Когда тьма еще не знала его имени (гет)

Вечером Гермиона спустилась в гостиную Слизерина. Она задержалась на пороге, незаметно оглядывая помещение: низкие потолки, зелёные драпировки, серебряные канделябры с мерцающими свечами, диваны с бархатной обивкой и тяжёлые дубовые столы. В камине тихо потрескивал огонь, отбрасывая пляшущие тени на стены.

В центре комнаты расположилась группа учеников. Гермиона узнала Тома Риддла — он сидел в кресле у камина, слегка откинувшись, с книгой в руках, но явно прислушивался к разговору. Рядом с ним, чуть наклонившись к нему, стояла Вальбурга Блэк. Высокая, с горделивой осанкой, тёмными волосами, уложенными в сложную причёску, и пронзительными чёрными глазами. Её поза и взгляд ясно показывали, кому принадлежит её внимание.

Рядом с Вальбургой стояла её кузина Цедрелла Блэк — более сдержанная, с мягким выражением лица и задумчивым взглядом. Чуть поодаль расположились Абраксас Малфой — светловолосый, с аристократическими чертами лица и насмешливой улыбкой, Корвус Лестрейндж — крепкий парень с жёстким взглядом, а также Эван Розьё и Седрик Мальсибер, о которых Гермиона слышала лишь смутные упоминания в будущем.

Вальбурга первой заметила Гермиону и окинула её оценивающим взглядом:

— О, новенькая, — её голос звучал холодно и чуть насмешливо. — Мисс… Моро, если не ошибаюсь? Из Франции?

— Да, — Гермиона шагнула вперёд, стараясь выглядеть уверенно. — Гермиона Моро. Рада познакомиться.

— Вальбурга Блэк, — представилась та, не протягивая руки. — А это моя кузина Цедрелла.

Цедрелла слегка улыбнулась и кивнула:

— Добро пожаловать в Слизерин.

— Абраксас Малфой, — светловолосый юноша слегка поклонился. — Приятно видеть свежую кровь в наших рядах. Особенно из Шармбатона.

— Корвус Лестрейндж, — коротко бросил крепкий парень, едва удостоив её взглядом.

— Эван Розьё, — произнёс молодой человек с тонкими чертами лица и ироничной улыбкой, слегка склонив голову.

— Седрик Мальсибер, — добавил его сосед — худощавый, с пронзительными серыми глазами и нервным тиком в уголке рта. Он коротко кивнул, изучая Гермиону цепким взглядом.

Гермиона вежливо кивнула каждому:

— Очень приятно. Я только осваиваюсь, так что буду признательна за помощь.

Вальбурга фыркнула:

— Помощь? В Слизерине каждый сам за себя. Но если будешь держаться правильных людей, возможно, что то и выйдет.

Риддл закрыл книгу и поднялся:

— Не стоит пугать новенькую, Вальбурга. Мисс Моро, Слизерин ценит ум и амбиции. Если вы обладаете этими качествами, место среди нас вам обеспечено.

Его голос звучал ровно, но в глазах читался живой интерес. Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холодок. Он оценивает меня, — подумала она. — Прощупывает, пытается понять, кто я на самом деле.

— Благодарю, мистер Риддл, — ответила она спокойно. — Я надеюсь оправдать ожидания.

— О, она говорит с акцентом, — заметила Вальбурга, скривив губы. — Как мило. Наверное, в Шармбатоне все такие… утончённые.

Цедрелла мягко коснулась её руки:

— Вальбурга, будь тактичнее. Мисс Моро только прибыла.

— Я просто констатирую факт, — та пожала плечами. — Хотя, должна признать, платье у вас красивое. Где покупали?

— В Париже, — улыбнулась Гермиона, решив сыграть на этом. — У мадам Ларусс. Она шьёт для многих французских семей.

— Париж… — Вальбурга на мгновение задумалась, и её тон чуть смягчился. — Да, там действительно знают толк в моде. Возможно, мы ещё обсудим это подробнее.

Риддл встал и подошёл ближе:

— Мисс Моро, раз уж вы здесь, позвольте показать вам некоторые особенности нашей гостиной. Например, тот уголок у окна идеально подходит для чтения — там всегда тихо и достаточно света.

Гермиона кивнула:

— С удовольствием.

Они отошли в сторону, оставив остальных обсуждать что то вполголоса. Риддл говорил спокойно, рассказывал о традициях факультета, о расписании, о том, какие профессора строги, а какие снисходительны. Его манеры были безупречны, речь — грамотна и изящна. Он уже сейчас умеет очаровывать, — отметила про себя Гермиона. — Но за этой вежливостью скрывается острый ум и расчётливость.

— Вы, кажется, хорошо осведомлены обо всём, что происходит в школе, — осторожно заметила она.

— Просто стараюсь быть в курсе, — улыбнулся Риддл. — Знания — сила, мисс Моро. А в Слизерине это понимают лучше, чем где либо.

Гермиона встретилась с ним взглядом. В его глазах не было той холодной жестокости, которую она помнила. Пока ещё нет. Но она видела: он уже сейчас мыслит стратегически, просчитывает шаги, собирает вокруг себя людей. Если я хочу изменить его будущее, — подумала она, — мне нужно завоевать его доверие. Но не потерять себя.

— Согласна, — кивнула она. — И я надеюсь, что смогу чему то научиться здесь.

Риддл слегка склонил голову:

— Уверен, у вас всё получится. А теперь, если позволите, я должен вернуться к своим делам. Добро пожаловать ещё раз, мисс Моро.

Он отошёл, а Гермиона осталась у окна, глядя на мерцающие свечи. Первый контакт установлен, — подумала она. — Вальбурга насторожена, Цедрелла доброжелательна, остальные пока наблюдают. Но главное — Риддл заинтересовался. Теперь нужно действовать осторожно. Один неверный шаг — и всё пойдёт прахом.

Она глубоко вдохнула, расправила плечи и направилась к остальным, готовая продолжить знакомство. Впереди ждали новые разговоры, новые наблюдения и первые шаги на пути к изменению истории.

Пора было идти на ужин. Гермиона слегка нервничала: ей предстояло впервые появиться в Большом зале в качестве ученицы Слизерина — среди сотен взглядов, под гул разговоров и мерцание парящих свечей.

Абраксас Малфой, заметив её нерешительность, слегка поклонился:

— Мисс Моро, если позволите, я провожу вас в Большой зал. Буду рад показать вам дорогу и рассказать кое что о здешних обычаях.

— Очень признательна, мистер Малфой, — улыбнулась Гермиона. — Буду рада вашей помощи.

Они вышли из гостиной Слизерина. Абраксас шёл уверенно, чуть впереди, но постоянно оборачивался, чтобы убедиться, что Гермиона не отстаёт. Его манеры были безупречны — аристократичная небрежность сочеталась с вежливостью, которую он явно считал обязательной для своего статуса.

— В Хогвартсе легко заблудиться, — начал он, ведя её по тёмным коридорам подземелий. — Особенно новичкам. Но если запомните несколько ориентиров, станет проще. Вот эта мозаика со змеёй — поворот к нашим спальням. А если пойти прямо, упрётесь в тупик с портретом спящего монаха. Он просыпается только когда кто то ругается на латыни.

Гермиона невольно улыбнулась:

— Звучит… необычно.

— О, это ещё мелочи, — Абраксас усмехнулся. — В замке полно таких сюрпризов. Некоторые лестницы меняют направление раз в неделю, а доспехи иногда решают прогуляться. Главное — не пугайтесь, если вдруг услышите шёпот из стен. Это просто призраки сплетничают.

Они начали подниматься по винтовой лестнице. Свет факелов отбрасывал длинные тени на каменные стены.

— А теперь важный момент, — понизил голос Абраксас, когда они приблизились к массивным дверям Большого зала. — Слизеринцы держатся вместе. Мы не демонстрируем слабости на публике. Улыбайтесь, если нужно, но не позволяйте никому увидеть вашу неуверенность. И ещё: никогда не спорьте с Пуффендуем о квиддиче. Они безобидны, но фанатичны.

Гермиона кивнула, чувствуя, как учащается пульс.

— Спасибо за советы, Абраксас. Я постараюсь их запомнить.

Он остановился перед дверьми и обернулся к ней:

— И ещё кое что. Не обращайте внимания на Вальбургу. Она ревнует, потому что привыкла быть в центре внимания Тома Риддла. Но он… — Абраксас на мгновение замялся, подбирая слова, — он не принадлежит никому. И выбирает людей не по их происхождению, а по тому, что они могут дать.

Гермиона встрепенулась:

— Вы думаете, он действительно так рассуждает?

— Уверен, — кивнул Абраксас. — Риддл видит потенциал. И если вы докажете, что стоите его времени, он это оценит. Но не ждите от него дружбы — только партнёрства.

— Понятно, — тихо ответила Гермиона, обдумывая его слова. Значит, Риддл уже выстраивает свою сеть, — подумала она. — И я должна стать частью её, не вызвав подозрений.

— Готовы? — Абраксас положил руку на резную ручку двери.

— Да, — Гермиона расправила плечи. — Пойдёмте.

Он распахнул дверь, и их окутал гул голосов, звон посуды и волшебный свет тысяч свечей, парящих под потолком. В зале царила атмосфера праздника: ученики оживлённо переговаривались, на столах появлялись блюда с едой, а над факультетами горели цвета их домов — красный и золотой у Гриффиндора, синий и бронзовый у Когтеврана, жёлтый и чёрный у Пуффендуя, зелёный и серебряный у Слизерина.

Абраксас провёл Гермиону к столу Слизерина. Многие головы повернулись в их сторону — кто то с любопытством, кто то с откровенным пренебрежением. Вальбурга демонстративно отвернулась, но Цедрелла тепло улыбнулась и похлопала по месту рядом с собой.

— Садитесь здесь, — указал Абраксас. — Я познакомлю вас с остальными.

Он представил Гермиону нескольким ученикам: молчаливому Маркусу Нотту, остроумной Лидии Селвин и угрюмому Эдмунду Эйвери. Каждый встретил её по своему: Нотт — сдержанным кивком, Селвин — насмешливым «о, ещё одна француженка?», Эйвери — подозрительным взглядом.

Пока они рассаживались, Абраксас наклонился к Гермионе:

— Видите того парня у края стола? — он незаметно указал на худощавого юношу с внимательными глазами. — Это Люциус Розье, двоюродный брат Эвана. Очень наблюдательный. И ещё — рядом с Риддлом всегда оставляйте место. Он не любит, когда его пространство занимают без спроса.

Гермиона незаметно оглядела стол. Риддл сидел чуть в стороне от остальных, спокойно беседуя с Корвусом Лестрейнджем. Его поза была расслабленной, но взгляд — цепким. Он, казалось, замечал всё, что происходило вокруг.

— Спасибо, Абраксас, — искренне поблагодарила Гермиона. — Вы очень помогли.

— Всегда к вашим услугам, мисс Моро, — он слегка поклонился. — А теперь наслаждайтесь ужином. И помните: Слизерин — это не просто факультет. Это стратегия.

Гермиона улыбнулась в ответ и взяла вилку. Перед ней стояла тарелка с ароматным рагу, но мысли были далеко. Каждый здесь играет свою роль, — размышляла она. — И моя задача — вписаться в эту игру, не потеряв себя. И найти способ повлиять на Риддла, пока не стало слишком поздно.

Она подняла глаза и встретилась взглядом с Томом. Он слегка кивнул ей — едва заметно, но достаточно, чтобы она поняла: он заметил её появление. И он за ней наблюдает.

После ужина все слизеринцы постепенно собрались в гостиной факультета. Гермиона стояла у камина, наблюдая, как огонь отбрасывает мерцающие блики на зелёные драпировки и серебряные украшения. В воздухе витал лёгкий запах полированного дерева и чего то пряного — возможно, травяного чая, который так любил декан.

Внезапно дверь распахнулась, и вошёл Гораций Слагхорн — тучный, добродушный на вид волшебник с пышными усами и в бархатной мантии цвета тёмного изумруда. Его живот слегка колыхался при ходьбе, а глаза за круглыми очками лучились теплом и любопытством.

— А вот и наши юные таланты! — громогласно объявил он, потирая руки. — Рад видеть всех в добром здравии. И особенно рад приветствовать нового члена нашего замечательного факультета!

Он направился прямо к Гермионе, протягивая руку:

— Мисс Моро, не так ли? Гораций Слагхорн, ваш декан. Очень, очень рад, что вы присоединились к Слизерину. Я уже слышал о ваших успехах в зельеварении — мадам Дюваль из Шармбатона весьма лестно отзывалась о вас.

— Благодарю, профессор, — Гермиона слегка поклонилась, пожимая его мягкую, но крепкую руку. — Для меня большая честь оказаться здесь.

Слагхорн расплылся в улыбке:

— О, уверяю вас, честь на нашей стороне! Талантливые ученики — моя слабость, знаете ли. Особенно те, кто сочетает ум с амбициями. А Слизерин, как вы скоро убедитесь, умеет ценить такие качества.

Он оглядел собравшихся учеников:

— Итак, молодые люди, у меня есть объявление. В следующую субботу я устраиваю небольшой ужин для избранных — тех, кто проявляет особые успехи или потенциал. И я был бы счастлив видеть вас среди гостей, мисс Моро.

В гостиной повисла короткая пауза. Вальбурга едва заметно нахмурилась, Абраксас приподнял бровь, а Риддл слегка наклонил голову, изучающе глядя на Гермиону.

— Это большая честь, профессор, — ответила Гермиона, стараясь не выдать волнения. — Я с радостью приму приглашение.

— Превосходно! — Слагхорн хлопнул в ладоши. — Тогда до субботы. А теперь, если позволите, я хотел бы перекинуться парой слов с мистером Риддлом насчёт нашего кружка зельеварения. Том, подойдите на минутку.

Риддл поднялся с кресла и подошёл к декану. Они отошли в сторону, и Слагхорн что то тихо сказал ему, похлопывая по плечу. Риддл кивнул, его губы тронула едва заметная улыбка.

— Видите? — шепнул Абраксас, незаметно оказавшись рядом с Гермионой. — Слагхорн обожает собирать вокруг себя «восходящие звёзды». И если он вас отметил, это многое значит.

— Но это также значит, что остальные будут присматриваться к вам ещё внимательнее, — добавила Цедрелла, подходя с другой стороны. — В Слизерине никто не любит, когда кого то выделяют.

— Зато теперь у вас есть козырь, — усмехнулся Эван Розьё, который стоял неподалёку и слышал их разговор. — Декан на вашей стороне. Используйте это с умом.

Гермиона кивнула, обдумывая услышанное. Слагхорн видит во мне перспективную ученицу, — размышляла она. — Это может открыть двери к нужной информации. Но в то же время я становлюсь мишенью для зависти и подозрений.

Тем временем Слагхорн попрощался со студентами и направился к выходу:

— Хорошего вечера, молодые люди! И помните: Слизерин — это не просто факультет. Это семья. Пусть и с острыми зубами, — он подмигнул и вышел, оставив после себя аромат травяного чая и ощущение чего то важного, только что начавшегося.

Гермиона огляделась. Вальбурга демонстративно отвернулась, увлекая в разговор Корвуса Лестрейнджа. Абраксас и Седрик Мальсибер о чём то перешёптывались, бросая на неё взгляды. Цедрелла ободряюще улыбнулась, а Риддл, закончив разговор, медленно направился в её сторону.

— Похоже, вы уже успели произвести впечатление на профессора Слагхорна, — произнёс он, останавливаясь рядом. Его голос звучал ровно, но в глазах читался живой интерес. — Интересно, какими ещё талантами вы обладаете, мисс Моро?

Гермиона встретилась с ним взглядом. Вот оно, — подумала она. — Первый настоящий разговор с Риддлом. Нужно быть осторожной, но не слишком закрытой. Он должен увидеть во мне равную — или хотя бы интересную собеседницу.

— О, я лишь стараюсь оправдать ожидания, мистер Риддл, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Но, признаться, больше всего меня интересует зельеварение. Возможно, на том ужине я смогу узнать что то новое.

— Возможно, — кивнул Риддл. — И, возможно, мы с вами найдём общие темы для обсуждения. В конце концов, знания лучше всего усваиваются в компании единомышленников.

Гермиона почувствовала, как внутри всё сжалось от волнения. Он заинтригован, — поняла она. — И это мой шанс. Если я смогу заинтересовать его наукой, а не идеологией… Возможно, я смогу изменить его путь.

— Согласна, — сказала она вслух. — Буду рада обсудить это подробнее.

Риддл слегка склонил голову:

— Тогда до субботы, мисс Моро.

Он отошёл, а Гермиона осталась у камина, глядя на пляшущие языки пламени. Всё только начинается, — подумала она. — Ужин у Слагхорна — это не просто честь. Это первый шаг в моей игре. И от него зависит, смогу ли я действительно изменить будущее.