Подворье царевны было обширным: высокие терема с резными крыльцами, расписные ставни, каменные палаты и сады с затейливыми дорожками. Всё это выглядело по-настоящему впечатляюще. Нин Шу поняла, что здесь ей будет очень комфортно.
По русской традиции, прежде чем царевна ступила на порог, в дом запустили черного кота — на удачу и чтобы задобрить домового. Следом за котом внесли каравай с солью на расшитом рушнике. Нин Шу, следуя обычаю, коснулась хлеба, мысленно надеясь, что местный дух дома не будет к ней слишком суров.
Сундуки с её добром уже перевезли и расставили по местам. Несмотря на то, что в усадьбе долго никто не жил, здесь было чисто: челядь стояла ровными рядами, ожидая приветствия своей хозяйки. Когда Нин Шу добралась до своей опочивальни, она осталась ею довольна.
Отныне это был её дом. Он был куда уютнее кремлевских палат, а главное — здесь не нужно было каждый день сталкиваться с Иоанном, чьи мысли казались таинственными и глубокими, как море.
Первым делом Нин Шу прошла в главную палату и поклонилась Красному углу. Там, на божнице, уставленной старинными иконами в серебряных окладах, теплилась лампада. Аромат ладана и воска наполнял комнату, создавая ощущение покоя.
Дуняша оглядела убранство комнаты и проворчала, как бы жалуясь хозяйке:
— Матушка-царевна, тесновата светлица-то, ах. С кремлевскими покоями и в сравнение не идет.
Нин Шу равнодушно взглянула на неё:
— Это дар брата-государя. Царевне любо всё, что государь жалует.
Лицо Дуняши побледнело, она сразу поняла намек и поспешно добавила:
— И то правда, милость Его Величества безгранична.
Когда Нин Шу дошла до кладовой, она увидела, как стрельцы заносят последние сундуки. Дуняша тут же открыла один из них, чтобы хозяйка могла проверить сохранность вещей. Этот сундук был доверху набит книгами.
Нин Шу достала пару томов и небрежно пролистала. Особого интереса они у неё не вызвали. Это были тяжелые рукописные книги в кожаных переплетах, написанные витиеватой церковнославянской вязью — читать такое было серьезным трудом.
«Интересно, есть ли здесь приюты для сирот или монастырские школы? — подумала она. — Было бы неплохо пожертвовать все эти книги, чтобы не пылились на складе». Из воспоминаний хоста она знала, что Наталья читать не любила. В лучшем случае — сказки о прекрасных королевичах или предания о былых временах. Научная литература её не интересовала вовсе.
Нин Шу тоже не горела желанием вгрызаться в эти фолианты, поэтому просто лениво копалась в сундуке. На самом дне она наткнулась на пожелтевшую книгу, от которой отчетливо пахло плесенью и старой бумагой.
Сердце Нин Шу екнуло. «Наверняка что-то стоящее», — решила она. Раз книга была запрятана на самое дно, значит, Наталья её зачем-то хранила. Нин Шу взволнованно вытащила её и встряхнула. Облако пыли тут же поднялось в воздух.
Стоявшая рядом Дуняша закашлялась. Увидев, как заблестели глаза хозяйки, она спросила:
— Царевна, что это вы там нашли?
Нин Шу поднесла книгу к свету лампады, чтобы разобрать название. Там красовались три крупных слова: «Непревзойденные Искусства Ратные».
Нин Шу: «Какого черта?»
Неудивительно, что хост забросила эту книгу на дно. Она была старой и отсыревшей. Нин Шу перевернула страницу и увидела схематичные фигурки, изображающие движения в медитации и приемы рукопашного боя. Судя по всему, книга была вполне серьезным пособием.
— Откуда у меня эта книга? — спросила Нин Шу, продолжая листать пожелтевшие страницы.
Дуняша подошла ближе и взглянула на обложку. Поразмыслив, она наконец вспомнила:
— Так это подарок от воеводы из Ростова. Слышал он, будто царевна до чтения охоча, вот и прислал в дар.
Нин Шу: «...»
Нин Шу отряхнула книгу, сметая пыль на землю. Хотя название было немного смешным для нее, она была очень заинтересована в вещах, которые могли бы увеличить ее силу.