Записи хостов и игроков но сюжет арок другой (гет)

Как и следовало ожидать от кремлевских женщин, ни одна из них не была простой. Кто-то другой продолжил бы сеять раздор, но Малаша точно знала, когда нужно прикусить язык.

Нин Шу чувствовала, что и хоста определенно нельзя было назвать простушкой. В борьбе брата за престол она сама проявляла инициативу, делая для Иоанна всё необходимое, и видела немало темных дел. Однако в глазах окружающих она слыла глуповатой и тщеславной, так как умудрилась смертельно обидеть почти всех женщин в тереме.

Она смотрела на всех обитательниц дворца как на приживалок. В итоге, когда её отправляли за границу к татарам, ни один человек за неё не заступился. Все единодушно согласились, что её пора отослать. Это было даже по-своему впечатляюще — нужно было очень постараться, чтобы отношения со всеми стали настолько паршивыми.

Нин Шу немного подумала, а затем распорядилась:

— Запишите каждую боярыню и дворянку, кто дары приносил. Разошлите всем ответные подарки, строго по чину и правилам приличия.

Малаша и Дуняша, разбиравшие подношения, застыли на месте. Царевна Наталья никогда не дарила ничего в ответ. Её внезапный приказ поверг их в полный шок. Однако они обе были опытными дворцовыми служанками и быстро взяли себя в руки.

Отношения между людьми всегда строятся на взаимности. То, как Наталья раньше принимала подарки, не отдавая ничего взамен, прямо говорило о её нежелании даже знаться с этими женщинами. Разве это могло не обижать?

Хотя боярыни в теремах стискивали зубы и втайне проклинали её, они ничего не могли поделать с любимой сестрой Царя. Но, как говорится, стена падает, когда её толкают все вместе. Множество мелких обид в итоге и привели Наталью к печальному финалу.

— Матушка-царевна, неужто и вправду подарки слать станем? — недоверчиво спросила Малаша. — Это ж им какая честь будет!

Нин Шу просто взглянула на неё, промолчав. Этот взгляд заставил Малашу занервничать. Она и Дуняша видели, как сильно страдала царевна в эти дни. Однако теперь она была такой спокойной, что это пугало. Неужели она умом тронулась от горя по воеводе?

Конечно, они могли только молча удивляться. Хотя обеим служанкам ужасно не хотелось заниматься рассылкой, они быстро справились и отправили ответные дары всем женщинам.

Боярыни и воеводские жены были несказанно удивлены и даже тронуты, получив подарки от самой царевны Натальи.

Нин Шу задавалась вопросом, стоит ли ей пытаться разыскать Даниила Холмского. Однако она отбросила эту идею сразу. В это время Даниил, скорее всего, уже был спасен той девицей, Анюткой. К тому же, если царевна решит отправиться на поиски, это нужно будет делать с подобающей охраной и достоинством. Придется тащить за собой целую ораву людей, а пока они доберутся до южных рубежей, Даниил может уже и сам вернуться.

Даниил Холмский и Анютка нашли друг друга без всяких посредников. Когда Анютка выхаживала раненого воеводу, между ними неизбежно случился физический контакт. Забота породила чувства, искра попала на сухую солому, и вспыхнул пожар любви. Короче говоря, они влюбились — «настоящая любовь», все дела.

Основная задача могла подождать, пока Даниил не притащит Анютку в столицу. А до тех пор Нин Шу следовало сосредоточиться на восстановлении своей репутации в глазах брата. Поскольку она не горела желанием отправляться к татарам, ей нужно было показать Царю свою ценность.

Чем она могла помочь Иоанну? У него и так полно людей, чтобы подавать ему кубки с медом или подносить чернильницу. Эффект от простого проявления заботы будет небольшим, но заниматься этим всё равно стоило.

Нин Шу всерьез занялась своим выздоровлением. За всё время на её лице не появилось и тени улыбки, что совершенно сбивало с толку Малашу и Дуняшу.

Они стали предельно осторожны в словах. Малаша больше не смела провоцировать хозяйку. Нин Шу заметила, что глаза Дуняши часто были красными от слез, но каждый раз, когда она спрашивала об этом, та лишь отвечала, что «глаза натерла сослепу».

Нин Шу смотрела на них многозначительно. Этот её непонятный, тяжелый взгляд заставлял девушек дрожать от страха. Им казалось, что глаза царевны видят их насквозь, проникая в самые сокровенные тайны сердец.

В результате Малаша и Дуняша стали в разы внимательнее к Нин Шу. Их чрезмерное рвение сделало жизнь Нин Шу куда комфортнее. Это был побочный эффект, которого она даже не ожидала.