Тайна Ли (гет)

Мао Мао отступила на шаг, не сводя глаз с евнуха. В архиве было тихо, и эта тишина давила сильнее крика. Свиток в её руке казался теперь бесполезным — против физической угрозы знания о травах не защитят. Но именно эти знания и стали её оружием.

— Ты ведь не хочешь меня убивать прямо здесь, — тихо, но твёрдо произнесла она, и в её голосе не было страха — только холодный расчёт. — Если я исчезну или умру в архиве, все сразу поймут, что дело нечисто. А ты слишком осторожен для такой грубой ошибки.

Евнух чуть склонил голову, будто оценивая её слова, и на его губах мелькнула тонкая усмешка.

— Умная девочка, — протянул он. — Но слишком самоуверенная. Думаешь, я пришёл сюда один?

Мао Мао едва заметно повела носом. Воздух был тяжёлым от пыли, но сквозь неё пробивался едва уловимый запах — горьковатый, травянистый. Тот самый, который она знала слишком хорошо.

— Полынь, — прошептала она, и её пальцы крепче сжали свиток. — Ты натер руки настойкой полыни, чтобы сбить собак со следа, если что-то пойдёт не так. Значит, тебе важно не оставить следов. Значит, ты не главный, а исполнитель.

Евнух на мгновение замер, и этого хватило. Мао Мао резко качнулась вперёд, будто ноги её не держали, и рухнула на колени, уронив свиток. Он шагнул ближе — не из заботы, а чтобы убедиться, что она не притворяется. И в тот миг, когда он наклонился, она молниеносно схватила с полки маленькую стеклянную колбу с высушенными лепестками белладонны и резко встряхнула её. Тонкая пыль взметнулась в воздух, прямо ему в лицо.

Он отшатнулся, закашлялся, на мгновение потеряв ориентацию. Этого хватило, чтобы Мао Мао вскочила и метнулась к узкому проходу между стеллажами — туда, где хранились старые свитки с перечнями поставок тканей.

— Не пытайся меня догнать, — бросила она через плечо. — Белладонна в такой концентрации не убьёт, но на время собьёт зрение и замедлит реакцию. А я знаю эти коридоры лучше, чем кто-либо.

Она бежала, прижимая к груди тот самый свиток с записями о поставках. В голове стучала одна мысль: если евнух — лишь пешка, значит, где-то есть тот, кто дёргает за ниточки. И ключ к этому — не в силе, а в документах.

Тем временем Женьши стоял напротив советника Ли, и между ними висело напряжение, густое, как грозовая туча.

— Ты думаешь, что нашёл улику, — спокойно произнёс Ли, постукивая пальцами по подлокотнику кресла. — Но ты забываешь одну вещь: в этом дворце любая улика — это оружие, которое можно повернуть против того, кто его держит.

— Я не держу, — холодно ответил Женьши. — Я использую. И если ты причастен к этим отравлениям, я найду способ это доказать. Даже если для этого придётся перевернуть весь северный квартал.

Ли вдруг рассмеялся — не громко, но так, что по спине Женьши пробежал холодок.

— Переворачивай, — сказал он. — Ищи. Но помни: пока ты гоняешься за тенями, кто-то другой делает настоящие ходы. Например, убирает тех, кто слишком много знает.

Женьши резко подался вперёд, и его голос стал тише, но от этого только страшнее:

— Если ты хоть пальцем тронул Мао Мао…

— Я? — Ли поднял брови, изображая невинность. — Я здесь сижу и разговариваю с тобой. А вот где она — вопрос хороший. Может, ты зря оставил её одну?

В этот момент Женьши почувствовал, как внутри всё оборвалось. Он резко развернулся и бросился к двери, не слушая окликов Ли. В голове билась только одна мысль: Мао Мао не послушалась. Она пошла искать улики. И если Ли знал, что она это сделает…

Он мчался по коридорам, не замечая взглядов слуг, не слыша окриков стражи. Архив. Она пошла в архив.

Мао Мао замерла у старого шкафа, дрожащими руками разворачивая свиток. Перед глазами всё ещё плыло от усталости, но она заставляла себя читать, выцепляя из строк самое важное. И вдруг взгляд наткнулся на строчку, которая заставила её сердце замереть: три месяца назад крупная партия тканей из северного квартала была отправлена не в восточное крыло, а на склады у задних ворот. И подписана она была не печатью дворца, а личной печатью… евнуха, который сейчас гнался за ней.

— Вот оно, — прошептала она. — Ты не просто исполнитель. Ты организатор мелких звеньев. А значит, где-то есть тот, кто даёт тебе приказы.

Она услышала шаги в соседнем проходе — тяжёлые, неторопливые. Евнух уже пришёл в себя.

Мао Мао быстро свернула свиток и спрятала его за пазуху. Потом огляделась. Рядом стояла маленькая масляная лампа. Она схватила её, вылила немного масла на пол у входа в проход и достала из кармана кресало — привычный предмет, который носила с собой на случай, если придётся работать в тёмных кладовых.

Вспышка пламени была яркой, но короткой. Огонь побежал по маслу, отрезая евнуху путь. Он выругался, отступил, и в этот миг Мао Мао выскользнула через боковую дверь, ведущую в служебные коридоры.

Она бежала, не разбирая дороги, пока не врезалась во что-то твёрдое, тёплое, живое.

— Мао Мао! — Женьши схватил её за плечи, удерживая, чтобы она не упала. Его лицо было бледным, глаза — полными ужаса. — Ты ранена? Что случилось?

— Он… — она задыхалась, пытаясь выговорить слова. — Евнух… он не просто исполнитель… вот… — она вытащила свиток и вложила ему в руку. — Посмотри… печать… он сам оформлял поставки…

Женьши пробежал глазами по строкам, и его лицо стало каменным.

— Значит, Ли не единственный, — тихо произнёс он. — Он лишь прикрывает того, кто действует в тени.

Мао Мао покачнулась, и он тут же подхватил её, прижимая к себе.

— Теперь ты точно никуда не пойдёшь, — твёрдо сказал он, но в его голосе звучало не раздражение, а облегчение. — Ты и так сделала больше, чем должна была.

— Но если мы остановимся… — начала она, но он прижал палец к её губам.

— Мы не остановимся, — тихо, но уверенно произнёс он. — Мы просто будем действовать умнее. Ты дала мне ключ. Теперь я знаю, куда бить.

И, не давая ей шанса возразить, он поднял её на руки и понёс прочь из тёмных коридоров — туда, где свет фонарей разгонял тени, а впереди их ждала не просто разгадка, а настоящая битва за дворец.