращаюсь к вам. Я мог бы требовать компенсацию за ошибочный приказ о казни Сириуса Ориона Блэка при поимке. Реально мне этого не нужно, но прошу ,как только место в Визенгамоте, в связи с уходом Альбуса Дамблдорк освободится, передать это место мне.

— По закону, запрещено заседать раньше семнадцати лет, а голосовать нельзя до достижения двадцати одного года.

— Главное получить место сейчас, а то, что пару-тройку лет придёться ждать до реального права этим местом воспользоваться это для мня пустяки, если де-факто оно будет пустовать, и никто от моего имени до наступления у меня семндцати лет выступать не будет.

— Что касается должности преподавателя истории магии, важно, согласятся ли попечители и новый директор одобрить моё назначение как преподавателя.

— Скорее всего, одобрят, — произёс Люциус Малфой.