Грисгенус (джен)

Прорыв через Узы Вины

Гарри и Невилл, одетые в строгие, неброские Серые мантии, материализовались в зарослях напротив загородного дома Тонксов. Дом выглядел непримечательно, но его окутывала удушливая эмоциональная аура.

— Чувствуешь? — прошептал Гарри, настраивая свою магию на полную нейтральность. — Это не щит, который сбивает с ног. Это защита, которая давит на совесть. Она шепчет: если ты войдешь сюда без разрешения, ты предашь тех, кого любишь, и нарушишь священный долг.

Невилл, используя свою новую, укорененную Магию Почвы, ответил с поразительной уверенностью: — Это как если бы тебе внушали, что твоя единственная ценность — в беспрекословном подчинении. Орден дал им чувство, что они нужны, чтобы заставить их оставаться здесь. Это не защита, Гарри. Это магическая цепь вины.

— Верно, — подтвердил Гарри. — Ты — наш проход. Твоя магия Земли сейчас — самое нейтральное из всего, что есть. Она не подвержена эмоциональным колебаниям.

Невилл направил палочку. Он не произнес заклинания; он сосредоточил чистое, холодное намерение — Nullum Affectum (Отсутствие Привязанности). Он не атаковал барьер; он перестал воспринимать его как нечто, имеющее моральное значение. Щит, настроенный на распознавание «добра» или «зла», не знал, как реагировать на человека, действующего исключительно из логики и Воли. Барьер бесшумно пропустил его и Гарри, ощутив их как мгновенный сбой в системе.

Уют, Пропитанный Тревогой

Внутри дома Андромеда Тонкс, с осанкой, свойственной Блэкам, сидела у камина. Ее лицо было измождено: годы изгнания от семьи и постоянная тревога Ордена истощили её. Она нервно поглаживала своего мужа Теда по руке. Нимфадора, чьи волосы были ярко-розовыми, что, как понял Гарри, было не бунтарством, а отражением ее внутреннего хаоса, читала отчет Ордена Феникса.

— Мама, мы должны быть начеку, — говорила Нимфадора, ее голос был пропитан тревогой. — Дамблдор предупредил, что Гарри и Гермиона стали опасными. Он назвал это «Тёмным Искушением», которое стремится разрушить нашу Веру.

— Опасны те, кто лгут, Нимфадора, — прошептала Андромеда, не поднимая глаз. — Я знаю, что Гарри не мог стать злым. Но я не понимаю, почему он ушел. Мы — заложники надежды. Ложь Света держит нас в страхе перед Тьмой, чтобы мы не заметили, как нас используют.

Пришествие Лорда Блэка

В этот момент раздался громкий треск. Камин вспыхнул Серым огнем — пламенем, которое не давало тепла, но излучало холодную, чистую ясность. Из него, словно воскресший из пепла, вышел Сириус Блэк. Он был одет в строгий Серый костюм и выглядел не как беглец, а как Лорд, пришедший восстановить Порядок.

— Здравствуй, Энди, — его голос был холоден и аристократичен. — Я полагаю, ты меня не ждала.

Андромеда вскочила, ее лицо было пепельным. — Сириус? Как ты... Тебе нельзя здесь быть! Орден...

— Орден лжет, — отрезал Сириус, делая шаг. — Они использовали тебя как приманку для меня, а твою дочь, Нимфадора, как марионетку. Я свободен. Я сбросил цепи их лжи. И я пришел с Порядком.

Нимфадора направила на него палочку. Ее розовые волосы вспыхнули ярче, отражая ее гнев и страх. — Ты — беглец. Ты опасен. Ты нарушил все клятвы!

— Опасен я для тех, кто пытается контролировать моего крестника и мой Род, — ответил Сириус, его взгляд был прямым. — Посмотри на меня, Нимфадора. Я — Свободный Блэк, а не измученный беглец из Азкабана. Я служу Роду, который ценит Истину. Твоя Родовая Магия, Нимфадора, и твой Метаморфизм — это Сила Перемен. Эта сила не вписывается в догмы Света. Они заставляют тебя чувствовать себя чудачкой, чтобы ты не осознала, что ты — Баланс.

Нимфадора медленно опустила палочку. От Сириуса исходила такая сильная, уверенная Аура Свободы, что она почувствовала, как её собственный Долг перед Орденом внезапно стал физически тяжелой, гнетущей цепью.

Доказательство Невилла: Цена Истины

Гарри и Невилл вышли из тени. Невилл сделал шаг вперед, его взгляд был прямым и лишенным сомнений. Нимфадора едва узнала в нем пержнего неуклюжего однокурсника Гарри.

— Нимфадора, — начал Невилл, его голос был тихим, но в нем слышалась сила камня. — Я — Невилл Долгопупс. Тот, кого Дамблдор годами считал неуклюжим. Тот, кто должен был быть его «запасным планом». Но я выбрал Свободу и заплатил за это осознанием, что вся моя жизнь была ложью.

Он протянул ей свой Магический Резонатор Земли — маленький, зеленый листок, пульсирующий чистой, нейтральной магией. — Коснись этого. Оно покажет тебе Истину о том, что тобой манипулируют через твою Верность. Я знаю, каково это, когда твоя сила подавлена. Я — живое доказательство.

Нимфадора, будучи Аврором, интуитивно чувствовала, что магия Невилла — это нечто совершенно иное: чистый, неокрашенный Баланс. Она коснулась листка.

В ее голове вспыхнули мгновенные, болезненные осознания: ее постоянные попытки угодить Ордену; ее скрытое чувство, что её сила Метаморфа постоянно недооценивается; и шокирующее осознание того, что ее постоянный, беспорядочный розовый цвет волос — это не бунтарство, а отражение ее эмоционального беспорядка, который Дамблдор сознательно поощрял, чтобы она не стала слишком сосредоточенной и, следовательно, опасной для его контроля.

— Я... я чувствовала, что что-то не так, — прошептала Нимфадора, ее тело дрожало от эмоционального Круциатуса Истины. — Я думала, что это моя слабость... моя неспособность соответствовать...

— Это была его сила, направленная против тебя, — сказал Гарри.

Выбор Дома: Новая Клятва

Андромеда, увидев, как ее дочь освобождается, повернулась к Сириусу, в ее глазах горело древнее, непокоренное пламя Блэков.

— Что вы предлагаете? — спросила она. — Мы не можем служить вам, если вы такие же, как другие. Нас интересует только защита Семьи.

— Мы Грисгенус предлагаем Кодекс Порядка, — ответил Гарри. — Это не служение нам. Это следование Истине и Свободе. Мы предлагаем Дом, тётя Энди. Тот дом, который Блэки не дали тебе за брак, а Орден не дал Нимфадоре из-за её способностей. Мы принимаем вашу кровь, вашего маглорожденного мужа, и силу вашей дочери — без условий.

Тед Тонкс, маглорожденный, впервые заговорил, его голос был на удивление твердым, несмотря на магическую обстановку: — Свобода от магов, которые считают себя правыми, но используют других? Я давно мечтал об этом. В моем мире это называется тиранией. Вы предлагаете справедливость в обход этих бесконечных магических войн.

Андромеда взяла Теда за руку, а Нимфадора, чьи волосы стали мягкого, нейтрального серого цвета — идеальное отражение её нового, сбалансированного состояния, — посмотрела на Гарри и Невилла.

— Мы с вами, — сказала Андромеда. — Мы присоединяемся к Роду, который принимает нас такими, какие мы есть. Мы становимся Серыми.

Нимфадора, подняла палочку, и Серый огонь вспыхнул: — Я присягаю Истине и Порядку. Мой Метаморфоз будет служить Балансу.

Эпилог: Удар по Власти

Когда пятеро (Гарри, Невилл, Сириус, Андромеда, Тед и Нимфадора) трансгрессировали обратно, Дамблдор, все еще в заточении, почувствовал, как его Власть над Клятвой (ментальные чары, связывающие членов Ордена) начала трещать.

— Тонксы! — закричал он, его обычно спокойная аура искрилась неконтролируемым гневом. — Это не просто побег! Они забирают моих верных!

Дамблдор, благодаря своему могуществу, понял: Серый Род не борется со Светом или Тьмой в лоб. Он просто вытягивает Истину из их лжи, и это разрушает фундамент их власти. Если так пойдет дальше, он потеряет всех, кто был связан ложью его «великого замысла».

Грисгенус становился не просто Родом, а Маяком Свободы для тех, кто устал от Игр Полярностей. Теперь, с Агентом Коммуникации (Невилл) и Агентом Изменения (Нимфадора), их следующая цель должна быть самой крупной, чтобы заявить о себе всему магическому миру.