| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Прошло девять дней.
Поскар провожал их тяжёлым, сырым туманом, который намертво заглушал звуки портовой суеты. До отплытия оставалось всего несколько часов. Драка уже вернулся к Джину — за эти дни ему стало немного лучше, но это была лишь обманчивая, хрупкая передышка перед тем, что ждало их впереди. Пока Джин молча бегал по дому и собирал вещи в дорогу, красный дракон сидел на полу, безучастно глядя на раскрытые чемоданы, и тяжело думал:
«Сегодня вечером уезжаем. А там — гонки, толпа... Но я не готов к гонке. Я просто не смогу гонять. Надо сказать Джину. А он поймёт? Он вон уже собирает вещи, готовится... Но мне тоже, наверное, надо уехать отсюда, здесь оставаться нельзя. Хорошо, что Раркен и Феттель плывут с нами. Ладно... Будь что будет. От гонок всё равно никуда не денешься».
Прошло полчаса. Джин немного успокоился, вещи были собраны. Мальчик сел рядом на пол и тихо спросил:
— Драка, ты какой-то задумчивый... Всё в порядке?
Драка в этот момент замер. В голове рвано закрутилось: «Джин спросил... Нет, не всё в порядке. Я не могу гонять. Сказать или нет смысла? Ладно, скажу, что случится...»
— Джин, — тихо начал драка. — Я не готов к гонке. Всё ещё. Я чувствую, что не смогу гоняться. А мы сегодня плывем на гонку...
Драка резко замолчал, уставившись в стену.
Джин внимательно посмотрел на него и спокойно ответил:
— Драка, в любом случае мы тут задержались. Нам надо отсюда уплывать. А с гонками... я что-нибудь придумаю.
Наступил вечер отплытия. Джин, Драка, Феттель и Раркен встретились на пристани, куда с минуты на минуту должен был прибыть корабль.
Раркен сразу подошёл ближе и тихо спросил:
— Драка, как ты? Готов к отплытию? Я вот — да, уже устал тут сидеть.
Драка хмуро посмотрел на сородича и ответил:
— А я... Вроде да. Но гонять не готов вообще. Джин сказал, что что-то придумает, но я не понимаю, что он сделает. Все ждут от нас только гонок.
Раркен перевёл взгляд на Джина. Тот стоял чуть в стороне у сумок и выглядел очень задумчиво. Чёрный дракон не стал ничего отвечать на это.
Корабль глухо прогудел, причаливая к настилу. Все четверо молча подхватили вещи и вошли на борт, оставляя сырой порт Поскара позади.
Все четверо поселились в одной каюте. Драка тихо сидел на диване и просто смотрел на остальных.
Раркен был неожиданно активным — ходил по каюте, постоянно поддерживал разговор. Было отчётливо видно, что чёрный дракон искренне рад наконец-то убраться из этого сырого, давящего порта Поскара. Но в какой-то момент он заметил, что Драка сидит совсем неподвижно.
Раркен прервал свой шаг, подошёл ближе к дивану и тихо спросил:
— Драка, ты какой-то слишком задумчивый... Ты что, не рад, что мы оттуда убрались?
Красный дракон тяжело вздохнул и ответил:
— Рад, Раркен. Просто... мне ведь скоро гонять. А я не готов. Вообще не знаю, что и делать.
— Джин же сказал, что всё уладит, — напомнил Раркен, глядя на притихшего сородича.
— Не знаю, Раркен... — глухо отозвался Драка, уставившись лапами в пол. — Что и как он уладит... Но буду надеяться.
Чёрный дракон понимающе кивнул, не став развивать эту тяжёлую тему.
— Ладно, Драка. Если вдруг захочешь — присоединяйся к нам.
— Спасибо, Раркен, — тихо ответил Драка.
Драка пошёл за всеми. Когда они дошли до столовой, красный дракон сел напротив Джина и Феттеля, прямо рядом с Раркеном.
Во время трапезы он стал немного веселее и начал разговаривать. Раркен, видя, что Драке наконец-то лучше, тоже полностью вернул былую активность.
Когда они вернулись обратно в каюту, Драка уже окончательно отошел от утренней апатии. Они с Раркеном постоянно разговаривали друг с другом и без остановки поддерживали диалог. Чёрный дракон был искренне рад, что Драка снова с ними, а в каюте наконец-то установился тот самый спокойный, нормальный тон
Утром корабль прибыл в порт, и Джин первым же делом повёл всю команду на местный трек .
Драка по пути постоянно тяжело думал: «Зачем мы идём на трек? Гонять? Но как? Не сейчас же... Мы же ещё даже не поселились никуда. Я не смогу гонять».
По приходу на трек Феттель и Джин молча пошли куда-то вниз, к административным помещениям. Драка, сильно волнуясь по поводу гонок, сел на самый верхний ряд пустых трибун. В голове снова закрутились тревожные мысли: «Ну всё... Джин пошёл назначать гонку. Как я буду гонять? Я не смогу. Хотя он обещал всё уладить... Но что он сделает? Максимум — оттянет гонку на пару дней».
Раркен спокойно сел рядом на каменную скамью и с лёгкой ноткой сарказма произнёс:
— Чего Феттеля туда потянуло с Джином? Что, дипломат такой? Пошёл помогать Джину, говорит... А ты, Драка, чего тут сидишь? Всё о гонке думаешь?
— Да, — тихо ответил Драка, уставившись на пустую трассу. — Думаю. А что Джин сделает-то? Максимум оттянет её. А из меня гонщик сейчас...
— Джин же сказал, что всё уладит, значит уладит, — твёрдо перебил его чёрный дракон. — Я смотрю, он слов на ветер не бросает.
— Может быть, ты и прав... Но я не уверен, — глухо отозвался Драка.
На следующий день они опять пошли на трек. На этот раз Джин вышел из здания администрации уже далеко не таким радостным, как вчера. Он медленно подошёл к своему монстру и глухо сказал:
— Драка... В общем-то, мне сказали, что не могут полностью отменить гонку, так как она была запланирована заранее. Но они согласились сдвинуть её на третий этап .
Драка в этот момент замер. В его голове бешено и рвано завертелись мысли: «В смысле... сдвинули на третий этап? Но я ведь не смогу вообще! Ни к первому, ни ко второму, ни к третьему этапу... Я не готов. Совсем. Надо что-то делать... Как-то готовиться к гонке, через силу...»
Его панические раздумья резко прервал Джин:
— Пойдём домой, Драка. Чего тут сидеть.
Красный дракон тяжело поднялся с места. Временное облегчение испарилось. Даты сдвинулись, но неизбежное возвращение на трек всё равно висело над ними мёртвым грузом, и Драка понимал, что портовое затишье окончательно закончилось — впереди была суровая реальность материка.
По возвращению домой Драка не находил себе места. В один момент он не выдержал и сказал:
— Джин, я схожу к Раркену. Мне надо с ним обсудить это всё.
Джин тихо ответил:
— Хорошо, Драка, иди. Я пока подумаю, что делать.
По приходу Драка постучал в дверь соседнего дома. Феттель привычно буркнул изнутри: «Кого там принесло?» — и открыл засов. Увидев гостя, гонщик Поскара спросил:
— Драка? Чего пришёл, к Раркену?
— Да, — коротко ответил красный дракон.
Феттель молча впустил его внутрь. Драка сразу прошёл в комнату, сел рядом с чёрным драконом и на одном дыхании выдавил:
— Раркен... Гонку не отменили. Она заранее запланирована. Перенесли на третий этап только, и всё. Что делать, я не знаю. Я не готов гоняться.
Раркен внимательно посмотрел на сородича, подумал секунду и сказал:
— Драка, я скажу Феттелю. Он может помочь. В своё время он уже отговаривался от заведомо проигрышной для меня гонки. Может, и вам поможет.
— Что за гонка? — поинтересовался Драка, немного отвлекаясь от паники.
Раркен тяжело вздохнул и ответил:
— Гонка против какого-то высокорангового монстра с эволюцией Z . Я ведь ей научился уже гораздо позже, при Фетеле. А тогда был всего месяц, как я попал к нему. Я даже с Зерном Хаоса вряд ли бы того соперника победил. Там было вообще без шансов.
Драка вернулся к Джину и сказал:
— Джин, я говорил с Раркеном. Он мне рассказал о том, что Феттель уже отговаривался от проигрышной гонки. Раркен попросит его помочь.
В этот момент Джин наконец уселся и перестал ходить по комнате, вздохнув с облегчением.
А Драка погрузился в раздумья: «Феттель может помочь, но это не факт. Надо всё-таки как-то готовиться. Но как? Что я сделаю? Я просто не могу ничего».
Драка продолжал думать: «Надо готовиться... Вряд ли что-то выйдет, но что делать? Я не умею, я не могу. Ладно, надо просто выйти на трек, а там уж по ходу смотреть».
Его мысли прервал стук в дверь. Из-за двери раздался голос:
— Это Феттель, открывайте.
Джин открыл дверь. Феттель вошёл и сразу сказал:
— Мне тут Раркен сообщил, что у вас проблемы. Я попробую всё уладить.
Следом вошёл Раркен . Феттель и Джин начали разговаривать о том, как отменить гонку. А Раркен, заметивший грустного Драку, сел рядом и сказал:
— Драка, Феттель согласился помочь. А ты чего тут сидишь?
— Думаю, — коротко ответил Драка.
— О чём? — спросил Раркен.
Драка выдохнул и сказал:
— Что делать... Не факт, что Феттель поможет. Что делать? Надо как-то готовиться. Тренироваться, что ли...
Раркен посмотрел удивлённо и сказал:
— Драка, ты что говоришь такое? Какие тебе тренировки в таком состоянии? Феттель поможет. Он мою гонку отменил, а вашу уж тем более.
Драка его перебил:
— Нет, Раркен, ты не понял. Я — рыцарь Монкарта . Меня народ хочет видеть на треке. А тебя тогда не знали вообще. Всем было без разницы, кроме того гонщика, который бросил вызов.
Драка резко замолчал.
Драка подумал: «Надо как-то тренироваться... Точно, старый тренировочный трек неподалеку. Но как тренироваться — я не знаю. Ладно, надо просто выйти на трек, а дальше смотреть по ситуации».
Драка сказал:
— Джин, я пойду немного развеюсь. Тут неподалеку буду.
Джин ответил:
— Ладно, Драка, иди.
Драка вышел из комнаты. Медленно, тяжелыми шагами он направился к треку. С каждым шагом подходить было всё сложнее. Когда Драка оказался на треке, он пробовал гонять, но ничего не выходило. Он либо врезался на каждом повороте, либо вылетал с трека .
Через час Драка решил возвращаться. По пути назад он думал: «Я безнадежен. Ничего уже не могу. Опозорюсь на гонке. Какой я после этого рыцарь ... Я безнадежен. Я уже давно никто».
По возвращению Раркен и Феттель уже ушли . Драка при любом обращении к нему вел себя агрессивно. Он просто сидел, непрерывно прокручивая в голове свою «тренировку»: «Я ничтожество. Какой я рыцарь Монкарта ... Я к треку еле подошел, а гонять не могу так вообще. Я никто. Уже давно не рыцарь, а позор. Я ничего не умею, ничего не могу».
Прошло два дня. Феттель каждый день приходил, а Драка каждый день отпрашивался наружу. Сегодня он вернулся вообще никакой. Он был дико холоден.
В этот момент в его голове крутились ломаные мысли: «Рыцарь... Какой я рыцарь? Три дня тренируюсь, гонка послезавтра, а я никто. Ничего не могу. Это позор будет, полный позор. Я буквально никто, пустое место. Ничего уже не могу. Зачем я нужен такой рыцарь? Надо уйти. Далеко. Как можно дальше. Скрыться с глаз, чтобы никто не смог увидеть позора».
Драка кое-как уснул.
На следующее утро Джин и Феттель взяли целую охапку бумаг и опять пошли на трек. Драка на этот раз решил с ними не идти. Он подождал десять минут после их ухода, просто вышел на улицу и пошёл в глухие подворотни этого города.
По пути он непрерывно думал: «Я ни на что не годен. Пустое место. Я исчезну, пропаду, зато никто не увидит рыцаря... Хотя какой я рыцарь? Надо просто уйти . Я должен уйти как можно дальше».
Тем временем домой вернулись Джин и Феттель. Они опять точно не знали, удалось ли им всё отменить, — в администрации сказали, что подумают, и велели приходить завтра.
По возвращению Джин не обнаружил Драки и подумал: «Пошёл прогуляться тут где-то, скоро будет». Но прошёл час, два, три, пять часов... Джин ждал, и три часа из них он просто проспал от усталости из-за всей этой бюрократии. Когда он проснулся, то сильно начал волноваться. Мальчик побежал к Феттелю, буквально ворвавшись в его дом с вопросом:
— Вы Драку видели?!
Драка же тем временем уже устал идти. Он молча сел прямо на землю в какой-то тёмной подворотне на самой противоположной окраине города.
В его голове крутились тяжёлые, глухие мысли: «Всё... Устал идти. Отошел далеко. Никто не найдет, не увидит позор. Никогда больше. Никогда не увидят меня — ни Джин, ни Феттель, ни Раркен... Никто из людей, никто из них. Я сам виноват. Потерял всю силу, а вместе с ней и честь. Я не заслуживаю называться рыцарем . Вот тут, в этой подворотне, мне самое место».
На следующее утро Раркен проснулся самым первым и сразу начал думать: «Где Драка?»
Вспоминая себя, чёрный дракон рассуждал: «Я, когда убегал, куда шёл? Как можно дальше, в подворотню, ото всех... Может, и Драка там. Ладно, все ещё спят, надо сходить проверить. Начну с самых дальних».
Раркен пошёл в другой конец города. Он тщательно проверял каждый поворот, пока наконец не зашёл в ту самую глухую подворотню и не увидел там Драку, который неподвижно сидел и смотрел в пол. Раркен сразу сказал:
— Драка, вот ты где! Что случилось?
Драка, заметив сородича, не дал ему договорить. Он резко вскочил и бросился бежать. Раркен кинулся за ним, но Драка обернулся и выстрелил огненным шаром прямо в него, едва не задев. Раркен мгновенно понял, что гнаться самому сейчас нет никакого смысла — Драка полностью не в себе. Поэтому он остановился и лишь внимательно проследил взглядом, куда побежал красный дракон.
Вернувшись домой, Раркен застал Феттеля, который едва проснулся и удивлённо сказал:
— О, вот ты где, Раркен. Где был?
— Феттель, извини, конечно, что без тебя пошёл, но я нашёл Драку, — тяжело дыша, ответил чёрный дракон. — Он убежал, выстрелил в меня огненным шаром. Я примерно знаю, куда он побежал и где его искать. Пойдём к Джину, его возьмём с собой.
Тем временем Драка бежал прочь, а в его голове панически бились рваные мысли: «Раркен... Как он меня нашёл? Мне нельзя было попадаться! Я правильно сделал, что убежал, что выстрелил огненным шаром... Простит ли меня Раркен? Я должен был. Надо убежать из города. В лес. Надо в лес».
Тем временем Феттель и Раркен забежали домой к Джину, который вообще не спал. Феттель сразу с порога сказал:
— Джин, Раркен видел Драку! Пошли с нами, он запомнил, куда тот бежал. Он, кстати, выстрелил в Раркена огненным шаром.
Тем временем Драка добежал до леса, остановился на секунду и подумал: «Всё, я на месте, наконец-то. Надо туда, как можно дальше, глубже, чтоб не видели. Раркен... Зачем ты в это полез? Не трогал бы меня — не пострадал бы».
Драка шагнул в лес и начал всё глубже и глубже заходить в чащу.
Тем временем Джин, Феттель и Раркен были на месте — на той самой окраине. Раркен показал, куда бежал Драка, но они пока этого не поняли и начали обыскивать все окрестные подворотни.
Тем временем Драка дошёл до самой середины леса, сел на поваленное бревно и подумал: «Я в лесу. Тут не найдут. Тут мне и место — как дикому зверю. Я уже не монстр монкарт, я не гонщик... Я дикий зверь. Я выстрелил в Раркена. Мне тут место. Никто не найдет, не увидит такого беспомощного. Не увидят, какое я пустое место. Если вдруг найдут — убегу ещё глубже».
Когда группа обыскала абсолютно все подворотни, они наконец поняли — Драка сбежал куда-то дальше. Первым делом они подумали на близлежащий лес. Они зашли под кроны деревьев и начали громко кричать и звать Драку .
Красный дракон, услышав знакомые голоса, сразу же панически подумал: «Нет... Они здесь. Что они тут?! Как?.. Надо бежать дальше. Ещё дальше в лес, глубже!»
Драка резко подскочил с бревна и побежал дальше. Группа как раз в этот момент успела заметить, как кто-то сорвался с места, и на секунду они услышали знакомый рык. Они сразу поняли — это Драка. Они погнались примерно в ту сторону, за ним, но он и не думал останавливаться.
Драка бежал из последних сил, а в голове стучало: «Они бегут... Нет! Убегать дальше, быстрее! Не должны видеть. Увидят — выстрелю огнём, что ещё делать... Надо убегать как можно дальше».
Через некоторое время группа окончательно потеряла Драку из виду в густых зарослях. Красный дракон, поняв, что его ищут очень активно, решил — надо прятаться как можно сильнее, тогда точно не найдут. Он быстро вскарабкался на высокое дерево и залез в глубокое дупло.
«Всё... Тут точно не найдут, — замирая в темноте, подумал Драка. — Пусть бегают, ищут. Рано или поздно всё равно сдадутся. А мне тут остаться... Мне тут место. Главное, чтобы не увидели, не поймали. Не поняли, какой я ничтожный».
Через несколько часов группа всё ещё не сдавалась. Драка к этому времени окончательно вымотался и сильно захотел есть. Ему пришлось выбраться из дупла, и он пошёл искать хоть какую-нибудь еду в лесной чаще.
В процессе поисков он случайно нарвался на группу. Когда Джин, Феттель и Раркен хотели броситься к нему, красный дракон резко выстрелил в их сторону двумя огненными шарами и громко крикнул:
— Идите домой! Оставьте меня! Целее будете!
После этого он сразу развернулся и убежал дальше в глубь леса.
Все замерли на месте от неожиданности. Один Раркен, тяжело дыша, задумчиво посмотрел в ту сторону, где скрылся сородич, и подумал: «Я слышал по интонации... Он не со зла. Он не злится на нас. Он это делает просто потому, что у него больше ничего не остается...»
Чёрный дракон вдруг повернулся к людям и твёрдо сказал:
— Феттель, Джин. Он не зол. Он просто не знает, что делать. Нам надо найти его. Он сам не справится.
Тем временем Драка убежал ещё глубже в чащу. Он нашёл какие-то ягоды, быстро их нарвал и залез обратно в дупло.
Он ел эти ягоды и думал: «Они не сдаются, ищут... Я не должен попасться. Надеюсь, они поняли — просто уйдите! Не ищите, забудьте про меня. Я сам справляюсь, еду нашёл... Раркен как-то странно на меня посмотрел. Не испугался... Он зачем лезет? Я его чуть не поджарил, целился в него. Просто... просто не попал».
Тем временем группа наткнулась на следы лап дракона . Они пошли по ним и дошли прямо до дерева, где сидел Драка.
«Нет... Они тут. Найдут... Тихо, надо сидеть тихо. Не увидят», — замирая от страха, подумал Драка.
И группа действительно не нашла монстра в густой листве. Был уже вечер, и они решили: мы знаем, где он, завтра вернемся — найдем. Феттель сказал, стоя под тем самым деревом:
— Дождь, похоже, скоро будет. Пойдем домой.
Драка, сидящий в дупле, облегчённо подумал: «Фух... Они уходят. Забудут про меня. До завтра забудут дорогу сюда... Они не должны прийти. Нет, мне место тут. Меня отсюда не заберут. Они не найдут, не смогут». На следующий день группа вновь вернулась. На этот раз Драка не успел спрятаться в дупло и кое-как с ними не пересекся. Он сидел в кустах и смотрел, как группа ушла вдаль, но из укрытия не вылезал. На улице начался сильный ливень. Драка, сидя в дупле, облегчённо слушал стук капель и думал:
«Дождь — это хорошо. Он размоет все следы. Завтра надо будет замаскировать дупло».
Дракон через силу заснул в сырой темноте.
На следующий день группа вновь вернулась. Раркен уверенно вёл людей вперёд, словно точно знал, где искать. Драка сидел в замаскированном дупле, смотрел на них сквозь ветки и лихорадочно думал:
«Раркен ведёт их... Зачем вернулись? Уходите!»
Настал вечер, и группа в очередной раз ушла ни с чем. Драка провожал их взглядом:
«Раркен ведёт их, как будто что-то знает... Но мне нельзя им попадаться. Я замаскировал дупло, не найдут. Вот бы Раркен видел, что я придумал...»
И в эту же секунду в его голове вопреки всей гордости невольно пронеслось:
«Холодно... плохо... Раркен, помоги мне, я не могу...»
Драка мгновенно поймал себя на этой мысли и дико разозлился на самого себя.
«Какой Раркен?! Он же ведёт их сюда!»
В таких изнурительных кошках-мышках прошло пять дней. Драка то прятался наверху, то караулил в кустах, наблюдая, как группа уходит вдаль, но из укрытий не вылезал, окончательно теряя последние физические силы.
В таких изнурительных кошках-мышках прошло пять дней. В один из этих дней Драка из-за накатившей слабости просто не успел вовремя вскарабкаться по стволу и залезть в дупло. Ему пришлось в панике забиться в первые попавшиеся густые кусты у подножия дерева, почти переставая дышать от ужаса. Группа прошла буквально в метре от него, но чудом не заметила сородича. Драка сидел в ветках, не шевелясь, и молча смотрел, как Феттель, Джин и Раркен уходят вдаль.
Группа устала. Феттель и Джин сели на ближайшее бревно, а Раркен пошел проверять округу. Он ходил прямо возле тех самых кустов. Драка видел Раркена совсем близко, и вдруг в его голове пронеслось: «Раркен тут... Он волнуется, ищет так меня... Раркен, помоги мне, я не могу».
Красный дракон всерьёз задумался: может, стоит выйти из этих кустов прямо к Раркену и попросить помощи? «Ладно... Я уже просто не могу сам. Мне плохо».
Драка вышел из кустов и подошел чуть ближе. Раркен на секунду замер от того, что сородич просто сам вышел к нему. Драка из последних сил отчаянно сказал:
— Раркен... Я не могу больше. Помоги мне.
В этот же момент в голове Драки опять рванул панический страх: «Что... Зачем я это сделал?! Это конец. Он сейчас позовет остальных. Надо бежать быстрее... Не могу, сил нет».
Его мысленный ад резко прервал Раркен. Чёрный дракон тихо и удивленно сказал:
— Драка, ты тут...
Но вместо того чтобы звать всю группу, отдыхающую вдали, Раркен аккуратно отвёл Драку за дерево, скрывая от чужих глаз.
Драка в этот момент окончательно растерялся: «Что он делает? Не позвал никого... Отвел за дерево. Что он хочет от меня?»
Раркен тихо начал говорить:
— Драка... Неужели ты тут неделю живешь? Что с тобой? Зачем сбежал, зачем сюда пришел?
Драка раскаянно, тихо расплакался, больше не в силах сдерживаться:
— Раркен, помоги мне... Я больше тут не могу. Я никто, я не рыцарь ... Пустое место, ничего не могу. Я тренировался, пытался... Я ничего не мог. Я убежал, вы меня не должны были видеть. Я боялся вас, и сейчас боюсь... Но, Раркен, я не могу уже. Нет сил прятаться. Уже будь что будет, мне без разницы. Уведи меня отсюда, Раркен... Я не могу больше тут.
Раркен молча выслушал его, вышел из-за дерева и жестом подозвал группу. Чёрный дракон быстро, жестко бросил подбежавшему Джину, чтобы тот сейчас не донимал монстра расспросами, и вывел Драку на свет.
Красный дракон всё ещё сильно ревел, ему было уже абсолютно без разницы на всё вокруг. В его мыслях крутилось только одно: «Раркен тут... Он ничего не стал делать. Все тут — Феттель, Джин... Я не могу прятаться. Уведите... Просто уведите меня отсюда».
Джин молча взял Драку на руки и донёс до их комнаты. Там, в тепле и безопасности, красный дракон уже окончательно успокоился.
Джин сел рядом со своим монстром и тихо сказал:
— Драка... Гонка уже прошла. И из-за того, что нас там не было, нас просто исключили из соревнований.
Через час, когда Драка окончательно успокоился, он погрузился в тяжёлые раздумья: «Я прятался в лесу неделю... Чуть не попал огненным шаром в Раркена. Как мне теперь смотреть на них вообще? Что я наделал... Возможно, мне вообще не стоило выходить из тех кустов. Как теперь вообще жить с ними со всеми?»
Его мысли неожиданно прервал севший рядом Раркен.
Драка тут же испуганно подумал: «Раркен... Зачем он пришёл? Он не злится? Неужто он простил меня за огненный шар? Хотя он меня поддержал в лесу...»
Его размышления опять прервал Раркен. Чёрный дракон спокойно сказал:
— Драка, ты как после этого всего? Нормально? Не волнуйся, я не злюсь на тебя за это. Я понимаю, каково было тебе тогда.
«Раркен не злится... Простил, понимает меня. Господи, как же плохо от этого всего...» — подумал Драка.
Он тяжело выдохнул и со стеснением ответил:
— Раркен... Честно говоря, плохо. Я не знаю, как вообще с вами общаться после всего этого. Я не знаю...
Драка резко замолчал и лишь немного ближе придвинулся к Раркену, ища у него безмолвной защиты.
Еще через некоторое время Драка уже чуть более уверенно говорит:
— Раркен... Я вот не знаю, как общаться с Джином и Феттелем после всего этого.
Раркен спокойно ответил:
— Они волновались за тебя все время поисков. Не злились, а именно волновались. Общайся с ними как раньше.
Драка помолчал секунду, обдумывая его слова, и тихо спросил:
— Раркен... А до меня было какое-то дело кому-то, кроме вас?Раркен ответил:
— Да если честно, нет. По поводу гонок все вопросы были к Джину. Жителям вообще без разницы. Зрителям было не всё равно, у них гонку отняли... Кстати, с каким-то крайне известным рыцарем этого королевства. Да, ты должен был гоняться с ним. Твоё исчезновение вызвало много шума, тебя называли не самыми лучшими словами. И вот где-где, а тут вопросов больше было к тебе, так как Джин сказал всё-таки, что ты пропал. Следующий день начался со стука в дверь. Когда Джин открыл её, думая, что там Феттель, на пороге оказалась группа незнакомцев.
Они, заметив Драку в глубине комнаты, сразу же враждебно крикнули:
— Он трус!
Подростки хотели было подойти ближе к дивану, но Джин мгновенно встал на их пути и твёрдо сказал:
— Как вы смеете оскорблять моего монстра?!
Эти подростки нагло ответили:
— Ну это он же струсил и сбежал! Или это ты всё придумал, и ты сам струсил?
Джин полностью опешил от такого заявления.
И тут к двери тяжело подошёл Раркен, который сегодня ночевал не с Феттелем, а остался в этой каюте. Чёрный дракон грозно зарычал и начал на них кричать:
— Вы не представляете всего масштаба ситуации! А ради зрелищ готовы пожертвовать, похоже, что и своим монстром тоже! Идите отсюда с вашим поверхностным мышлением!
Напуганные яростью чёрного дракона, подростки быстро ушли. Джин тяжело закрыл дверь на засов.
А Драка так и остался неподвижно сидеть на диване, даже не шелохнувшись во время этой стычки. Весь его вчерашний страх перед реакцией толпы только что подтвердился прямо у них на пороге
По пути в порт было еще минимум пять человек, которые узнали Джина и сказали:
— О, рыцарь вернулся! А где твой монстр? Опять сбежал?
По возвращению домой Джин сразу же на эмоциях начал говорить:
— Да уж, Драка... Нам надо точно отсюда убираться. До меня человек пять обратились, сам понимаешь, с какими словами. Фанаты, те самые... Билеты есть. Феттель сказал — завтра оформим, а то сегодня только через неделю отплытие. Но это какой-то ужас. Чего им всем от нас надо?
Раркен резко прервал Джина в его причитаниях:
— Джин, чего им надо? Ты не явился. Из-за тебя, по их мнению, отменили гонку с их кумиром — местным рыцарем Монкарта . Думаешь, что они после этого говорить будут?
После этих слов Раркен повернулся к Феттелю и немного зло сказал:
— Ну фанаты... Из-за гонок всю дурь вспомнили, что только смогли. Пусть только попробуют тронуть.
Драка удивлённо посмотрел на него, явно не ожидая такой реакции. Когда Феттель и Раркен ушли к себе, Феттель спросил:
— Раркен, ты чего это так отреагировал на мои слова про то, что и тебя тут знают?
— Феттель, знаешь, попробуй тут не разозлись, когда к тебе лезут такие, — ответил Раркен. — Самого же, наверное, достало. Так что не прикидывайся, что удивлён.
На следующий день, как только Драка проснулся, Джин сразу же спросил:
— Как ты сегодня?
Драка ответил:
— Джин, неплохо. Но мне тут находиться невыносимо просто.
— Ладно, собирай вещи, мы сегодня вечером уплываем, — сказал Джин.
Феттель, услышав шум по соседству, понял, что Джин и Драка проснулись, и пошёл с Раркеном к ним. Он постучал в дверь и сказал:
— Это Феттель, открывайте.
Джин открыл. Феттель вошёл и сказал:
— Уже пакуете чемоданы? Быстро вы. Корабль только вечером будет.
Драка сидел на диване и наблюдал. Раркен подошёл к нему и спросил:
— Драка, как ты сегодня?
— Даже хорошо, — ответил Драка. — Только невыносимо тут находиться.
— Конечно. Ничего, сегодня вечером уплывем, — ответил Раркен.
— Мне бы до этого корабля дойти, там по улицам этих гуляет... — сказал Драка.
— Не волнуйся, — ответил Раркен. — Пускай попробуют что-то сказать.
Драка посмотрел на Раркена и сказал:
— Знаешь, мне кажется, если они начнут что-то говорить мне, то мне точно будет нехорошо. Я не знаю, что произойдет, но мне кажется, я просто не смогу терпеть их и что-то скажу. Но в таком состоянии скажу я максимум что... что сделает только хуже. Вечером они наконец вышли на улицу. Сырой туман материкового порта давил на плечи. На половине пути к причалам дорогу им перегородил незнакомец. Он сразу же нагло уставился на Драку и язвительно бросил:
— О, великий рыцарь явился! А чего на чемоданах? Опять сбегаешь?
Раркен не выдержал первым. Чёрный дракон шагнул вперёд, угрожающе опустив голову, и яростно прорычал:
— Да вы ничего не понимаете! Говорите такое, вообще не зная ситуации! Идите с глаз долой со своим тупым мышлением толпы!
Но незнакомец лишь нагло усмехнулся, глядя на чёрного дракона:
— Не понимаю я с сатанинского, — процедил он, явно намекая на тёмное прошлое Раркена под Зерном Хаоса.
В ту же секунду вперёд резко выдвинулся Феттель. Его бледное лицо превратилось в ледяную маску, а пальцы в чёрной перчатке намертво легли на рукоять меча.
— Чего ты от них хочешь? — леденящим тоном отрезал поскарец. — Если хочешь поговорить — давай со мной. Прямо здесь.
Незнакомец изменился в лице, отступил назад и быстро скрылся в тумане. Команда хмуро двинулась дальше.
Однако на самом подходе к порту этот же парень нагнал их снова — но теперь уже со своим монстром.
— Если говоришь, что не струсил, то давай решим всё в гонке! — выкрикнул он на всю улицу, преграждая путь к трапу.
Феттель резко обернулся. Драка позади него сжался, готовый провалиться сквозь землю от этого липкого позора. Раркен чуть придвинулся к своему гонщику и тихо, прерывисто прохрипел:
— Феттель... Если вдруг совсем прижмёт на эту гонку... Давай лучше я выйду. Драка сейчас вообще никакой. Я заменю.
Феттель медленно повернул голову к напарнику, а затем снова перевёл тяжёлый, уничтожающий взгляд на провокатора.
— Какой смысл нам с тобой гоняться? — сухо произнёс Феттель. — Наши монстры сейчас не готовы к гонке. Да и выиграем мы тебя даже в таком состоянии, слишком легко.
Не дав парню вставить ни слова, Феттель со свистом выхватил меч из ножен. Сталь тускло блеснула в сумерках. Незнакомец от ужаса вскрикнул, мгновенно развернулся и вместе со своим монстром бросился бежать прочь по мостовой.
Феттель хладнокровно убрал клинок, поправил плащ и коротко кивнул своим:
— Пошли на корабль.
Они наконец поднялись по трапу на борт, навсегда покидая этот враждебный материковый порт. Впереди было открытое море и долгий путь в тот самый тихий, далёкий городок, где их никто не знал и где Драка наконец-то мог получить своё заслуженное время тишины.
На корабле Драка был на удивление активным, как и Раркен. Они оба постоянно общались .
А Феттель и Джин всё это время думали, куда дальше и где остаться в будущем.
Так они плыли всю ночь.
Корабль мерно покачивался на волнах, унося команду всё дальше от озлобленных трибун . Острая паника и страх перед позором окончательно сменились тихим, спокойным разговором сородичей на палубе. Прошлое в порту Поскара осталось позади, гонки Монкарта для них были закрыты, но теперь они хотя бы учились просто жить дальше и вместе искать свой новый путь на неизведанных берегах .
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|