Гарри Поттер и Миррина из Слизерина (гет)

Но Миррина не заметила Мерцающего Сумрака, который сейчас следовал за ней, скрытый темнотой коридора. И уверенно подошла к апартаментам Гарри, Рона и Гермионы. А потом тихо постучала в дверь. — «Ребята! Я пришла!»

Отец Альбуса Поттера услышал её голос и сразу открыл дверь. А потом схватил так называемую родственницу Реддла за руку и резко втащил её в Апартаменты Мракоборцев. — «О! Превосходно!»

А после этого, пододвинул к двери тяжёлый комод и кивнул головой в сторону кресла, которое стояло у растопленного камина. — «Присаживайся!»

Мерцающий Сумрак подлетел к запертой двери, и, не имея возможности проникнуть внутрь Апартаментов Мракоборцев, глухо проворчал, и, сердито наморщив свой маленький носик, стремительно полетел обратно в Подземелье…

А Миррина удивлённо обратилась к отцу Альбуса Поттера. — «Хорошо, Гарри. Но только… Почему ты запер дверь таким странным способом?»

«В целях безопасности», — шёпотом пояснил известный мракоборец. — «Чтобы, в момент нашего разговора, сюда никто не вошёл. По крайней мере, с первого раза…»

«Понятно», — кивнула Миррина, покосившись на запертую дверь. — «И о чём же вы хотели со мной поговорить?»

Рон быстро подошёл к шкафу и вытащил оттуда свиток пергамента, спрятанный за толстыми энциклопедиями. — «Сейчас объясним. А впрочем… Даже объяснять не будем. Потому что ты сама обо всём догадаешься, если прочитаешь вот это!»

С этими словами, он передал Миррине свиток, свёрнутый в трубочку.

«А что это такое?» — поинтересовалась молодая герцогиня, осторожно разворачивая старинный документ.

«Копия подлинного родословного свитка по твоей отцовской линии», — сказал Гарри. — «Которую нам удалось получить у одного коллекционера биографий волшебников. Посмотри внимательно на гравюры, изображённые в этом свитке. Никого не узнаёшь?»

«Узнаю», — призналась Миррина, прикоснувшись указательным пальцем к рисунку, расположенному в верхнем правом углу свитка. — «Вот эта красивая леди, например, была далёким предком моей матери. И, хотя мне неизвестна её фамилия, мама говорила, что её зовут Кларибелла…»

Гермиона невольно вздрогнула. — «КЛАРИБЕЛЛА?!»

«И она… ДОЧЬ ВЕЛИКОГО МЕРЛИНА?» — обескураженно произнесла Миррина, продолжая рассматривать копию старинного документа.

Гермиона возмущённо обернулась к своему мужу. — «О, Господи, Рон! Ты дал ей НЕ ТОТ СВИТОК!»

«Это я уже понял…» — похоронным голосом отозвался приятель Гарри.

«Невероятно…» — прошептала молодая герцогиня.

Гермиона быстро подошла к ней и взяла её за руку, чтобы немного успокоить. — «Знаю, Миррина… Но, как ты сама видишь, все копии печатей Английского Министерства Магии на этом свитке — подлинные. Поэтому, можешь не сомневаться. По материнской линии — ты действительно прямой потомок Великого Мерлина!»

А Гарри со вздохом вытащил из шкафа ещё одну копию старинного документа, и передал её в руки так называемой родственницы Реддла. — «Именно так. А родоначальником твоей династии по отцовской линии был не менее знаменитый волшебник…»

«Вот… Узнаёшь?» — поинтересовался он, указав пальцем на одну из гравюр.

«Да», — кивнула Миррина. — «Его портрет висит у меня дома, в Коридоре Памяти… Вот только… Моя покойная прабабушка неохотно рассказывала об этом человеке. И часто жаловалась на то, что из-за какой-то волшебной реликвии, созданной матерью этого человека, нашим далёким предкам часто приходилось переезжать из страны в страну, чтобы спасти своё уникальное сокровище от охотников, которые пытались заполучить его в свои руки…»

Глаза Гарри заблестели. И он подтвердил слова так называемой родственницы Реддла оживлённым голосом. — «Всё верно, Миррина. И, полагаю, я не ошибусь, если скажу, что этой уникальной волшебной реликвией был самый настоящий ФАНТОМ ИПЭ, бесследно исчезнувший при загадочных обстоятельствах! Потому что имя родоначальника твоей династии по отцовской линии…»

«Вериссимус де Виндор… Старший сын кузена Годрика и племянницы Великого Мерлина», — сразу прочитала Миррина строчку под гравюрой, на которую указал Гарри.

«Именно так», — кивнула Гермиона. — «Но, самое интересное, что руководство Хогвартса и наш министр магии знают об этом!»

«Они знают, что я прямой потомок Великого Мерлина и родственница Годрика Гриффиндора?» — удивилась Миррина.

Гарри отрицательно покачал головой. — «Нет. Они думают, что ты — ПОТОМОК ГОДРИКА, который должен поспособствовать осуществлению Пророчества. Потому что, в сентябре нынешнего года, Карты Таро Скорпиуса сообщили нам, что Заместитель Великого Мерлина, повинуясь приказу Главы Небесного Министерства Магии, нарочно предоставил Кингсли Брустверу и ещё нескольким представителям Хогвартса — ложную информацию о тебе. Ну-у, чтобы они сразу согласились оказать ему содействие в осуществлении Пророчества. А о том, что ты прямой потомок нынешнего Главы Небесного Министерства Магии, пока известно только семье Малфоев и тому коллекционеру биографий волшебников, который передал нам копии свитков с твоей подлинной родословной!»

«Невероятно…» — обескураженно прошептала молодая герцогиня. — «Но тогда почему руководство Хогвартса и Кингсли Бруствер относятся ко мне как к дальней родственнице Волан-де-Морта, если они полагают, что я потомок Годрика?»

«Из-за Пророчества, Мирри!» — расстроенным голосом пояснила Гермиона. — «Ты ведь знаешь, что несколько представителей Хогвартса, вместе Кингсли Бруствером, дали Заместителю Великого Мерлина Нерушимые Обеты о том, что помогут ему осуществить это Пророчество любой ценой?»

«Да», — кивнула молодая герцогиня.

«Так вот…» — продолжила Гермиона. — «Последнюю Часть этого Пророчества нам недавно помог получить Скорпиус с помощью Буквенного Расклада своих Карт Таро».

«Верно…» — кивнул Рон. И, со вздохом вытащив из ящика стола листок пергамента, исписанный аккуратным почерком сына Драко, передал его так называемой родственнице Реддла. — «И, если ты прямо сейчас прочитаешь Последнюю Часть Пророчества, которую, кстати, категорически запрещено показывать кому-либо из людей и прочих разумных живых существ, не посвящённых в планы Великого Мерлина, тебе всё станет понятно…»

Миррина быстро прочитала текст Последней Части Пророчества и в её глазах отразился ужас. — «О, Боже…»

И за окнами Хогвартса сразу начался снегопад.

«Да. Я знаю», — согласился с ней Рон. — «Сведения, содержащиеся в Последней Части Пророчества, действительно шокирующие. Но, не беспокойся! Мы не позволим Аманде поспособствовать твоей гибели! Даже если после этого Кингсли Бруствер отправит нас в Азкабан или уволит из Министерства Магии!»

«Верно», — подтвердила его слова Гермиона. А потом обратилась к молодой герцогине умоляющим голосом. — «Только, пожалуйста, Мирри! Не рассказывай НИКОМУ в Хогвартсе, что ты прямой потомок Великого Мерлина! Потому что ни один здравомыслящий волшебник, даже самый убеждённый чернокнижник, вроде Волан-де-Морта, никогда не посмеет причинить вред прямым потомкам нынешнего Главы Небесного Министерства! Он, вероятнее всего, СЕБЯ УБЬЁТ!»

«Именно так», — кивнул Рон. — «А поскольку Макгонагал, Снейп, Флитвик, Филч и Кингсли Бруствер дали Заместителю Великого Мерлина Нерушимые Обеты, что помогут ему осуществить Пророчество любой ценой, они сразу откажутся это делать! А значит, НАРУШАТ свои обеты! И УМРУТ!»

«Не беспокойтесь, ребята… Я обещаю никому не говорить о своих истинных предках, пока не закончу своё обучение в этой школе», — чуть слышно произнесла молодая герцогиня, отрешённо глядя на листок пергамента с Последней Частью Пророчества. — «Вот только… Я не понимаю…»

«Чего именно?» — поинтересовался Рон, с опаской покосившись на оконные рамы, которые слегка трещали от внезапно разыгравшейся на улице снежной бури.

«Почему Аманда умеет колдовать без волшебной палочки?» — продолжила разговор Миррина. — «Если она не имеет никакого отношения к династии Годрика Гриффиндора и является дальней родственницей Тёмного Лорда?»

«Аманда не родственница Тёмного Лорда, Миррина», — уверил её Рон, поспешно вытащив из шкафа ещё один свиток, полученный в доме Бенжамина Изобретариуса. — «На самом деле, она дочь обычного ДОМАШНЕГО ЭЛЬФА. Просто она, так же, как и ты, помимо своей воли, была избрана нынешним Главой Небесного Министерства Магии для осуществления Пророчества. Поэтому Кингсли Бруствер, по приказу Заместителя Великого Мерлина, стёр ей память. И наполнил её мозг ложными воспоминаниями о том, что она потомок Годрика…»

С этими словами, Рон передал Миррине свёрнутый в трубочку документ, который только что вытащил из шкафа. — «Кстати, вот копия её подлинной родословной. Почитай… И у тебя отпадут все сомнения…»

Молодая герцогиня быстро прочитала информацию в свитке и со вздохом произнесла. — «Значит… Настоящая фамилия Аманды — СКИТЕР, а не Гриффиндор…»

«Именно так», — кивнул Гарри. — «И эта скандальная Рита из Ежедневного Пророка — её БАБУШКА! Просто Великий Мерлин решил воспользоваться уникальным даром Аманды, который она унаследовала от своего настоящего отца, чтобы выдать её за потомка Годрика… А когда случайно узнал, что твои предки изменили фамилию на де Реддл, воспользовался этим обстоятельством. И выдал тебя за дальнюю родственницу Волан-де-Морта… Чтобы ты, в виду особенностей своего характера, начала доказывать Миру Волшебников, что ты не такая, как Тёмный Лорд! Что ты — другая!»

«Верно!» — подтвердила его слова Гермиона. — «И если ты продолжишь в том же духе, последствия твоих поступков неизбежно приведут к тому, что, в будущем году, когда, согласно Пророчеству, Аманда поспособствует твоей гибели, Великий Мерлин наконец-то поймёт, как искоренить чернокнижие навсегда!»

И в тот же миг, сильный порыв ветра со снегом распахнул окно.

Гарри быстро подошёл к этому окну и закрыл его, чтобы ледяной ветер не затушил пламя в камине.

А потом продолжил разговор вполголоса. — «Поэтому, я очень прошу тебя, Миррина… Перестань всем доказывать, что ты полная противоположность Волан-де-Морта! Потому что, это и так видно! И, пожалуйста… Не надо в будущем году открывать Незримые Врата, расположенные в Зеркале Еиналеж и возвращать к жизни тех волшебников, которым Великий Мерлин подписал на это своё разрешение! Кем бы они ни были… А своих детей мы как-нибудь убедим этого не делать. И Скорпиуса с Джимми тоже…»

Молодая герцогиня удивлённо посмотрела на известных мракоборцев. — «Вы знаете, что мы собираемся открыть Незримые Врата?»

«Да, Миррина. Мы знаем», — со вздохом ответил Рон. — «Потому что, в сентябре нынешнего года, когда Фред, Седрик и Миртл отправились на кладбище в Годрикову Впадину, чтобы забрать оттуда свои надгробные памятники, они случайно услышали, о чём ты и наши дети говорили с призраком матери профессора Снейпа… То есть, профессора де Виндора…»

«И тогда, кто-то из них передал вам эту информацию…» — догадалась молодая герцогиня.

«Да, Миррина», — кивнул Гарри. — «Это сделал Фред. Он сказал, что, летом будущего года, в ночь полного лунного затмения, вы отправитесь в Запретный Лес, к Пруду Единорогов, чтобы вытащить оттуда некую энциклопедию, в которой подробно описан сложный ритуал открытия Незримых Врат. А когда вы изучите все подробности этого ритуала, вы попытаетесь воскресить ещё нескольких волшебников, которым Великий Мерлин разрешил вернуться в Мир Живых! И, тем самым, поспособствуете осуществлению Пророчества!»

«И тогда Великий Мерлин наконец-то поймёт, как искоренить чернокнижие навсегда…» — прошептала молодая герцогиня, отрешённо глядя в окно, за которым постепенно прекращалась снежная буря.

«Да. Это так…» — расстроенно произнесла Гермиона. — «Но, если честно… Я бы НЕ ХОТЕЛА, чтобы он это ПОНЯЛ!»

«И мы с Роном тоже…» — со вздохом признался Гарри.

«Но, почему?» — в недоумении обернулась к ним молодая герцогиня. — «Ведь, если это произойдёт, на нашей планете, в скором времени, полностью исчезнут ЧЁРНЫЕ МАГИ!»

«Да, Миррина. Они исчезнут», — мрачно согласился с ней Гарри. — «Но ты ПОГИБНЕШЬ, ради осуществления этой цели! И Карты Таро Скорпиуса сказали нам, что, в тот день, когда Аманда поспособствует твоей гибели, ты ровно на минуту испытаешь точно такую же БОЛЬ, и точно такой же УЖАС, который обычно испытывают все ЧЕРНОКНИЖНИКИ, которых Великий Мерлин отправляет на Вечные Муки в Огненный Котёл! А после того, как это произойдёт, твою душу РАЗОРВЁТ НА МЕЛЬЧАЙШИЕ ЧАСТИЦЫ, которые развеет ветер! А твоё тело, одежда, и даже браслеты Полумны, которые она подарила тебе для защиты от нарглов и мозгошмыгов, превратятся в серебристую пыль! И единственное, что от тебя останется, это серебряное кольцо-оберег с крупным голубым камнем, которое ты получишь в подарок на нынешнее Рождество от своего невидимого поклонника!»

Миррина со вздохом поднялась с кресла. — «Я всё понимаю, Гарри. Однако, в Последней Части Пророчества написано, что тот, кто любит меня, сможет меня воскресить. А это значит, у меня есть шанс снова вернуться к жизни!»

Гарри почему-то вспомнил о Скорпиусе, который, несмотря на свой юный возраст, всегда следовал за Мирриной словно рыцарь за дамой своего сердца, и произнёс с лёгкой досадой. — «Да, конечно… Такой шанс у тебя есть… Вот только, тот, кто любит ТЕБЯ, понятия не имеет, как ТЕБЯ воскресить!»

«Ну-у, возможно, время подскажет ему ответ на этот вопрос», — предположила Миррина, глядя в окно, за которым полностью прекратился снегопад. — «Хотя, даже если нет, дело того стоит, ребята… Поэтому я всё равно открою Незримые Врата. И попытаюсь воскресить тех волшебников, которым Великий Мерлин разрешил вернуться в Мир Живых… Но вовсе не потому, что хочу в очередной раз доказать, что я полная противоположность Тёмного Лорда… А потому что, если эти волшебники действительно вернутся к жизни, их друзья и родственники обретут СЧАСТЬЕ, о котором говорится в ПРОРОЧЕСТВЕ…»

Гарри вздохнул и произнёс грустным голосом. — «Ну, что ж! Если ты так решила… Мы не будем препятствовать тебе…»

«Спасибо, ребята», — поблагодарила Миррина известных мракоборцев.

«Но только с одним условием!» — сразу предупредила её Гермиона. — «Если ты позволишь нам помогать тебе, когда ты начнёшь подготовку к открытию Незримых Врат!»

«А также, в тот момент, когда попытаешься их открыть!» — добавил Гарри. — «Потому что, согласно приказу Кингсли Бруствера, мы ОБЯЗАНЫ оказывать любую помощь родственнику Годрика Гриффиндора, о котором написано в Пророчестве! То есть, ТЕБЕ!»

«Если честно, я буду этому рада, ребята», — призналась молодая герцогиня.

«Отлично! Значит, договорились!» — сделал вывод Рон.

«Конечно», — кивнула Миррина. — «Только, пожалуйста, расскажите своим детям, а также Джимми и Скорпиусу о нашем сегодняшнем разговоре. Чтобы они тоже были в курсе…»

«Не беспокойся, мы обязательно это сделаем рано утром», — уверил её Гарри. — «Ещё до того, как отправимся в Дом Волшебной Моды Бриллиантина Сапфириуса».

«Вы тоже туда идёте?» — удивилась молодая герцогиня.

«Да, Мирри», — честно призналась Гермиона. — «Потому что Макгонагал попросила нас сопровождать Ведущих Воздушных Танцоров и их Ассистентов. Так… На всякий случай…»

«Верно!» — кивнул Гарри. И сразу добавил язвительным тоном. — «Потому что этот ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ является нашей ГРИФФИНДОРСКОЙ ЧУМОЙ, которая тоже идёт в Дом Волшебной Моды Бриллиантина Сапфириуса!»

«Да… К несчастию…» — похоронным голосом Снейпа подтвердил его слова Рон.

«Понятно…» — усмехнулась молодая герцогиня.

И в этот момент, часы, которые висели на стене в Апартаментах Мракоборцев, издали глухой и протяжный звук.

«О, Боже! Уже час ночи!» — невольно воскликнула так называемая родственница Реддла. — «Мне пора возвращаться в свою Персональную Гостиную!»

«Да… Ты права», — кивнул Гарри, поспешно отодвигая от двери комод. — «Приятных тебе сновидений, Миррина. Если, конечно, после того, что ты услышала от нас, таковые вообще возможны…»

«И вам приятных сновидений, ребята», — усмехнулась молодая герцогиня, открывая дверь.

«Ой, подожди! Ещё один вопрос!» — неожиданно окликнула её жена Рона. — «А кто те волшебники, которых ты хочешь вернуть к жизни в будущем году?»

Но молодая герцогиня только пожала плечами. — «Если честно, я пока не знаю, Гермиона…»

«То есть, как?» — удивился Гарри.

«А вот так…» — ответила Миррина. — «Я ещё не думала об этом. Но, полагаю, Карты Таро Скорпиуса смогут мне что-нибудь посоветовать по этому поводу…»

«Ладно… В таком случае, увидимся утром, в кабинете директрисы», — со вздохом произнёс Рон.

«Увидимся, ребята», — пообещала им молодая герцогиня. И быстро вышла из Апартаментов Мракоборцев. А потом начала снова спускаться по лестнице.

А Гарри посмотрел ей вслед, и, опустив руки в карманы, случайно почувствовал в одном из них волшебное тепло, исходящее от эфемерного бланка с Панихидой, который недавно передал ему призрак Тёмного Лорда.

Поэтому сразу зажал этот эфемерный бланк в своей ладони с помощью невербальных чар Эфемериус Катч, и громко окликнул так называемую родственницу Реддла. — «О, Боже! Я совсем забыл! Миррина, СТОЙ!»

«В чём дело, Гарри?» — удивлённо обернулась к нему молодая герцогиня.

«Иди сюда! Немедленно!» — потребовал отец Альбуса Поттера, вытащив из кармана эфемерный листок пергамента, светящийся бледно-фиолетовым светом.

И как только Миррина снова подошла к нему, произнёс почти шёпотом. — «Не понимаю, как это вылетело у меня из головы? Я должен был сразу поговорить с тобой об этом!»

И в тот же миг, из темноты коридора медленно вышел заместитель директрисы Хогвартса и бесшумно переступил порог Апартаментов Мракоборцев. — «ЛЮБОПЫТНО… И о чём же вы хотели поговорить с ней, мистер Поттер?»

Все волшебники, собравшиеся поблизости, невольно вздрогнули и почти одновременно обернулись к нему.

А в глазах Рона отразился ужас. И он, не раздумывая, сел на свитки с родословными, которые лежали на кресле вместе с листом пергамента, на котором была написана Последняя Часть Пророчества.

И, тем самым, спрятал их от внимательных глаз Снейпа.

А Гарри посмотрел на заместителя директрисы, который был бледен, словно надгробный памятник, и со вздохом произнёс. — «О Волан-де-Морте…»

Теперь ужас отразился в глазах Снейпа. И он возмущённо обратился к Гарри. — «ЧТО?!»

А Гарри невозмутимо продолжил. — «Мы встретились с его призраком в Запретном Лесу, когда возвращались в Хогвартс из поместья Малфоев. И он попросил меня передать Миррине вот это…»

С этими словами, Гарри протянул светящийся эфемерный бланк так называемой родственнице Реддла.

Заместитель директрисы вздрогнул, и, закрыв Миррину своей спиной, схватил Гарри за руку, в которой он держал эфемерный бланк.

Однако Гарри даже не думал сопротивляться. И только едва заметно усмехнулся. — «Не беспокойтесь, сер. Этот полупрозрачный листок пергамента абсолютно безопасен. Потому что это — ПАНИХИДА, которую Миррина недавно заказала Тёмному Лорду…»

Снейп в недоумении обернулся к молодой герцогине и произнёс обескураженным голосом. — «Вы заказали Тёмному Лорду ПАНИХИДУ?»

«Да, профессор Северус», — призналась так называемая родственница Реддла, виновато глядя в пол. — «Потому что, я подумала, что за 19 лет в Огненном Котле он вполне бы мог пересмотреть свои взгляды. И понять, насколько ошибочна была его прижизненная идеология, ради которой он загубил стольких невинных людей…»

«Сомневаюсь, что Тёмный Лорд на это способен, мисс Миррина», — мрачно усмехнулся Снейп. — «Однако… Забота об усопших представителях своей династии, это негласная обязанность каждого разумного живого существа. Поэтому, в вашем поступке нет ничего дурного…»

«Разумеется, сер», — согласился с ним Гарри. — «Вот только Тёмный Лорд не в восторге от того, что Миррина заказала ему Панихиду. Потому что её попытка облегчить его агонию в Огненном Котле, принесла ему гораздо БОЛЬШЕ СТРАДАНИЙ, чем те, которые он испытывал до получения её помощи!»

«Но, почему?» — удивлённо поинтересовалась молодая герцогиня.

«Да потому что, когда Великий Мерлин получил заказанную тобой Панихиду и приказал выпустить Тёмного Лорда из Огненного Котла, его бывшие сторонники, прикованные к охваченным пламенем скалам, взбесились от подобной несправедливости!» — с усмешкой пояснил Рон. — «И превратили адскую жизнь Волан-де-Морта в ещё больший кошмар!»

«Именно так», — подтвердила его слова Гермиона. — «Поэтому Тёмный Лорд попросил нас убедить Миррину больше никогда не заказывать ему Панихиды. Потому что, если она продолжит это делать, Главе Небесного Министерства Магии придётся переселить его в своё Царство, к всеобщему возмущению его бывших сторонников. А также тех людей, которых он лично отправил в Загробный Мир. А Волан-де-Морт этого не хочет…»

Снейп не поверил своим ушам. — «Волан-де-Морт НЕ ХОЧЕТ покидать ПРЕИСПОДНЮЮ?»

«Да, сер», — кивнул Гарри. — «Потому что он опасается, что осенью будущего года, когда исполнится Пророчество и Миру Волшебников откроется правда о подробностях грандиозного плана Великого Мерлина, о котором, в настоящее время, известно только избранным людям, Миррина просто возненавидит его за те незаслуженные страдания, которые ей принесла фамилия де Реддл. И Волан-де-Морт убеждён, что как только это произойдёт, Миррина сразу пожалеет о том, что заказывала ему Панихиды… И тогда Великому Мерлину придётся признать их недействительными… И вернуть Волан-де-Морта в Огненный Котёл, к всеобщей радости его бывших сторонников и тех людей, гибели которых он когда-то поспособствовал лично…»

«Вот только, в момент возвращения в этот котёл, Тёмный Лорд добавит к своей агонии ещё и МОЛНИЮ, которая будет бить ему в голову каждый раз, когда Миррина начнёт посылать в его адрес слова ненависти», — продолжила Гермиона. — «А Тёмный Лорд не хочет, чтобы Миррина его ненавидела. Потому что, в отличие от других людей, он действительно не сделал ничего плохого ни ей, ни её родителям. А к тем неприятностям, которые сыплются на неё нескончаемым потоком по вине Аманды, он не имеет ни малейшего отношения. Потому что все они являются частью грандиозного плана Великого Мерлина!»

А Гарри покосился на Рона, который сидел на свитках пергамента, и, обернувшись к молодой герцогине, произнёс нарочно громким голосом. — «Совершенно верно… К тому же, Тёмному Лорду, как и всем нынешним представителям Загробного Мира, ИЗНАЧАЛЬНО БЫЛО ИЗВЕСТНО, что в жилах Миррины НЕТ НИ КАПЛИ ЕГО КРОВИ, потому что она его ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ дальняя родственница!»

Молодая герцогиня поняла намёк, однако не подала вида.

А Рон кивнул и продолжил разговор. — «Вот именно. Поэтому, как бы странно это сейчас не прозвучало, Тёмный Лорд, в настоящее время, обеспокоен судьбой Миррины не меньше, чем все остальные представители Загробного Мира!»

«Тёмный Лорд обеспокоен судьбой Миррины?» — едва заметно усмехнулся Снейп. — «Ха! Что-то не верится…»

«Гермиона! Дай мне Сыворотку Правды!» — повелительным голосом потребовал отец Альбуса Поттера, пристально глядя на Северуса.

«Конечно, Гарри», — кивнула жена Рона. И, поспешно подойдя к шкафу, вытащила оттуда стеклянный флакон с нужным зельем. А потом передала этот флакон известному мракоборцу. — «Вот только, зачем она тебе?»

«Я хочу выпить её, чтобы заместитель директрисы Макгонагал убедился в подлинности моих слов!» — признался Гарри, резко выхватив флакон из рук Гермионы. И сразу поднёс этот флакон к своему рту.

Однако Снейп неожиданно его остановил, схватив за руку. — «Одну минуточку, мистер Поттер…»

А потом понюхал содержимое флакона.

«Не беспокойтесь, сер, она настоящая», — усмехнулся Гарри.

«Н-да… Действительно…» — с досадой произнёс Северус, отпустив его руку.

А отец Альбуса Поттера быстро выпил содержимое флакона и приготовился отвечать на вопросы заместителя директрисы.

Но, прежде чем Северус успел открыть рот, Миррина удивлённо поинтересовалась. — «Значит, Тёмный Лорд тоже обеспокоен моей судьбой?»

«Да, Миррина», — кивнул Гарри. А потом набрал в грудь побольше воздуха, и, обернувшись к молодой герцогине, начал говорить монотонным голосом. — «Потому что он сказал, что ты единственный человек на Земле, который впервые, за всё время его существования, искренне помог ему. И не из-за страха или восхищения перед его волшебной силой. И не ради какой-либо выгоды для себя или осуществления определённой цели. А просто от чистого сердца. И для Тёмного Лорда это было очень странно. Потому что он не требовал от тебя никакой помощи. И вообще не имел права что-либо требовать у тебя, согласно закону Загробного Мира. Однако ты решила помочь ему по собственному желанию. Помимо его воли. Поэтому он был не в силах ничего изменить…»

Снейп на мгновение потерял дар речи.

Глаза Миррины расширились от удивления.

А Гарри монотонно продолжал. — «И, учитывая эти обстоятельства, Волан-де-Морт хочет, чтобы ты ПРЯМО СЕЙЧАС пожалела о том, что заказала ему Панихиду. И тогда Великий Мерлин моментально признает её недействительной. И этот эфемерный бланк исчезнет. И Волан-де-Морт вернётся в Огненный Котёл, к всеобщей радости его бывших сторонников и тех людей, которых он лично отправил в Загробный Мир!»

С этими словами, известный мракоборец снова протянул так называемой родственнице Реддла полупрозрачный листок пергамента, светящийся бледно-фиолетовым светом.

Миррина взяла этот эфемерный бланк с помощью невербальной магии, и невольно вспомнила слова Беллатрисы о том, что именно Волан-де-Морт подал ей идею, как доделать рождественские подарки для Минервы Макгонагал и декана Когтеврана. Поэтому осторожно поинтересовалась. — «А что если… Я не смогу пожалеть о том, что заказала ему Панихиду?»

Гарри едва не подавился воздухом. — «КХЕ! ЧТО?!»

А Рон ударил кулаком по подлокотнику кресла. И, тем самым, напомнил Миррине, что он сейчас сидит на свитках с её подлинной родословной, а также на листке пергамента, на котором написана Последняя Часть Пророчества. — «Ты шутишь? После того, что ты сейчас услышала от нас, ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ПОЖАЛЕТЬ об этом?»

Миррина вздохнула и сосредоточенно вгляделась в эфемерный бланк, который держала в руках. — «Ладно… Я попытаюсь заставить этот бланк исчезнуть…»

И неожиданно почувствовала, насколько тяжело было Тёмному Лорду расстаться с этим эфемерным бланком.

А потом в центре этого бланка появилось яркое белое пятно, размером со снитч, видимое только Миррине.

И внутри этого белого пятна начали появляться миражи, быстро сменяющие друг друга.

И из этих миражей стали доноситься голоса, которые никто, кроме молодой герцогини, не мог услышать.

Миррина удивлённо застыла на месте, пристально вглядываясь в это белое пятно.

И, спустя секунду, увидела в нём, как Волан-де-Морт, обугленный с ног до головы и испещрённый глубокими ранами, разговаривал в Преисподней с Главой Небесного Министерства Магии по поводу Пророчества… И как его бывшие сторонники, прикованные к Огненным Скалам, осыпали его словами ненависти… И как он уговаривал Великого Мерлина воспользоваться своим Неоспоримым Правом Усопшего Волшебника и временно вернуться в Мир Живых… И как он, впервые за всё время своего существования, безутешно плакал в Запретном Лесу от невыносимой душевной боли, вызванной презрительными словами его родителей, которые, как и все его бывшие сторонники, искренне ненавидели его… И как его надрывный плач случайно услышали известные мракоборцы и Драко, пролетающие над Запретным Лесом на огромном флаконе-аэростате… И как он остановил флакон-аэростат, на котором они летели, чтобы попросить Гарри рассказать Миррине о её истинных предках и передать ей эфемерный бланк с той самой Панихидой, который она сейчас держала в руках… И как он создал для Гарри, Рона, Гермионы и Драко — Временные Межпространственные Разрывы, ведущие в Хогсмид и Хогвартс… И как Бестелесные Стражи снова увели его в объятую пламенем Преисподнюю… И как он помог отчаявшейся Беллатрисе, которая тщетно пыталась придумать, как заставить магловскую швейную машинку Миррины работать в пределах Хогвартса без электричества…

И в этот момент, обеспокоенный голос Гермионы вывел так называемую родственницу Реддла из состояния оцепенения. — «Мирри! Мирри! С тобой всё в порядке?»

И белое пятно в центре эфемерного бланка, в котором быстро сменялись события, связанные с Тёмным Лордом, сразу исчезло.

«Да… Всё в порядке, Гермиона», — рассеянно отозвалась молодая герцогиня. — «Вот только… Я не могу…»

«Чего не можешь?» — в недоумении поинтересовался Гарри.

«Не могу заставить себя пожалеть о том, что я заказала Тёмному Лорду Панихиду», — со вздохом призналась Миррина. — «У меня не получается… Потому что… Ну, как бы вам объяснить… Любое живое существо испытывает нестерпимую боль, даже когда пламя охватывает его тело на несколько секунд. А Волан-де-Морт провёл в пламени 19 лет. А это ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ долго! И я полагаю, что он сполна расплатился за свои прижизненные злодеяния. Поэтому, пусть странствует по Преисподней до тех пор, пока существует наша Вселенная. Ведь никому из живых и мёртвых людей хуже от этого всё равно не будет…»

Гарри задумался на мгновение и пожал плечами. — «Ну-у… Возможно, ты права…»

И в тот же миг, за окнами раздались умиротворённые голоса. — «Что ж! В таком случае мы обязаны забрать этот эфемерный бланк с Панихидой и вернуть его законному владельцу…»

Волшебники, собравшиеся в апартаментах известных мракоборцев, невольно вздрогнули и оглянулись.

И увидели на улице двух Бестелесных Стражей, которые, подобно привидениям, бесшумно просочились сквозь оконное стекло и повисли в воздухе рядом с Мирриной.

И молодая герцогиня сразу передала одному из них полупрозрачный листок пергамента. — «Разумеется, господа!»

И тогда Бестелесные Стражи снова вылетели через оконное стекло на улицу.

А потом поднялись высоко в небо и растворились в нём, подобно туману.

«Прощайте…» — донеслись до ушей волшебников, собравшихся в апартаментах известных мракоборцев, их умиротворённые голоса.

«Н-да… Не завидую Тёмному Лорду», — усмехнулся Гарри, проводив Бестелесных Стражей внимательным взглядом. — «Потому что его бывшие сторонники будут просто В ЯРОСТИ, когда узнают, что его НЕ ВЕРНУТ в Огненный Котёл!»

Миррина задумалась на мгновение, а потом подошла к шкафу, в котором стояли многочисленные Магические Книги, привезённые Гермионой из дома, и сняла с верхней полки Энциклопедию о Второй Волшебной Войне, а также несколько чистых листов пергамента. — «Не беспокойся, Гарри. Я смогу решить эту проблему в ближайшие полчаса, если кто-нибудь из вас одолжит мне свою почтовую сову…»

«Ну-у… Я могу одолжить тебе свою сову, Миррина», — сразу предложил Рон. — «Потому что, в отличие от сов Гарри и Гермионы, мой Сычик самый быстрый. Но только… Что ты собираешься сделать?»

«Ничего особенного, Рон», — ответила молодая герцогиня. — «Просто перепишу имена всех погибших сторонников Тёмного Лорда на свиток пергамента. И отправлю этот свиток настоятелю Церкви Святого Иеронима, чтобы он отслужил по ним Панихиды. И тогда Великий Мерлин снимет с них цепи, которыми они прикованы к Огненным Скалам. И они сразу избавятся от огненного плена. И будут вечно странствовать по Преисподней, как их бывший предводитель. И уже не станут осыпать Тёмного Лорда проклятиями и словами ненависти…»

У Снейпа и известных мракоборцев от удивления отвисли нижние челюсти.

А потом Рон произнёс слегка рассеянным голосом. — «Ну-у… Ладно… В таком случае, я сейчас надену пальто и схожу в Совятню за Сычиком…»

«А я, пожалуй, покажу Миррине, как правильно заколдовывать гусиные перья, чтобы они сами переписывали информацию из энциклопедии», — объявила Гермиона, взяв у так называемой родственницы Реддла толстую книгу и сразу направляясь к выходу из апартаментов. — «А потом помогу ей составить список погибших сторонников Тёмного Лорда. Чтобы она сэкономила время и поскорее отправилась спать…»

«О! Это было бы превосходно, Гермиона», — радостным голосом произнесла молодая герцогиня, следуя за ней.

«Только не засиживайтесь слишком долго, мисс Миррина», — потребовал Снейп, тоже выходя из Апартаментов Мракоборцев. — «Потому что уже два часа ночи…»

«Не беспокойтесь, профессор Северус», — на мгновение обернулась к нему молодая герцогиня, продолжая спускаться по лестнице. — «Уверена, составление этого списка не займёт много времени…»

Рон с облегчением вздохнул, и, поднявшись с кресла, поспешно собрал документы, на которых сидел.

А потом подошёл к шкафу и снова спрятал их за многочисленными Магическими Книгами Гермионы.

А Гарри неожиданно вспомнил об обещании, которое он недавно дал директору Волшебного Цирка. Поэтому быстро выбежал из апартаментов, и, догнав заместителя директрисы, который неторопливо спускался по лестнице, громко обратился к нему. — «Профессор! Пожалуйста, задержитесь на минуту!»

Снейп моментально остановился и обернулся к Гарри. — «Да, мистер Поттер…»

«Я совсем забыл вам сказать», — продолжил Гарри. — «Вас очень хочет увидеть ваш КРЁСТНЫЙ!»

«У меня есть КРЁСТНЫЙ?» — удивился Северус.

«Да, сер», — кивнул известный мракоборец, вытащив из кармана старую фотографию, на которой директор Волшебного Цирка был изображён вместе с родителями Снейпа.

И сразу передал эту фотографию заместителю директрисы. — «Это лучший друг вашего отца — Бенжамин Изобретариус. Он директор Волшебного Цирка и старший брат нашего преподавателя Волшебной Механики. И, как бы странно это не прозвучало, все эти годы он ни на минуту не забывал о вас! Но, к сожалению, из-за Нерушимого Обета, который его заставил дать покойный Игнатий Тафт, он ничем не мог вам помочь…»

«Что ж… Спасибо за информацию, мистер Поттер», — слегка обескураженным голосом отозвался Снейп. — «Я… Постараюсь встретиться с этим человеком уже в ближайшие дни…»

С этими словами, он резко развернулся и начал снова спускаться по лестнице.

«Уверен, он будет рад вас видеть, профессор Снейп», — предположил Гарри, глядя вслед заместителю директрисы. — «То есть, профессор де Виндор…»

Северус, услышав его слова, снова остановился и неожиданно проорал на весь коридор абсолютно несвойственным ему истеричным голосом. — «Мистер Поттер, Я ВАС УМОЛЯЮ!»

«Я ВАС УМОЛЯЮ! Я ВАС УМОЛЯЮ! Я ВАС УМОЛЯЮ!» — эхом разнёсся по Хогвартсу его громкий крик.

Гарри невольно вздрогнул.

А Снейп судорожно вдохнул в себя воздух, и, не оборачиваясь к известному мракоборцу, продолжил разговор тихим и слегка дрожащим шёпотом. — «Пожалуйста… Мы ведь сейчас с вами практически одного возраста… И занимаем практически равные должности… Только вы работаете в Английском Министерстве Магии, а я — в Хогвартсе… Поэтому, я ТРЕБУЮ, чтобы отныне… Вы называли меня исключительно ПО ИМЕНИ! А НЕ ПО ФАМИЛИИ! Это ПОНЯТНО?!»

«Понятно, профессор Северус», — поспешно отозвался Гарри, шокированный такой странной реакцией Снейпа.

А потом сердито нахмурил брови и добавил громким и резким тоном. — «Но, в таком случае, и вы называйте меня ГАРРИ! А не МИСТЕР ПОТТЕР!»

«Хорошо… ГАРРИ…» — сдавленным шёпотом отозвался Северус. И, сорвавшись с места, быстро помчался вниз по лестнице…

Отец Альбуса Поттера удивлённо посмотрел ему вслед.

И в этот момент, из ближайшей стены выплыл призрак факультета Гриффиндор, и, едва взглянув на Снейпа, бегущего по ступенькам, словно провинившийся студент Хогвартса, в недоумении обернулся к Гарри. — «Что это с ним, интересно?»

«Понятия не имею», — признался известный мракоборец.

А потом вытащил из внутреннего кармана пиджака толстую тетрадь в чёрном кожаном переплёте, в которую были вложены несколько старых фотографий, и снова обратился к призраку. — «Послушай, Ник… Директор Волшебного Цирка просил меня передать профессору Сне… То есть, профессору Северусу, фотографии его родителей. Но мне удалось вручить заместителю нашей директрисы только одну из них. Сможешь отнести все остальные фотографии в его кабинет? А ещё дневник Тобиаса де Виндора?»

«С превеликим удовольствием, Гарри», — кивнул призрак, забрав у него дневник с фотографиями.

И сразу полетел в сторону Подземелья…

«Спасибо, Ник», — со вздохом произнёс Гарри, проводив исчезающего в темноте призрака внимательным взглядом…

А тем временем, в бывшем туалете Миртл, Гермиона и Миррина закончили составлять список погибших сторонников Тёмного Лорда.

«Ну, вот, кажется, готово», — объявила молодая герцогиня, сворачивая в трубочку листок пергамента, исписанный её каллиграфическим почерком, в который она, незаметно для Гермионы, снова добавила имя Тёмного Лорда.

«Да. Можно отправлять этот список отцу Виолетты Сайлентфлайт», — кивнула жена Рона, закрывая Энциклопедию о Второй Волшебной Войне.

А потом дважды постучала пальцем по гусиному перу, которое висело рядом с ней в воздухе. И оно послушно опустилось на письменный стол, рядом с чернильницей.

И в этот момент, порог бывшего туалета переступил Рон с маленькой совой в руках, которая с любопытством оглядывалась по сторонам. — «Дамы! Я принёс вам Сычика!»

Миррина моментально вытащила из ящика письменного стола кошелёк с золотыми галлионами, и, повесив его на шею маленькой сове вместе со свитком пергамента, на котором были написаны имена всех покойных сторонников Тёмного Лорда, произнесла радостным голосом. — «Отлично! В таком случае, он может лететь в Годрикову Впадину прямо сейчас!»

«А у меня идея получше», — предложила Гермиона, взглянув на открытый платяной шкаф Миррины, в котором, по вине Аманды, сейчас не осталось ни одной вещи, кроме большого зеркала, прикреплённого к внутренней стороне его двери. — «Давайте поднимемся в кабинет директрисы и отправим Сычика в Церковь Святого Иеронима через портал в Зеркале Еиналеж!»

«Согласен», — кивнул Рон. — «Так будет быстрее».

С этими словами, он прикоснулся к отражающей поверхности зеркала указательным пальцем и мысленно произнёс заклятие Инпортиос. И в тот же миг, в зеркале появился знакомый коридор, в конце которого располагалась дверь, охраняемая серьёзной каменной горгульей.

«Идёмте!» — скомандовал Рон, первым заходя в портал.

Гермиона и Миррина последовали за ним…

Но как только известные мракоборцы и так называемая родственница Реддла дошли до конца этого коридора, они с удивлением увидели, что дверь, охраняемая серьёзной каменной горгульей, открыта нараспашку.

«Хм… Странно…» — обескураженно прошептал Рон. — «Дверь в кабинет Макгонагал ОТКРЫТА!»

«Интересно, почему?» — чуть слышно поинтересовалась Миррина.

Гермиона начала быстро подниматься по каменной лестнице. — «Сейчас выясним…»

Рон и молодая герцогиня последовали за ней. И через минуту оказались в кабинете директрисы, рядом со спящей Распределяющей Шляпой и похрапывающими портретами директоров.

Однако никого из руководства школы в кабинете не было.

А Рон огляделся по сторонам, и, неожиданно заметив светящееся в темноте Зеркало Еиналеж, которое стояло у окна, удивлённо воскликнул. — «Невероятно! Портал в Церковь Святого Иеронима ТОЖЕ ОТКРЫТ!»

Гермиона в недоумении подошла к зеркалу. — «Действительно…»

«Может быть, кто-то из призраков Хогвартса услышал наш разговор в бывшем туалете Миртл и решил нам помочь?» — предположила молодая герцогиня.

«Мирри, это исключено», — уверила её Гермиона, пристально вглядываясь в портал, за которым отчётливо просматривалось внутреннее убранство церкви. — «Потому что абсолютно все призраки — это ЭФЕМЕРНЫЕ СУЩНОСТИ. У них нет МАТЕРИАЛЬНОГО ТЕЛА. Поэтому они НЕ МОГУТ самостоятельно открывать Зеркальные Порталы…»

Рон пожал плечами. — «Ну-у, тогда его открыла Макгонагал. Вот только… Зачем ей это понадобилось?»

«Если честно, понятия не имею, Рон», — призналась Гермиона. И сразу предположила. — «Может быть, она хотела поговорить с настоятелем церкви по поводу его дочери? Потому что, завтра утром, Виолетта Сайлентфлайт тоже должна будет отправиться в Дом Волшебной Моды Бриллиантина Сапфириуса вместе с другими Воздушными Танцорами Хогвартса…»

«Что ж! Если это так, Макгонагал оказала нам хорошую услугу», — сделал вывод Рон, взяв Сычика за лапы. А потом просунул руку сквозь Зеркало Еиналеж и собрался выпустить свою сову внутри церкви. — «Давай, Сычик… Лети к мистеру Сайлентфлайту!»

И в тот же миг, небольшая дверь, расположенная в самом дальнем углу церкви, медленно отворилась.

А потом до ушей волшебников, собравшихся в кабинете директрисы, донёсся отчётливый звук чьих-то шагов, который с каждой секундой становился всё громче.

«Рон, подожди!» — обеспокоенно прошептала Гермиона. — «Сюда кто-то идёт!»

И буквально через мгновение, в полумраке церкви показалась упитанная фигура отца Виолетты Сайлентфлайт, который медленно направлялся к порталу в Зеркале Еиналеж вместе с незнакомцем, одетым в длинную чёрную накидку с капюшоном, полностью скрывающим его лицо до переносицы.

«Что это за тип в капюшоне?» — чуть слышно поинтересовался Рон, оглядев спутника настоятеля церкви.

Гермиона моментально схватила своего мужа и Миррину за руки, и, быстро оттащив их от Зеркала Еиналеж, спряталась вместе с ними за ближайшей портьерой. — «Понятия не имею! Прячемся, ЖИВО!»

А настоятель церкви вместе со странным незнакомцем подошёл к порталу в Зеркале Еиналеж и остановился в нескольких шагах от него.

И молодым волшебникам, скрывшимся за портьерой, было отчётливо видно в отражении стеклянной дверцы шкафа, расположенного у входа в кабинет директрисы, всё то, что сейчас происходило внутри церкви.

«Ну, что ж, сын мой… Желаю вам удачи», — донёсся из портала мягкий голос отца Виолетты. — «Уверен, ваша возлюбленная обрадуется такому рождественскому подарку. Потому что, как я уже говорил ранее, она совсем недавно приходила в мой церковный магазин за этим кольцом-оберегом. Но тогда я не смог продать ей это кольцо, так как обнаружил на нём небольшой дефект. Однако сейчас мои знакомые ювелиры из Лондона этот дефект полностью устранили. И заставили голубой топаз в центре этого кольца засиять даже ярче, чем прежде…»

«Спасибо, святой отец», — отозвался голосом Флитвика странный незнакомец, несмотря на то что он был выше настоятеля церкви примерно на восемь дюймов.

У Рона, Миррины и Гермионы, которые скрывались за портьерой, расширились от удивления глаза.

А незнакомец быстро прошёл через портал в кабинет директрисы и сразу обернулся лицом к Зеркалу Еиналеж.

«Не за что, сын мой», — улыбнулся настоятель церкви. — «Счастливого вам Рождества!»

«И вам счастливого Рождества, мистер Сайлентфлайт», — снова произнёс голосом Флитвика странный незнакомец, закрывая портал.

А потом вытащил из кармана стеклянный флакон со светящейся розовой жидкостью и полностью выпил содержимое этого флакона.

После чего, бросил пустой флакон в мусорную корзину, которая стояла под письменным столом директрисы, и поспешно вышел из её кабинета.

И, спустя минуту, тяжёлая дверь, расположенная в конце каменной лестницы и охраняемая серьёзной горгульей, бесшумно закрылась вслед за ним.

Рон первым выбрался из-за портьеры и усмехнулся. — «С ума сойти! Флитвик применил к себе чары, увеличивающие рост!»

А Гермиона подошла к корзине для мусора, и, вытащив из неё пустой флакон, в котором остались капли розового снадобья, внимательно осмотрела его и отрицательно покачала головой. — «Это не Флитвик, Рон. Потому что, если бы это на самом деле был декан Когтеврана, ему бы не пришлось пить эссенцию для изменения голоса. А потом принимать антииллюзионную сыворотку, чтобы сделать свой голос прежним. А в этом флаконе была именно она!»

С этими словами, Гермиона снова бросила пустой флакон в мусорную корзину.

«Невероятно!» — обескураженно прошептал Рон, глядя на свою жену. — «И кем же тогда был этот тип в капюшоне?»

«Понятия не имею», — со вздохом призналась Гермиона, покосившись на часы, которые висели на стене. — «Но, я уверена, он не представляет никакой угрозы. Потому что, в противном случае, Зеркало Еиналеж никогда бы не открыло перед ним свой портал. Вот только выяснять, что это был за человек, у меня сейчас нет ни сил, ни желания. Потому что, если честно, я так устала, что едва стою на ногах. Поэтому давай побыстрее передадим отцу Виолетты список погибших сторонников Тёмного Лорда и отправимся спать!»

Рон тоже взглянул на часы и невольно зевнул. — «Да. Ты права».

А потом дотронулся указательным пальцем до отражающей поверхности Зеркала Еиналеж и мысленно произнёс заклятье Инпортиос.

И в тот же миг, в этом зеркале снова появилось внутреннее убранство Церкви Святого Иеронима. А также её настоятель, который сидел на стуле, за прилавком церковного магазина, и читал в Ежедневном Пророке новости о подлинной родословной профессора Снейпа.

«Хм… А вот и отец Виолетты», — чуть слышно произнёс Рон. И сразу вошёл в открывшийся портал вместе со своей женой и Мирриной.

Священник моментально обернулся в их сторону. — «Что такое?»

«Доброй ночи, сер», — поздоровалась с ним Гермиона, подойдя к прилавку.

Отец Виолетты мгновенно поднялся со стула. — «Здравствуйте, дети мои. Что вы делаете здесь так поздно?»

«Хотим передать вам вот этот свиток с именами усопших волшебников, чтобы вы отслужили по ним Панихиды», — сказала Миррина, снимая с шеи Сычика свёрнутый в трубочку листок пергамента и кошелёк с золотыми галлионами. — «А также небольшое пожертвование для вашей церкви».

«Понятно», — кивнул отец Виолетты, развернув свиток, который Миррина положила на прилавок. — «В таком случае, я отслужу по ним Общую Панихиду прямо сейчас…»

«Сейчас? Посреди ночи?» — удивилась Гермиона.

«Да, дочь моя», — кивнул настоятель церкви. — «Потому что у меня всё равно бессонница. А вот вам троим, судя по всему, просто необходимо выспаться».

«Вы правы, мистер Сайлентфлайт», — согласился с ним Рон, который слегка пошатывался от усталости.

«Тогда поскорее возвращайтесь в Хогвартс и ложитесь спать», — потребовал настоятель церкви, неторопливо направляясь к двери, расположенной в стене, за прилавком церковного магазина. — «И не беспокойтесь. Я всё сделаю, как надо…»

«Спасибо, святой отец», — поблагодарила его Миррина.

И вместе с Роном и Гермионой — снова прошла через портал, открытый в Зеркале Еиналеж, в кабинет директрисы. — «Спокойной вам ночи!»

«И вам спокойной ночи, дети мои», — пожелал им на прощание священник.

«Ладно, Мирри… Увидимся утром», — усталым голосом произнесла Гермиона.

«Увидимся, ребята», — кивнула молодая герцогиня. И начала поспешно спускаться вниз по каменной лестнице, которая вела к тяжёлой двери, охраняемой серьёзной горгульей.

А Рон закрыл портал в Зеркале Еиналеж и вытащил из кармана флакон с Левитационно-Эфирным Зельем. А потом применил это зелье к себе и поднялся на несколько футов вверх.

«Летим, Сычик!» — обратился он к своей сове. — «Сегодня будешь спать на моей подушке…»

После чего, открыл окно обычным магловским способом и медленно выплыл на улицу.

Гермиона тоже применила к себе Левитационно-Эфирное Зелье и последовала за своим мужем.

А светящийся единорог, который наблюдал за ними с дальнего облака, бесшумно топнул правой передней ногой. И окно в кабинете директрисы моментально закрылось вслед за вылетевшими из него мракоборцами...