Охотники на колдунов. Часть 1 (джен)

Лейла открыла глаза и сказала «хвала Аллаху», — она всегда так делала при пробуждении. И поэтому она не сразу сообразила, что что-то не стыкуется. Девушка некоторое время таращилась в деревянный потолок. И вдруг резко присела и потом схватилась руками за голову, пытаясь унять сильное головокружение.

— Я всё ещё жива!

— Не вскакивай! Умереть всегда успеешь! — ответил ей знакомый низкий голос.

Арабка улыбнулась, хотя причин для веселья не было. Да, она жива, но её жизнь всё ещё слишком хрупка. Она встала, подошла к кадушке с водой и умыла лицо. Окончательно придя в себя, она увидела, как Фабиан обнимает Абдуллу, стараясь смягчить боль, которая явно была невыносимой.

— Чем я могу помочь?

— Иди в лес и собери целебные травы. Если что — беги и кинь в окно камень, сюда не заходи.

Лейла вышла из заброшенного дома лесника. Лес был безлюден, и ей даже показалось, что она гуляет по нему, нет войны между охотниками и колдунами, которые охотники проигрывают. Она быстро опомнилась. Нет, надо было выполнить поручение как можно расторопнее и держать ухо востро. Лейла пальчиками отщипывала нужные растения и прислушивалась к каждому шороху. Затем, стараясь шагать как можно тише, вернулась обратно. Фабиан посмотрел принесённые травы, кивнул головой и велел Лейле разжечь огонь и заварить их. Лейла уселась напротив него.

— Я уже думала, мне крышка.

— Странный ты человек. Ты и в самом деле должна была погибнуть. Но Аллах тебя помиловал.

— Как Абдулла?

— Какой Абдулла?

— Он принял ислам. Ну я и подумала, что имя Хаген ему не подходит. Он — Абдулла.

— Хорошее имя.

Фабиан помолчал.

— Лейла, я много думал об этом. Я хочу стать мусульманином, что для этого нужно сделать?

— Помнишь, я объясняла условия шахады? Нужно произнести шахаду при свидетеле, держа в уме эти условия.

— Ля иляха илля Ллах

Через некоторое время Фабиан сказал:

— Дай мне новое имя.

Лейла внезапно повеселела:

— Будешь ты Мухсин!⁽¹⁾

Мухсин согласился. Лейла заметила, что он смертельно устал.

— Ты отдыхай, а я рядом с Абдуллой посижу.

Неожиданно для неё, гончий послушался и лёг на пол. Лейла дала ему выпить отвара и тихо сказала:

— Потерпи, скоро всё закончится.

* * *

Поле охотника стабилизировалось. У Абдуллы возникло ощущение единения разумами со своими подданными. Их зрение стало его зрением, их мысли, чувства — его мыслями. Он был одновременно и охотником на поле, сражавшимся изо всех сил, и Лейлой, которая сидела рядом и с беспокойством глядела на него, и крайне уставшим Мухсином, который лежал на деревянном полу. Перестройка вот-вот должна была закончиться.

В дом ворвались доминиканцы. Лейла выхватила саблю, при этом на её лице была написана решимость вплоть до готовности пренебречь своей жизнью, видя которую, даже бывалые инквизиторы попятились назад. И вдруг они с воплями побежали в неизвестном направлении. Лейла помчалась за ними, от избытка чувств крича что-то на арабском, и в этой тираде несколько раз повторялось слово «шайтан».

— Вот и всё. А ты чуть что — за саблю хватаешься, — усмехнулся Абдулла.

— Абдулла! — радостно воскликнула арабка.

Перед ними стоял глава охотников — повелитель с магнетическим взглядом, излучавший невероятную энергию, готовый объединить разрозненные силы и повести свою армию к победе.

— Идём. Самое время задать колдунам трёпку. Аллаху Акбар!⁽²⁾

Охотники и гончие с радостью встретили главу охотников, который поднял их боевой дух и привёл своё войско в победе.

* * *

По коридору, украшенному длинным ковром, картинами и вазами, шли трое. Впереди уверенным шагом шёл мужчина лет сорока, позади него — пожилой мужчина, телесной крепостью не уступавший молодым, и юная, стройная арабка в чёрной одежде. Они остановились у двери. К ним вышел камердинер:

— Его Святейшество ждёт вас.

Загадочные посетители пришли на аудиенцию к Папе Римскому. В небольшой комнате было огромное окно с витражом. Лейла увидела изображение женщины — матери пророка Исы,⁽³⁾ которую вместе с ним возвели в ранг божеств, и отвернулась от него. У дальней стены, на дорогом резном стуле сидел Папа Римский Бонифаций.

— Приветствую вас в моём кабинете. Преставьтесь, пожалуйста.

— Здравствуйте. Я — Абдулла, глава охотников, этот гончий — мой лучший друг Мухсин и эта юная спутница — Лейла. Позвольте обращаться к вам по имени.

— Нужно говорить «Ваше святейшество».

— Я знаю, как нужно говорить, но подобного обращения достоин только Бог, и у меня не поворачивается язык обращаться подобным образом к кому-либо из Его созданий.

— Я — наместник Бога на земле!

— Но от этого вы же не становитесь Богом.

В воздухе повисло недоброе молчание.

— Тогда начнём разговор. Присядьте за стол.

— Не обижайтесь, но разговор нам предстоит очень неприятный, потому нам, вероятно, будет не до яств.

Лейла подумала: «Действительно, мы пришли не для того, чтобы обсуждать, какая на улице прекрасная погода. И, тем не менее, он велел накрыть стол, словно у мамы, когда она ожидала женихов. Кроме того, поля у еды были очень подозрительными. «Не знаю, почему, но такое я не буду есть ни за какие коврижки,» -подумалось девушке. Мухсин коротко хмыкнул в ответ, когда Лейла встретилась с ним взглядом.

— Если я правильно осведомлён, вы приняли Ислам?

— Да, я уверовал в Аллаха и заключительного Божьего посланника.

— Не эта ли арабка своими еретическими речами отвратила вас от истинной веры?

— Не смейте разговаривать с ней в таком тоне! Она первая догадалась о вашем замысле. А что касается истинной веры — в Библии ведь было написано: « Но Я истину говорю вам: лучше для вас, чтобы Я пошёл; ибо, если Я не пойду, Утешитель не приидет к вам; а если пойду, то пошлю Его к вам. И Он, придя, обличит мир о грехе и о правде и о суде: о грехе, что не веруют в Меня; о правде, что Я иду к Отцу Моему, и уже не увидите Меня; о суде же, что князь мира сего осуждён. Ещё многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить. Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину: ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам. Он прославит Меня, потому что от Моего возьмёт и возвестит вам». И я не знаю никого другого, кто бы подходил под это описание лучше, чем пророк Мухаммад, мир ему и благословение от Аллаха. «Если Я не пойду, Утешитель не приидет» — Мухаммад, мир ему и благословение от Аллаха, родился спустя шестьсот лет в Мекке. «О грехе, что не веруют в Меня» — Мухаммад, мир ему и благословение от Аллаха, сказал: «Кто засвидетельствовал, что никто не заслуживает поклонения, кроме Аллаха, не имеющего равных, что Мухаммад является Его рабом и посланником, и что Иисус — раб Бога и Его посланник, Его Слово, которое Он низвел Марии, и дух от Него, и что Рай — истина, и Ад — истина, Бог допустит его в Рай, согласно его делам». «Ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит» — Священный Коран говорит: «Он не говорит по прихоти. Это — всего лишь откровение, которое внушается».⁽⁴⁾ «И будущее возвестит вам» — Священный Коран: «всё это — часть повествований о сокровенном, которые Мы ниспосылаем тебе в откровении».⁽⁵⁾ Но мы пришли не для того, чтобы вести богословский разговор.

— Ну, раз так, перейдём к неприятному разговору, — внешне невозмутимо ответил Папа, — это вы подняли охотников на войну с колдунами?

— Да, и я не понимаю, чем вы не довольны. Колдуны — это зло, значит, с ними надо бороться.

— Но суть не в том, что вы затеяли войну. С колдунами, конечно, надо бороться, но ведь охотники вышли из повиновения Церкви и подняли мятеж против неё. А вы — обратился к Лейле — убили монахов из ордена доминиканцев.

— Я приказала им убраться и сказала, что убью любого, кто подойдёт слишком близко. Один из них подошёл ко мне с кинжалом, и я убила его. Тогда они набросились на меня, и мне пришлось защищаться.

— Если вы утверждаете, что они напали первыми, то в чём причина нападения?

— Вы слышали о главе охотников?

— Да, я знаю эту легенду.

— Это как раз не легенда. Я был гончим и получил смертельное ранение. Я принял Ислам и готовился умереть, и, как оказалось, у меня было третье превращение. Мухсин взял меня на руки и выбежал из монастыря, но нас встретили доминиканцы, а что было дальше — вы уже знаете.

Папа Римский не был охотником, но всегда умел отличить, врёт человек или нет. Ведь у любого, кто не обладал этим умением, быстренько вышибали трон. Но трон под Папой держался крепко.

— В таком случае, я хочу вам задать вопрос, — начал Мухсин — какой исход вы бы хотели от битвы колдунов и охотников?

— Победы охотников, — ответил Бонифаций.

— Почему же тогда были присланы доминиканцы, чтобы убить главу охотников, когда он был наиболее уязвим? Ведь охотники проигрывали битву, и глава охотников мог бы помочь нам одержать победу, что и произошло. Я не сомневаюсь в том, что они не случайно заглянули в этот монастырь.

— К чему вы клоните?

— К тому, что Церковь была не на стороне охотников. Она — союзница колдунов.

— Я не понимаю, как вы могли опуститься до столь чудовищной клеветы!

— Вы просто решили, что лучше худой мир, чем добрая война, и заключили договор с колдунами — вы нас не трогаете, мы вас не трогаем. Но беда в том, что были колдуны, которые не желали следовать договору, и таких было слишком много. Как же быть? Не начинать же сними войну! И тогда вы начали собирать людей со способностью видеть поля. Вы приказали выкрадывать детей из семей, разлучать их с родителями и прятать в монастырях…

— Да, мы действительно организовали обучение охотников на колдунов, чтобы бороться с еретиками, творящими богомерзкие дела. Одна мысль о том, что мы можем иметь с ними общее дело и, более того, — заключить с ними мир, является отвратительной!

— Конечно, особенно после того, как охотники сотнями убивали колдунов. Они должны были забить тревогу после десятка убийств! И, тем не менее, никакой реакции. Значит, самим колдунам не нужны товарищи, которые норовят мутить воду. А Лейла оказалась волком, который задрал не ту овцу — и вслед ей выслали убийцу. Установки на местность, где нужно найти и устранить колдуна, слишком уж конкретные. А гончие, нужны ли они вам?

— Нужны.

— Нет, они вам не нужны. Вы позволяете большинству охотников избежать превращения, а особо неудачливых посылаете на самых опасных колдунов — силачей. Вы просто боялись, что среди них появится глава охотников, и тогда они выйдут из-под контроля и будут уничтожать уже всех колдунов.

— Когда случилась война, — продолжил Абдулла, — почему вы не обеспечили нас провизией, оружием, палатками? У нас не было никакого тыла.

Абдулла выдержал паузу:

— Мы требуем, чтобы преследования из-за поднятия мятежа были прекращены и дали нам свободу.

— Этого мы вам не можем обеспечить! — разгневался Бонифаций.

— Хорошо, тогда будет война. Тогда я расскажу вам историю про одного псаря, который вывел породу свирепых, сильных собак, таких, что их и собаками назвать нельзя. Это были дьяволы во плоти, им ничего не стоило убить даже маленького ребёнка, хотя известно, что ни один пёс не тронет младенца. Однажды собаки напали на псаря и разорвали его.

Бонифаций устало сказал.

— Хорошо. Церковь отказывается от притязаний на вашу свободу.

* * *

Лейла задумчиво смотрела, как плещется море. Да, охотники победили, но война не закончилась. Скорее начался новый виток открытого противостояния. Но это уже не её дело: на причале её ждал корабль, отправляющийся в её родной край.

Где её ждала другая война. Такова доля охотников на колдунов — они в своей постели не умирают.

Мухсин собрался в Мекку. Абдулла же был главой охотников и не мог бросить своих подчинённых. Их союз распался, как только дело было сделано.

Сзади к ней подошёл человек. Лейла даже не повернула головы: поле Абдуллы она узнала бы даже с закрытыми глазами.

— Куда ты поедешь?

— В родной город, инша Аллах.

— Почему ты не хочешь поехать в Мекку?

— Я хочу. Но надо узнать, как там мои родители.

— Желаю удачи. Ассаляму алейкум ва рахматуллахи ва баракатух.

— Валейкум ассалям ва рахматуллахи ва баракатух.

1) Творящий благое, доброе

Вернуться к тексту

2) Аллах велик

Вернуться к тексту

3) Иисус

Вернуться к тексту

4) Сура 53 «Звезда», аят 3-4

Вернуться к тексту

5) Сура 12 «Юсуф», аят 102

Вернуться к тексту