Сестра моего врага (гет)

Я вернулась в башню поздно.

Гарри сидел в гостиной. Один. У камина. Дневник лежал рядом. На столике. Он смотрел на него.

— Ты чего не спишь? — спросила я, садясь рядом.

— Думаю, — сказал он.

— О чём?

— О дневнике. Ты сказала, что он опасен. Но я не понимаю, почему.

Я молчала.

— Лизи.

— Что?

— Ты знаешь больше, чем говоришь. Я вижу.

Я посмотрела на него. В его глазах было что-то. Не злость. Не страх. Что-то другое. Усталость.

— Гарри, — сказала я. — Этот дневник. Он связан с Тайной комнатой. И с Томом Реддлом. И со мной.

Он замер.

— С тобой?

— Да.

— Как?

— Я не знаю. Но я чувствую. Когда я держу его в руках — я чувствую, что он живой. Что он смотрит. Что он знает.

Гарри смотрел на меня. Долго.

— Ты боишься его.

— Да.

— Почему?

— Потому что я не знаю, что он хочет. И я не знаю, что я могу сделать.

Мы помолчали. Огонь трещал.

— Лизи, — сказал Гарри.

— Что?

— Я хочу прочитать его.

Я замерла.

— Нет.

— Почему?

— Потому что это опасно.

— Я знаю. Но я хочу понять. Что происходит. Кто такой Том Реддл. Почему он открыл комнату. Почему он вернулся.

— Гарри.

— Что?

— Не читай его. Пожалуйста.

Он смотрел на меня. Долго.

— Ладно, — сказал он. — Не буду.

Но я видела по его глазам — он врёт. Он прочитает. Рано или поздно.

Ночью я не спала.

Лежала в кровати. Смотрела в потолок. Слушала. Шёпот не уходил. Он стал громче. Как будто кто-то стоял рядом. Как будто кто-то ждал.

В комнате было темно. Тихо.

Шёпот. Громче, чем раньше. Он не просто звал. Он смеялся.

А потом — тишина.

Полная.

Я сидела в кровати. Смотрела в темноту. И чувствовала, как что-то внутри меня — то самое, тёмное — отзывается.

Утром я спустилась в Большой зал.

Гарри сидел за гриффиндорским столом. Бледный. Уставший. Дневник лежал рядом. На столе.

Он читал его. Всю ночь.

Я села напротив.

— Гарри.

— Что?

— Ты читал.

Он посмотрел на меня. Долго.

— Да.

— Что ты видел?

Он молчал.

— Гарри.

— Я видел его. Тома Реддла. Воспоминания. 1943 год. Он обвинил Хагрида. Сказал, что это Хагрид открыл комнату. Хагрида исключили.

Я замерла.

— Это был не Хагрид.

— Знаю.

— Это был он. Том Реддл.

— Знаю.

— И он снова открыл комнату. Сейчас.

— Знаю.

Я смотрела на него.

— Гарри.

— Что?

— Ты знаешь, кто он?

Он посмотрел на меня. В его глазах было что-то. Не страх. Что-то другое.

— Нет, — сказал он. — Но я узнаю.