Хищная не-проблема (джен)

В спа-салоне «У Лотос и Алоэ» пахло травами. Не просто так, а с утра — целенаправленно. На столе в маленькой лабораторной комнате, которую сёстры оборудовали за кулисами, стояли баночки, пузырьки, ступки и несколько книг, раскрытых на страницах о травах и их свойствах.

Лотос стояла у стола, перетирая в ступке сушёные листья котовника. Запах стоял терпкий, чуть лимонный, но с той особенной ноткой, которую сёстры уже научились узнавать. Алоэ сидела на краю стола, держа в копытах блокнот с записями.

— Итак, — сказала Лотос, не прекращая растирать, — мы знаем, что кошачья мята привлекает кошек. Но нам нужна стабильная процедура. Мы не можем каждый раз сыпать траву на клиента.

— И мы не можем рассчитывать на то, что Лайри будет в настроении, — добавила Алоэ. — Если он не захочет, он просто отвернётся и уйдёт. А нам нужно, чтобы он приходил и делал свою работу. Как… как по расписанию.

— Не как расписание. Как привычка. — Лотос поставила ступку и высыпала порошок в маленькую стеклянную банку. — Если мы создадим запах, который он будет ассоциировать с чем-то приятным, он будет приходить сам. Без принуждения.

Алоэ задумалась, перелистывая книгу Флаттершай. На одной из страниц было написано: «Большие кошки, включая гепардов, реагируют на кошачью мяту так же, как и домашние кошки. Запах непеталактона вызывает у них игривость и желание тереться о предметы. Однако реакция длится недолго и не гарантирована у всех особей».

— Читай дальше, — сказала Лотос.

— «Для стабильного поведения рекомендуется сочетать запах с положительным подкреплением: едой, лаской или игрой. Условный рефлекс формируется быстрее, если запах предшествует награде». — Алоэ подняла глаза. — Значит, мы должны сделать так, чтобы он ассоциировал запах с чем-то, что он хочет получить.

— С едой, — сказала Лотос. — Он всегда хочет есть.

— Или с чем-то, что он уже любит делать, — добавила Алоэ. — Например, вылизывать поней. Если он поймёт, что запах означает «можно подойти и потереться», он будет делать это сам.

Лотос кивнула и подошла к полке, где стояли пузырьки с маслами. Она взяла один, открыла его и понюхала. Запах был мягким, травяным, с лёгкой мятной нотой.

— Мы не можем использовать масло в чистом виде, — сказала она. — Оно слишком концентрированное. Надо разбавить его с чем-то нейтральным.

— С касторовым маслом, — предложила Алоэ. — Оно безопасно для кожи и не имеет сильного запаха. Мы можем смешать котовник с касторкой и сделать спрей.

— Или масло для нанесения, — поправила Лотос. — Спрей может раздражать слизистую, если случайно попасть в глаза. А масло мы будем наносить на шерсть клиента — на плечи, на спину.

Алоэ кивнула и записала:

«Смесь: экстракт кошачьей мяты (котовника), касторовое масло, лёгкий ароматизатор для пони (лаванда или ромашка, чтобы не отталкивать клиентов)».

— А если он не отреагирует? — спросила Алоэ. — Мы ведь не знаем, чувствителен ли он к котовнику.

— Узнаем, — ответила Лотос. — Мы проверим. Сегодня же.

--

Они пришли на ферму во второй половине дня. Лайри спал в своём амбаре, свернувшись клубком, и лишь уши его подрагивали, когда сёстры вошли внутрь.

— Я принесла кое-что, — сказала Лотос, ставя на сено маленькую миску, в которую капнула несколько капель своего масла. — Просто посмотрим, что будет.

Они отошли к стене и замерли.

Лайри приоткрыл глаза, понюхал воздух, и его ноздри дрогнули. Он медленно встал, потянулся, подошёл к миске, обнюхал её. Потом ткнулся носом в масло, поднял голову и снова втянул запах.

— Он заинтересовался, — прошептала Алоэ.

Лайри обошёл миску, потом вдруг припал к полу, потёрся об неё головой, перевернулся на спину и начал кататься, издавая низкое, довольное урчание.

Лотос и Алоэ переглянулись.

— О, — выдохнула Лотос. — Это работает.

— Это работает очень хорошо, — добавила Алоэ, не сводя глаз с гепарда.

Лайри катался ещё минуту, потом остановился, лизнул край миски и улёгся рядом, положив голову на лапы. Его глаза были полуприкрыты, дыхание ровное, и на морде — если у гепарда может быть морда, выражающая блаженство — застыло выражение глубокого удовлетворения.

— Он в эйфории, — сказала Лотос. — Прямо как в книге.

— Теперь нужно проверить, будет ли он так же реагировать на масло, если оно нанесено на пони, — сказала Алоэ. — А не просто в миске.

Они переглянулись.

— Кто будет первой? — спросила Лотос.

— Я, — сказала Алоэ, и в голосе её прозвучала та особенная решимость, которая появлялась у неё только перед рискованными процедурами. — Я нанесу масло на себя, и если он подойдёт — значит, мы на правильном пути.

* * *

Через час в новом амбаре, который сёстры обустроили для будущих процедур, Алоэ лежала на мягком матрасе, завернувшись в тёплое одеяло. На её плечи и спину было нанесено масло — та самая смесь котовника и касторки, которую они приготовили утром.

Лотос стояла у входа, наблюдая.

Лайри вошёл в амбар неторопливо, словно проверяя, что здесь изменилось. Он огляделся, понюхал воздух — и его внимание привлекла Алоэ.

Он подошёл, обнюхал её плечо, потом спину. Она лежала неподвижно, стараясь дышать ровно. Лайри ещё раз вдохнул запах, потом лизнул пони между лопаток.

Алоэ вздрогнула.

— Тише, — прошептала Лотос. — Не двигайся.

Лайри лизнул ещё раз, потом ещё. Его язык был шершавым, но мягким, и Алоэ чувствовала, как по телу разливается тепло. Не от масла — от его внимания. Он вылизывал её спину медленно, методично, с той же сосредоточенностью, с какой он ел свою еду.

Минут через пять он остановился, обошёл пони, лизнул плечо и улёгся рядом, положив голову на лапы.

— Он закончил, — сказала Лотос. — Как ты?

— Я… — Алоэ попыталась встать и поняла, что не может. Ноги не слушались. Всё тело было расслаблено до предела, как после сауны и долгого массажа. — Я не чувствую ног-х-х.

— Это хороший знак, — улыбнулась Лотос. — Значит, мы нашли то, что работает.

Алоэ прикрыла глаза и улыбнулась.

— Это лучше, чем любой массаж, — сказала она. — Это… это как раствориться в тёплом молоке.

* * *

Вечером они сидели в своём салоне и пили чай. На столе лежал новый блокнот, исписанный со всех сторон, и несколько пузырьков с порциями масла.

— Мы сделали это, — сказала Алоэ, всё ещё сонная, но счастливая. — Мы создали масло, которое привлекает Лайри.

— Теперь надо убедиться, что он будет реагировать и на других поней, — сказала Лотос. — Не только на нас.

— Тогда пригласим Рэрити, — предложила Алоэ. — Если она снова впадёт в экстаз — мы знаем, что рецепт работает.

— А если нет — будем его улучшать, — добавила Лотос. — Мы близко. Я чувствую.

Она подняла чашку с чаем, глядя на пузырёк с маслом, и улыбнулась.

— Мы делаем историю, Алоэ. Мы делаем историю с гепардом.

За окном опускался вечер. На ферме «Сладкое яблоко» зажигались огни, и Лайри, лежащий в своём амбаре, чувствовал на своей шерсти остатки запаха, который принёс ему странное, приятное тепло.

Он не знал, что это за магия.

Но ему нравилось.