Гламурный Гарри. Второй курс (джен)

...Утро в Малфой-Мэноре начиналось аристократично и размеренно. Люциус Малфой сидел в бархатном кресле, небрежно потягивая чашечку утреннего эспрессо. Он как раз изучал финансовые графики конгломерата "Voldemort & Lockhart", которые показывали взрывной рост акций, как вдруг камин вспыхнул изумрудным пламенем!

Из облака Летучего пороха с безупречным разворотом плеч и шёлковым шорохом вышагнул Добби.

...На эльфе была та самая туника цвета маренго, золотая брошь "V&L" ослепительно бликовала на солнце, а на его плече висел терморюкзак из крокодиловой кожи с логотипом бренда. В руках домовик держал ламинированный планшет.

— Добби?! — Люциус едва не выронил фамильную чашку, его платиновые волосы колыхнулись от возмущения. — Что на тебе надето?! Что это за… греческая тряпка?! И почему ты не на кухне чистишь серебро?!

Добби даже не вздрогнул. Он плавно скользнул взглядом по Люциусу, сверился со своим планшетом и отчеканил профессиональным тоном:

— Люциус Малфой, сэр. Я больше не чищу серебро. Моё время слишком дорого стоит для такой низкомаржинальной рутины. Согласно договору о внешнем аутсорсинге, я теперь — Глава департамента экспресс-доставки и VIP-логистики "Voldemort & Lockhart".

— Что-о-о?! — взревел Малфой-старший, поднимаясь во весь свой чистокровный рост. — Ты мой слуга! Я дал тебе эту жизнь! Я могу стереть тебя в порошок!

— Сэр, кричать на топ-менеджмент — это признак эмоционального выгорания и токсичной корпоративной культуры, — мягко, но уверенно парировал Добби, поправляя идеально уложенные кокосовым маслом уши. — К тому же, генеральный продюсер бренда, мистер Гарри Поттер-Локхарт, просил передать вам это.

Добби протянул Люциусу свиток из плотной, пахнущей парфюмом бумаги. Малфой сорвал золотую печать. Внутри идеальным каллиграфическим почерком было написано:

"Люциус, солнце моё!

Твой домовик — это просто самородок экспрессии! Его фактура, эти уши, этот драматический разрез глаз… В наволочке он выглядел как депрессивный промышленный кризис, но в нашем шёлке он — лицо бренда! Мы поставили его на экспресс-доставку омолаживающей сыворотки Философского камня. Знаешь, как выросли продажи после того, как он доставил коробку Нарциссе и сделал ей комплимент по поводу структуры её локонов? На триста процентов!

Я знаю, что он юридически принадлежит тебе. Поэтому я предлагаю сделку: ты официально передаёшь Добби в наш штат, а взамен конгломерат предоставляет тебе 30% роялти от всех продаж по промокоду "МАЛФОЙ-ШИК" и эксклюзивное право первыми выкупить весеннюю коллекцию сумок из Василиска.

Не будь ретроградом, Люциус. Трость из лавандовой кожи тебе очень идёт, но твое бизнес-мышление требует ребрендинга.

Целую, Гарри (Икона стиля)."

Люциус дочитал письмо. Его губы дрогнули. Он посмотрел на Добби, который в этот момент принял классическую позу "три четверти" для кадра, затем перевёл взгляд на пергамент с графиком прибыли от промокода. Суммы с шестью нулями в галеонах манили его сильнее, чем Тёмная метка в лучшие годы!

— Промокод, говоришь?.. — хрипло переспросил Люциус, медленно опускаясь обратно в кресло.

— Именной, сэр. С приоритетным размещением на главном баннере в Лютном переулке, — кивнул Добби, блеснув золотой булавкой.

Люциус тяжело вздохнул, вытащил из кармана шёлковую мантию-платок, промокнул лоб и величественно махнул рукой:

— Забирай свои вещи, Добби. И передай Поттеру… то есть мистеру Локхарту. Нарцисса требует, чтобы в следующей партии крема было больше экстракта лунного камня. И… пусть пришлёт мне такой же рюкзак! Только в платиновом цвете. Для деловых встреч.

— Будет сделано, мистер Малфой, сэр! Эстетика спасает мир! — пискнул Добби, сделал безупречный модельный разворот и с громким, невероятно стильным "ХЛОП!" растворился в воздухе, оставив после себя шлейф дорогого парфюма.

...Люциус остался один. Он сделал глоток кофе, посмотрел на свою трость и тихо пробормотал:

— "Малфой-Шик"… А что, звучит породисто!