Попытка номер пять (гет)

И девочка хлопнулась в обморок, благо была легко поймана Деметрием.

— Феликс! — рявкнули близнецы на ржущего парня, — Это третий, если не четвёртый раз за сутки, когда она в отключке! Это вредно!

— В смысле третий?! — взволновались блондинистые родители.

— Ты тоже её знаешь? — прошипел в тот же момент Аро, пристально смотря на подчинённого.

— Нет, — пожал плечами тот, — Просто пошутил. Кто же знал, что она такая чувствительная. Да и на память со слухом я не жалуюсь... — на него пристально смотрел Маркус:

— Он не врёт. С ним у Насти связей нет, — ответил на незаданный вопрос.

— Ладно. А откуда ты её зна... — начал Аро, смотря на Марка, но был перебит сестрой:

— Во-первых, сейчас Деметрий отнесёт девушку в гостевые покои, как нейтральный во всей ситуации персонаж на нейтральную территорию, — девушка пристально посмотрела на брата и перевела взгляд на юношу с девушкой на руках. Тот кивнул и медленно вышел осторожно неся провожаемую взглядами леди. Стоило двери закрыться, как Дидим продолжила:

— Во-вторых, сейчас все предполагаемые знакомые идут есть во избежание неприятных ситуаций, только после этого будет возможность приблизиться к девушке. И это не обсуждается, — хотевшие возмутиться близнецы захлопнули рты.

— А в-третьих? — едко поинтересовался Кай, прожигая брюнетку тяжёлым взглядом.

— А в-третьих я ещё не решила, — на мгновение улыбнувшись ответила Дидим, — Вперёд исполнять второй пункт! Быстрее поедите — быстрее увидите девушку, — близнецов первых как ветром сдуло. Аро пробурчал что-то нечленораздельное в сторону всех и также скрылся. Кай и Дора переглянулись и взявшись за руки вышли из зала.

— Тебя это тоже касается, — произнесла вампирша, повернувшись к мужу, — То, что ты — мой муж, не даёт привилегий в данной ситуации, — она подозрительно и слегка недовольно прищурилась на уж больно удовлетворённого мужа.

— Конечно, дорогая, — тяжело вздохнул вампир, надеявшийся, что у него-то прокатит и он первым окажется у девочки в покоях.

— А в-третьих, я кое-что всё-таки придумала, — прозвучало в уже пустом зале, — Надеюсь, что ей понравится, — и вампирша скрылась в совершенно другой стороне и от гостевой комнаты, и от коридора, где скрылись остальные.

* * *

— Давай, mia cara, просыпайся, — мужчина водил ваткой перед носом лежащей девушки, — Человеку вредно долго быть без сознания... Просыпайся-просыпайся... — девушка инстинктивно морщилась и пыталась уйти от противного запаха, из-за которого всё-таки чихнула полностью просыпаясь.

— Не люблю кошма... ры... — мне снился кошмар, что я не дома, почёсывая нос, думала я и всё-таки огляделась, оттого и запнулась. Это был не кошмар!

— Болит что-нибудь? — участливо спросил тот, что звался Маркусом.

— Кажется, я всё ещё сплю... — ущипнула себя за руку. Больно. Даже след от ногтей остался, — Нет, не сплю... — и посмотрела на внимательного говорившего, — Да с вами что угодно заболит, если честно... — глянула на близнецов, что смотрели на меня уже знакомым с прошлого пробуждения взглядом, — Таблетки ещё остались?

— Вот, — ну и быстрый же Алек. Как он это делает?!

— Спасибо, — забрала коробочку и вытащила оттуда начатый блистер, выламывая сразу две таблетки, потому что болело всё. Особенно руки, живот и попа. И раненная ещё раньше голова тоже поднывала. Только хотела закинуть в рот таблетки, как читавший инструкцию Маркус выхватил их:

— Нельзя. Прошло явно меньше двенадцати часов. К тому же ты ничего не ела, — учитель, блин, нотации читать ещё будет?! Сам же спросил про болит!

— Вообще-то их можно и через восемь часов. Ну, не ела и что? Потом поем... — он так грозно посмотрел, что я умолкла. Не хватало ещё получить. Мало ли что у психов на уме. Вдруг ударит? Вон он какой большой, значит будет очень больно!

— Ну второе мы можем решить, — произнесла встающая с кресла девушка и, словно знала, открыла дверь, из которой ей передали поднос с едой, — Это тебе, — Марк отошёл, давая брюнетке место, — Я не знала, что ты любишь, поэтому распорядилась заказать что-то нейтральное, — мне на колени опустился поднос, а под куполом оказалась паста с морепродуктами и морс в бутылке. Пахло умопомрачительно! — Тебе нравится? — поинтересовалась она.

— Да, спасибо, пахнет восхитительно! — надеюсь, что меня не отравят, — Позвольте спросить, а как вас зовут? Мы просто так и не познакомились...

— Меня зовут Дидим. Это мой муж Маркус, — она положила руку на плечо сидящего в кресле мужчины, что отобрал таблетки, — Это мой родной брат Аро, — ну попугайчика мы уже знаем, — Это Кай и Афинадора. Они муж и жена. Близнецов ты уже знаешь, но представлю ещё раз Джейн и Алек.

— Приятно познакомиться, — надо попытаться быть паинькой, тогда может что-то да выгорит, — Я — Настя.

— Мы знаем, — лучезарно улыбнулся Аро. Странно, мне казалось, что его глаза черные, а он из этой же шайки. Вот почему он чекнутый?!

— А можно с этого места поподробнее? — поинтересовалась, медленно оглядывая всех присутствующих.

— Можно, — ласково ответил Маркус и улыбнулся. Миленький. Так и хочется затискать, — Ты похожа на одного родного мне человека. И, кажется, не только у меня произошла подобная ситуация.

— Верно, — кивнул Кайус, подходя на шаг ближе.

— А не может быть так, что вы просто меня с кем-то спутали? По статистике, у любого человека в мире существует как минимум три... или четыре двойника.

— Запах... — начал было Алек, но оказался прерван тычком в бок от сестры.

Темнят они что-то. А хочу ли я знать правду?

— У меня вопрос есть, — начала Афинодора, осторожно делая ещё шаг в мою сторону, — Позволишь?

— Да, — почему бы и не ответить ей? Женская половина этого балагана явно самая адекватная. Ну, Джейн не в счёт.

— Скажи, пожалуйста, какой у тебя цвет волос? Я не понимаю. Брови тёмные, волоски на руках светлые, а сама ты — рыжая.

— Ха-хах, нет ничего удивительного. У меня светлые, примерно как у Вас брови и волосы... — запнулась, поняв, кого эта пара напоминала. Я в момент окаменела и побледнела от осознания. Они были похожи на... меня? Или, если быть точнее, то я на них. В уголках глаз невольно появились слезы. Нахлынули воспоминания и мечты о настоящих моих родителях. На приёмных я не жаловалась никогда, но вопросы о том, почему настоящие оставили меня, зачем, почему не забрали, что стало причиной... Нет-нет-нет! Не думать! Это не они! Это не могут быть они! Спокойно!

— Так почему волосы рыжие? — вывел меня из задумчивости тихий голос Аро, который сидел прямо напротив меня и смотрел, слегка склонив в бок голову.

— Я участвую в постановке. У моей героини рыжие волосы, поэтому я покрасилась. Вот, как-то так. Это временная краска. Недели через две-три цвет должен стать прежним. А брови я просто крашу. Ну, как ресницы.

— Чтобы понять, что это именно она, предлагаю задавать вопросы. Негоже мучать ни нас, ни девушку требованием рассказать о себе, — центром благоразумия была темноволосая Дидим.

— У тебя есть под лопаткой родимое пятно в форме звёздочки? — спросил Кай, подавшись вперёд.

— Я не буду отвечать на этот вопрос, — то, что у меня на теле только моё! Это могут видеть и знать только родные!

— Раздевайся, — скомандовал он.

— Чего? — афигела я.

— Раздевайся. Снимай футболку, раз не хочешь говорить, — он даже поднялся неотрывно смотря на меня.

— Простите, но у вас с головой всё впорядке? — раздеваться... ещё чего!

— Не хочешь сама, я тебя раздену, — он начал приближаться.

— Вы больной?! Я не буду раздеваться перед незнакомыми мужчинами! — возмутилась я, отползая от него.

— А перед нами? — мягко спросила Афина.

— Только если они выйдут или отвернутся! И не надо меня трогать! — я с вызовом посмотрела в алые глаза приблизившеся Кайуса, обняв себя, чтобы он не смог снять с меня фотболку. Афина поднялась и мягко направила мужа обратно на диван, — Пусть отвернулся! — выходить никто видимо не собирался. Я слезла с кровати и повернулась спиной к женщине, — Все! Пусть отвернутся, иначе я не буду раздеваться! — я боковым зрением видела как Кай фыркнул и всё-таки отвернулся. Я сняла футболку, прижала её к груди и услышала вздох. Повернула голову. Афинадора мягко улыбалась, смотря мне на спину. Мгновение и у меня за спиной стоит Кайус и Маркус, и первый проводит рукой по лопатке.

— Кай... — на жену ноль внимания.

— Не трогай! — капец ледяные у него руки. Даже взвизгнула и шарахнулась вперёд подальше от них, но меня притянули обратно, объхватив талию другой рукой, — Холодно! Не трогайте! — он будто не слышал и всё водил своей морозилкой по спине, а другой держал меня, чтобы не отстранялась. И держит ведь крепко — не оторвать. Тут я увидела перед собой другие руки, что решили растягнуть джинсы, — Э-э-э... руки уберите! Своей жены чтоль не хватает?! — Маркус ловко их растягнул и начал стягивать. Я в них вцепилась и заорала:

— А-а-а... Помогите! Насилуют! — они шарахнулись, отцепляясь от меня и я рванула к двери. Вышибла её, вывалившись в коридор, попутно подтягивая джинсы и натягивая футболку, но далеко убежать не удалось. Перед мной возник Маркус и поймал в объятия, таща снова в комнату. В который раз почувствовала себя гномом:

— А-а-а-а...

— Да никто не собирается тебя насиловать, глупая, — садясь вместе со мной на кровать попытался успокоить шатен, — Я хотел посмотреть есть ли у тебя шрам на бедровой косточке, — он прижимал меня к себе и не давал возможности даже ударить или сделать ему больно — дылда крепко прижимал мои ручки к телу:

— Можно было спросить! Не обязательно меня раздевать! — пытаясь выбраться из стальных объятий возмутилась я.

— Успокойся...

— Нет, пока вы меня не отпустите! — на глазах навернулись слёзы, но я продолжала брыкаться. Уже отчаянно хотела свободы. И он отпустил. Я буквально отлетела от мужчины, пытаясь отдышаться, — Не подходите! Только вопросы!

— Так есть шрам? И откуда он? — спросил севший в своё кресло Марк.

— Да, на велосипеде неудачно въехала в угол дома.

— А на левой стопе есть? — спросил Аро.

— Да. На грабли, которые веером, неудачно наступила вот и проткнула, — вставая так, чтобы всех видеть ответила я.

— А можно посмотреть? — у него был такой взгляд, что стало понятно — скажи я нет, он всё равно посмотрит втихаря, если не силой. Маньяк чёрт возьми!

— Да. Но не трогать! — прищурилась я и села на освободившуюся кровать. Стянула кроссовок и носок, обняла ногу под коленом и отклонилась назад, чтобы ему было видно, а мне удобно держать, — Вот.

— То же место... — миг и он около меня нежно проводит пальцем по кружочку на стопе.

— Щекотно! — хихикнула я, слегка трясанув ногу, чтобы он убрался.

— Настенька тоже на грабли наступила в детстве. Любила босиком бегать, — он очень нежно обхватил мою ногу немного выше щиколотки. Стало очень холодно, — Ты не так давно подворачивала ногу, не так ли?

— Ну, если год назад — это недавно, то да. Отпустите, пожалуйста, очень холодно, — попросила я. Но он не выполнил моё желание. Странный он. Аро погладил пальцами мою лодыжку и обхватил второй рукой. Теперь точно не вырвать... Надеюсь, что хоть не свернёт, чтобы больше не сбегала.

— Помнится, Настя тоже подвернула ногу. Как ей было больно, но даже не заплакала. Ей пришлось снять гольф, чтобы я мог им перевязать. То был ушиб, простое растяжение, но она так испугалась, что это перелом... — он улыбнулся нежно водя руками вверх вниз, будто успокаивал и старался облегчить боль, чем только больше напрягал, — В лагерь я нёс Настю, а Настя несла туфлю. Такая лёгкая... Такая маленькая... Ей было так больно... — он завладел моим взглядом, медленно приблизился и оставил осторожный поцелуй на внутренней стороне щиколотки, чтобы начать подниматься выше такими же поцелуями. Точно гипноз — твердило что-то очень глубоко внутри.

— Кхем, — подал голос кто-то из зала, и Аро, недовольно нахмурившись, оторвался от удивлённо-перепуганной меня, которая мгновенно пришла в себя и осознала, что могло произойти дальше!