Ахерон (джен)

Когда Ахерон вернулся, было уже далеко за полночь. Но в доме все еще горел свет. Пройдя на кухню, инженер обнаружил сонного Дена, невидящими глазами всматривающегося в какую-то книгу. Старенькая лампочка под потолком от долгого напряжения уже начала мерцать — очевидно, парень просидел здесь не меньше пары часов. На столе рядом виднелась кружка остывшего чая.

— Что читаешь? — поинтересовался демон.

— О, ты вернулся. Да вот, нашел тут несколько книг, — Ден прикрыл том так, чтобы инженер мог увидеть обложку. — Это земные, да? У тебя хорошая библиотека.

— Ага. Спасибо, я долго собирал. «Три мушкетера»? Март посоветовал, дай угадаю? Это его любимая.

— Нет, я сам выбрал. Мне ее мама в детстве читала на ночь, навевает воспоминания.

— А я Марту читал. Где он, кстати? Тоже не ложился?

— Ну, как сказать, — парень неопределенно качнул головой. — Он в гостиной. Ждал тебя, но...

Ахерон кивнул, сдерживая улыбку.

— Кажется, я понимаю, о чем ты.

Лампочка в комнате не горела. Светился только город за шторой да экран телевизора, на котором мерцала яркая надпись «Gameover». Март спал на диване, подтянув колени к груди и сжимая в руках джойстик. При слабом свете ресницы отбрасывали на его лицо длинные тени. Старший демон покачал головой и осторожно высвободил гаджет из пальцев брата. Отложив прибор в сторону, инженер подхватил брата под коленки, поднимая на руки. Подросток засопел и прижался к его груди. Ахерон перенес его в кровать, положил рядом любимую детскую игрушку и укрыл одеялом. После чего вернулся, отключил у телевизора звук и сел проходить тот самый, не пройденный Мартом уровень. Расстроится ведь, если узнает, что заснул и проиграл, вообще потом будет не уложить.

Под утро демон снова встал раньше всех, но попытка улизнуть из дома провалилась еще по дороге в ванную.

— Ар, ты куда, воскресенье же! — Март, зевая, поймал его за край футболки. — Ты вообще во сколько вернулся?

— Неважно. Ден, ты тоже вставай! Я нашел тех, кто точно сможет нам помочь.

— Принца, что ль? — сонно щурясь, протянул парень.

— Лучше! Уж они-то должны знать, что происходит.

— О ком ты?

— Узнаешь!

Демон вытащил из шкафа какую-то коробку.

— Что это? — удивился его брат, неохотно сползая с кровати.

— Моя одежда для этой встречи. Сразу говорю, будешь смеяться — отключу интерхелл насовсем!

— Что-то я уже хочу это увидеть! — ухмыльнулся тот.

Ахерон выудил из коробки тканевое черное нечто и бросил его на стул, а затем стянул с себя футболку. Ден пригляделся. Что-то в облике демона показалось ему странным.

— Слушай, а что это у тебя на спине?

Два огромных белесых рубца покрывали всю область лопаток демона, продолжаясь вдоль позвоночника и расходясь в стороны в районе верхних ребер.

— А, это? Ничего, — инженер быстро обернулся и, как мог, прикрыл спину руками. — Старые раны. Я ведь давно живу, знаешь, много всякого было. Война, все дела...

— Ясно. Прости, — сконфузился парень. — Наверное, не стоило спрашивать.

— Да ну, ерунда, — демон накинул на себя рубашку, скрывая шрамы. — Бывало и хуже. Зато я, вон, Марта себе завел.

— В смысле завел? Я тебе кто, зверушка домашняя?!

— Тише ты, мелочь, не кипятись. Ден, умойся, нерях они страсть как не жалуют.

Когда спустя десять минут парень вышел из ванной, его, как и Марта, ждал небольшой сюрприз. Ахерон стоял перед ними, одетый в настоящий старинный костюм эпохи Просвещения, или, во всяком случае, его точную копию. Костюм был угольно-черный, с бордовыми вставками и высоким воротником.

— Ну, как я выгляжу? — нервно осведомился демон.

— Супер! — оценил Ден. — Как из исторического фильма вылез!

— Это хорошо, — выдохнул тот. — Те, к кому мы идем, не интересовались человеческой модой века так с восемнадцатого.

— Так ты что, хочешь таким маскарадом кого-то привлечь? — Март рассмеялся, но осекся, поймав угрюмый взгляд брата.

— Да. Нам важно любой ценой заслужить их расположение. Тем более, я с ними все еще в ссоре.

— Это твои знакомые?

— Можно и так сказать, — Ахерон поежился. — Не донимай меня.

— Ну уж нет, мне теперь интересно, для кого это ты так вырядился! С вами пойду.

— Тебе не стоит там появляться.

— Раз ты так говоришь, значит, определенно стоит! И не смей отговаривать, а то всю жизнь буду звать так, как ты запрещаешь!

Раз-два-три, — вертится пластинка в проигрывателе. Раз-два три, — развеваются на окне занавески. Раз-два-три, — лучи солнца образуют на ковре неровный узор из пятен. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три — она кружится в этих лучах, сопровождая каждое движение легким шуршанием юбок.

— Что может быть лучше, чем солнечное утро и чашечка травяного чая? — в воздухе, напоённом светом, ее улыбка звенит, словно колокольчик

— Легко, mareine, — отвечает он, перелистывая очередную страницу. — Просто прибавь сюда хорошую книгу.

— Что ты сейчас читаешь? — она заглядывает ему через плечо.

— Одного поэта из земной страны, называемой Францией. Тебе должно понравиться.

— Разве это не может подождать? — она выдергивает книгу у него из пальцев. — Пригласишь меня на танец?

— Что ж, — он поднимается с кресла и подает ей руку, сплетая их пальцы между собой. — Не согласитесь ли потанцевать со мной?

Раз-два-три...

— Какой прекрасный день, — она смеется, глядя на его невозмутимое лицо. — Ты помнишь наш первый вальс, mon dieu?

— Как я могу его забыть? — вопросом на вопрос отвечает тот, и уголки его губ чуть приподнимаются.

— Тогда здесь было так пусто, не правда ли? Даже музыки у нас не было.

— Да, но мы хорошо потрудились, — его взгляд обращается к окну. — Скоро он явится. Остался час.

— Всего час... Не будь столь суров, — она прижимается к его груди. — В конце концов, мы и так выждали слишком долго.

— Мы на месте, — Ахерон остановился перед дверью, к которой приходил накануне.

— Это ты здесь вчера был? — шокированно выдохнул Март. — Только не говори, что еще и шел без остановок! Ты что, железный?!

— Ну да, без остановок. А что?

— Ты издеваешься?! Мы полгорода пробежали, ты с такой скоростью несся!

— О... извини, задумался. Я сейчас немного на нервах.

— Задумался?! Серьезно?!

— Так, Марти, — на лице старшего демона отразилась такая тревога, что подросток мигом подрастерял запал. — Пожалуйста, перестань. Мне правда не по себе.

— Не волнуйся, мы рядом, — Ден похлопал его по плечу. — Если что-то не заладится — всегда можно уйти.

— Нет, простого тут ничего не будет. Вы оба, особенно Март, — инженер еще раз смерил брата взглядом. — За этой дверью вы не должны подавать никаких признаков жизни. Говорить буду я, вы стоите сзади и молчите. Вас о чем-то просят — вы выполняете, и ни слова против. Если те, кто живет за этой дверью, разозлятся, ни один из вас не покинет это место живым.

— А ты? — удивился подросток.

— Я — другое дело. Меня не тронут. Но для вас тут опаснее, чем на войне, — Ахерон нахмурился. — Марти, тебе я все же настоятельно рекомендую уйти.

Март в ответ показал ему весьма недвусмысленный жест.

— Ты при мне-то трясешься, как стиральная машина, а без меня что будет? Иди-ка знаешь куда!

Демон вздохнул.

— Знаю. Упрямый ты у меня. Но спасибо, — тихо произнес он и вытащил из кармана маленький серебряный ключ.

Дверь бесшумно отворилась. В глаза троице ударил яркий солнечный свет. Перед ними простиралась длинная светлая галерея с огромными окнами. Пол был устлан бархатным ковром, на стенах висели портьеры, а по бокам виднелись многочисленные проходы. Откуда-то, перекатываясь под мраморными сводами, доносились звуки рояля. Инженер, скрывая дрожь в коленках, переступил порог.

— Я дома! — негромко произнес он. Музыка немедленно стихла.

— Погоди, что? — Март, до этого озиравшийся по сторонам, уставился на брата. Тот нахмурился, и мальчишка поспешно прикрыл рот ладонью.

Послышались торопливые шаги, и в конце коридора показалась женщина. Увидев их, она вскрикнула и побежала, подбирая руками длинную юбку. Ден и Март дернулись было назад, к выходу, но старший демон жестом остановил их. Женщина остановилась в нескольких шагах, что подарило отличную возможность рассмотреть ее ближе.

Первое, что бросилось Дену в глаза — ее одежда. Старомодное бордовое платье в пол и черная шаль удивительно хорошо оттеняли рыжие волосы, собранные в высокую прическу с изящным пучком на макушке. Живые темные глаза с волнением метались по лицам незваных гостей, а коралловые губы были приоткрыты от волнения.

— Monenfant, — слегка севшим голосом произнесла она. — Дитя моё...

Ахерон кивнул ей:

— Ваше величество, — а затем, к величайшему недоумению своих спутников, низко поклонился. — Я предупреждал вас о встрече.

— Ваше величество? — в голосе незнакомки прозвучала такая горечь, что демон в невольном приступе стыда опустил голову еще ниже. — Значит, так теперь в мире душ обращаются к матери?

Март подавился воздухом, и, вытаращив глаза, уставился на инженера. Женщина перевела взгляд на него, но Ахерон поднялся, отвлекая ее внимание.

— Ты все еще зовешь меня сыном? — он приподнял бровь.

— Конечно, — она улыбнулась. — Разумеется, твой побег был безрассуден, но у меня было достаточно времени, чтобы понять: мы с твоим отцом вели себя ничуть не лучше.

Инженер вздрогнул, когда она вдруг оказалась рядом. Чужие пальцы, обогнув воротник, осторожно огладили его спину.

— Это было ужасно, верно?

— Что? — он поспешил отстраниться, едва не отталкивая ее.

— Ты прекрасно знаешь, о чем я. Твои крылья. Должно быть, безумно больно, когда их вырывают с корнем.

— Нет, я...

— Дитя, не пытайся мне лгать. Я знаю, почему ты больше не спишь. Все из-за кошмаров, не так ли?

— Но как...

— Не забывай, кто твой отец, — она усмехнулась. — Когда ты перестал приходить, я уговорила его проведать тебя.

— Приходить? Так ты все же была у двери?

— Разумеется. Я слушала всё, что ты говорил мне, всё до последнего слова. К тому же, я многое узнала от Руми. Но кое-чего не понимаю совсем. Например, не мог бы ты объяснить, зачем было ввязываться в ту глупую войну?

— Ты про... Вторую Загробную?

— Именно! Насколько мне известно, ты не получил от этого ничего, кроме боли. А что насчет раны в девяносто шестом? Ты не мог ходить почти четыре месяца! — в голосе женщины прозвучал укор. — Твое тело бессмертно, но не неуязвимо! А если бы я не уговорила отца оставить тебе энергию?

— Мама, я защищал свой народ. Ангелы зашли слишком далеко. Я просто не мог не вмешаться.

— К чему тебе это? Ты говорил, что хочешь быть похожим на человека, но люди прежде всего заботятся о себе!

— Ты ошибаешься. Там погибло много моих друзей. И я, так же, как и они, защищал то, что было мне дорого!

— Действительно? Что ж, в таком случае, те двое, что стоят сейчас у дверей — кто они для тебя?

— Один из них — Ден, причина моего прихода. Он вообще-то жив, но так вышло, что сейчас здесь.

— А второй?

— А второй... — Ахерон сглотнул и опустил глаза. — Это мой брат.

— У тебя нет братьев, дитя моё.

— Теперь есть.

— Хм, — незнакомка внимательно оглядела Марта с головы до ног.

— Если ты захочешь это исправить, сначала придется переступить через мой труп! — демон загородил мальчика собой.

— Ну-ну, не суетись, — она рассмеялась. — Я не намерена повторять ошибку твоего отца. Значит, их зовут Ден и Март. Не представишь ли, в таком случае, меня?

— Разумеется, — инженер обернулся к своим спутникам. — Друзья, перед вами Её Величество Королева Загробья, Богиня Смерти и утешения... и моя мать.

Ден и Март молча кивнули.

— Да, теперь вы можете говорить, — Ахерон хлопнул себя ладонью по лбу.

— О-очень приятно познакомиться, — выдавил из себя Ден. — Денис...

— Мартин, — поддержал разговор подросток. — Ар, а я что-то не понял! Если твоя мать — богиня, то ты...

— Кстати, да, — присоединился к нему парень. — Действительно...

Демон виновато улыбнулся.

— Да, наверное, мне нужно представиться заново. Я — Ахерон, Второе Божественное Поколение, Наследник Двух Миров... ну, и так далее, люди по-всякому обзывали. У меня где-то было записано, мам, ты ведь свиток не выкинула?

— Разумеется, нет, — та покачала головой. — Все твои вещи остались на своих местах. Я не позволила времени дотронуться до них.

— Спасибо, — принц улыбнулся. — Даже не верится, что меня так быстро простили.

— Я никогда не сердилась, дитя моё. Но вот что касается твоего отца...

В эту минуту в коридоре вновь послышались шаги. Все обернулись в ту сторону, чтобы разглядеть явившегося. Это оказался прекрасный молодой человек. Длинные темные волосы водопадом струились по его плечам, теряясь в складках белоснежных одежд. Лицо разглядеть было сложнее: глаза мужчины были скрыты под слоем атласной ленты. Он медленно приблизился и замер в некотором отдалении от всех.

— Отец, — Ахерон опустился на одно колено. — Я пришел, как и обещал.

— Отрадно видеть. Но знаешь ли ты, кого привел с собой? — вместо приветствия холодно обронил тот.

— Отец, я всё объясню! Это мой брат и...

— Меня не интересует, кем они приходятся тебе. Все эти годы ты прожил с демонами, я прав?

— Да, — снова отводя взгляд, отозвался принц.

— Тогда почему явился в обществе человека и ангела?

— Чего? — недоуменно произнес Март. — Но я не ангел!

— Разумеется, нет, — успокоил его брат, поднимаясь на ноги. — Отец, недавно мы были на небесах, должно быть, на нем осталось немного земной энергии. Я уверяю тебя, Март — настоящий демон!

— Именно! — подросток обиженно вздернул нос. — Попрошу не путать!

— Марти, не капризничай, — осадил его Ахерон. — Перед тобой сам Правитель Земли, Его Величество Всевидящий Бог Жизни! Я ведь читал тебе легенду!

— А он может сделать меня живым, как Дена? А то совсем нечестно — ты бессмертный, а я, значит, обыкновенный?

— Я уже жалею, что разрешил тебе говорить, — принц закатил глаза.

Внезапно Март вздрогнул и очень внимательно уставился на свои руки. Сжал один кулак, другой, разжал обратно. Повертел ладони туда-сюда.

— Ты чего? — удивился инженер. — Что-то не так?

— Эгнар, пусти, — пробормотал подросток. — Да сейчас, не толкайся ты! И осторожнее, не навреди ему. Да я аккуратно!

— Эм... Марти? Все хорошо? — Ахерон потряс брата за плечо. — У тебя глаза как-то странно блестят.

— Где человек? — поинтересовался Март, бесцеремонно сбрасывая его руку.

— Человек? Ты про Дена? Вот же он, рядом стоит. Ты точно в порядке?

— А, вот и ты, — игнорируя брата, мальчишка обернулся к Дену. — Слушай, что я тебе сейчас скажу.

— Март, о чем ты? — не понял тот. — Что-то случилось?

— Это не Март. Мое имя Квентин, — голос подростка теперь звучал совершенно иначе. — Короче, парень, времени мало, Эгнар меня прибьет, если буду долго возиться. Доберись до Рая как можно скорее, я нашел способ отправить тебя назад.

— До Рая? То есть ты ангел? Что ты сделал с Мартом? — Ден отпрянул.

— Успокойся, ничего с ним не будет. Ангелы могут иногда влезать друг другу в головы, это естественно.

— Но Март же демон!

— Ага, верь больше.

— А тебе я верить, значит, должен? С какого перепугу?

— Понятия не имею, нужна причина — сам придумай. Но я кучу времени убил на разработку той штуковины, будет обидно, если она не пригодится. Короче, хочешь домой — приходи. Возможно, это твой единственный шанс.

— Все, Квен, то, что надо, ты сказал, а теперь свали из его разума, — вмешался второй голос, уже препиравшийся с Квентином ранее.

— Да-да, уже ухожу. В-общем, решай, если что, настаивать не буду. Эг, сделай мне кофе. И не смей разбавлять!

Едва последние слова ангела стихли, ноги Марта подкосились. Он рухнул бы на пол, если бы брат не подхватил его.

— Это что сейчас такое было? — ошеломленно поинтересовался Ден.

— Объясню позже. Марти, ты как? — Ахерон обеспокоенно заглянул брату в лицо. — Черт, похоже, в обмороке. Ден, домой отнести его сможешь?

— В этом нет необходимости, — Королева Загробья нагнулась и осторожно провела рукой по щеке Марта. — Похоже, мальчик не пострадал. Твои спутники могут остаться здесь, пока мы заняты делами. Я провожу их в гостевую комнату.

Она дунула на ладонь. Небольшой фиолетовый огонек слетел с ее руки и завис в воздухе.

— Следуйте за ним, — правительница удовлетворенно кивнула, глядя, как ее сын передает Дену неподвижное тело подростка. — Mon dieu, mon enfant, не переместиться ли нам в более подходящее место?

Ахерон и Правитель Земли одновременно кивнули.

— Идёмте. Я заварю чаю, — аккуратно поймав мужа за локоть, она увлекла его в один из многочисленных переходов. Сын молча последовал за ними. Он знал, что серьезного разговора ему не избежать.

Королева привела их в роскошную гостиную и удалилась. Принц оглядел знакомые, казалось бы, стены, и его брови удивленно поползли вверх. Чего он точно не ожидал — так это найти над камином свой портрет, написанный масляными красками.

— Она рисовала несколько недель без малейшего отдыха. Твоя мать скучала по тебе, — проследив его взгляд, произнес Бог Жизни.

— А ты, отец? — тихо спросил юноша. — Ты вообще заметил, что меня нет?

— Я не мог не заметить, — Правитель прикоснулся к повязке, скрывающей его глаза. — Ведь именно я дал тебе свободу, которой ты так жаждал.

— Да, но не сказал, что за нее мне придется отдать всё.

— Разве не ты говорил, что хочешь стать обыкновенной душой?

— Это были опрометчивые слова, отец.

— Если это так, то почему ты не вернулся? Ключ от дверей всегда был с тобой.

— Потому что... — принц запнулся. — Потому что я не хотел.

— Так чего же ты желаешь, дитя?

— Ты говорил, что я должен стать правителем мира. Но я хочу быть его частью.

— Это неразумно. Мир людей слишком нестабилен. В нем может случиться что угодно, и люди ничего не смогут с этим поделать. Они слабы, Ахерон. Мы с матерью хотим для тебя безопасности. Ты не человек и не должен им быть.

— Отец... Я не хочу становиться человеком, — Ахерон поднял глаза. — Но, являясь богом по рождению, я уже несколько столетий живу среди простого народа.

— Это не может продолжаться вечно. Боги испокон веков были правителями. Мы с твоей матерью исполняли эту роль, пока ты был ребенком, но сейчас ты должен принять ее.

— Моя роль — быть тираном? Такой сценарий мне не по душе.

— Другого пути нет.

— Значит, я создам его! Отец, время королей прошло. Люди больше не хотят подчиняться.

— Тогда заставь их. Моя рука не дрожала, когда я расправлялся с непокорными.

— Но это было твое время и твоя рука. Мир изменился. Да, демоны не знают, кто я такой, но верят и рассчитывают на меня. Я помогаю им. Разве не это означает быть хорошим богом?

— Людям нужен правитель.

— Наоборот. Правителю нужны люди. Если бы не они, что было бы с тобой и мамой?

— По законам мироздания у бога должны быть почитатели. Но тот, кто общается с ними на равных, противоречит всему.

— Если бы законы соблюдались всегда, я бы не родился. Однако я здесь, а ты, мой отец, обнимаешь мою мать, с которой вы никогда бы не встретились. Кто вообще придумал те правила?

— Никто. Правил не существует как таковых. Но ради процветания мира нам нужно сохранять его таким, каким он был при сотворении.

— С чего ты взял, что это поможет ему, а не навредит?

— Ты говоришь дерзкие вещи.

— Да, если оберегать свой народ считается за дерзость. Они не вечны, отец! Ты когда-нибудь думал о смерти?

— Смерти не существует. Есть только забвение. Но ни мне, ни тебе это не грозит.

— Отец, я был на войне. Это омерзительное зрелище. Демоны и ангелы — наш народ, мой народ — убивали друг друга. Им было страшно и больно, а мне было никак. Я был в безопасности, даже когда все вокруг умирали. И перед ними, готовыми к гибели, я стыдился своего бессмертия.

— Не думай, что я не знаю продолжения. То, что ты совершил — безумие.

— Отнюдь. Мое тело стало отличным щитом для моих товарищей.

— Ты не знал, что остался бессмертным?

— Да.

— И все же не колебался. Глупо.

— А как бы поступил на моем месте ты?

— Ахерон, — Правитель Земли печально улыбнулся. — Для настоящего бога ты слишком похож на человека.

— Это честь для меня.