Сквозь холод-к тебе (гет)

Следующие несколько дней прошли в напряжённой рутине: тренировки, патрули, отчёты. Но я чувствовала — что‑то назревает. Леви стал ещё внимательнее к моим действиям, а Ханджи несколько раз ловила меня задумчивым взглядом, словно пыталась сложить пазл.

Всё вскрылось неожиданно.

Мы с отрядом вернулись с очередного патруля. Я как раз сдавала отчёт в канцелярию, когда услышала за спиной знакомый голос:

— Вот она. Именно о ней я и говорил.

Я обернулась. У двери стояли майор Ханджи и незнакомый офицер в форме военной полиции. Его взгляд скользнул по мне с холодным любопытством.

— Рядовая Т/И, — произнёс он официальным тоном, — вас вызывают к командованию для дачи объяснений.

Леви, который как раз вошёл в помещение, мгновенно напрягся:

— По какому поводу?

— Есть основания полагать, что рядовая Т/И скрывает своё происхождение. Данные указывают на возможную связь с родом Аккерманов.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Я сжала кулаки, чувствуя, как кровь отливает от лица.

— И что с того? — голос Леви прозвучал резко, как удар хлыста. — Даже если это так, какое это имеет значение для службы?

— Род Аккерманов известен своими… особыми способностями, — мягко вмешалась Ханджи. — И своей историей конфликтов с властью. Командование обеспокоено, что Т/И может действовать по чьему‑то приказу.

— Я служу Разведкорпусу, — я наконец обрела голос. — И только ему.

— Мы должны проверить, — настаивал офицер. — Возможно, она обладает информацией, важной для безопасности человечества.

Леви сделал шаг вперёд:

— Проверка будет проходить под моим контролем. Я ручаюсь за неё.

— Капитан Аккерман, — офицер нахмурился, — вы не можете брать на себя такую ответственность.

— Могу. И беру. — Леви посмотрел ему прямо в глаза. — Т/И доказала свою верность в бою. Если командование сомневается — пусть отстраняют нас обоих.

На мгновение повисла напряжённая пауза. Ханджи задумчиво постукивала пальцами по столу, наблюдая за этой схваткой.

— Возможно, капитан прав, — неожиданно сказала она. — Давайте поступим так: Т/И останется в отряде, но будет выполнять задания под особым наблюдением. И — она повернулась ко мне, — ты согласишься поделиться всем, что знаешь о своём прошлом. По доброй воле.

Я посмотрела на Леви. Он едва заметно кивнул.

— Хорошо, — сказала я твёрдо. — Я расскажу всё, что помню. Но предупреждаю: это не изменит моей преданности Разведкорпусу.

Офицер военной полиции сжал губы, но кивнул:

— Принято. Но учтите: один неверный шаг — и ситуация будет пересмотрена.

Когда он вышел, Ханджи вздохнула:

— Ну что ж, теперь мы официально в одной лодке. — Она улыбнулась мне. — Не переживай, Т/И. Мы со всем разберёмся.

Леви подошёл ближе:

— Идём. Нам нужно обсудить план дальнейших действий.

**

Мы оказались в той же архивной комнате, где я впервые рассказала ему о своих воспоминаниях. Леви закрыл дверь и повернулся ко мне:

— Ты в порядке?

— Да, — я попыталась улыбнуться. — Просто… страшно, что из‑за меня у вас будут проблемы.

— За меня не беспокойся, — он сел за стол. — Главное сейчас — обезопасить тебя. Если они начнут копать глубже, могут найти то, что ты сама не помнишь.

— Что вы предлагаете?

— Продолжаем тренировки. Ты будешь работать в паре со мной — так я смогу контролировать ситуацию. И — он чуть помедлил, — начни записывать все свои воспоминания. Даже самые мелкие детали. Возможно, в них ключ к чему‑то большему.

Я кивнула:

— Сделаю.

Он встал, подошёл ближе:

— И ещё одно. — Его голос стал тише. — Если почувствуешь опасность — сразу ко мне. Не пытайся решать проблемы в одиночку. Поняла?

Я подняла взгляд:

— Поняла, Леви.

Он слегка улыбнулся — той редкой, почти незаметной улыбкой, которая появлялась только для меня:

— Вот и хорошо. А теперь — за работу. У нас много дел.

Выходя из архива, я чувствовала странное спокойствие. Да, угроза оставалась, но теперь я знала: я не одна. И пока рядом Леви, у меня есть шанс не только выжить, но и узнать правду о своём прошлом — и о том, какую роль мне суждено сыграть в этой войне.