Жили у бабуси (джен)

— Значит так. Вот блюдечко. Без каемочки, правда. Вот яблочко, — Тёмка выложил принесенное на одеяло.

— А чего яблочко надкусанное? — недовольно буркнула Василиса. Артём смутился и промолчал.

— Ладно, других нет. Пробуем... — Алёнка положила яблочко на блюдце.

— Катись, катись, яблочко, все по кругу по блюдечку, покажи, что на свете деется! — хором зашептали дети. Выждали секунду и добавили, — Пожалуйста!

Яблочко медленно сдвинулось с места и, чуть западая на откусанный бок, поползло по кругу.

— Покажи нам Кощея Бессмертного! Пожалуйста... — решил Сева.

По поверхности прошла рябь, но картинки не было.

— Тьфу, посуда иноземная, Кощея не знает! — выругался Тёма. — Покажи Деда Мороза!

Тот же эффект.

— Покажи профессора Поттер! — решила добавить Аленушка.

Подумав, блюдечко выдало несколько размытую, но узнаваемую картинку.

— Надо будет блюдечку Кощея показать. Чтоб запомнило, — протянула Василиса.

Баюн кивнул, а потом робко попросил:

— Блюдечко, а блюдечко... А покажи мне мою зазнобушку, кошку полосатую, вокруг глаз отметины потемней...

Блюдечко думало долго. Наконец, оно робко показало профессора МакГонагалл. Кот схватил блюдце и стал всматриваться.

— Мы его, несчастного, потеряли, — приложив руку к сердцу, сказал Артём.

— Да и ладно. Ты нам обещался план какой-то показать.

— А, ну да! — Тёмка вытащил сложенный вчетверо пергамент, расчерченный линиями. — Вот, глядите!

Ребята сдвинулись поплотней и зашептались.

— А что, ловко! — хихикнул Сева. — Только ты завтра погромче, раз экспромтом делаем.

Артёмка серьезно кивнул.

Рано утром на завтрак отправились только девочки с секретной миссией набрать бутербродов. Мальчики же под предводительством Баюна совершили успешную диверсию, отыскав в кладовке для старых вещей четыре приличных котла.

— Есть! — победно крикнул Сева, найдя четвертый.

— Отлично. Бежим, а то отстаем по графику минут на пять, — ответил Тёмка, и мальчики, подхватив добычу, поспешили к выходу из замка, провожаемые недоуменными взглядами тех, кто попадался им на пути.

Профессор Поттер круглыми глазами наблюдала странную картину. По направлению к ним, пыхтя и ругаясь, на ходу запихивая в рот остатки бутербродов, шли «эти странные русские. За собой они зачем-то волочили по земле здоровенные котлы.

— Доброе утро, профессор Поттер! — дружно гаркнули ребята.

— Доброе утро... Зачем вы принесли котлы на мой урок? — спросила Джинни. Хаффлпафцы были явно смущены, гриффиндорцы откровенно хихикали.

— Как зачем? Вы же полеты ведете, — спокойно ответил Тёма.

— Вот именно, мистер Баббинс, полеты! А зельеварение ведет мой брат, профессор Уизли.

— Теперь мне все стало ясно... Это у них семейное, — шепотом по-русски заметила Василиса. Алёнка хрюкнула, сдерживая смех.

— Ну давайте, продемонстрируйте нам свое искусство! — выкрикнул Джеймс Поттер.

— Потише на моем уроке, мистер, не то мне придется вас наказать, — пригрозила профессор.

Тёмка невозмутимо поставил свой котел на землю. Ребята поставили свои в ряд, чуть позади.

— Отчего ж не показать. Покажем, только помело надобно, — он пошел вдоль ряда приготовленных для урока метел. — Алёнка, бери это. Василиска, не трожь, это плохое. Севка, крайнее твое. Василис, ты вон то возьми. А я это попробую.

Профессор Поттер смотрела на это в полном недоумении. Тёмка тем временем раздал каждому по два мешочка и подождал, пока ребята привяжут их к метлам. Затем скомандовал:

— Пилотажная группа «Соловьи-разбойники», стройсь! — ребята построились за котлами — Тёма чуть впереди, за ним Сева, по бокам — девочки. — По ступам! — оперевшись на помело, русские запрыгнули в котлы. — Контакт?

— Есть контакт! — ответили три голоса.

— От винта! Ключ на старт! — ребята перехватили метлы чуть наискось и уперли в землю. — Даю старт через пять...четыре...три...два...один...

— ЗЕМЛЯ, ПРОЩАЙ! — дружно выкрикнули ребята и невероятным усилием воли сдержались, чтобы не зажмуриться. Все понимали, что будет, если это не сработает.

Котлы мелко задрожали и медленно, но верно поднялись метра на два в воздух. Оставшиеся внизу сокурсники ахнули.

— Ура, сработало! — крикнул Тёма по-русски.

— В ДОБРЫЙ ПУТЬ! — котлы двинулись вперед.

— Заходим на вираж! — перекрикивая ветер, кричал Артёмка.

Старательно ворочая помелом, «пилотажная группа» описала несколько кругов над потрясенными до глубины души англичанами.

— Набрать высоту! Выровнять курс! Сброс по команде! — орал «бравый пилот». — Огооонь!

Летящие за ним девочки и Сева чуть рванули на себя хитрые завязки, которые всю ночь придумывали девочки, которые и шили мешочки. Небо расчертили полоски крашеного песка: белая, синяя и красная.

— Снижаемся! Идем на посааааадку!! — командовал Тёма.

Вылезали из «ступ» они под крики и аплодисменты потрясенного курса и профессора.

— Двадцать баллов Хаффлпафу! — выдохнула удивленная донельзя профессор Поттер.

— Ееесть! — четыре ладони хлопнули друг о друга.

— Подумаешь! — надувшись, протянул кто-то из гриффиндорцев. — Зато в квиддич играть нельзя!

— Ничего, и квиддич ваш сдюжим! — махнул рукой улыбающийся до ушей Тёма.

— Ну, дали вы жару! — хохотал до колик Кощей, выслушав немного хвастливый рассказ. — Вот что, соколики, вы теперь идите, бабушке Ягусе напишите, да поподробнее. А то почти неделю ужо как устроились, а бабушка, небось, волнуется.

Ребята серьезно кивнули и умчались в гостиную.

— Так, кто писать будет? Алёнка, ты. У тебя почерк крупный и ровный, а у бабуси глаза уже немолодые. Пиши. Дорогая наша бабулечка Яга. Это твои внуки. Все у нас в этой Англии хорошо. Только пришли нам чаю черного с мятой, а то учителя тут нервные. И тесемок пришли, платьица расшить. Питаемся хорошо. Только однообразно. Никаких разносолов да компотов. Один сок из тыкв. А вообще у нас все отлично, любим, целуем, подробности расскажет дядя Кощей. Твои внуки, — важно продиктовал Тёма.

— И внучки! — встряла Василиса.

— Хорошо, и внучки, — покладисто согласился Артёмка.

Весьма довольные собой, ребята побежали в совятню, где обстоятельно, на трех языках (русском, английском и совином (Севка помог)) принялись объяснять школьным совам куда и как им лететь.

— Не хотят, ироды! — пожаловался черный филин друзьям. — Как слово «Россия» услышат — сразу притворяются глухонемыми!

Наконец, молодая сова улетела в состоянии шока, пытаясь понять, что же значило «А опосля моря лети лесом!», которое, как посчитал Тёмка, наиболее емко выражало направление и напутствие на дорогу.

Баба Яга читала коротенькое письмецо охая и ахая. Сова сидела на шестке у печи, лениво доклевывала толстую мышь и подумывала бросить осточертелую работу курьера, сменив ее на высокооплачиваемый пост уполномоченного посла в Россию. В голове уже складывался текст прошения к черному филину.

Кузька, пробежав письмо глазами, очень возмутился. Настолько, что оседлал едва не подавившуюся сову, пришпорил ее и велел срочно «нести его полем-лесом, за море-окиян на остров энтот Великобританию». Сова настолько обалдела, что подчинилась беспрекословно.

— Кузенька, постой! Куда же ты летишь?! — выбежала на крыльцо Баба-Яга, всплеснув руками.

— Оставь его, Ягуся. Он уже домовой взрослый, башковитый. В энтой Англии не пропадет. Детям опять ж, надзор и правильное питание, — подергал бабку за подол Нафаня.

Тёмка полулежал на кровати, рассматривая полог.

— А хорошо, что завтра выходной, а Севка? Поспать можно...

Он еще не знал, что ждало его на следующее утро.

А наутро... Тёмка, рывком сев на кровати, протирал глаза и слушал возмущенные вопли Кузьки. Вскоре проснулась вся спальня.

— Опять вещи разбросал! Срамота! Вставай, весь день проспишь! — разорялся Кузя.

— Ку-кузя?.. — заикаясь, спросил Тёма.

— Не Кукузя, а Кузьма Кузьмич! Я потомственный домовой! — вопил тот.

Тёмка откинулся на подушку и застонал.

— Срочный сбор на башне, срочный сбор на башне! — орал через несколько часов Тёма, выбегая из гостиной. Ничего не понимающие девочки и Сева бросились за ним. Остановился «бравый пилот» только на площадке.

— Нам конец! Мало нам Баюна да Кощея, теперь и Кузька тут! Давайте уж и бабушку, до кучи!

— Успокойся, Артёмка! — подняв руку, произнесла Василиса. — Это же хорошо! Мне этот сок тыквенный уже в горло не льется.

— Да! — поддержала Алёнка. — К тому же нам Кузя нравится. Веселый он...

— Эй, вы на чьей вообще стороне?! — возмутился Артём.

— По ходу дела выясним. Но могу сказать заранее, против Кузьки нам воевать несподручно будет. Пробовали уже, — напомнил Сева.

Тёма только вздохнул.

— Алёнушка, пиши. Кузьма прибыл. Точка. Все в порядке. Точка. Твои внуки... — он помолчал. — И внучки.

Поднявшись в совятню, ребята едва не сбежали оттуда. Потому что со всех насестов, отпихивая друг друга и злобно ухая, слетели совы, услужливо протягивая лапы.

— Севка, че это с ними? — испуганно прокричал Артём, отступая к двери.

Черный филин поискал глазами прошлую сову. Она сидела в дальнем углу, нахохлившись и тихо ухая.

— Это она всем рассказала, — перевел Сева. — Мол, у Яги тепло, светло и сытно. Поэтому она теперь не хочет в этой продуваемой всеми ветрами совятне торчать, а переезжает к Яге. Вот они и захотели... Тоже.

Молодая сова действительно ругала свой длинный сорочий язык. Совиная мудрость, видимо, еще ее не посетила в силу молодости. Да и сил на борьбу после перелета с тяжелым грузом не осталось. Сова уже мысленно попрощалась с высокооплачиваемой работой, когда ее внезапно погладили по перьям.

— А у тебя сил достанет? — с заботой в голосе проухал черный филин над ухом.

Сова выпятила грудь и заверила филина и стоявшую рядом с ним девочку, что достанет и останется.

— Ну, смотри, — сурово сказала Алёнка, — по срокам не гоним, но долететь надобно!

Сова ухнула, потопталась, проверяя, как привязан пергамент и гордо вылетела в окно.

Остальные проводили ее завистливыми взглядами и вернулись на свои места.

Ребята, перешептываясь, начали спускаться.