Бродячие псы: осторожно, попаданцы! (гет)

— Это я дилетант?! — возмутился Дазай.

— Ну да, — спокойно кивнула Нея, — Пророчить тут только я умею.

— А докажи! — не поверил Дазай, сощурившись.

— Ммм... Хорошо. Мори так и не научит тебя смешивать лекарства, — сказала вдруг Нея.

— Неудивительно. Он уже которую неделю обещает и не выполняет, — пожал плечами Осаму.

— А ещё ты передумаешь умирать, при чём уже а ближайшее время, — добавила моя систер.

— Не-а, нет, нетушки! — завопил Дазай, — И вообще, я спорю с Чибикко-куном, не мешай мне!

— Клянусь, если назовёшь меня ещё хоть раз так... — начал взрываться Чуя, но Осаму его перебил:

— Ударишь? Очень "умно" и "хитро" с твоей стороны, — фыркнул Бинтованный.

— Ты опять меня тупым назвал?! — взорвался Чуя.

— А может, и так! Ты ведь даже преступника до сих пор не смог определить, — выдал Дазай.

— А я определю! Спорим?

— Спорим! Кто первый определяет преступника, тот загадывает проигравшему желание! — хитро улыбнулся Дазай. Он явно уже готовился к своей победе...

— А можно с вами поспорить? — вдруг влезла в их разговор я.

Пацаны тут же повернулись, хлопая глазами.

— Серьезно? — первым подал голос Чуя, недоверчиво приподнимая бровь.

— Вполне. А мне что, уже поспорить с вами нельзя? — хмыкнула я.

— Да ты ж не догадаешься, — фыркнул Дазай, — или будешь свою супер-умную подругу допытывать?

— Вы просто боитесь, что я могу победить и выставить вам своё условие, — не, ну вы посмотрите на них! Я, конечно, туплю — но не настолько же! Напарники ещё, называется...

— Ну пожалуйста, спорь. Проиграешь ведь все равно, — самоуверенно улыбнулся Чуя.

— Если выиграю я, то... — я задумалась, покопалась немного в телефоне...

Разумеется, весь этот спор был не просто так. Жить нам с Неей негде, а со складов нас рано или поздно кто-нибудь да выпнет. Перспектива бомжевать нам не улыбается, а потому надо было что-то делать.

— Если я выигрываю, то Дазай-кун должен будет мне такую сумму,- и я открыла страницу с квартирой в аренду.

Стоимость аренды небольшая, несмотря на то, что маленькая квартирка в полном порядке... Где-то должен быть подвох. Но пока что мы с вами искать его не будем, ведь так?

— Ладно, — недовольно цокнул языком Скумбрия, — А я, если выиграю...

— Стопэ́, это я только тебе условия выдвинула, — остановила его я, — Накахара-кун, если я выигрываю...

Я оценивающе осмотрела его. Потом глянула на Нею, Нея покачала головой, мол "его грабить не будем". Да и толку то? Что можно потребовать от главного гопника района Сурикачи... Ой, Сурибачи, то есть. Почему я вечно Сурикачи называю? Там же даже сурикатов нет ...

— Ну? — вывел меня из мыслей Чуя.

— Нет у тебя терпежу совсем... — Я ещё раз осмотрела его с ног до головы, — если я выиграю, ты дашь мне поносить твою куртку.

— Что?! — Чуя тут же вцепился в свою любимую, ненаглядную курточку, как будто я собралась отобрать её у него прямо здесь и сейчас.

— Временно дашь поносить, если выиграю, — спокойно повторила я, — я тебе потом верну её.

Ну, или же не верну... Но Чуе мы об этом не скажем.

Рыжик подумал, подумал, и решил:

— Ладно, — он недовольно цокнул языком, — Всё равно же продуешь.

— Ты не хочешь присоединиться? — спросил вдруг Дазай, поворачиваясь к Нее. Вид у него был максимально недовольный — он ведь хотел только с Чуей спорить.

Честное слово, недовольный Дазай — это отдельный вид искусства. Шедевр на миллиард долларов, если не больше. В такие моменты он выглядит скорее на пять, чем на пятнадцать: руки скрестит, щеки надует, нахмурится и будет долго ныть или орать. Честное слово, хоть снимай и потом для шантажа используй, когда повзрослеет...

КСТАТИ. Надо будет предложить Нее.

— Нет, спасибо, — покачала головой Нея, улыбаясь, — Чувствую, если к спору присоединюсь ещё и я, то ты надуешься и лопнешь. А нам потом весь игровой зал прибирать.

— А вот и не лопну! — Дазай надулся ещё больше, напыжился, сморщил нос... Я тогда кое-как держалась, чтобы не заржать.

— Лучше выдвигай свои условия, Скумбрия, — нетерпеливо произнёс Рыжик. Нет, ну и куда он вечно спешит? На поезд опаздывает, что-ли?

— Да, есть у меня к вам условие, — Дазай фыркнул, но все же постепенно... Э ...

Интересно, а если человек сначала надулся, то когда его лицо становится нормальным, это значит, что он сдулся?

— Если я выиграю, вы оба будете слушаться меня, как верные собачки. До конца жизни, — ухмыльнулся Бинтованный.

— Идёт, — легкомысленно ответила я.

— Тебе вообще плевать что-ли? — с презрением выплюнул Рыжик.

— А ты так уверен, что вы с Наей проиграете, заранее? — заметила Нея.

— Нет, но...

— Ну раз нет, то о чём разговор? Если ты уверен в выигрыше, то пусть он загадывает все, что захочет, — пожала плечами моя систер.

Чуя был недовольным, однако аргументов не нашел, а потому заткнулся.

Ну, то есть, заткнулся он ненадолго, ведь свои желания ему тоже надо было озвучить:

— Хорошо, допустим, я согласен... Но если я выигрываю, вы оба расскажете мне все, что знаете, про Арахабаки.

— Зациклился же ты на этом Арахабаки... И что тебя на него тяне... Эй, Чибикко-кун, ты чего? — именно когда Дазай начал говорить, Чуя вдруг накинул капюшон своей толстовки, максимально закрыв лицо, и уселся прямо на пол, рядом с игровым автоматом:

— Не говорите со мной.

Осаму огляделся, повертелся на все триста шестьдесят градусов, а затем, увидев, что в игровой зал зашли ребята из Овец, улыбнулся, как истинный демон:

— О, так вот почему-то ты замолчал... ЭЙ, НАКАХАРА-КУН, НАМ НА...

Докричать Скумбрия не успел — я накинулась сзади, запрыгнув ему на спину и обхватив, а-ля коала деревце, чтобы закрыть ему рукой рот. Поступок это был не самый умный: во-первых, мы чуть не свалились (запомните, пожалуйста, что забинтованные дрыщи, воспитанные Мори, не рассчитаны ни на какую нагрузку, и не повторяйте моих ошибок. А то так пополам переломите, а Мори уши надерет за сломанного Дазая) , во-вторых, он меня укусил за руку, и несколько раз. Возможно, на неожиданные атаки со спины Дазай и не рассчитан, зато на самооборону — вполне. Живучий таракан, одним словом.

— Больно же, падла! Прекрати кусаться! — кричала я.

В конце концов, мы всё-таки повалились на пол ( такое себе ощущение), после чего продолжили драку ( такое такое себе ощущение) : он начал дергать меня за волосы (такое такое такое себе ощущение) , а я его в ответ.

Катались мы по полу, как клубок, пока меня не оттащила Нея, а Дазая — какой-то дед.

Стоп.

Это был не дед.

Это был пацан, который готовится стать дедом. Ну, стадию отца он решил, видимо, пропустить, поэтому сразу покрасился в седой цвет и готовится выйти на пенсию.

Разумеется,то был Буээчиро... Ой, то есть, Буичиро (хотя, зная его, Буээчиро тоже подойдёт) Ширасе, во главе дружного стада овечек.

— Чуя, мы тебя уже обыскались! Где ты был?

— Да, привет, Ширасе... — Чуя вздохнул и поднялся с пола, — Я тут это... Наших вызволял.

— С нами бы хоть посоветовался! — тут же нахмурился Ширасе, — мы уже не знали, что и думать...

— А вы думать то умеете? — усмехнулась Нея.

Ширасе тут же глянул на нас: Дазая, которого он поднял и потом оставил, меня, ещё слегка растрепанн после драки с Осаму, и Нею.

— А это ещё что за крендели? — спросил он, кивнув в нашу сторону, — к нам вступить хотят?

— Э... — Чуя глянул на нас, оценивая, сойдёт ли отговорка, потом едва заметно вздохнул и произнёс: — Да, это новенькие.

— А с нами посоветоваться? Ну, или хотя бы со мной — я всё-таки главный! — начал наезжать Ширасе.

-Да, я как раз... — начал оправдываться Чуя, но...

Вы же прекрасно помните, что у меня язык не держится за зубами даже тогда, когда лучше бы и не лезть, да? Ну, даже если не помните, я вам напоминаю: данный орган у меня совершенно не контролируется мной, зато отлично управляется тараканами.

— То есть, он вас защищает, обеспечивает, страх вокруг на всех наводит, и он ещё перед вами отчитываться должен? Это ж бред.

Буээчиро повернулся, подошёл ко мне и, глядя сверху вниз — а надо сказать, что он тот ещё шкаф — сказал:

— А ты кто такая, чтобы судить о делах Овец, а?

-А вы кто такие, не задавались вопросом? — ответила я, пока мозг (ну, или его остатки) бился в панике, размышляя, что делать, если Ширасе разозлится и сильно.

— А кто мы такие, по-твоему? — усмехнулся Буээчиро.

— Граждане алкоголики и тунеядцы! — выдала я фразу из фильма, — на силе Накахары-куна наживаетесь, а потом ещё и нажираетесь! Ваших вообще правильно поймали — нечего лезть было, если защищаться не умеете!

Ширасе сверлил меня таким взглядом, что... Нет, шипперы, ничего не думайте. Он сверлил таким взглядом, словно хочет не просто убить, а четвертовать, раскрошить, потом поджечь, а порохом пушку заполнить и из пушки выстрелить.

Нея стояла рядом со мной, глядя на меня, как на последнюю идиотку,едва удерживаясь от выражения "рука-лицо", а также от набора матерных слов великого и могучего русского языка. К счастью, в этот момент тупить перестал Чуя:

— Стоп, она правду говорит?

— Э... Ну... — тут же замялся товарищ дед-тунеядец.

— Вы что, тырить бухло ходили?! — начал злиться Чуя.

— Ну, да... Тысячу раз же так делали, думали справимся, а там мафиози... Да и вообще, какая разница? Главное, что ты с нами, и мы их сейчас спасём, — переводил тему Буээчиро, — А потом ещё и Мафии стократно зад надерем, верно?

— Ну, попробуйте, — усмехнулся Дазай.

— Слыш, крендель... Я тебя сейчас... — начал кипеть Ширасе.

— Что, убьёшь? Побьешь? Ой, как страшно! Сейчас кучу наделаю от ужаса, — Осаму театрально схватился за сердце рабочей рукой и построил рожу умирающего лебедя, — а ведь я могу быть полезен. Например, могу отпустить пленников.

— Смешно, — без веселья усмехнулся Ширасе, снова стискивая его воротник в кулаке.

Однако Дазай даже не шелохнулся, не испугался... Ну, это же Дазай. Он вытащил телефон и позвонил Мори:

— Алло? Мори-сан, пожалуйста, отпустите Овец. Ну, это без надобности. Угу, угу... Спасибо.

— И ты думаешь, мы повери... — Ширасе не договорил, так как ему пришло сообщение. Он отпустил Дазая, достал телефон...

— Чуя, мы можем спокойно идти! Ребят отпустили! Давай!

В руку Чуе вцепилась девочка с розовыми волосами... Кажется, звать её Юан. Она потянула Чую к выходу, но Чуя дёрнулся, отошёл на пару шагов назад и покачал головой, тихо сказав:

— Я не пойду.

— Что, прости? — нахмурился Ширасе.

— Я не пойду, — увереннее повторил Чуя.

— Но ведь ребят освободили! Все, ты тоже свободен! Ты знаешь, сколько я развеивал слухи о том, что ты теперь — член Мафии? Давай, надо отметить, а потом смазать Мафии по мордам...

— У меня ещё есть дела. Я не пойду, — отказывался Чуя.

— Забавно же вы реагируете... Когда у Накахары-куна появляется своё мнение, — задумчиво сказала Нея, как бы больше для себя, но Чуя прекрасно все слышал. Умеет же Нея действовать на мозги другим... И ведь даже без способности.

Ширасе испепелил взглядом её, потом Чую, а затем, ничего не ответив, кивнул остальным, и Овцы вышли из зала аркад. Только Юан обернулась на Чую напоследок прежде, чем скрыться за дверью с остальными.