Коридор, где замирает время (гет)

Они уселись на деревянные ступеньки крыльца. Над их головами тихо гудел старый жёлтый фонарь, выхватывая из темноты осеннего двора круг падающего света. На улице было прохладно, но от открытой коробки с пончиками пахло так вкусно, а Аскар сидел так близко, что холод совершенно не ощущался.

Сая вытянула свои ноги вперед. В свете фонаря её новые кроссовки-бульдозеры выглядели особенно масштабно и дерзко.

Аскар опустил на них взгляд, отпил чай из стаканчика и едва заметно усмехнулся:

— Слушай... ты этими кроссовками кого угодно можешь в асфальт закатать. В них ты выглядишь так, будто у тебя в кармане как минимум секретный план по захвату города.

Сая повернула к нему голову, посмотрев на него поверх оправы очков с тенью своей фирменной хитринки:

— А ты бойся. Я предупреждала, что со мной опасно.

— Я уже не боюсь, — тихо ответил Аскар.

Он аккуратно отставил свой стаканчик, расстёгнул свою тёмную куртку и, не спрашивая разрешения, накинул её край на её плечи, укрывая Саю от прохладного ночного ветра. Внутри куртки было невероятно тёпло, она пахла им — хвоей, чистым хлопком и свежим осенним воздухом.

— Сая? — тихо позвал он после короткой паузы.

— М-м? — она откусила кусочек пончика с розовой глазурью, слизывая сладкий капли с губы.

Аскар замер, смотря на её губы, а потом медленно поднес руку и пальцем бережно вытер капельку глазури у самого уголка её рта. Его рука задержалась на её подбородке. Тёплые подушечки его пальцев чуть сжали её подбородок, заставляя её заглянуть ему прямо в глаза.

— Помнишь... как всё начиналось? — спросил он, и его голос стал совсем низким, интимным. — В школе. Когда ты проходила мимо, а я отворачивался?

Сая чуть прищурила зеленые глаза:

— Помню. Ты тогда казался самым неприступным и холодным человеком на свете. Я думала, тебе вообще всё равно.

— Я просто идиотом был, — честно признался Аскар, подсаживаясь ещё ближе, так что их плечи соприкоснулись. — Я тогда каждый раз замирал, когда слышал твои шаги. Я боялся, что если посмотрю на тебя слишком долго — ты догадаешься. И что ты меня засмеешь.

Сая тихо, искренне засмеялась, качнув головой, из-за чего пряди её каре красиво рассыпались по плечам:

— Засмею? Аскар, я по тебе вообще-то всё лето сохла!

Аскар удивлённо приподнял брови, а потом на его лице расцвела самая счастливая и тёплая улыбка, которую она когда-либо видела.

— Серьёзно? — тихо переспросил он, чувствуя, как внутри разгорается настоящее солнце.

— Серьёзнее не бывает, — шепнула Сая, наклоняясь к нему чуть ближе.

Аскар не выдержал. Он обнял её за талию, притягивая к себе прямо в этой огромной куртке, и наклонился к её лицу. На этот раз он не стал целовать её в щеку. Его губы — тёплые и мягкие — осторожно, нежно касались её губ.

Это был их первый настоящий, неторопливый поцелуй. От него перехватило дыхание, в животе взлетела целая буря из бабочек, а весь окружающий мир с жёлтым фонарем и ступеньками просто растворлся в ночи.

Когда он медленно отстранился, его лоб уперся в её лоб. Они оба тяжело и часто дышали, не отпуская друг друга из объятий.

— Больше никаких игр в молчанку, ладно? — шепнул Аскар, гладя её по ухоженным волосам.

Сая поправила очки, улыбнулась и уткнулась носом в его шею:

— Никаких игр. Только ты и я.