Не проверялось на грамотность 
А тем временем, в Хогвартсе, в бывшем туалете Миртл, Рон всё ещё пытался приготовить злосчастную Антиметаморфозную Сыворотку, которая была домашним заданием Миррины. И которую он недавно выпил вместе со своей женой и приятелем, чтобы вернуть себе прежний облик, изменившийся в результате воздействия Зелья Временной Метаморфозы, которое превратило его, а также Гарри и Гермиону — в двойников преподавателя Воздушных Танцев…
Гарри и Гермиона стояли в нескольких шагах от Рона и мрачно смотрели на кучу испорченных ингредиентов, которая лежала рядом с ним на письменном столе.
А Снейп по-прежнему сидел в кресле у камина. И, время от времени, невозмутимо взмахивал своей волшебной палочкой, чтобы очистить котёл Рона от очередного неудачно приготовленного им зелья…
«Так… Ну, ладно. Попытка номер тридцать пять», — вздохнул Рон, глядя на котёл.
«Тридцать шесть», — чуть слышно произнёс Гарри.
«Не важно!» — резко отозвался муж Гермионы, сердито покосившись на своего приятеля.
И снова взмахнул над котлом волшебной палочкой. — «Значит так… Сначала выливаем в котёл один стандартный флакон заранее приготовленной облепиховой настойки… Готово. А после этого добавляем туда высушенные корни папоротника обыкновенного, перетёртые крылья докси, каплю лунной росы и коготь гиппогрифа…»
«НЕТ, РОН!» — возмущённо прокричала на весь бывший туалет Гермиона. — «СНАЧАЛА — коготь гиппогрифа! А уже ПОТОМ — каплю лунной росы!»
Но было поздно. Потому что её муж уже добавил в котёл ингредиенты в неправильной последовательности.
Поэтому зелье в котле сверкнуло желтоватым светом, а потом выбросило в лицо Рону сгусток светло-коричневой слизи и полностью испарилось, оставив на дне котла чёрную субстанцию, напоминающую подгоревший жир…
«Ах, да… Да… Ты права», — мрачно согласился со своей женой Рон. — «Сначала — коготь гиппогрифа…»
Нервы Гермионы не выдержали. И она умоляюще обратилась к заместителю директрисы. — «Ох… Послушайте, профессор Снейп! А может быть, я приготовлю эту злосчастную Антиметаморфозную Сыворотку? Уверяю вас, я справлюсь!»
«Не сомневаюсь, миссис Уизли», — равнодушным голосом отозвался Северус. — «Однако мне крайне любопытно узнать, с какого раза у волшебника, в недалёком прошлом окончившего Хогвартс и ныне занимающего весьма престижную должность в Английском Министерстве Магии, наконец-то получится самостоятельно сварить зелье, процесс приготовления которого не требует использования волшебной палочки. И которое успешно приготовили к завтрашнему уроку не только все первокурсники нашей школы, но даже мистер Филч, который сварил это зелье просто так, ради эксперимента…»
«Ну-у… Если даже Филч сумел приготовить идеальную Антиметаморфозную Сыворотку, я просто ОБЯЗАН справиться», — со вздохом произнёс Рон, снова заглянув в учебник по основам и практике Целительства. — «Иначе я буду чувствовать себя горным троллем…»
«Что ж! В таком случае, продолжайте», — скомандовал Снейп, взмахнув своей волшебной палочкой. И с помощью невербальной бытовой магии — быстро очистил котёл Рона от неудачно приготовленного им зелья.
«Ладно… Попытка номер тридцать семь», — похоронным голосом объявил муж Гермионы. И снова начал смешивать в котле многочисленные ингредиенты. — «Сначала выливаем в котёл один стандартный флакон заранее приготовленной облепиховой настойки… Потом добавляем туда высушенные корни папоротника обыкновенного, перетёртые крылья докси, коготь гиппогрифа и каплю лунной росы… И медленно перемешиваем содержимое котла по часовой стрелке до тех пор, пока наше зелье не окрасится в бледно-серый цвет и не начнёт источать запах грибницы… Кажется, готово. После чего, кладём в котёл два волшебных мухомора, предварительно очищенных от ядовитых плёнок, и сушёный лист дуба средней величины…»
И в этот момент, светящийся единорог, который вёз в санках студентов Хогвартса, благополучно приземлился на заснеженный двор школы. И, топнув правой передней ногой, сбросил с себя блестящую красную сбрую с золотыми колокольчиками. — «Ну, вот мы и на месте…»
«Огромное спасибо вам за помощь», — сразу поблагодарила его Миррина. — «Это был незабываемый полёт!»
«Согласен», — кивнул Альбус.
«Рад, что вам понравилось, молодые люди», — едва заметно улыбнулся единорог. — «А теперь мне пора возвращаться в Запретный Лес. А вам — в гостиные ваших факультетов…»
«Разумеется, сер», — кивнула Линда.
И светящийся единорог галопом поскакал к Запретному Лесу, оставляя за собой шлейф серебристого тумана. — «В таком случае, прощайте, друзья мои…»
«Прощайте…» — тихим эхом разнёсся по воздуху его умиротворённый голос.
«До свидания, мистер единорог!» — громко прокричала ему вслед Роза. — «Удачно вам добраться до Запретного Леса!»
Гарри услышал её голос и быстро подбежал к окну. — «Что? Мне послышалось, или…»
«Тебе не послышалось, Гарри!» — радостно воскликнула Гермиона, тоже подбегая к окну вместе со своим мужем и заместителем директрисы. — «Это Мирри и наши дети вернулись!»
«Ну, наконец-то», — облегчённо вздохнул Снейп, глядя на компанию юных волшебников, которые махали руками светящемуся единорогу, бегущему к Запретному Лесу.
И в этот момент, Гермиона заметила, что Снейп, Рон и Гарри — внимательно смотрят в окно. И не обращают внимания на то, что происходит в бывшем туалете Миртл. Поэтому осторожно взмахнула своей волшебной палочкой. И незаметно для них направила её на котёл, в котором варилась Антиметаморфозная Сыворотка.
А потом мысленно произнесла несколько заклинаний.
И в тот же миг, все ингредиенты, которые лежали на письменном столе рядом с котлом, поднялись на несколько футов вверх и бесшумно добавились в котёл в нужной последовательности.
После чего, зелье в котле сразу окрасилось в тёмно-вишнёвый цвет и начало бурлить крупными пузырями.
Но Гарри, Рон и Снейп — этого не заметили, потому что продолжали внимательно наблюдать за юными студентами, которые прощались со светящимся единорогом.
«Невероятно!» — обескураженно произнёс Рон, рассматривая уникальное транспортное средство, на котором приехала Миррина вместе со своими друзьями. — «Как им удалось уговорить хозяина магазина ВСЁ ДЛЯ ВОЛШЕБНОГО ПРАЗДНИЧНОГО ДЕКОРА продать им санки, сделанные в мастерской Санты-Клауса? Ведь, если мне не изменяет память, они стояли там исключительно для украшения интерьера! И я лично слышал от моего брата Фреда, что мистер Фестус не согласился продать их даже секретарю Кингсли Бруствера!»
«А мне интересно, откуда у нашей Розы горжетка и меховая шапка, которые стоят в несколько раз дороже, чем моё вечернее платье из бутика Твилфитт и Таттинг», — чуть слышно произнесла Гермиона. — «И вообще… Я не припомню, чтобы в Косом Переулке продавалось нечто подобное!»
Снейп пожал плечами. — «Что ж! Полагаю, в скором времени, мы это выясним, дамы и господа».
И снова обратился к Рону. — «А теперь, быстрее доваривайте Антиметаморфозную Сыворотку, мистер Уизли, пока мисс Миррина сюда не вернулась!»
Гермиона моментально вручила своему мужу сушёный лист двухлетней мандрагоры и произнесла назидательным тоном. — «Да. И постарайся на этот раз ничего не испортить!»
Рон с удивлением взглянул на последний ингредиент, который входил в состав Антиметаморфозной Сыворотки, а потом на тёмно-вишнёвую субстанцию, кипящую в котле, и, догадавшись, что его жена, незаметно для Снейпа, помогла ему с приготовлением зелья, невозмутимо подошёл к письменному столу и бросил в котёл лист двухлетней мандрагоры. — «Не беспокойся, Гермиона! Сейчас это даже теоретически невозможно!»
«Неужели?» — удивлённо обернулся к нему заместитель директрисы.
«Именно так, профессор Снейп», — гордо отозвался Рон, глядя на бледно-фиолетовую субстанцию в котле, в которой появились мелкие серебристые пузырьки.
«Невероятно! У тебя получилось, Рон!» — радостно воскликнул Гарри.
«Да… Это верно…» — чуть слышно отозвался Северус, взглянув на котёл с Антиметаморфозной Сывороткой.
А потом подозрительно покосился на Гермиону. Однако она сразу сделала вид, что увлечённо рассматривает флаконы с магическими лекарствами, которые стоят на каминной полке.
Заместитель директрисы мрачно вздохнул и снова обратился к её мужу. — «Ну, что ж! Я рад, что вы наконец-то усвоили, как правильно варить это зелье, мистер Уизли. А теперь, перелейте его в пустой флакон и поставьте на каминную полку. А потом — немедленно возвращайтесь в свои апартаменты в Гриффиндорской Башне!»
«И вас двоих это тоже касается!» — строгим голосом добавил он, на секунду обернувшись к Гарри и Гермионе. И поспешно вышел из Персональной Гостиной Миррины.
«Разумеется, сер!» — пообещал ему вслед отец Альбуса Поттера.
А Гермиона облегчённо вздохнула, и, вытащив из ящика письменного стола пустой флакон, быстро налила в него Антиметаморфозную Сыворотку. И, молча очистив котёл от остатков зелья с помощью невербальной бытовой магии, отправила этот котёл по воздуху обратно в сервант.
А потом поставила флакон с Антиметаморфозной Сывороткой на каминную полку, и, плотно закупорив его стеклянной пробкой, тоже направилась к выходу из бывшего туалета.
«Идёмте, ребята!» — позвала она Гарри и Рона.
И двое известных мракоборцев послушно последовали за ней…
А тем временем, на улице, юные студенты Хогвартса дождались, пока светящийся единорог скроется в ночном тумане, и Альбус со вздохом произнёс. — «Ну, что ж… Полагаю, наше сегодняшнее путешествие можно считать удачным…»
«Удачным?» — удивлённо обернулась к нему Линда. — «Да оно было ПРОСТО ПОТРЯСАЮЩИМ!»
«Согласен», — кивнул староста Хаффлпаффа. И, направив свою волшебную палочку на золочёные санки, нагруженные рождественским декором, уменьшил их до размера снитча. — «РЕДУЦИО МАКСИМА!»
А потом поднял эти санки с земли и положил в карман своего пальто. — «А теперь нам всем пора отправляться спать…»
Однако дочь Гермионы отрицательно покачала головой. — «Нет, Джимми. Сначала выясним у Зеркала Еиналеж, о каких рождественских подарках профессора и работники Хогвартса мечтают больше всего!»
«Ты права», — согласился с ней Альбус. — «Сейчас для этого подходящее время. Идёмте в кабинет Макгонагал…»
С этими словами, он вытащил из кармана своего пальто маленькое зеркало. И, поставив его на землю рядом с заснеженной скамейкой, применил к нему заклятие ЭНГОРГИО. И как только это зеркало стало величиной с Хагрида, младший сын Гарри прикоснулся указательным пальцем к отражающей поверхности этого зеркала. И мысленно произнёс заклятие Инпортиос.
И в тот же миг, в зеркале появился портал в коридор, в конце которого находился кабинет директрисы.
Молодые волшебники быстро вошли в этот портал. И Альбус сразу закрыл его за собой. А потом уменьшил своё зеркало с помощью заклятия РЕДУЦИО и снова убрал его в карман пальто…
А Роза медленно подошла к спящей каменной горгулье, которая охраняла вход в кабинет директрисы, и со вздохом обернулась к так называемой родственнице Реддла. — «Ну, ладно, Миррина. Теперь — твоя очередь…»
Молодая герцогиня кивнула и громко обратилась к спящей горгулье, храп которой разносился по всему коридору. — «Простите, вы можете нас пропустить?»
Горгулья услышала её голос и моментально проснулась. — «Что?»
«Я говорю, вы можете нас пропустить?» — снова поинтересовалась Миррина. — «Нам надо срочно поговорить с Зеркалом Еиналеж!»
Горгулья взглянула на молодую герцогиню в расстёгнутом пальто, под которым была отчётливо видна золотая мантия с гербом Древнего Духа Хогвартса, и моментально отодвинулась в сторону вместе с дверью. — «Ну, разумеется, леди Миррина! Заходите!»
«Большое спасибо», — поблагодарила её так называемая родственница Реддла.
И начала поспешно подниматься по каменной лестнице, ведущей в кабинет Макгонагал.
Её друзья последовали за ней.
«Да! Всё-таки хорошо, что Древний Дух нашей школы распределил тебя на свой факультет!» — весёлым голосом произнёс староста Хаффлпаффа. — «Потому что теперь ты до конца своего обучения в Хогвартсе сможешь беспрепятственно входить в любое помещение, защищённое паролем. И у нас есть шанс использовать это в своих благородных целях!»
«Не сомневаюсь, Джимми», — немного обеспокоенно прошептала Миррина, первой заходя в кабинет Макгонагал. — «Только, пожалуйста, говори тише. Иначе разбудишь портреты директоров…»
«Что?» — удивлённо произнёс портрет Армандо Диппета, едва заметив студентов, вошедших в кабинет директрисы.
«А почему вы боитесь нас разбудить?» — хитро поинтересовался у Миррины и её друзей портрет Дамблдора.
«Ну, вот… Уже разбудил», — мрачно вздохнула Роза, с укоризной взглянув на старосту Хаффлпаффа.
А Миррина сразу обратилась к двум проснувшимся портретам. — «Простите, господа. Мы не хотели вас беспокоить. Просто нам надо задать несколько вопросов Зеркалу Еиналеж…»
«Ну, разумеется, юная леди», — понимающе кивнул Диппет. — «Мы не возражаем…»
«Однако, позвольте полюбопытствовать», — продолжил разговор Дамблдор. — «А для чего вам это нужно? В Хогвартсе опять что-то случилось?»
Миррина отрицательно покачала головой. — «Нет, господа. Просто мы хотим устроить незабываемый праздник для всех профессоров и работников школы. Но для этого нам нужно выяснить, какие именно подарки они больше всего хотят получить на Рождество. А быстрее чем Зеркало Еиналеж — на этот вопрос не ответят даже Карты Таро Скорпиуса…»
«О! Какая потрясающая идея!» — восхищённо воскликнул Диппет.
«Да. Мне она тоже нравится, уважаемый коллега», — согласился с ним Дамблдор.
«Но, надеюсь, вы не будете никому об этом рассказывать, господа?» — серьёзным тоном поинтересовалась у них дочь Гермионы.
«Не беспокойтесь, мисс Уизли, мы будем немы, как покойники», — уверил её Диппет.
«Спасибо!» — радостно поблагодарила их Роза.
И тогда Миррина осторожно вывезла из-за шкафа Зеркало Еиналеж и поставила его посередине кабинета.
«Ой, ребята! А можно я задам наш вопрос Зеркалу Еиналеж?» — умоляюще обратилась к своим друзьям дочь Натали Макдональд.
«Конечно, Линда», — кивнул младший сын Гарри. — «Давай!»
И дочь Натали Макдональд моментально подбежала к зеркалу. А потом осторожно постучала по его отражающей поверхности. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Скажи нам, о каких рождественских подарках профессора и работники нашей школы мечтают больше всего?»
И в тот же миг, отражающая поверхность Зеркала Еиналеж стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале начали появляться многочисленные отражения, которые медленно сменяли друг друга…
И первой в отражении этого зеркала появилась Макгонагал, одетая в тёмно-серое пальто, отороченное мехом серебристой лисицы, которое долгие годы висело в одном из шкафов её кабинета. Только это пальто было совсем новое. И не изъеденное молью.
«Так», — задумчиво произнёс староста Хаффлпаффа, глядя в отражение зеркала. — «Кажется, наша директриса хочет получить на Рождество новое пальто, которое будет выглядеть точно так же, как её старое…»
Однако Миррина отрицательно покачала головой. — «Нет, Джимми. Я думаю, она хочет, чтобы её СТАРОЕ пальто выглядело как НОВОЕ. Но, к сожалению, ничего не может сделать, потому что на одежду не действует заклятие РЕПАРО…»
«Совершенно верно, юная леди», — подтвердил её слова Армандо Диппет. — «Потому что я лично слышал от профессора Флитвика, что это пальто дорого ей как память о покойном муже. И, совсем недавно, она даже обращалась к Заведующему Швейной Мастерской Хогвартса, чтобы он попытался отреставрировать это пальто. Но, к сожалению, ни Эмбройдиус Клингуд, ни наши домашние эльфы-портные так и не сумели ничего придумать. Потому что это пальто слишком сильно изъедено молью…»
«А вот у меня появилась одна идея», — с уверенностью произнесла Миррина.
«И какая именно?» — поинтересовалась Роза.
Молодая герцогиня быстро подошла к шкафу, в котором висело пальто директрисы, и, вытащив его оттуда, внимательно рассмотрела. — «Я вычищу пальто Минервы Макгонагал в Прачечной Хогвартса, а потом зашью все прорехи, проеденные молью, тёмно-серыми шерстяными нитками. А поверх этих ниток пришью мелкие серебристые кристаллы алмазной огранки. И сделаю это таким образом, чтобы эти кристаллы закручивались в причудливые вензеля. И эти вензеля скроют все дефекты на пальто Минервы Макгонагал. И придадут ему новый модный вид…»
Скорпиус поспешно разложил на письменном столе директрисы свои Карты Таро, и, едва взглянув на получившуюся у него комбинацию, утвердительно кивнул. — «Да. Это будет действительно красиво. И Минерва Макгонагал очень обрадуется!»
Дочь Гермионы моментально вытащила из своей сумки гусиное перо и свиток пергамента, на котором были написаны имена абсолютно всех преподавателей и работников школы, и поставила на этом свитке галочку рядом с именем Макгонагал. — «Ладно. С подарком для директрисы мы разобрались. Кто там у нас следующий?»
«Роланда Трюк», — ответил Альбус, глядя в Зеркало Еиналеж, в котором появилось отражение их инструктора по полётам.
«И о чём же она мечтает больше всего?» — поинтересовалась Роза.
«О золотом судейском свистке, который обычно используют на всех Международных Чемпионатах по Квиддичу», — ответил младший сын Гарри. — «А также о настоящей судейской метле и легендарных судейских доспехах!»
«Н-да… Проблема», — разочарованно вздохнула дочь Гермионы.
«Почему?» — удивлённо обернулся к ней староста Хаффлпаффа.
«Потому что я читала в Новой Энциклопедии по Истории Магии, что такие вещи никогда не поступают в свободную продажу», — пояснила Роза. — «И Глава Международной Ассоциации Квиддича выдаёт их лично ТОЛЬКО судьям Международного Класса. И ТОЛЬКО тем, которые более десяти раз принимали участие в Международных Чемпионатах по Квиддичу!»
«Если честно, у меня дома есть настоящая Судейская Униформа», — неожиданно призналась Линда.
Младший сын Гарри удивлённо обернулся к ней. — «У тебя?! Откуда?»
«Мой прапрадедушка по отцовской линии был судьёй Международного Класса по Квиддичу», — ответила Линда.
Глаза старосты Хаффлпаффа расширились от удивления. — «Серьёзно?»
«Да, Джимми», — кивнула дочь Натали Макдональд. — «И, вполне возможно, ты о нём слышал. Потому что его звали Кейси Флаинг».
Альбус и Джимми едва не подавились воздухом. — «Кхе! Что?!»
А потом староста Хаффлпаффа произнёс обескураженным шёпотом. — «Легендарный Кейси Флаинг, который был самым справедливым судьёй в Истории Квиддича — твой прапрадедушка?»
«Именно так, Джимми», — ответила Линда. — «И, должна признаться, он был единственным волшебником в нашей династии, у которого не было таланта к исполнению Воздушных Танцев. Но зато в Квиддиче ему удалось добиться поистине головокружительных успехов. И ещё он умел очень точно предсказывать судьбу на Картах Таро, подобно Скорпиусу и профессору Плутониусу. И мой отец как-то обмолвился, что, однажды, Кейси Флаинг поинтересовался у своих Карт Таро насчёт будущего нашей семьи и выяснил, что все его последующие потомки никогда не станут профессиональными игроками в Квиддич или судьями в этом виде волшебного спорта. Поэтому, незадолго до своей смерти, он составил завещание, в котором попросил свою дочь не передавать его легендарную Судейскую Униформу в музей, где её оставят пылиться на полке, а подарить какому-нибудь тренеру по Квиддичу, который захочет выйти в этой униформе на поле, чтобы судить матчи. Вот только никто из членов моей семьи до сих пор не нашёл подходящего волшебника, которому можно было бы подарить легендарную Судейскую Униформу моего прапрадедушки. Однако, если мадам Трюк мечтает получить её в качестве подарка на Рождество, я попрошу своих родителей прислать мне её в Хогвартс. Уверена, они не будут возражать…»
«О! Это было бы превосходно, Линда!» — радостно воскликнула Роза.
А Скорпиус быстро перетасовал свои Магические Карты, и, снова разложив их на письменном столе директрисы, утвердительно произнёс. — «Да. И мои Карты Таро говорят, что если ты отправишь своим родителям письмо с этой просьбой сегодня ночью, то, уже к полудню завтрашнего дня, их почтовые совы доставят Судейскую Униформу твоего прапрадедушки в Хогвартс!»
«Что ж! В таком случае, я напишу своим родителям послание, как только вернусь в гостиную Когтеврана», — сказала Линда.
И дочь Гермионы сразу поставила на свитке, который держала в руках, галочку рядом с именем преподавателя полётов. — «Отлично. Значит, подарок для мадам Трюк у нас тоже есть!»
А потом снова обратилась к своему кузену. — «Альбус! Кто у нас там следующий?»
«Профессор Невилл Лонгботтом», — ответил младший сын Гарри, глядя в Зеркало Еиналеж. — «Который больше всего на свете мечтает о старинной энциклопедии, посвящённой невидимой магической траве прикрыш. Или, как её ещё называют, траве нечуй-ветер, которая растёт зимой на берегах европейских рек и озёр…»
«Так… Опять проблема», — вздохнула Роза.
«Почему?» — удивился Джимми.
«Потому что мама мне рассказывала, что эта энциклопедия была написана знаменитым первопроходцем в области Травологии и коллекционером редких магических растений — Беамонтом Марджорибэнксом», — ответила дочь Гермионы. — «И издавалась только ограниченным тиражом. И, в настоящее время, сохранились всего двадцать восемь экземпляров этой книги. И все эти экземпляры находятся в частных коллекциях знаменитых волшебных династий…»
«Да… Действительно проблема», — согласился с ней младший сын Гарри.
«На самом деле, нет, Альбус», — уверила его молодая герцогиня. — «Потому что в библиотеке моих родителей есть эта книга. И даже с личным автографом её автора. Она досталась нам по наследству от нашей прабабушки. Но, учитывая редкость этой энциклопедии, мой отец полностью переписал её год назад, на тот случай, если уникальные сведения, собранные в этой книге, понадобятся какому-нибудь любителю Травологии. Поэтому я могу легко уговорить моих родителей прислать мне в Хогвартс оригинал этой энциклопедии в качестве подарка профессору Невиллу…»
«Замечательно, Миррина!» — радостно воскликнула Роза, поставив на свитке, который держала в руках, галочку рядом с именем Невилла. — «Значит, подарок для нашего профессора Травологии у нас тоже есть!»
И снова обратилась к своему кузену. — «Кто у нас там следующий, Альбус?»
«Эмилия Клингуд. Заведующая Прачечной Хогвартса, которая больше всего на свете мечтает о встрече с Франсуа де Минором», — объявил младший сын Гарри, взглянув на сменившееся отражение в зеркале. — «И очень хочет получить в подарок на Рождество какую-нибудь музыкальную брошюру с его произведениями, а также его автограф…»
«Хм… Вполне возможно», — задумчиво произнёс Дамблдор. — «Потому что, если мне не изменяет память, в кабинете мадам Клингуд даже висит портрет этого знаменитого композитора в венецианской маске…»
«Да… Я её очень понимаю», — мечтательно вздохнула Линда. — «Потому что я бы тоже хотела встретиться с легендарным маэстро де Минором и получить его автограф! Но, к сожалению, он ведёт затворнический образ жизни. И неохотно контактирует с людьми…»
А младший сын Гарри снова взглянул в Зеркало Еиналеж и продолжил. — «А профессор Плутониус хочет получить в подарок яйцо крупной мифической птицы. Вот только… Я затрудняюсь сказать, какой именно…»
«Хм… По-моему, это яйцо авгурея», — задумчиво произнесла Роза, внимательно всмотревшись в отражение зеркала. — «Или, как его ещё называют, ирландского феникса».
«Невероятно…» — усмехнулся Джимми. — «Профессор Плутониус, заядлый любитель Астрологии, который все ночи напролёт только и занимается тем, что рассматривает в свой телескоп звёздное небо, мечтает получить в подарок на Рождество не какую-нибудь новую подзорную трубу, а яйцо ирландского феникса?»
«Именно так, мой юный друг», — подтвердил его слова Диппет. — «Потому что я лично слышал от Заведующего Швейной Мастерской, что профессор Плутониус с детства мечтает о ручном авгурее. Но только вырастить эту уникальную птицу он хочет непременно САМ. Чтобы наблюдать весь процесс её взросления с момента её вылупления из яйца и до самой старости. Но, к сожалению, в знаменитых европейских магазинах, специализирующихся на продаже мифических животных, можно приобрести только взрослого ирландского феникса мужского пола. А всё потому, что волшебники-орнитологи, занимающиеся разведением этих уникальных птиц, никогда не продают самок ирландских фениксов, а также их яйца людям, которые не являются экспертами в области Волшебной Орнитологии. Потому что они уверены, что человек, не обладающий достаточным опытом в разведении ирландских фениксов, вне сомнений, будет допускать серьёзные ошибки в период ухода за ними. И эти ошибки будут неизбежно приводить к многократной гибели птенцов и такому же многократному возрождению их из пепла. А ни один волшебник-орнитолог никогда не позволит себе обрекать птенца авгурея на такое мучительное существование. Поэтому, как ни прискорбно вам это сообщать, молодые люди, но купить яйцо настоящего ирландского феникса вы вряд ли сможете…»
«И что же нам делать?» — поинтересовался младший сын Гарри.
«Открывать портал во Францию, Альбус!» — неожиданно объявил староста Хаффлпаффа. — «В особняк моего дяди Михаила! Прямо сейчас!»
«Зачем?» — удивилась Линда.
«Потому что в его подвале живут четыре ручных авгурея, доставшихся ему по наследству от покойных родителей, которые были волшебниками-орнитологами. И двое этих авгуреев неделю назад отложили яйца. Поэтому я попрошу одно из них в качестве подарка для профессора Плутониуса. А ещё попрошу моего дядю Михаила осуществить давнюю мечту Эмилии Клингуд!»
Глаза Линды расширились от удивления. — «Ты хочешь сказать, что твой дядя знаком с МАЭСТРО ДЕ МИНОРОМ?»
Миррина, Скорпиус и Альбус — подозрительно переглянулись.
А Джимми отозвался слегка рассеянным голосом. — «Ну-у… В некотором роде, Линда… Только, УЧТИ! Эта информация должна остаться ТАЙНОЙ!»
«И вы тоже молчите об этом ребята!» — обратился он к остальным своим друзьям, собравшимся в кабинете директрисы. — «Иначе моим родственникам житья не будет от вездесущих поклонников Франсуа де Минора!»
«Ну, разумеется, Джимми», — кивнула Миррина.
«Не беспокойся», — уверил его младший сын Гарри.
И тогда староста Хаффлпаффа быстро подошёл к Зеркалу Еиналеж. — «Отлично! В таком случае, открываем портал во Францию!»
С этими словами, он прикоснулся рукой к раме Зеркала Еиналеж и чередующиеся в нём образы преподавателей и работников Хогвартса моментально исчезли.
И тогда Джимми дотронулся указательным пальцем до отражающей поверхности зеркала, и, вообразив особняк своего дяди, мысленно произнёс заклятие Инпортиос.
И буквально через мгновение, в Зеркале Еиналеж появилось отражение кабинета, в котором красивый дядя старосты Хаффлпаффа, одетый в пижаму и бело-золотистый халат от Бриллиантина Сапфириуса, сидел за роялем… И, глядя на портрет покойной мадмуазель Беренис, играл незнакомую мелодию в ритме вальса…
А над левым плечом месье Михаила висело в воздухе гусиное перо и свиток пергамента.
И это перо быстро записывало на свитке пергамента ноты той мелодии, которую сейчас играл дядя старосты Хаффлпаффа.
«А вот и он, кстати…» — чуть слышно произнёс Джимми. А потом просунул в Зеркальный Портал правую руку и слегка помахал ею своему родственнику. — «Доброй ночи, дядя Михаил!»
Знаменитый композитор вздрогнул и удивлённо обернулся к нему. — «Джимми? Что ты опять делаешь во Франции?»
А потом покосился на гусиное перо, висевшее рядом с ним в воздухе, и это перо, завернувшись в свиток пергамента, на котором только что записывало ноты, юркнуло в открытый ящик письменного стола…
А Джимми продолжил разговор. — «Если честно, я сейчас не во Франции, дядя, а в Хогвартсе. Просто обстоятельства вынудили меня использовать Зеркало Еиналеж как портал…»
«И что же это за обстоятельства?» — поинтересовался месье Михаил, поспешно закрывая ящик письменного стола, в который только что влетело гусиное перо и свиток пергамента.
«Ну-у… Видишь ли, в чём дело…» — начал объяснять Джимми. — «Нам с друзьями надо срочно достать яйцо ирландского феникса. Потому что, именно о таком Рождественском подарке всегда мечтал наш преподаватель Астрологии. А заведующая нашей Прачечной всю свою сознательную жизнь хотела встретиться с легендарным Франсуа де Минором и получить его автограф. А также какую-нибудь брошюру с музыкальными произведениями этого композитора…»
«Верно», — кивнула Миррина. А потом осторожно поинтересовалась. — «Вы сможете нам помочь, месье?»
Знаменитый композитор моментально поднялся с кресла и медленно подошёл к порталу, открытому в Зеркале Еиналеж. — «Полагаю, что да, молодые люди. Потому что, насколько мне известно, старый Франсуа всё равно планирует посетить Хогвартс на Рождество нынешнего года. Поэтому я легко смогу уговорить его встретиться с заведующей вашей Прачечной и поспособствовать исполнению её мечты…»
Линда не поверила своим ушам. — «Легендарный МАЭСТРО ДЕ МИНОР приедет в Хогвартс на НЫНЕШНЕЕ РОЖДЕСТВО?!»
Джимми удивлённо посмотрел на своего дядю. — «Интересно знать, почему?»
«Этого, к сожалению, я не могу сказать», — со вздохом признался месье Михаил. — «Но, полагаю, рождественским вечером вы получите ответ на свой вопрос. А что касается брошюры с музыкальными произведениями этого композитора и яйца ирландского феникса… Подождите меня минуту…»
С этими словами, он быстро вышел из своего кабинета в коридор. И через несколько мгновений — его шаги стихли на лестнице, ведущей на первый этаж.
«Невероятно! Им всё-таки удалось осуществить давнюю мечту профессора Плутониуса и Эмилии Клингуд!» — восхищённо прошептал Диппет, обернувшись к Дамблдору.
«Вы правы, уважаемый коллега», — согласился с ним тот. — «Поэтому я нисколько не удивлюсь, если эти двое, несмотря на свой почтенный возраст и занимаемые должности, начнут прыгать от восторга, словно шишуги… Или танцевать на потолке, применив к себе левитационные чары…»
И в этот момент, дверь в кабинете месье Михаила снова открылась. И знаменитый композитор подошёл к порталу в Зеркале Еиналеж вместе с круглой плетёной корзинкой, набитой соломой, внутри которой лежало яйцо авгурея, а также новый толстый каталог в блестящей красно-золотой обложке. И в этом каталоге были собраны АБСОЛЮТНО ВСЕ музыкальные произведения маэстро де Минора с их кратким описанием и фотографиями артистов Большого Подземного Театра Парижа, которые принимали непосредственное участие в постановке этих произведений. — «Ну, вот, молодые люди. Я принёс вам то, что вы просили…»
«О, Мерлин! Какая прелесть!» — восторженно воскликнула Линда, глядя на каталог как на САМУЮ дорогую метлу для Воздушных Танцев.
«Спасибо, дядя!» — радостно поблагодарил своего родственника Джимми. И сразу протянул руку, чтобы забрать у знаменитого композитора плетёную корзинку.
Однако месье Михаил неожиданно отступил на шаг назад и поинтересовался серьёзным тоном. — «Рад был помочь. Однако… Позвольте полюбопытствовать… Этот ваш… Профессор Плутониус… Имеет хотя бы отдалённое представление о том, как выращивать авгуреев?»
Скорпиус поспешно перетасовал свои Карты Таро и начал снова раскладывать их на письменном столе директрисы, чтобы узнать ответ на этот вопрос.
Однако его опередил Дамблдор. — «Не сомневайтесь, месье Михаил. Потому что я ещё в годы своей жизни был свидетелем того, что профессор Плутониус прочитал абсолютно все книги, в которых был подробно изложен процесс вскармливания птенцов ирландских фениксов, а также правила ухода за ними…»
«Ну, тогда ладно», — вздохнул знаменитый композитор. И сразу отдал своему племяннику корзинку, набитую соломой. — «В таком случае, желаю вам счастливых праздников, дамы и господа!»
«И тебе счастливых праздников, дядя», — попрощался со своим родственником староста Хаффлпаффа, закрывая портал в Зеркале Еиналеж.
«Отлично! Значит, рождественские подарки для мадам Клингуд и профессора Плутониуса у нас тоже есть!» — радостно воскликнула Роза, сделав ещё две пометки на своём свитке пергамента.
«Что ж! Посмотрим, о чём мечтают остальные преподаватели и работники школы», — сказал староста Хаффлпаффа, приготовившись постучать по отражающей поверхности Зеркала Еиналеж…
А тем временем, на Кухне Хогвартса, домашние эльфы-повара готовили ужин для Миррины и её друзей.
А завхоз школы стоял у шкафа с посудой и с умилением смотрел на жмыра Айсберга и миссис Норрис, которые лакали тёплое молоко из одной большой тарелки.
А профессор Флитвик, профессор Снейп и профессор Плутониус — сидели вместе с директрисой Хогвартса за длинным столом и пили ароматный чай с ежевикой.
И в этот момент, Бризоль подняла крышку на медной кастрюле, в которой варился суп для Миррины, и громко объявила. — «Госпожа Макгонагал! Куриный суп с овощами и шампиньонами готов!»
«Очень хорошо», — похвалила её директриса. — «Только вытащи из него всё куриное мясо. Потому что Миррина его не любит…»
Заведующий школьной кухней удивлённо обернулся к ней. — «Леди Миррина не любит курицу?»
«Да, Тоффи-Кресс», — кивнула Макгонагал. — «Потому что я лично видела во время обедов в Большом Зале, что, перед тем как приступить к еде, она всегда вытаскивает из своей тарелки с супом абсолютно все куски куриного мяса. А потом собирает их на салфетку и отдаёт своему жмыру…»
«А ещё мисс Миррина никогда не ест ароматное рагу из курицы и куриные котлеты», — неожиданно вспомнил Филч. — «Несмотря на то, что супы, приготовленные на курином бульоне, она обожает…»
«Странно…» — обескураженно произнёс Флитвик. — «Как можно любить куриные бульоны и не любить курицу, на которой они были приготовлены?»
«Если честно, Филиус, я не могу дать этому логического объяснения», — призналась директриса. — «Но, быть может, Зеркало Еиналеж сумеет пролить свет на этот уникальный феномен…»
«В таком случае, предлагаю обратиться к нему прямо сейчас», — сказал Снейп.
Профессор Плутониус, который сосредоточенно раскладывал на столе свои Карты Таро, испуганно вздрогнул, услышав его слова, и громко прокричал. — «НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!»
Все собравшиеся на кухне сразу обернулись к нему. — «Что?»
«Почему?» — удивлённо поинтересовался Филч.
«Ну-у… Потому что… Потому что…» — рассеянным голосом отозвался преподаватель Астрологии, быстро перетасовывая колоду Магических Карт и снова раскладывая её на столе. — «Потому что мои КАРТЫ ТАРО смогут дать ответ на этот вопрос НЕ ХУЖЕ, чем ЗЕРКАЛО ЕИНАЛЕЖ!»
«Ах, да, разумеется», — согласилась с ним директриса. — «И что же они вам говорят, мистер Плутониус?»
«Почему мисс Миррина никогда не ест куриное мясо?» — поинтересовался Флитвик.
«Потому что… Её начинает тошнить, как только она отправляет себе в рот хотя бы маленький кусочек курицы», — объявил преподаватель Астрологии, взглянув на получившуюся у него комбинацию.
Домашние эльфы удивлённо переглянулись. — «Невероятно… Как такое вообще возможно?»
«А может быть у неё аллергия на куриное мясо?» — предположил завхоз школы.
«Если бы у неё была АЛЛЕРГИЯ на КУРИНОЕ МЯСО, мистер Филч, она бы НИКОГДА НЕ СМОГЛА есть СУПЫ, приготовленные на КУРИНОМ БУЛЬОНЕ…» — уверил его Снейп.
«И вы абсолютно правы, уважаемый коллега», — кивнул профессор Плутониус. — «Потому что мои Карты Таро говорят, что причина этого уникального феномена кроется совсем в другом… Просто на мисс Миррине — Кладбищенская Порча, которую на неё не до конца навели, когда ей было восемь лет…»
«На мисс Миррину не до конца навели Кладбищенскую Порчу?!» — обескураженно произнёс Снейп.
«Именно так, уважаемый коллега», — подтвердил свои слова преподаватель Астрологии. — «Но не с помощью Вредоносных Заклинаний, а с помощью старинного зелья, которое оказывает на организм любого живого существа примерно такое же влияние, как смертельный магический яд замедленного действия. Однако об этой не до конца наведённой порче, ни мисс Миррина, ни её родители, даже НЕ ДОГАДЫВАЛИСЬ! Иначе бы они её быстро сняли!»
«Мерлинова Борода!» — возмущённо воскликнул Флитвик, сердито взмахнув своей волшебной палочкой. — «И какой же негодяй посмел сотворить такое?»
«Вы, наверное, удивитесь, уважаемый коллега», — ответил преподаватель Астрологии, глядя на свои Карты Таро. — «Но это сделала её покойная тётя Валентайн и дядя Арман, которые очень завидовали тому, что их племянница унаследовала волшебную силу своих родителей. А их родная дочь Хельга, независимо от того, что они оба были чистокровными волшебниками, появилась на свет сквибом. Поэтому тётя и дядя Миррины, которые не отличались ангельскими характерами, решили навести на свою племянницу одну из смертельных разновидностей Кладбищенской Порчи, при которой любое живое существо внезапно начинает испытывать отвращение абсолютно ко всей пище и воде, а потом впадает в подобие летаргического сна, и скоропостижно умирает в течение суток, не приходя в сознание…»
«Кошмар…» — слегка поёжился Филч.
«Вы правы», — согласился с ним профессор Плутониус.
И сразу продолжил свои объяснения. — «Однако, чтобы добиться нужного результата, дядя и тётя Миррины должны были заставить свою племянницу выпить приготовленное ими вредоносное зелье три раза подряд. Потому что Кладбищенская Порча подобного рода — наводится на живое существо не сразу, а в три этапа. Сначала в пищу этого существа добавляется одна капля сложного в приготовлении отвара из костного мозга фвупера и тринадцать крупинок кладбищенской земли со свежей могилы. После чего, это живое существо на несколько дней становится сонным и вялым… А потом этому живому существу подливают в пищу настойку из семян мерцающего могильного плюща, собранного в полнолуние с древних надгробий, при проглатывании которой живое существо начинает внезапно тошнить от некогда любимой пищи… Ну, а после этого, живому существу, на которое наводится такая порча, необходимо добавить в питьё одну каплю сыворотки из магической снежной травы, произрастающей только в Швейцарских Альпах. Но, к счастью для мисс Миррины, именно магической снежной травы не оказалось в домашней коллекции ингредиентов её тёти. Поэтому, чтобы закончить свой чёрный ритуал, она вместе со своим мужем отправилась в Швейцарию. Однако об их чудовищном плане стало известно Небесному Министерству Магии. И тогда Великий Мерлин, разгневанный их поступком, обрушил на них снежную лавину. И в результате схода этой лавины, дядя и тётя мисс Миррины погибли. И были доставлены Бестелесными Стражами, охраняющими Незримую Границу между Миром Живых и Миром Мёртвых, прямо в Преисподнюю. А мисс Миррина с тех пор — начала испытывать отвращение к некогда любимому куриному мясу. И по сей день даже не подозревает, что это результат воздействия Кладбищенской Порчи, которую её дяде и тёте не удалось навести на неё до конца из-за трагических обстоятельств, унёсших их жизни…»
«Невероятно…» — прошептал Снейп.
«Согласен, уважаемый коллега», — со вздохом кивнул профессор Плутониус.
«Конечно, так говорить нехорошо», — произнёс Флитвик абсолютно несвойственным ему холодноватым тоном. — «Но, я полагаю, что жестокие родственники леди Миррины получили ПО ЗАСЛУГАМ!»
«Вы правы, профессор Филиус», — согласился с ним преподаватель Астрологии, снова перетасовывая свои Карты Таро. — «Поэтому мне их нисколько не жаль!»
«Простите, профессор Плутониус», — неожиданно обратился к преподавателю Астрологии заведующий кухней Хогвартса. — «А ваши Карты Таро, случайно, не могут посоветовать, как снять с леди Миррины Кладбищенскую Порчу?»
«Это я тебе и без Карт Таро скажу, Тоффи-Кресс», — снова вступил в разговор Снейп. — «Нужно сварить в серебряном котле стандартного размера самый обычный бульон из жирной индейки. И, в процессе варки, добавить в него семь столовых ложек Святой Воды, которую можно взять в любой церкви, а также свежую веточку можжевельника длиной не менее трёх дюймов, срезанную с куста в день приготовления этого бульона. Ну, а когда бульон от Кладбищенской Порчи будет готов, его необходимо смешать с тремя каплями Елейного Масла и пятью каплями Лунной Росы. И после этого, одну столовую ложку полученного снадобья надо выпивать ежедневно, перед сном, в течение недели. Но, должен признаться, процесс лечения этим снадобьем — весьма неприятен. Потому что, сразу после приёма этого снадобья, у человека начинается тошнота, головокружение, а также весьма болезненные судороги, которые продолжаются два с половиной часа… Однако я попытаюсь сделать так, чтобы мисс Миррина не испытывала никакого дискомфорта от приёма этого снадобья. И вообще не догадалась, что её пытаются вылечить от Кладбищенской Порчи…»
«А разве такое возможно?» — удивлённо поинтересовалась Бризоль.
«Разумеется», — кивнул заместитель директрисы. — «Если растянуть лечение на несколько месяцев. И, вместо положенной столовой ложки этого снадобья, незаметно добавлять в молоко с мёдом, которое ежедневно пьёт мисс Миррина, всего несколько капель Бульона от Кладбищенской Порчи. Тогда у неё не будет ярко выраженных побочных эффектов, которые обычно появляются у живого существа после приёма стандартной дозы этого Магического Лекарства…»
«Хорошая идея, Северус», — сделала вывод директриса. — «Вот только… Как вы собираетесь ежедневно подливать Миррине этот бульон в её молоко? Ведь, если мне не изменяет память, она пьёт его только перед сном!»
«Не беспокойтесь, госпожа Макгонагал, я что-нибудь придумаю», — пообещал Снейп. — «Но, сначала, отнесу ужин в её Персональную Гостиную. А потом спущусь в Подземелье и приготовлю Бульон от Кладбищенской Порчи…»
С этими словами, он вытащил из медного шкафа, над которым искрились снежные хлопья, замороженную тушку самой жирной индейки. А потом направил свою волшебную палочку на серебряный поднос, на который домашние эльфы собрали только что приготовленную еду для так называемой родственницы Реддла и её друзей, и чуть слышно произнёс. — «ЛОКОМОТОР!»
А после этого — быстро направился к выходу из кухни. И серебряный поднос с едой полетел вслед за ним.
«Идём, Айсберг», — позвал Северус жмыра-альбиноса, открывая дверь в коридор.
И питомец Миррины, издав свой фирменный звук «МАУ», послушно подбежал к заместителю директрисы. А потом бесшумно последовал за ним к лестнице, ведущей в Вестибюль школы…
Преподаватель Астрологии проводил его сонным взглядом и зевнул. — «Ну, ладно… А мы тогда, с вашего позволения, отправимся спать…»
«Да. Пора», — согласился с ним Флитвик, взглянув на свои карманные часы. — «А то уже час ночи. А завтра утром — первый в этом году Межфакультетский Чемпионат по Квиддичу! И мне бы не хотелось его пропустить!»
«Если честно, мне тоже», — признался преподаватель Астрологии, запихнув в свой правый ботинок колоду Карт Таро. — «Поэтому всем приятных сновидений!»
«И вам приятных сновидений, профессор Плутониус», — пожелала ему директриса.
И тогда преподаватель Астрологии превратился в очень толстого белого гуся, и, спрыгнув со стула, вперевалку направился к выходу из кухни, напевая громким и на удивление чистым баритоном свою любимую колыбельную, плавно переходящую в гимн Хогвартса:
Спят на ёлках шишки!
Дремлют в норках мышки!
Только я один не сплю!
Колыбельную пою!
Хогвартс-Хогвартс!
Наш любимый Хогвартс!
Научи нас Хогвартс, хоть чему-нибудь!
Молодых и старых!
Лысых и лохматых!
Ведь здесь не важен возраст!
А важна лишь суть!
«О! ПОТРЯСАЮЩЕ!» — восхищённо зааплодировали ему вслед домашние эльфы, собравшиеся на кухне…
А тем временем, в кабинете директрисы, компания юных студентов продолжала выяснять у Зеркала Еиналеж о каких рождественских подарках мечтают профессора и работники школы…
«Отлично!» — с интонацией учителя произнесла Роза, поставив на своём свитке пергамента очередную пометку. — «Теперь мы знаем, какие подарки хотят получить на Рождество профессора и работники Хогвартса. Вот только… Продаются эти вещи в разных волшебных магазинах Европы. И для того, чтобы их купить, нам придётся позаимствовать у Минервы Макгонагал её Стандартный Маховик Времени… Иначе мы просто не успеем до Рождества приобрести все эти подарки и доставить их в школу!»
В глазах Миррины отразился ужас и за окнами Хогвартса сразу пошёл снег. — «Стандартный Маховик Времени? Но, в таком случае, я не смогу составить вам компанию, ребята. Потому что, если вы помните, в начале сентября нынешнего года, Кингсли Бруствер заставил меня дать ему НЕРУШИМЫЙ ОБЕТ о том, что я до конца своей жизни не буду изготавливать и самостоятельно использовать никакие маховики времени без контроля кого-либо из руководства Хогвартса или сотрудников Английского Министерства Магии!»
«Не беспокойся, Миррина, мы справимся», — уверил её младший сын Гарри.
«А может быть, просто воспользуетесь нашей помощью?» — неожиданно раздался за окном знакомый голос.
Юные волшебники, собравшиеся в кабинете директрисы, сразу обернулись на этот голос и увидели за окном эфемерных родственников Матильды Крейзишиш.
Только теперь у отца Матильды исчез павлиний хвост. А на голове её тёти — пропали рога антилопы.
«Мистер Кербхоллан! Мадам Хилдер! Что вы здесь делаете?» — удивлённо поинтересовалась Роза.
«Пришли сообщить вам весьма приятную новость, молодые люди!» — гордо объявил отец Матильды, просачиваясь вместе со своей сестрой сквозь оконное стекло в кабинет директрисы. — «Нас снимают с должности Бестелесных Хранителей Кладбища в Годриковой Впадине и переводят в один из отделов Небесной Канцелярии!»
Дамблдор удивлённо обернулся к ним. — «Серьёзно?»
«Да, сер!» — кивнула мадам Хилдер.
И сразу показала портрету Дамблдора полупрозрачный свиток пергамента, на котором находились подписи Главы Совета Высших Сил и Великого Мерлина, а также печать Небесного Министерства Магии. — «Вот приказ о нашем новом назначении!»
«Но это же превосходно!» — радостно воскликнула Роза, быстро прочитав информацию в полупрозрачном свитке.
«Я знаю», — согласился с ней отец Матильды. — «Однако без тех многочисленных Панихид, которые вы заказывали для меня и моей сестры в Церкви Святого Иеронима, нам бы никогда не простили наши эксперименты с чёрной магией, которой мы так увлекались в годы своей жизни. И никогда бы не позволили работать в Небесной Канцелярии!»
«Поэтому мы решили отблагодарить вас, молодые люди», — продолжила Хилдер. — «И помочь вам купить рождественские подарки для профессоров и работников Хогвартса. Потому что для привидений, не привязанных к месту собственной смерти, расстояние значения не имеет. Поэтому мы с Кербхолланом можем мгновенно появляться и исчезать в самых разных уголках нашей планеты…»
«И что вы предлагаете?» — поинтересовался младший сын Гарри.
«Мы предлагаем вам отдать нам список подарков для профессоров и работников Хогвартса», — ответил отец Матильды. — «А также деньги на их покупку. Чтобы завтра утром мы с сестрой облетели все известные волшебные магазины Европы и уже к полудню принесли необходимые вам вещи в Персональную Гостиную мисс Миррины!»
«Хорошая идея!» — оживлённо произнёс Скорпиус.
«Да», — согласился с ним Джимми, наблюдая, как дочь Гермионы быстро вытащила из своей сумки чистый лист пергамента, и, с помощью невербальной магии, заставила гусиное перо за считанные секунды написать на нём список рождественских подарков. — «Тогда нам не придётся заимствовать у Минервы Макгонагал Стандартный Маховик Времени!»
«В таком случае, вот вам деньги на покупку подарков», — сказал младший сын Гарри, передавая Кербхоллану кожаный кошелёк, туго набитый золотыми галлионами.
«А вот список тех вещей, о которых долгие годы мечтали профессора и работники нашей школы», — объявила Роза. — «А также перечень волшебных магазинов, где они продаются!»
С этими словами, она вложила в полупрозрачную руку Хилдер свиток пергамента, исписанный её аккуратным почерком.
«Отлично!» — улыбнулась тётя Матильды. — «Тогда — ждите нас завтра!»
С этими словами, она открыла окно с помощью невербальной магии и бесшумно вылетела на улицу вместе со своим братом.
«Большое вам спасибо за помощь!» — громко прокричала им вслед Роза.
«Это вам спасибо за помощь, молодые люди!» — почти хором отозвались родственники Матильды Крейзишиш, постепенно растворяясь в звёздном небе.
И как только они исчезли, распахнутое окно в кабинете директрисы снова закрылось.
«Ну, что ж! Можно считать, что подарки для всех профессоров и работников Хогвартса у нас есть!» — сделал вывод младший сын Гарри.
И в этот момент, Роза случайно взглянула на свиток, где были написаны имена преподавателей и работников школы, и обеспокоенно прошептала. — «О, нет! Не для всех! Потому что мы забыли узнать у Зеркала Еиналеж рождественские желания профессора Флитвика и профессора Снейпа!»
«Ну-у, это не проблема», — успокоил её Альбус Поттер.
И снова подошёл к волшебному зеркалу. — «Сейчас выясним».
С этими словами, он слегка постучал по отражающей поверхности Зеркала Еиналеж и тихо произнёс. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Скажи нам, о каком рождественском подарке мечтает декан Когтеврана?»
И в тот же миг, отражающая поверхность зеркала стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале появилось отражение Миррины, которая сидела на стуле в Швейной Мастерской Хогвартса и вышивала красивый серебряный орнамент на жемчужно-белой жилетке с четырьмя пуговицами, сделанными из полупрозрачных серебристых кристаллов алмазной огранки.
«Хм… Кажется, он хочет получить в подарок новую праздничную жилетку», — сделал вывод Джимми, глядя в Зеркало Еиналеж.
«ПРАЗДНИЧНУЮ ЖИЛЕТКУ?!» — возмущённо воскликнул со своего портрета Армандо Диппет. — «Да у этого старого ловеласа, пристрастившегося к дорогостоящим омолаживающим зельям и сывороткам долголетия, их больше ста пятидесяти! И, насколько мне известно, сегодня вечером, в бутике Твилфитт и Таттинг, он купил себе ЕЩЁ ОДНУ, которая стоила в ТРИ РАЗА ДОРОЖЕ, чем новый парадный костюм профессора Невилла!»
«Всё это верно, уважаемый коллега», — согласился с ним Дамблдор. — «Но, если я правильно истолковал увиденное в Зеркале Еиналеж, профессор Флитвик хочет, чтобы мисс Миррина ЛИЧНО сшила ему праздничную жилетку…»
«О, Мерлин…» — обескураженно прошептала молодая герцогиня.
«Н-да… Полагаю, вы правы, мистер Дамблдор», — мрачно вздохнул младший сын Гарри.
«Миррина, ты справишься?» — поинтересовалась дочь Гермионы.
«Справлюсь, Роза», — уверила её так называемая родственница Реддла. — «И займусь этим, когда буду приводить в порядок старое пальто Минервы Макгонагал…»
С этими словами, она взмахнула над пальто директрисы своей особенной волшебной палочкой, и, уменьшив его до размера снитча, поспешно убрала это пальто в карман своей мантии. — «РЕДУЦИО!»
«Ну, хорошо…» — вздохнула дочь Гермионы, снова взглянув на Зеркало Еиналеж. — «В таком случае, нам осталось выяснить, о каком рождественском подарке мечтает профессор Снейп…»
«Да… Нам с директором Диппетом тоже хотелось бы это узнать», — хитро улыбнулся Дамблдор, покосившись на молодую герцогиню.
«Ну, тогда внимательно смотрите в зеркало, господа», — сказал младший сын Гарри.
И снова постучал по его отражающей поверхности. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Скажи нам, что хочет получить на Рождество заместитель директрисы Хогвартса?»
И в тот же миг, отражающая поверхность зеркала стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале появился кабинет профессора Снейпа, в котором он, как обычно, сидел за письменным столом и проверял тетради студентов школы. А потом, в коридоре, у входа в его кабинет, послышались чьи-то шаги. И заместитель директрисы сразу обернулся на этот звук. И, спустя мгновение, в его кабинет вошла Миррина с большой прямоугольной коробкой белого цвета, середину которой украшал серебряный бант, сделанный в виде крупного пиона. Снейп моментально встал из-за стола. И тогда Миррина медленно подошла к заместителю директрисы и передала ему подарочную коробку, которую держала в руках…
И в этот момент, Зеркало Еиналеж неожиданно стало белым, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале снова появились отражения всех волшебников, собравшихся в кабинете директрисы…
«ИПЭ?» — удивлённо пропищала ИПЭ.
А староста Хаффлпаффа с возмущением обратился к зеркалу. — «ЭЙ-ЭЙ-ЭЙ! ПОДОЖДИ! Мы же ещё не увидели, что лежит в той коробке!»
«Не беспокойся, Джимми. Попросим зеркало показать нам это ещё раз», — уверила его Роза.
С этими словами, она быстро подошла к волшебному зеркалу и слегка постучала по его отражающей поверхности. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Скажи нам, о каком рождественском подарке профессор Снейп сейчас мечтает больше всего?»
И в тот же миг, отражающая поверхность зеркала снова стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале снова появился кабинет профессора Снейпа, в котором он сидел за письменным столом и проверял тетради студентов школы. А потом в коридоре, у входа в его кабинет, снова послышались чьи-то шаги. И заместитель директрисы снова обернулся на этот звук. И так же, как и в прошлый раз, в его кабинет вошла Миррина с большой прямоугольной коробкой белого цвета, середину которой украшал серебряный бант в виде пиона. И Снейп снова встал из-за стола. И Миррина снова подошла к заместителю директрисы… И снова передала ему подарочную коробку, которую держала в руках…
И как только это произошло, Зеркало Еиналеж СНОВА стало белым, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале СНОВА появились отражения тех волшебников, которые собрались в кабинете Макгонагал…
«Невероятно…» — обескураженно прошептал Джимми. — «Опять то же самое!»
«Неужели Небесное Министерство Магии не даёт нам допуска к этой информации?» — расстроенно предположила Роза.
Однако Диппет отрицательно покачал головой. — «Мисс Уизли, это исключено. Потому что я слышал от Минервы Макгонагал, что в Энциклопедии Рода Гриффиндоров есть сведения о том, что когда Небесное Министерство Магии запрещает допуск к информации, которую волшебник пытается выяснить у Зеркала Еиналеж, в этом зеркале сразу появляется голубое небо, на котором возникает слово ТАБУ, написанное на латинском языке белыми облаками…»
«В таком случае, я не понимаю, почему зеркало не хочет отвечать на наш вопрос!» — сердито произнесла дочь Гермионы.
И сразу обратилась к сыну Драко. — «Скорпиус! А ну-ка, поинтересуйся у своих Карт Таро, почему Зеркало Еиналеж ведёт себя так странно!»
«Сейчас… Одну минуту», — отозвался тот. И быстро перетасовал свои Магические Карты.
А потом поспешно разложил их на письменном столе директрисы и обескураженно произнёс. — «Хм… Вы, возможно, удивитесь, ребята, но мои Карты Таро говорят, что Зеркало Еиналеж ОТВЕЧАЕТ на наш вопрос!»
«И это, по-твоему, ОТВЕТ?!» — возмутился Джимми. — «Мы ведь даже не можем УВИДЕТЬ, какой ПОДАРОК лежит в той КОРОБКЕ!»
«Послушайте! У меня идея!» — неожиданно предложил младший сын Гарри. — «Давайте зададим Зеркалу Еиналеж наш вопрос немного по-другому!»
С этими словами, он снова постучал по отражающей поверхности зеркала. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Покажи нам ТОЛЬКО подарок профессора Снейпа, который он желает получить на нынешнее Рождество! И ничего КРОМЕ этого подарка!»
И в тот же миг, отражающая поверхность зеркала снова стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И, к удивлению всех волшебников, собравшихся в кабинете директрисы, в Зеркале Еиналеж ОПЯТЬ появился кабинет профессора Снейпа, в котором он сидел за письменным столом и проверял тетради студентов Хогвартса. А потом, в коридоре, у входа в его кабинет, ОПЯТЬ послышались шаги. И заместитель директрисы ОПЯТЬ обернулся на этот звук. И в его кабинет ОПЯТЬ вошла Миррина с большой прямоугольной коробкой белого цвета, середину которой украшал серебряный бант в виде пиона. И Снейп ОПЯТЬ встал из-за стола. И Миррина ОПЯТЬ подошла к заместителю директрисы… И ОПЯТЬ передала ему подарочную коробку, которую держала в руках… И Зеркало Еиналеж ОПЯТЬ стало белым, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в зеркале ОПЯТЬ появились отражения всех волшебников, собравшихся в кабинете директрисы Хогвартса…
У Джимми начал нервно дёргаться левый глаз.
А Роза произнесла обескураженным шёпотом. — «Поверить не могу… Тот же самый ответ…»
«А может быть, Зеркало Еиналеж просто утомили наши вопросы, и оно решило таким образом посмеяться над нами?» — предположила молодая герцогиня.
Скорпиус внимательно посмотрел на свои Магические Карты и отрицательно покачал головой. — «Нет, леди Миррина. Мои Карты Таро говорят, что Зеркало Еиналеж никогда так не поступает…»
«Тогда почему вместо конкретного ответа оно показывает нам ВСЯКУЮ ЕРУНДУ?!» — возмущённо воскликнул младший сын Гарри.
«Не беспокойтесь, сейчас я этому зеркалу мозги вправлю!» — уверил своих друзей староста Хаффлпаффа.
С этими словами, он быстро подошёл к Зеркалу Еиналеж. И начал с такой силой стучать кулаком по его отражающей поверхности, что рама этого зеркала задрожала. — «Эй, ты, глупое стекло! Что на тебя нашло? Немедленно НОРМАЛЬНО говори, что нам Снейпу подарить!»
Младший сын Гарри испуганно вздрогнул и сразу схватил старосту Хаффлпаффа за руку. — «Джимми! Джимми! Ты с ума сошёл? Прекрати немедленно! Иначе ты его разобьёшь!»
«Вот именно», — согласился с ним Дамблдор. — «И если это произойдёт — вы вряд ли сможете его починить. Потому что Зеркало Еиналеж устроено гораздо сложнее, чем обычные зеркала. А те чародеи-механики, которые помогали племяннице Великого Мерлина создавать это зеркало, унесли большую часть секретов его изготовления в свои могилы. И узнать эти секреты вам не помогут даже самые талантливые прорицатели Мира Волшебников. Потому что данная информация строжайше запрещена к разглашению древним приказом нынешнего Главы Небесного Министерства Магии…»
«Профессор Дамблдор прав, Джимми!» — строго обратилась к старосте Хаффлпаффа дочь Гермионы. — «Поэтому держи свои эмоции под контролем!»
«Ладно, ладно», — недовольно отозвался Джимми, презрительно покосившись на Зеркало Еиналеж. — «Но, в таком случае, что нам делать? Как узнать, о каком рождественском подарке мечтает профессор Снейп?»
«Попробуем рассуждать логически», — предложила Линда. — «Карты Таро Скорпиуса говорят, что с Зеркалом Еиналеж всё в порядке. И оно отвечает на наш вопрос, верно?»
«Верно!» — кивнул сын Драко, снова взглянув на свои Магические Карты.
«Но, тем не менее, когда мы спрашиваем, какой подарок хочет получить на Рождество профессор Снейп», — продолжила Линда. — «Зеркало Еиналеж неизменно показывает нам белую коробку с серебряным бантом в виде пиона. Поэтому, как бы странно это сейчас не прозвучало, я предполагаю, что профессор Снейп хочет получить в качестве рождественского подарка именно такую БЕЛУЮ КОРОБКУ с СЕРЕБРЯНЫМ БАНТОМ!»
Портреты директоров, услышав её слова, не поверили своим ушам и удивлённо переглянулись. — «ЧТО?!»
А дочь Гермионы едва не подавилась воздухом и удивлённо обратилась к своей подруге. — «Кхе! Линда, ты это серьёзно?»
«А учитывая увиденное в Зеркале Еиналеж, у тебя есть другое мнение?» — поинтересовалась дочь Натали Макдональд.
Роза со вздохом покосилась на волшебное зеркало и произнесла мрачным голосом. — «Ну-у… В общем-то… Наверное… Нет… Вот только, тебе не кажется, что ПОДАРОЧНАЯ КОРОБКА в качестве ПОДАРКА — это глупо?»
Линда пожала плечами. — «Почему? Может быть, именно такой коробки профессору Снейпу не хватает для его коллекции подарочной упаковки. Мы же коллекционируем карточки от шоколадных лягушек. И ещё разноцветных шоколадных животных от Берти Боттс…»
«Верно», — согласился с ней Альбус Поттер. — «А наши соседи-маглы, например, собирают бутылки от вина. И в их коллекции, между прочим, более восьмисот экземпляров этих бутылок. И самая старая из них была сделана ещё в 1623 году…»
Дамблдор снова попытался что-то сказать, но его опередила дочь Гермионы. — «Ну-у… Бутылки от вина, это понятно. Они бывают очень красивой формы. А экземпляры 1623 года вообще представляют историческую ценность в Мире Маглов. А вот подарочные коробки… В них же нет НИЧЕГО ОСОБЕННОГО! И стоимость у них, как правило, небольшая. И многочисленные фабрики, специализирующиеся на изготовлении подарочной упаковки, ежедневно выпускают их в продажу ТЫСЯЧАМИ! И даже ДЕСЯТКАМИ ТЫСЯЧ!»
«Я знаю, Роза», — кивнула Линда. — «Но, вполне возможно, профессор Снейп всегда мечтал найти именно ТАКУЮ подарочную коробку для своей коллекции. Но, по каким-то причинам, не сумел этого сделать. А мы сумели. Потому что, если мне не изменяет память, такая белая коробка с серебряным бантом у нас есть!»
Диппет попытался вставить в разговор свою реплику, однако его опередила Миррина. — «Да, Линда. Она у нас есть. Но я всё равно полагаю, что дарить пустую коробку — это не совсем правильно. Поэтому хочу положить в неё какой-нибудь полезный подарок, которому профессор Северус тоже обрадуется!»
«И какой именно?» — поинтересовался Джимми.
«Спросим у Зеркала Еиналеж», — ответила Миррина. И сразу постучала по отражающей поверхности этого зеркала. — «Тук-тук! Слышишь мой стук? Ты, Зеркало Желаний, являющее взору сокровенные желания! Моё самое сокровенное желание — это получить на мой вопрос ответ. Обещаю, что не буду использовать его во вред! Скажи нам, какой ещё рождественский подарок, помимо той коробки, которую мы видели в твоём отражении, можно вручить профессору Северусу, чтобы он обрадовался этому подарку?»
И отражающая поверхность зеркала снова стала белой, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в Зеркале Еиналеж СНОВА появился кабинет заместителя директрисы Хогвартса, в котором он сидел за письменным столом и проверял тетради студентов этой школы. И в коридоре, у входа в его кабинет, СНОВА раздались шаги. И Снейп СНОВА обернулся на этот звук. И в его кабинет СНОВА вошла Миррина с большой прямоугольной коробкой белого цвета, середину которой украшал серебряный бант в виде пиона. И заместитель директрисы СНОВА встал из-за стола. И Миррина СНОВА подошла к нему. И СНОВА передала Северусу подарочную коробку, которую держала в руках… И в этот момент, Зеркало Еиналеж СНОВА стало белым, как молоко. А потом эта белая пелена исчезла. И в волшебном зеркале СНОВА появились отражения юных студентов Хогвартса, собравшихся в кабинете Макгонагал…
У ИПЭ от удивления отвисла нижняя челюсть.
А Джимми выдавил из себя только одну фразу. — «Мерлинова Борода…»
«Согласна», — мрачно вздохнула Роза. — «И знаете, ребята, у меня такое впечатление, что профессор Снейп будет ОЧЕНЬ РАД, если мы положим в ту белую коробку с серебряным бантом ЕЩЁ ОДНУ, ТОЧНО ТАКУЮ ЖЕ белую коробку! С ТОЧНО ТАКИМ ЖЕ серебряным бантом!»
«Ну, это же ГЛУПО!» — возмущённо воскликнул младший сын Гарри.
«Ты прав, Альбус», — согласилась с ним Миррина. — «И я не могу так поступить. Хотя бы, по той причине, что второй такой белой коробки у нас НЕТ…»
«Ладно… Сами что-нибудь придумаем…» — похоронным голосом произнёс староста Хаффлпаффа, покосившись на волшебное зеркало. А потом добавил язвительным тоном. — «Без всяких МУДРЫХ советов Зеркала Еиналеж!»
А Миррина снова обратилась к своим друзьям. — «Итак… У кого-нибудь есть идеи?»
Дамблдор снова попытался что-то сказать, но его опередил младший сын Гарри. — «Конечно! Я предлагаю доверху набить эту коробку Шоколадными Лягушками с полной коллекцией Волшебных Карточек!»
Дамблдор услышал его слова и обречённо хлопнул себя ладонью по лбу. Однако не произнёс ни слова.
«Но, Альбус! Профессор Снейп не собирает эти карточки!» — напомнила Роза своему кузену.
«А вдруг, после того как он начнёт распечатывать Шоколадных Лягушек, ему захочется их собирать?» — предположил младший сын Гарри.
Однако Миррина отрицательно покачала головой. — «Сомневаюсь, Альбус. Потому что профессор Северус всё-таки заместитель директрисы Хогвартса, а не студент этой школы. Поэтому нам нужно положить в его подарочную коробку что-нибудь посерьёзнее Волшебных Сладостей…»
Армандо Диппет только открыл рот, чтобы что-то предложить, однако его опередила Линда Макдональд. — «И, кажется, я знаю, что именно! Сегодня вечером, когда я покупала в Косом Переулке подарок для моей мамы, я видела в витрине магазина Флориш и Блоттс самую полную энциклопедию по зельеварению! И она была такая красивая! В настоящем серебряном переплёте и с заклёпками из чёрного хрусталя!»
«Не спорю, Линда», — согласилась с ней так называемая родственница Реддла. — «Вот только, я уверена, что профессор Северус знает все рецепты из этой энциклопедии наизусть…»
«Да… Это так», — подтвердил её слова Скорпиус, снова взглянув на свои Карты Таро.
Дочь Натали Макдональд разочарованно вздохнула. — «Ладно… Энциклопедия по зельеварению — отпадает».
И в этот момент, Роза посмотрела на красивый футляр для телескопа, который она в начале сентября нынешнего года связала Скорпиусу в подарок на его день рождения, и радостно воскликнула. — «Послушай, Миррина! А может быть, тебе связать для профессора Снейпа какую-нибудь особенную вещь? Ведь, если мне не изменяет память, моя бабушка Молли подарила тебе книгу по волшебному вязанию! Но у тебя до сих пор не было повода ею воспользоваться!»
Сын Драко поспешно перетасовал свои Карты Таро, а потом снова разложил их на письменном столе директрисы и утвердительно произнёс. — «Да. Это хорошая мысль. Потому что профессор Снейп много времени проводит в Подземелье Хогвартса. А там всегда очень холодно. Поэтому тёплые вязаные вещи будут ему весьма кстати!»
«Но, ребята! Я же никогда раньше не вязала!» — напомнила своим друзьям Миррина.
«Не беспокойся!» — усмехнулась Роза. — «Вязать с помощью магии — очень легко. И это тебе подтвердит даже моя мама. Завтра я покажу тебе, как правильно заколдовывать спицы. А всё остальное — ты без труда освоишь сама, ориентируясь на инструкции и советы в книге!»
Миррина с укоризной посмотрела на неё. — «И ты полагаешь, что волшебник, который ни разу не заколдовывал спицы, сможет за несколько дней до Рождества связать по-настоящему красивую и качественную вещь?»
«Конечно!» — кивнула дочь Гермионы. — «Однако, я уверена, что ты справишься гораздо быстрее. Но, если сомневаешься, я приду к тебе, когда ты начнёшь вязать. И если вдруг замечу, что у тебя что-то не получается, хотя такое вряд ли возможно, обязательно тебе помогу!»
«Хорошо, Роза. Я согласна», — вздохнула молодая герцогиня, глядя на портрет заместителя директрисы, который висел на стене, позади письменного стола Макгонагал. — «Вот только… Что мне связать профессору Северусу?»
«Ну-у… В книге, которую тебе подарила моя бабушка, много вариантов разной шерстяной одежды», — ответила дочь Гермионы. — «Поэтому предлагаю посмотреть её завтра, после Межфакультетского Чемпионата по Квиддичу. И выбрать что-нибудь подходящее!»
«Ладно. Договорились», — согласилась Миррина. И снова убрала Зеркало Еиналеж за шкаф. — «А теперь, давайте отправляться спать. А то уже два часа ночи…»
«ИПЭ!» — согласилась с ней ИПЭ.
И быстро полетела к выходу из кабинета директрисы.
Юные волшебники последовали за ней.
«Мистер Диппет, мистер Дамблдор, до свидания!» — громко попрощался младший сын Гарри с портретами директоров.
«До свидания, ребята», — мягким голосом произнёс им вслед Дамблдор.
«Приятных вам сновидений!» — пожелал им на прощание Диппет. И, дождавшись, когда тяжёлая дверь в кабинет директрисы закроется за Мирриной и её друзьями, удивлённо обернулся к Дамблдору. — «Невероятно… Уважаемый коллега, вы это слышали?»
«Не хуже вас, уважаемый коллега», — вздохнул Дамблдор. — «Наши знаменитые студенты, которые совсем недавно разработали и осуществили гениальный план по возвращению к жизни нескольких известных волшебников, абсолютно НЕВЕРНО истолковали ответ Зеркала Еиналеж! И, как бы смешно это сейчас не прозвучало, действительно полагают, что Северус мечтает получить на Рождество в качестве самого желанного подарка — белую подарочную коробку, украшенную серебряным бантом в виде пиона! Хотя Зеркало Еиналеж чётко показало им, что Северус хочет, чтобы Миррина поздравила его с Рождеством! А что именно она решит преподнести ему в подарок, для него не имеет никакого значения! Главное, чтобы этот подарок был от НЕЁ!»
«Я это понял, уважаемый коллега», — усмехнулся Диппет. — «Но, к сожалению, наши знаменитые студенты были настолько увлечены обсуждением того, что можно положить в ту белую коробку, что не позволили мне даже слова вставить в их разговор!»
«Да. И мне тоже, уважаемый коллега», — признался Дамблдор.
«В таком случае, может быть, догоним их? И попытаемся объяснить им их ошибку?» — предложил Диппет.
Однако Дамблдор отрицательно покачал головой. — «Нет необходимости, уважаемый коллега. Потому что, учитывая обстоятельства, рождественское желание Северуса всё равно исполнится…»
А тем временем, Миррина вернулась в свою Персональную Гостиную вместе с фантомом ИПЭ.
И её жмыр, который, до этого момента, мирно дремал на кресле, сразу подбежал к своей хозяйке и радостно потёрся о её ноги. — «МАУ!»
Миррина улыбнулась и погладила его по голове. — «Привет, Айсберг!»
А потом подошла к платяному шкафу и убрала в него своё пальто, шапку и сапоги. — «Ты даже вообразить не можешь, какой сегодня у меня был удивительный день!»
«Надеюсь, никто из профессоров школы не заметил моего отсутствия?» — поинтересовалась у жмыра Миррина, вытащив из тумбочки свою пижаму и заходя в душевую кабинку.
«МАУ!» — глухо отозвался Айсберг.
«Я рада», — усмехнулась так называемая родственница Реддла, полагая, что жмыр произнёс на своём языке фразу «никто-из-профессоров-твоего-отсутствия-не-заметил…»
А потом быстро приняла душ, и, положив свою мантию на кресло, неожиданно увидела на письменном столе серебряный поднос, накрытый крышкой.
«А вот домашние эльфы Хогвартса, по всей видимости, заметили, что меня не было в Большом Зале», — обеспокоенно произнесла Миррина, приподняв серебряную крышку на подносе. — «Иначе бы они не принесли сюда мой ужин. И не оставили бы его под Заклятием Подогрева. Но, если честно, Айсберг, я так устала, что у меня абсолютно нет сил что-либо есть…»
И в тот же миг, тарелка с супом и ржаная булочка медленно пододвинулись к ней.
«Ох! Ну, ладно», — вздохнула Миррина, садясь за письменный стол. — «Суп и булочку я съем…»
И в этот момент, к ней также медленно пододвинулась чашка тёплого молока с мёдом.
«И молоко я тоже выпью», — пообещала так называемая родственница Реддла…
А тем временем, в Гриффиндорской Башне, Рон и Гермиона лежали на кровати в своих апартаментах.
А Гарри — на диване, в соседней комнате. Однако никто из мракоборцев не спал, а просто смотрел в потолок.
«Гермиона, как ты думаешь», — поинтересовался у своей жены Рон. — «Что за сюрприз готовят профессорам и работникам Хогвартса наши дети вместе с Мирриной?»
«Если честно, понятия не имею», — тихо отозвалась Гермиона. — «Однако профессор Плутониус уверяет, что это будет нечто потрясающее!»
И в тот же миг, в дверь их апартаментов кто-то постучал.
«Кто это, интересно?» — обеспокоенно прошептал Рон.
Гарри моментально поднялся с дивана и быстро подошёл к двери. — «Сейчас узнаем…»
С этими словами, он слегка приоткрыл дверь. И сразу увидел сына Драко, который держал в руке свиток пергамента.
«Скорпиус? Что случилось?» — удивлённо поинтересовался Гарри.
Рон и Гермиона поспешно набросили на себя халаты и вышли из своей комнаты.
А сын Драко продолжил разговор с Гарри своим привычным тихим голосом. — «Ничего особенного, мистер Поттер. Просто я пришёл вам сообщить, что вчера ночью я закончил делать Буквенный Расклад Карт Таро, о котором мы говорили в начале сентября нынешнего года. И выяснил, что написано в Последней Части Пророчества, о которой известно только Кингсли Брустверу и нескольким избранным представителям Хогвартса…»
Рон и Гермиона радостно переглянулись. — «Превосходно!»
«Заходи, быстрее!» — скомандовал Гарри.
И как только сын Драко переступил порог апартаментов мракоборцев, сразу запер дверь изнутри на Магический Замок. — «КОЛЛОПОРТУС!»
А Скорпиус подошёл к столу, и, положив на него свиток пергамента, исписанный его аккуратным почерком, осторожно его развернул.
«Давай, приятель, читай!» — нетерпеливо потребовал Рон.
А Гарри взмахнул волшебной палочкой и сотворил заклятие ЛЮМОС.
А потом направил свою волшебную палочку на лист пергамента, на котором известное всему Миру Волшебников ПРОРОЧЕСТВО, полученное Главой Небесного Министерства Магии из КНИГИ СУДЬБЫ Миррины и переданное Кингсли Брустверу Заместителем Великого Мерлина, теперь было написано полностью…
Скорпиус вздохнул, и сразу начал читать это Пророчество от начала до конца:
Через 19 лет, когда Тёмный Лорд умрёт,
Родственник Годрика в Хогвартс войдёт.
И создаст в его стенах Источник Света,
Соединив воедино все факультеты.
И сможет обратить он время вспять,
Чтобы спасти того, кто не должен был умирать,
И от страданий его душу исцелить.
И вернуть к жизни тех, кто достоин жить.
И в день, когда это произойдёт,
Радость снова в Хогвартс войдёт.
А вместе с ней — вернётся Счастье,
То, что Волан-де-Морт забрал в годы своей власти…
Но, чтобы Счастье вернулось опять,
Тьму со Светом вы должны поменять.
И с момента подмены, с тех самых пор,
Свет войдёт в Слизерин, ну, а Тьма — в Гриффиндор.
И с этого дня, и Тьма, и Свет,
Должны рядом идти в течение двух лет.
И Свет, который будет считаться Тьмой,
Должен доказывать, что он не такой…
И чем больше Тьма будет Свет глушить,
Тем больше Счастья постарается Свет излить.
И соберёт в себе этот Свет
Всё лучшее, чем славится каждый в Хогвартсе факультет.
И чтобы Пророчество осуществить,
Родственника Годрика вы должны защитить,
Пока его гибели не поспособствует Тьма,
Которая, вскоре, исчезнет сама…
И это событие произойдёт,
В тот день, когда Чёрное Солнце над Миром взойдёт...
Но родственнику Годрика недолго мёртвым быть.
Тот, кто любит его — сможет его воскресить.
Тогда он снова явит Миру свой Свет.
И чёрную душу исцелит, которая мрак источала много лет.
И как только это произойдёт,
Родственник Годрика способ найдёт,
Как чернокнижие искоренить,
И Великий Мерлин сможет это осуществить…
«Что ж! Всё понятно», — со вздохом произнёс Гарри, садясь на стул. — «И я полагаю, что не ошибусь, если скажу, что в Последней Части Пророчества под словом СВЕТ подразумевается наша Миррина-из-Слизерина… Ну, а под словом ТЬМА…»
«Аманда-Гриффиндорская-Чума…» — с интонацией Снейпа закончил его фразу Рон.
«Вы абсолютно правы», — кивнул Скорпиус, отрешённо глядя на свиток с Пророчеством.
«Ну, а та чёрная-душа-которая-мрак-источала-много-лет, это, наверное, Беллатриса», — предположил Гарри. — «Которая, если верить словам Толстого Монаха, сейчас ищет варианты, как получить от Великого Мерлина прощение за свои прижизненные злодеяния и выбраться из Преисподней…»
«Вполне возможно», — усмехнулся Рон, взглянув на Гермиону. — «Потому что в начале сентября нынешнего года, когда Роза была вместе со своими друзьями в церкви, расположенной на кладбище в Годриковой Впадине, эта эфемерная ведьма, с нотками неподдельного раскаяния и ужаса в голосе — истерично умоляла Миррину, чтобы она заказала ей ПАНИХИДУ…»
«Да, мистер Уизли», — кивнул Скорпиус. — «Всё так и было. Вот только… Мои Карты Таро уверяют, что чёрная душа, которая мрак источала много лет, это не моя печально известная родственница…»
«А кто же тогда?» — с усмешкой поинтересовался Рон. — «Неужели Волан-де-Морт?»
Сын Драко покосился на Магические Карты, которые выглядывали из его кармана, и отрицательно покачал головой. — «Нет, мистер Уизли… Это не он… Это кто-то другой… И мои Карты Таро сообщили, что этот КТО-ТО сейчас ЖИВОЙ, а не МЁРТВЫЙ… И он ГОРАЗДО СИЛЬНЕЕ и ОПАСНЕЕ Тёмного Лорда… И, в настоящее время — является САМЫМ жестоким и САМЫМ безжалостным волшебником XXI столетия, абсолютно лишённым каких-либо положительных качеств из-за некоторых особенностей, связанных с его рождением…»
«А разве такое возможно?» — обескураженно прошептал Рон, обернувшись к своей жене. Но Гермиона только пожала плечами.
А сын Драко со вздохом подтвердил свои слова. — «Мои Карты Таро говорят, что это так… Вот только имя этого волшебника мне выяснить не удалось. Потому что Небесное Министерство Магии почему-то заблокировало мне доступ к этой информации…»
Известные мракоборцы обеспокоенно переглянулись и по их спинам пробежал холодок…
И на несколько секунд в их апартаментах воцарилась абсолютная тишина, которую первым нарушил Гарри. — «Ладно, пока это не имеет значения… Сейчас нам надо подумать, как забрать из Подземного Архива Магических Документов, которым владеет старший брат профессора Изобретариуса, копии подлинных родословных Миррины и Аманды. Чтобы доказать всему Миру Волшебников, кем наша Гриффиндорская Чума и так называемая родственница Реддла — являются на самом деле. И тогда ни один здравомыслящий волшебник не позволит Аманде поспособствовать гибели Миррины, даже если того требует Пророчество. А Великому Мерлину придётся искать другой способ, чтобы искоренить чернокнижие. Тем более, что времени у него на это — целая вечность…»
«Согласна», — кивнула Гермиона. И сразу обратилась к сыну Драко. — «Скорпиус, скажи, Бенжамин Изобретариус уже вернулся со своим Волшебным Цирком из гастрольного тура по Румынии?»
«Ещё нет, миссис Уизли», — ответил сын Драко, рассеянно глядя на пламя растопленного камина. — «Однако мои Карты Таро сообщили, что он будет в своём доме в Хогсмиде уже завтра. В десять вечера…»
«Отлично!» — радостно воскликнул Рон. — «Значит, мы сможем навестить его сразу после ужина в Большом Зале!»
И в этот момент, сын Драко неожиданно всхлипнул и судорожно вдохнул в себя воздух. А потом его ноги подкосились, и он упал на колени рядом со столом, на котором лежал свиток с Пророчеством.
И, к удивлению Гарри, Рона и Гермионы, зарыдал так, словно только что узнал о гибели всех членов своей семьи…
«О, Боже…» — обескураженно произнёс Гарри. И быстро подошёл к нему. — «Скорпиус! Скорпиус! Что с тобой?»
А Гермиона метнулась к шкафу, в котором стояли толстые магические энциклопедии, и, сняв с верхней полки флакон с лечебным зельем, подбежала вместе с ним к сыну Драко. — «Умоляю! Успокойся! Вот… Выпей глоток умиротворяющего бальзама…»
Однако Скорпиус демонстративно отвернулся от неё. — «Не хочу я больше его пить, миссис Уизли! Потому что, за последнюю неделю, я, наверное, выпил четыре пинты этой гадости!»
Гарри, Рон и Гермиона удивлённо переглянулись. — «Четыре пинты? А зачем так много?»
Скорпиус стиснул зубы, и, задыхаясь от слёз, начал объяснять. — «Потому что я не мог… Не мог спокойно смотреть на леди Миррину, когда узнал у своих Карт Таро, что с ней произойдёт в будущем году! И хотя Небесное Министерство Магии закрыло мне информацию ко всем подробностям гибели леди Миррины, тем не менее, мои Карты Таро сообщили мне, что, в момент своей смерти, она ровно на минуту испытает точно такую же боль, и точно такой же ужас, который обычно испытывают все чернокнижники, которых Великий Мерлин отправляет на Вечные Муки в Огненный Котёл! А после того, как это произойдёт, её душу разорвёт на мельчайшие частицы, которые развеет ветер! А её тело, одежда, и даже браслеты от нарглов и мозгошмыгов, подаренные ей профессором Полумной, превратятся в серебристую пыль! И единственное, что останется от леди Миррины, это серебряное кольцо-оберег с крупным голубым камнем, которое она получит в подарок на нынешнее Рождество от своего невидимого поклонника! И хотя в Последней Части Пророчества написано, что тот, кто любит леди Миррину, сможет вернуть её к жизни, я понятия не имею, как такое можно ОСУЩЕСТВИТЬ! Поэтому не хочу… Не хочу, чтобы леди Миррина погибла! Потому что она этого НЕ ЗАСЛУЖИВАЕТ! Вы слышите? НЕ ЗАСЛУЖИВАЕТ!»
В глазах Рона и Гермионы отразился ужас, а Гарри слегка обнял плачущего сына Драко, который, в результате воздействия Отвара Временного Изменения Возраста, теперь был гораздо выше него, и произнёс серьёзным тоном. — «Не беспокойся, Скорпиус! Я тебе обещаю, что приложу МАКСИМУМ УСИЛИЙ, чтобы не допустить гибели Миррины… Даже если для этого потребуется МОЯ ЖИЗНЬ…»
«Да! И мы тоже!» — уверил его Рон, взглянув на свою жену, которая утвердительно кивнула.
«Спасибо вам…» — грустно улыбнулся сын Драко.
«Это тебе спасибо, Скорпиус, за ценную информацию», — сказал Гарри. — «По крайней мере, теперь мы знаем, к чему готовиться. Вот только… Я не понимаю… Как Аманда сможет поспособствовать гибели Миррины, если на обе её руки сейчас надеты Браслеты Контроля, которые сразу отрежут ей запястья, как только она попытается причинить кому-либо вред в Хогвартсе или на прилегающей к нему территории?!»
Скорпиус вздохнул и снова поднялся на ноги. — «Возможно, вы удивитесь, мистер Поттер… Но, в скором времени, ей, каким-то необъяснимым образом, удастся их с себя СНЯТЬ…»
«Как можно снять с себя Браслеты Контроля без ЛИЧНОГО РАЗРЕШЕНИЯ Министра Магии?» — удивлённо поинтересовалась Гермиона.
«Я ПЫТАЛСЯ выяснить это у своих Карт Таро, миссис Уизли», — честно признался Скорпиус. — «Однако Заместитель Великого Мерлина ПОЛНОСТЬЮ заблокировал мне доступ к данной информации…»
Гарри в гневе стиснул зубы и сердито ударил кулаком по столу. — «Ну, разумеется! Потому что, если мы поймём, каким образом Аманда сможет снять с себя Браслеты Контроля, мы обязательно попытаемся это ПРЕДОТВРАТИТЬ! И тогда Пророчество НЕ ИСПОЛНИТСЯ!»
«И Глава Небесного Министерства Магии не узнает, как искоренить чернокнижие навсегда…» — отрешённым голосом добавил сын Драко.
«Что ж! В таком случае, начиная с завтрашнего дня, мы будем следить за Амандой и ДНЁМ и НОЧЬЮ», — сделала вывод Гермиона. — «И, если вдруг заметим что-нибудь подозрительное — сразу примем меры!»
«Хорошая идея», — кивнул Гарри. — «Потому что, учитывая обстоятельства, я просто не вижу иного выхода из сложившейся ситуации!»
«И я тоже», — согласился с ними Рон…
А тем временем, в бывшем туалете Миртл, Миррина закончила ужинать и снова накрыла поднос, на котором стояли тарелки с едой, серебряной крышкой. — «Ну, что ж! Всё было очень вкусно. А остальное, пожалуй, я оставлю на завтрак…»
«Спокойной ночи, ИПЭ», — усталым голосом произнесла молодая герцогиня, взглянув на золотисто-жёлтого зверька, который уже давно спал на спине её жмыра. — «Приятных тебе сновидений…»
«ИПЭ-И-ПЭ…» — что-то пропищала ей во сне ИПЭ.
А так называемая родственница Реддла легла в свою кровать, и, едва отвернувшись к стене, тоже погрузилась в глубокий сон.
И в бывшем туалете Миртл сразу воцарилась тишина, нарушаемая только тихим храпом жмыра Айсберга и посапыванием фантома ИПЭ…
И в этот момент, стена около письменного стола Миррины слегка зашевелилась. И профессор Снейп, сняв с себя Дезиллюминационное Заклинание, медленно подошёл к кровати молодой герцогини и осторожно накрыл её одеялом.
«Спокойной ночи, Мирри…» — тихо прошептал он.
И, взмахнув волшебной палочкой, задвинул портьеры на ближайшем окне, чтобы яркий лунный свет, струящийся в это окно с улицы — не попадал так называемой родственнице Реддла на лицо…
А потом бесшумно вышел из бывшего туалета Миртл и направился в Подземелье…
И как только его шаги стихли в конце лестницы, Аманда Гриффиндор, которая, словно тень, стояла в коридоре, неподалёку от бывшего туалета Миртл, проводила его злым взглядом.
А потом снова обернулась в сторону Персональной Гостиной Миррины и произнесла тихим шёпотом. — «Да… Спи спокойно, хвастливая родственница Реддла… Потому что это твоя САМАЯ ПОСЛЕДНЯЯ НОЧЬ в Хогвартсе… А завтра утром, после Межфакультетского Матча по Квиддичу, твоё тело уже перевезут на кладбище в Годрикову Впадину под неистовые рыдания преподавателей школы и твоих малолетних дружков, которые вряд ли сумеют вернуть тебя из Загробного Мира…»
С этими словами, она взглянула на свою игуану, которая висела на её плечах, подобно горжетке, и гордо направилась к ближайшей лестнице, цокая по полу своими САМЫМИ высокими каблуками. — «Идём, Хрипун…»
Популярное
VKontakte
WhatsApp
Telegram
Отключить рекламу