Галактика за Вратами Ночи. Эпизод 1. Затерянный мир (джен)

Они спустились в долину.

— Обойдем равнину по дуге побольше, и вернемся, — сказал Люк.

— А как же просьба следопыта?

— Назгулов здесь нет — в Силе чувствую.

— Так почему сразу не сказал?

— А ты всегда рассказываешь знакомым о своих возможностях благодаря связям в лице сына главкома Империи, под командованием которого летаешь?

— И то верно, — отозвался Селчу, правильно расценив сравнение комэска.

Они не спешили: обогнули Амон-Сул по дуге полукилометрового радиуса и уже были с противоположной стороны, когда Люк ощутил присутствие других одаренных. Резко остановился. Тикхо тоже замер, догадавшись о чем-то.

Их было много — двадцать или даже больше существ были возле самого холма. «Хаттова дрянь! Уже второй раз я пропускаю приближение одаренных».

Это были не назгулы — в Силе они сияли подобно той девушке, хоть и не настолько ярко. Другие эльфы? Но их отблески были какими-то странными: призрачными и словно изорванными, размазанными в пространстве. «Стоп, да они же пытаются скрыть свое присутствие! Вот почему я их не заметил!» Тем временем эльфы были уже в руинах. А в следующий миг резкий всплеск Силы заставил Люка вздрогнуть: волной нахлынуло ясное ощущение опасности, угрожающей Веджу и Джуно. Мгновение он колебался, затем бросился вперед. Тикхо последовал за ним, на ходу выхватывая бластер.

Они примчались к башне меньше, чем за минуту. Взбежали по холму, и Люк бросился к одному из проломов в стене. Упал на землю, прячась в тени. Тикхо сделал то же самое.

— Сарлачье гнездо! — выдохнул сын ситха. И впрямь было от чего ругаться: на площадке было десятка два всадников-эльфов. Джуно и Ведж, со связанными руками, сидели вдвоем на одной из лощадей. Арагорн и хоббиты тоже были здесь; но следопыт сидел на коне один и совершенно спокойный, да и хоббиты не очень-то переживали.

Первым порывом командира «Молний» было броситься вперед со световым мечом, и он уже было сделал движение, чтобы подняться, но внезапно ощутил руку Тикхо на своем плече:

— Коммандер, не слишком ли их много?

Люк стиснул кулак. Будь на его месте отец, тот бы не стал сомневаться, но он — ситхеныш-недоучка, использующий Светлую Сторону, а не Темный Лорд. И с двадцатью форсъюзерами ему не справиться. Сам окажется рядом с Веджем.

Тут один из эльфов обернулся в их сторону. Видно, ощутил их присутствие. Люк проклял себя за вспышку гнева, разрушившую его маскировку в Силе.

— Они там! — эльф указал в сторону Люка и Тикхо.

Да, догадка подтвердилась:

— Бежим!

* * *

Они мчались, не разбирая дороги, через равнину. Еще в начале погони Люк постарался рассеять их с Тикхо присутствие в Силе; сейчас, судя по разъехавшимся в стороны эльфам, ему это удалось. Еще немного, еще…

Летчики упали в траву рядом с каким-то кустарником. Люк сконцентрировался, опутывая себя и товарища потоками Силы, маскировавшими их. «Спокойно, Скайуокер. Нет эмоций — есть покой. Джедаи тоже кое в чем были правы… Просто успокойся, и Сила сама потечет сквозь тебя…»

Так и случилось. Едва он усилием воли подавил эмоции, как Сила окутала их, словно покрывалом. Спрятала от новых недругов. Те еще немного поездили по равнине и, потеряв окончательно след беглецов, помчали прочь от Амон-Сула.

Только когда эльфы скрылись из виду, Люк позволил себе принять вертикальное положение. Сел, уперся спиной в ветви. Тикхо Селчу устроился рядом:

— Что будем делать, коммандер?

«Чтоб я знал. Но показывать это нельзя».

Люк поразмышлял с минуту. Кое-что вспомнил.

— Вчера вечером я видел у Фродо карту. Ривенделл от нас на восток, от остальной равнины он отделен рекой. Отсюда начинается лес, причем малопроходимый, затем скальные россыпи до самой воды. Всаднику там пробраться трудно, поэтому эльфы направились в объезд по дороге, но мы можем попробовать срезать угол.

— И устроить им засаду возле переправы через реку? — догадался Селчу.

— Да. Правда, там не отмечена переправа — должно быть, есть брод или что-то в этом роде, но попытаться стоит. Только учти: там напрямик километров тридцать, придется все время бежать. Справишься?

— А есть альтернатива? — альдераанец был настроен решительно.

— Тогда отдохнем пару часов, и вперед, — Люк не стал уточнять, что там не тридцать километров, а все пятьдесят.* * *

Люк раскрыл глаза за мгновение до того, как прозвонил будильник на коммлинке. Тикхо тоже вскочил.

— Рюкзаки оставим здесь и пойдем налегке. Берем сухпай, бакта-пластыри, воду и пистолеты-подъемники: нам через скалы идти. Из оружия — бластеры. И парочка термальных детонаторов не помешает. — Люк быстро рассовывал по карманам формы все перечисленное. Спрятал свой и Тикхо рюкзаки, нарубил световым мечом веток и прикрыл ими тайник. — Вперед!

Они бежали в предрассветных сумерках, ориентируясь по светящемуся компасу. Первые несколько километров леса деревья стояли редко, и двигаться было легко. Предрассветный холодок бодрил, и, несмотря на почти бессонную ночь, летчики чувствовали себя хорошо. Под ногами ковром расстилалась трава, невысокая, но густая, пружинившая на каждом шаге. Бежали не торопясь; путь не близкий, а силы надо экономить, ведь без боя товарищей не освободить. Оба парня молчали: неразумно тратить дыхание попусту; но Люк был уверен, что Тикхо думает о том же, что и он сам:

«Какого хатта им понадобилось брать нас в плен? Эльфов предупредил Арагорн, когда ушел перед нападением назгулов, это ясно, но зачем? А еще он заставил нас разделиться, отправив меня на разведку — скорее всего, увидев, как я махался с тем призраком, решил, что с нами четырьмя справиться будет непросто. А я повелся, как последний дурак. Тоже мне командир эскадрильи! Ох, и получу же я от отца… Но если что-то случится с Веджем и Джуно — да я бы сам отдал приказ «база-дельта-ноль»! Выжег бы этот проклятый камешек с орбиты к хаттовой матери! Жаль, Траун не позволит, наверно…»

Местность начала едва заметно подниматься вверх. Деревья росли все гуще, а иной раз попадались заросли колючих кустарников или кучи поваленных веток. Завидев препятствие, Люк опережал спутника на десяток-другой метров и быстро расчищал дорогу с помощью светового меча. Отодвинул в очередной раз Силой срезанные ветки:

«А следопыт на нас всю дорогу косо смотрел. И когда это началось? Аккурат после того, как я рассказал, откуда мы пришли. Интересно, ему так не понравилась фраза о присоединении к Империи или сам факт того, что мы — пришельцы? Судя по рассказу Эриона об изгнанном создателе его Властелина, — второе. Они не стали нас убивать — значит, мы нужны живыми. Зачем? Выяснить, не собирается ли изгнанник вернуться?»

Летчики уже начали уставать. Болели ноги, кололо в боку. Время от времени они переходили на быстрый шаг, чтобы восстановить дыхание, но затем снова бежали. На ходу разжевывали белковые кубики из пайков: вроде бы со вкусом каких-то ягод, но тягучие и приторные. Хуже всего был уменьшающийся запас воды. Хоть бы ручеек какой, что ли.

Теперь уже не было сил размышлять: все внимание было приковано к движению. Пять минут бегом, минуту — идти. Люк держался за счет Силы — это был неплохой способ подпитки утомленного организма, но чувствовал, что Тикхо уже выбивается из сил. Они остановились на привал. Пообсуждали сложившуюся ситуацию, и, не прийдя к какому-то конкретному решению, снова пустились в путь.

Теперь уже буреломы были едва ли не на каждом шагу: Люку даже не приходилось отключать меч. Летчики уже не бежали — просто быстро шли, все время сверяя направление.

Когда солнце достигло зенита, начали попадаться скалы — сначала просто поросшие мохом валуны торчали из земли, потом вместо подлеска появились участки голого гравия.

— Давай наверх.

Выстрел из пистолетов-подъемников — нити приклеились к вершине скалы. Второе нажатие — и их рвануло вверх. Тонкие сверхпрочные шнуры быстро сматывались, и вскоре летчики уже вскарабкались на вершину. Огляделись. Кругом простирались россыпи таких же скал, а вдали сверкала на солнце полоска воды. Знакомое присутствие в Силе заставило Люка обернуться: несколько секунд он вглядывался в дорогу вдали за скалами, однако из-за края леса разглядеть что-либо, происходившее на дороге было невозможно.

— Коммандер, полагаете, мы успеем пробраться через эти завалы?

— Надо успеть.

Они передвигались благодаря подъемникам. Выстрел — нить приклеилась к вершине соседней скалы. Затем полет — сначала вперед-вниз, потом вперед-вверх, пока не смотается шнурок. Третье нажатие — электрический импульс отклеивает нить от скалы. И все сначала. Снова и снова. Пока, наконец, последняя скала не оборвалась к самой реке. Летчики быстро спустились к воде.

Река была узкой и мелкой: почти по всей ее ширине виднелась галька. На том берегу снова начинался лес, буквально светившийся в Силе. «Вот так, наверно, выглядел Храм джедаев до приказа 66», мелькнула мысль. Наверно, Люк еще долго бы стоял, как вкопанный, если бы Тикхо не дернул его за руку:

— Коммандер, слышите? Кто-то скачет.

Разумеется, он слышал. Приближение назгулов в Силе отдавалось бурлящим темным потоком, захлестывавшим все вокруг. А впереди мчалась та самая девушка, Арвен, которая увезла хоббита. Внезапная идея осенила командира «Молний», и он резко обернулся к подчиненному:

— Лейтенант Селчу, напомните мне, что говорится в Уставе Имперского Космического флота насчет ограничения свободы передвижения имперских офицеров гражданскими лицами.

Тикхо удивленно моргнул, но ответил:

— Согласно параграфу сто одиннадцатому части восьмой, ограничение свободы передвижения имперских военных лицами, на то не уполномоченными, приравнивается к захвату заложников и наказывается пожизненной ссылкой на одну из планет-колоний, а при наличии отягчающих обстоятельств — смертной казнью. Но если подобные действия совершает группа разумных существ, принадлежащая к народу, неподчиненному Империи, то такое действие приравнивается к объявлению войны… — в глазах альдераанца сверкнуло понимание. — А это означает…

— Что командующий имперскими войсками на данной территории обязан рассматривать любое существо этого народа как враждебное Империи и имеет полное право обращаться с ним по законам военного времени. В том числе взять в плен при необходимости, — заключил Люк. И быстро перевел разговор: — Засаду устроим на том берегу. Бластер — на парализующий режим.

Лейтенант Селчу усмехнулся, поняв намерения командира. Ведь затем можно будет заключить перемирие и обменять пленников.

* * *

Они расположились на небольшом валуне на том берегу. Почти сразу же из-за деревьев появились всадники. Впереди, на белой лошади мчалась эльфийка, придерживая перед собой раненого Фродо; за ней полукругом неслись призраки кольца. Тикхо негромко присвистнул: их было девятеро.

— А как же назгулы?

— Им нужен полурослик с Кольцом, а нам — девчонка, — отозвался Люк.

Ни возгласа. Только топот животных разрывал тишину. Арвен подлетела к воде и, не останавливаясь, промчалась к противоположному берегу. Оказавшись за какой-нибудь десяток метров от валуна, где спрятались летчики, развернулась к преследователям, которые остановились возле воды. Впрочем, длилось это недолго: один из назгулов решительно направил коня в воду, за ним последовали остальные. Арвен не двигалась, словно уверенная в собственной безопасности.

— Что она задумала? — прошептал Тикхо. Люк лишь пожал плечами: откуда ему знать?

Эльфийка начала что-то шептать. Слова не доносились до укрытия пилотов, однако вихрь, поднявшийся в Силе, сын ситха не мог не заметить. Не вихрь — ураган. Тикхо поежился, чуть отодвинувшись от края: такие возмущения на уровне интуиции улавливают даже неодаренные. Сила, окутывавшая лес, взвихрилась над рекой.

А затем пришла вода. Огромная белесая волна появилась из-за скал, с верховий реки, промчалась почти вровень с валуном летчиков.

— Сарлачье гнездо! — выдохнул потрясенный Тикхо. — Откуда тут столько воды?

Но прежде чем он успел завершить фразу, волна уже обрушилась на назгулов, сбивая с ног их лошадей. На мгновение все смешалось в белой пене, а потом, в поднявшейся воде кое-где появились черные пятна; но понять, люди это были или лошади, не было возможно. Вода стремительно уносила их прочь, и спустя еще несколько секунд они исчезли из виду. Волна схлынула, и поверхность воды в реке снова вернулась к прежнему покою.

Люк поднялся, сжимая парализатор: «Что бы это ни было, разберемся потом», и с этой мыслью спрыгнул с камня. Неизвестно, услышала ли девушка шорох гравия под его ногами или ощутила опасность в Силе, но она стремительно обернулась, и Скайуокер увидел, как зашевелились ее губы, произнося странные слова на чуждом певучем языке. Сила снова завихрилась вокруг нее, но молниеносная реакция ситхского сына сыграла свою роль: прежде чем клубящиеся потоки света ударили Люка, он вскинул бластер и нажал на спуск. Синий импульс ударил в девушку; мгновение она была неподвижна, а затем начала заваливаться назад. Скайуокер бросился к эльфийке, подхватывая: «Еще не хватало, чтоб она свернула себе шею, упав с лошади».

* * *

— Надо убираться отсюда и поскорее.

Тикхо наблюдал, как командир снимает девчонку с лошади:

— Что будем делать с хоббитом?

Комэск на мгновение ушел в себя. Отстраненное лицо, отсутствующий взгляд. Прислушивается к этой их Силе, понял Тикхо. Это длилось лишь пару секунд.

— Ничего. Оставим здесь. Его скоро найдут другие эльфы, — Люк провел рукой по шее лошади, та рванулась в сторону, а затем попыталась схватить его зубами за локоть. — Хаттов хвост! Это животное поняло, что мы оглушили его хозяйку, и не будет слушаться нас. Придется ее нести, — с этими словами он взвалил оглушенную девчонку на плечо. — Пошли. Спрячемся в скалах на той стороне.

* * *

Солнце клонилось к закату, а между скалами уже залегли тени. Пилоты расположились возле небольшого костра. Между ними сидела связанная эльфийка, уже пришедшая в себя. Разговаривать с ними она не стала, да летчики и не настаивали: предупредили только, что: «Если вздумаешь повторить фокус с речкой, тут же оглушим снова». Она ничего не ответила. Не хочет — не надо.

Коммандер только что рассказал Тикхо свой план: когда эльфы с пленными приблизятся, отправить им в Силе сигнал, заставив остановиться. Они поднимутся на одну из скал у дороги вместе с девчонкой и попытаются договориться. «Остается только надеяться», подумал альдераанец, «что со скалой, на которой мы будем стоять, не произойдет ничего такого, как с той речушкой». Впрочем, у них эльфийская девчонка. Если что, она под удар своих же и попадет.

Размышления свои Тикхо был вынужден прервать в тот момент, когда выражение лица комэска как-то неуловимо изменилось. Полетав с сыном ситха несколько месяцев, подобные перемены лейтенант Селчу научился отслеживать боковым зрением едва ли не на интуитивном уровне, поскольку они всегда сулили нечто: то ли хорошее, то ли плохое, но точно не спокойствие. В данной ситуации, впрочем, на хорошее рассчитывать не приходилось. Поэтому альдераанец пристально следил за командиром. Тот еще секунду смотрел в Силу, а затем легко и плавно вскочил на ноги:

— Тикхо, бери факел.

— Что? — изумился альдераанец.

— Бери, — коммандер буквально сунул ему в руки горящую ветку из костра. — Эффективная вещь, — и отступил назад, к скале, активируя световой меч.

Порыв холодного ветра заставил Тикхо вздрогнуть. Однако в следующую секунду странный приказ стал ясен.

Девять теней появились из-за скал, и летчики оказались стоящими в их полукольце. Как и Люк с Тикхо, назгулы держали мечи наизготовку. Мгновение все были неподвижны — каждая из сторон решала, нападать сразу или не стоит.

Первым молчание нарушил один из призраков.

— Коммандер Люк Скайуокер, — произнес медленно он. Затем чуть повернулся к альдераанцу: — Лейтенант Тикхо Селчу?

— Кажется, я со своими людьми куда известней, нежели полагал, — отозвался Скайуокер.

— Позвольте же узнать, чем обязаны вашему визиту, господа? — осведомился лейтенант Селчу в лучших традициях великосветского альдераанского воспитания; впрочем, впечатление неминуемо портили горящая ветка в одной руке и бластер — в другой.

— Прежде вы были союзниками того эльфийского выкормыша, Арагорна, — внезапно вмешался один из призраков. Ехидные интонации, — Что же так обижаете их девушек? И…

— Погоди, Моро, — прервал его первый.

— Были… — комэск сказал, точно плюнул. — Были, да сплыли.

— А что случилось? — вмешался еще один. Голос был весьма знакомым… Эрион?!

Люк усмехнулся и выключил световой меч. Тикхо последовал примеру коммандера и с чистой совестью выбросил ветку в траву. Тем более, что она уже почти вся сгорела и, продолжая держать ее, можно было запросто заработать ожоги. Бластер, впрочем, убирать не стал.

— Эльфы объявили войну Империи, — коротко ответил Скайуокер.

— Как это?

— Взяли в плен моих людей. А агрессия против офицеров Империи равнозначна объявлению войны.

— И вы взяли в плен эльфийку, чтобы обменять ее на своих подчиненных?

— Именно.

— А где хоббит? — внезапно вклинился в разговор еще один призрак.

Люк усмехнулся:

— Остался на том берегу речки. Мне он ни к чему.

Несколько мгновений все молчали. Тикхо просто ожидал, что будет дальше, а Люк всматривался в Силу. Судя по небольшому волнению, назгулы общались ментально. Решают, что делать. Ну что ж, посмотрим…

Разговор возобновил первый призрак:

— Вы должны отдать нам свою пленницу.

Тикхо заметил, как девчонка вздрогнула и повернулась к Люку, словно ища защиты. Но тот лишь покачал головой:

— С какой стати? Она необходима, чтобы освободить моих людей.

— Видимо, вы просто не знаете, кто она, — вмешался Эрион. — Это Арвен Ундомиель, дочь Элронда, правителя Ривенделла. А вместе с этим хоббитом, которого вы оставили на том берегу, к нему попал один важный для нас предмет…

— Кольцо, — заметил Люк.

— Вы уже знаете?

— Трудно было не заметить, — усмехнулся комэск.

— Возможно, Элронд оценит жизнь своей дочери дороже Кольца. Поэтому она нужна нам.

— Она и мне нужна, — спокойно ответил Люк. — И лично я ценю жизнь и свободу своих подчиненных точно намного дороже этого вашего Кольца.

— Мы поможем освободить ваших людей, — внезапно заявил первый. — А вы отдадите нам эльфийку. Идет?

Люк мгновение помолчал, обдумывая неожиданное предложение. При желании назгулы могли бы отнять у них пленницу, но предпочли договориться. Значит, им нужно еще что-то. Вопрос — что? Увы, задать его прямо означало бы спровоцировать конфликт. А дипломатия и разговор намеками был стихией сенатора Леи Скайуокер, но отнюдь не ее брата.

— Идет, — коротко ответил он.