Изгнание (джен)

— Бодя, ты где взял эту куртку?

— Стянул из утиля в изоляторе. Кто-то из зеков сбежал в Самосбор, прикинь? Даже тела не нашли потом. А вот шмотки его остались лежать, я и утащил под шумок. Ну ты гляди, какая кожанка офигенная!

— Ну ладно, давай уже надевай. Пора ликвидировать идти.

— Ща, погоди. Идите на развод, парни, я догоню...

...Старший в отряде рад несказанно — ещё бы, с ними рядом идёт живая легенда! Точнее, впереди их. Лица, правда, он не видит (противогаз же, ну), но хорошо помнит эту самую куртку с фирменной буквой "Я", которую Изгоняющему нарисовали поклонники. Всё будет в порядке, думает старший и улыбается под маской. Самосбор только что закончился, следующий будет не скоро, а если и скоро — с ними Яков...

...Из тумана вырывается силуэт человека — тьма во тьме. Не останавливаясь, он проходит мимо одинаковых запертых дверей; за ним из мглы появляются всё новые и новые бойцы. Пара, отделение, взвод — закованные в химзу ликвидаторы не оставляют туману ни единого шанса зацепиться и рвут его в клочья своими огромными телами. Металл подошв гремит по разбитому полу.

Лучи ламп скользят по стенам и поднятой пыли, выхватывают трубы и надписи на бетоне, буквы цвета кровяного концентрата выведены строго по трафарету.

— Товарищ лейтенант, здесь чисто, — рычит в маску первый ликвидатор.

Отвечает ему хриплый приёмник шлема:

— В этом никто не сомневался. Надеюсь, Яков, что и сегодня ты нас не подведёшь.

Первый ликвидатор замирает на полпути:

— Подождите, как Вы меня сейчас назвали?..

* * *

Он нашёл Лабиринт спустя два цикла поисков (на самом деле, не так уж и долго); там он привычными уже движениями спустился в самый низ вентшахты и снова увидел "причуду". Снова вспомнил Ивана — хоть никогда и не забывал его. Голоса привели его сюда, в белый туман, чтобы он нашёл в нём выход и проверил его.

Говорят, Гигахрущ бесконечен — хоть вверх, хоть вниз, хоть вправо, хоть влево. Всюду одно и то же.

Он думал об этом, проходя сквозь хлопья тумана и чувствуя, как свежеет воздух. Зрение так и не вернулось целиком, но пятна тумана он видит почти ясно. Размахивая руками, он подходит к стене, в которой виднеется пустой проём. Пространство за ним нестерпимо белое, ослепительное.

Он садится прямо в проём, свесив ноги вниз — и чувствует скобы лестницы, ведущей вниз.

Он решает посидеть пару минут, а потом отправиться вперёд — туда, где никогда ещё не был.