Те, кто выжил (Теремок) (джен)

В последующие три дня, как и опасался Док, изгнанный мелкий говнюк регулярно их доставал. Главным образом тем, что закидывал через ограду трупики голубей.

— Это что, акт искупления вины? — прокричал однажды Док, наблюдая, как Атос бодро тащит голубя под крыльцо, утробно рыча от удовольствия.

Но Джус не ответил — скорее всего, совершив сей акт, он вовсю улепётывал прочь, боясь возмездия. Насолить чем-то большим обитателям теремка он попросту не мог — не было у него таких возможностей: за состоянием периметра бдительно следили камеры и собаки. Но парень и не уходил никуда, так и толокся неподалеку, и время от времени обитатели дома видели знакомый сизый дымок, поднимавшийся к небу из того же места.

— Живой, шпанюк, — бурчал Серьга, с прищуром поглядывая на этот дымок. — Движуху создаёт, чтобы нам скучно не было, вот молодец-то.

Глядя на тяжело ступавшую вдоль огородных грядок Лию, срок родин которой должен был вот-вот наступить, Док понимал, что в самое ближайшее время им и так скучать не придётся.

Но он и не подозревал, до какой степени.

Трезвон в ворота поднял их сразу после полуночи, и все посыпались из спален в холл в полном смятении.

На мониторе в ярком полукружии падающего сверху света был виден не кто иной, как Джус. Парень нервно переминался с ноги на ногу и вскидывал голову к камерам.

— Додумался. Вот же зар-раза, — с глубоким облегчением изрёк Серьга и схватил ружьё, не переодеваясь в камуфло. — Поймаю и выпорю.

Но когда свирепо скалившийся Серьга и Док протиснулись за открывшуюся створку, пацан не тронулся с места, лишь чуть попятился, сжимая в руке знакомый тесак, — он с ним, видать, и не расставался.

— Вы, умники, валить отсюда надо, берите своих баб и пацана и бегите куда-нибудь, щас тут вояки будут, — скороговоркой выпалил он, панически оглядываясь через плечо.

— Какие ещё вояки? — растерянно выдохнул Док, не веря своим ушам, а Серьга уставился туда же, куда и Джус, — на дорогу. На давным-давно заброшенную всеми, кроме них, дорогу, где сейчас явственно промелькнул отблеск автомобильных фар.

— Дебилы, ну чего вы встали, вашу мать?! — тонким голосом выкрикнул Джус и опрометью, как заяц, метнулся в затрещавшие кусты.

— О чём он толкует? — полушёпотом выдавил Док. — Военные? Армия?! Впервые за всё это время?!

— А бежать-то тогда нахера? Вот же уродец больной… Гос-споди! — Серьга даже головой замотал от избытка чувств, как отряхивающийся пёс, и повернулся к дому с весёлым криком: — Девчонки! Солдаты едут, сейчас нас всех отсюда заберут! Наконец-то!

Док чувствовал, как тяжело и сильно колотится сердце. Он не мог поверить в такое счастье, хотя уже видел полосующий дорогу свет фар совершенно отчётливо.

— Сюда давайте! — заорал Серьга, возбуждённо подпрыгивая на месте и размахивая ружьём. — Сюда, мужики! Мы здесь!

Док оглянулся на дом — бегут ли женщины к воротам? Они бежали. Вернее, Лия перекатывалась, как колобок, Вера же только спускалась с крыльца, таща за руку Ярика. У обоих был такой вид, словно они ещё не совсем проснулись, хотя десяток минут назад в холле выглядели вполне бодрыми. В призрачном свете единственного фонаря над крыльцом их лица казались неестественно белыми.

Внезапно Ярик вырвался из рук матери и кинулся обратно в дом. «Что это с ним?» — ошалело подумал Док.

— Сюда-а! — Серьга снова восторженно замахал ружьём, когда машина свернула с основной дороги, под хруст гравия и рык мотора приближаясь к дому. Это был армейский крытый грузовик, показавшийся Доку огромным.

А дальше… дальше начался кошмарный сон, который позднее Док мог вспомнить лишь отдельными кусками.

Вот раздался громкий скрежещущий выкрик: «Бросай оружие!», и автоматная очередь взрыла гравий у ног онемевших Серьги и Дока.

Вот из кузова грузовика посыпались солдаты в чём-то типа скафандров и в пластиковых шлемах. Много, не меньше двух десятков, и половина их кинулась во двор и в дом. Послышался бешеный лай собак, тут же оборвавшийся отчаянным визгом.

Вот земля завертелась перед глазами Дока, рот наполнился солёным — их с Серьгой сбили прикладами с ног, укладывая наземь. Док вскинулся было, услышав рыдания Лии, но немедленно получил жестокий пинок кованым ботинком в бок — такой, что хрустнули рёбра.

Вот двое «скафандров» поволокли из кустов пойманного, упирающегося и орущего Джуса.

Вот возглавляющий солдат человек — в таком же скафандре, но без оружия — посветил тонким лучом фонарика в глаза Веры и Джуса и, удовлетворённо кивнув, дал отмашку солдатам, которые потащили обоих в кузов грузовика.

— Стойте! — закричал опомнившийся Док, вскочил и бросился им наперерез. — Что вы делаете!

Удар прикладом вновь свалил его на землю — благо пришёлся вскользь, по левому плечу, которое тут же онемело.

Жестяной, какой-то неживой голос над его головой произнёс:

— Уходите в дом и сидите тихо. Всё это вас не касается. Скажите спасибо, что мы оставляем вам оружие.

Док глянул вверх и не поверил своим глазам: говоривший выглядел, как чиновник средней руки, ни военной формы, ни камуфляжа, ни скафандра, — обычный тёмный костюм-тройка с галстуком, и это было отвратительнее всего.

Мотор грузовика снова утробно взревел. Прямо в лицо распластанному на земле Доку ударил сизый вонючий дым.

Грузовик задом тронулся с места, потом развернулся, ломая кусты, и выехал на основную дорогу. Габаритные огни мигнули красным, как глаза громадного хищника и начали удаляться.

Тут только Док понял, что не слышит и не видит ни Серьгу, ни Лию. Похолодев, он вскочил и в панике огляделся.

Лия сидела на земле, обхватив бесчувственного Серьгу, и беззвучно плакала, даже, наверное, не замечая, что плачет — просто слёзы блестящими дорожками лились по её щекам.

Внезапно Серьга дёрнулся и со стоном изрёк:

— Твою ж мать… с-суки…

Лия зарыдала громче, продолжая исступлённо прижимать его к себе:

— Живой! Ты живо-ой!

— Живой! — выдохнул и Док, подбегая к ним. Сердце у него бешено билось, в боку кололо, но это были пустяки.

— Фиг ли нам, кабанам, — прокряхтел Серьга, ощупывая затылок и болезненно морщась. — Прикладом звезданули, мудилы. Но башку не пробили, кожу рассекли только, ништяк.

— Уверен? — отрывисто спросил Док, и Серьга, сморщившись, тряхнул головой:

— Уверен. Слушай, а вояки-то того… не наши. Наш был только хрен в костюме, типа переводчик или незнамо кто. А теми командовал тот, кто не по-нашему базлал.

Док тоже потряс головой. Происшедшее в неё никак не укладывалось.

Чужие вооружённые силы? На территории российского государства?

— Ярика они не нашли, — отрешённо проговорила Лия, вытирая щёки. — Они его не выводили отсюда. Увезли только Веру и этого… Джуса.

— Точно? — Серьга вскочил на ноги и поднял Лию, пока Док подобрал валявшиеся на земле и, к счастью, целые ружья, и все трое опрометью ринулись к дому.

Док с похолодевшим сердцем ожидал, что увидит во дворе трупы обоих псов. Но нет — когда Лия кинулась к ним, громко зовя по именам, оба распростёртых на земле пса зашевелились и начали неуверенно подниматься на ноги, тихонько поскуливая.

— Каким-то газком траванули, — заявил, принюхавшись, Серьга. — Небось ещё и прикладом досталось, как нам. Вот же уроды.

Как бы Док ни любил своих собак, ему сейчас было не до них.

— Ярик! Ярослав! — закричал он, бросаясь в дом. — Выходи, они уехали!

С громким топотом он ворвался в холл, метнулся на кухню, потом на второй этаж.

Пацан обнаружился в кабинете — стоял, вытянувшись в струнку между двумя книжными шкафами, куда, по мнению Дока, и швабра бы не влезла. Солдаты, очевидно, тоже так решили и заглядывать в щель не стали. Тем более, если у них была наводка на женщину с ребёнком, резонно подумал Док, вытаскивая мальчишку наружу за худенькое плечо, вот они и взяли и женщину, и ребёнка. Джус вполне мог сойти за малолетку при его-то габаритах.

— Где мама? — отрывисто спросил Ярик, поочерёдно оглядывая Дока, Серьгу и Лию, тоже вбежавших в кабинет. — Они её забрали, я знаю, — прошептал он, не дожидаясь ответа.

Серьга присел перед ним на корточки, сжав ладонями плечи, и уверенно проговорил:

— Мы сейчас же за этими му… гондонами поедем и отобьём твою маму. И этого… засранца, который нас предупредить прибежал. Вот уж не ожидал от него, — он снизу вверх поглядел на Дока, и тот кивнул.

Такое решение было чистым самоубийством. С тем же успехом они оба могли прямо здесь совершить харакири. Двадцать вооружённых до зубов солдат? И они с двумя дробовиками? Здесь справились бы только супергерои. Зимний Солдат какой-нибудь, ну.

— Вы с Лией, — сказал Док твёрдо, глядя в глаза Ярику, — останетесь тут одни. Она вот-вот родит. Лия? — он оглянулся. В полумраке кабинета, освещённого лишь светом фонаря в окне, она была бледна, как привидение. — Мы не можем не поехать, — мягко продолжал он. — И не можем взять вас с собой, ты же понимаешь. Но мы должны их догнать, чтобы выяснить, что происходит.

Лия, закусив губу, медленно кивнула.

— Я буду рожать ребёнка с двенадцатилетним ребёнком, — почти по слогам проговорила она. — А если что-то пойдёт не так?

— Я оставлю вам инструменты, медикаменты и расскажу, что надо делать, — ровным голосом ответил Док, сам ужасаясь тому, что говорит. — Здесь вы в безопасности. Оружие мы вам тоже оставим. Мы вернёмся. Вернёмся ещё до того, как ты родишь. Обещаю.

Полный бред, в отчаянии подумал он.

— У вас в библиотеке есть пособие для акушеров, — вдруг выпалил Ярик, вспыхнув до ушей и робко глянув на Лию. — Я… я стеснялся его читать, хотя мне было интересно. Но, — он длинно выдохнул, — я прочту. И знаете что? Я их чую. Маму и Джуса. Как будто открылся какой-то канал. Не вижу и не слышу, а… не знаю, как объяснить. Да, будто это запах. Запах их мыслей. Это же он меня предупредил, чтобы я убегал. Джус.

— Тогда где они сейчас? — быстро спросил Док. — Их не пересадили в вертолёт или ещё куда?

Ярик на миг зажмурился.

— Нет, — ответил он, открывая глаза. — Они едут.