Тайна Ли (гет)

Зал приёмов был полон: советники, старшие евнухи, командиры дворцовой стражи — все собрались, будто чувствовали, что сегодня произойдёт нечто важное. Женьши стоял на возвышении, держа в руках свиток Мао Мао, и тишина в зале становилась всё тяжелее, пока не сделалась почти невыносимой.

— Сегодня я представлю вам не домыслы, а документы, — произнёс он, и его голос, спокойный и ровный, разносился по всему залу. — Три месяца назад крупная партия тканей из северного квартала была отправлена на склады у задних ворот. Подписана она была личной печатью одного из старших евнухов — того самого, который сейчас отсутствует.

По рядам прошёл тихий ропот. Кто-то нервно зашептался, кто-то замер, боясь даже дышать.

Советник Ли сидел в первом ряду, сохраняя невозмутимое выражение лица, но Женьши заметил, как его пальцы едва заметно сжались на подлокотнике кресла.

— Это не ошибка и не случайность, — продолжал Женьши. — Эта поставка не была внесена в основной реестр дворца. Она шла по «особым» каналам. И именно через эти каналы в восточное крыло попадали не только ткани, но и вещества, которые можно использовать для приготовления ядов.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Я не стану обвинять всех подряд, — сказал он твёрдо. — Но я требую, чтобы этот евнух был немедленно найден и доставлен сюда. Его отсутствие само по себе — признание вины.

Ли медленно поднялся, и в его движениях появилась та самая хищная грация, которая всегда пугала придворных.

— Красивые слова, — спокойно произнёс он. — Но один свиток, найденный невесть где, не может служить доказательством. Ты хочешь потрясти им перед всеми, как знаменем, но разве ты не видишь, как легко такие бумаги подделать? Любой писец…

— Этот свиток не один, — перебил его Женьши, и в зале снова стало тихо. — К нему есть подтверждение: записи в архиве поставок трав, которые совпадают по датам и маршрутам. И ещё одно: служанка из восточного крыла выжила. Она уже дала показания о том, что видела евнуха возле своих покоев незадолго до отравления.

На этот раз Ли не смог скрыть лёгкого замешательства. Он чуть прищурился, будто пытался разглядеть в словах Женьши ловушку.

— Ты подготовился, — тихо произнёс он, и теперь в его голосе не было насмешки, только холодный расчёт. — Но помни: когда ты бросаешь камень в пруд, круги расходятся дальше, чем ты ожидаешь.

Женьши не ответил. Он просто кивнул одному из командиров стражи, и тот молча вышел, чтобы начать поиски евнуха.

Мао Мао сидела в тихой комнате, куда её поместили под присмотром надёжной служанки. Женьши строго-настрого запретил ей вставать, но запретил не потому, что не ценил её ум — а потому, что слишком хорошо понимал: без неё все эти дворцовые игры потеряют смысл.

Она не пыталась спорить. Вместо этого она попросила принести ей несколько старых свитков — не для расследования, а «чтобы занять руки». Но стоило служанке выйти, как Мао Мао развернула бумаги и начала внимательно изучать каждую строчку.

Её взгляд скользил по перечням поставок, и вдруг она заметила деталь, которую раньше упускали: в записях о травах и тканях даты совпадали не только по месяцам, но и по дням лунного календаря. Причём не по обычным дням, а по тем, когда при дворе традиционно меняли благовония в покоях императора.

Мао Мао замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

«Благовония… — подумала она. — Если кто-то подменял их на смеси с лёгкими ядами или веществами, вызывающими недомогание… это могло быть незаметно месяцами. А ткани с вышивкой аконита — не просто улика, а сигнал. Знак того, что партия доставлена и «работа» началась».

Она быстро набросала несколько строк на чистом листке, стараясь писать разборчиво, хотя пальцы всё ещё дрожали от усталости. Когда служанка вернулась, Мао Мао тихо попросила:

— Отнеси это Женьши. Скажи, что это срочно. И… не говори никому другому.

Служанка кивнула, взяла записку и исчезла за дверью так тихо, что казалось, будто её и не было.

Через несколько минут дверь открылась снова, и на пороге появился Женьши. Его лицо было спокойным, но в глазах читалось напряжение, которое не скрыть никакими масками.

— Что-то ещё? — спросил он, подходя ближе. — Ты не должна сейчас думать о делах.

— Должна, — тихо, но твёрдо ответила она. — Потому что поняла одну вещь: отравления не были случайными ударами. Это система. Они подстраивали их под смену благовоний. Если кто-то менял составы… если в них добавляли что-то… это могло месяцами влиять на здоровье людей, и никто бы не догадался.

Женьши замер, будто слова Мао Мао открыли перед ним новую, ещё более опасную картину. Он медленно опустился на край кровати, не сводя с неё глаз.

— Ты уверена? — тихо спросил он.

— Уверена, — кивнула она. — Посмотри на даты. Они совпадают. И если евнух оформлял поставки тканей, значит, он мог иметь доступ и к складам благовоний.

Женьши молча взял листок, пробежал глазами по строкам, а потом резко поднялся.

— Спасибо, — тихо сказал он, и в этом «спасибо» было больше, чем простая благодарность. — Теперь я знаю, куда смотреть.

— Будь осторожен, — вдруг прошептала она, и впервые в её голосе не было упрямства, а только искренний страх. — Если это правда, значит, они давно всё продумали. И не остановятся.

Он подошёл, осторожно коснулся её лба, проверяя, не поднялась ли температура, а потом просто на мгновение прикрыл глаза, будто черпая силы в её присутствии.

— Я буду осторожен, — пообещал он. — Но я не отступлю. Потому что теперь мы знаем не просто имя. Мы знаем их метод. А значит, можем его сломать.

И, не давая ей шанса снова заговорить о том, чтобы пойти с ним, он тихо вышел, оставив дверь чуть приоткрытой — словно даже на расстоянии хотел слышать, что она в безопасности.