




Гарри, Рон и Гермиона быстро вернулись в свои апартаменты в Гриффиндорской Башне. И за минуту переодевшись в праздничную одежду, которую им немного переделала Миррина в начале сентября, начали спускаться вниз по лестнице, ведущей в Вестибюль.
«Невероятно! Почему Дракон Хогвартис сразу не рассказал нам об особенностях Зеркальной Вселенной?» — проворчал Рон, сердито завязывая на своей шее галстук-бабочку.
Гермиона покосилась на него, и, взмахнув волшебной палочкой, заставила галстук Рона идеально завязаться на его шее. — «Ну-у… Я полагаю, что он просто забыл об этом. Но, даже если нет, та проблема, о которой он нам поведал, гораздо важнее Ежегодного Рождественского Бала!»
«Согласен», — кивнул Гарри, открывая двери в Большой Зал.
И в тот же миг, удивлённо застыл на пороге. — «Ой! А где все?»
«Не знаю, Гарри», — чуть слышно отозвалась Гермиона, оглядываясь по сторонам.
В Большом Зале действительно никого не было. Ни преподавателей, ни студентов, ни призраков, ни работников школы.
А ещё из него исчезла АБСОЛЮТНО ВСЯ МЕБЕЛЬ, включая длинный преподавательский стол, а также рождественская ёлка и факультетские столы, за которыми обычно сидели студенты.
«Ничего не понимаю», — обескураженно прошептал Рон. — «Может быть, мы пришли слишком рано?»
«Нет, мистер Уизли», — неожиданно раздался за его спиной холодноватый голос Снейпа. — «Просто Кингсли Бруствер, ссылаясь на большое количество гостей, которое приехало на сегодняшний Рождественский Бал, предложил Минерве Макгонагал провести это торжественное мероприятие не в Большом Зале, а на поле для Квиддича, над которым профессор Флитвик уже создал гигантский Согревающий Купол. Поэтому я настоятельно рекомендую вам отправиться туда».
И Рон покорно побрёл к парадному выходу из Хогвартса. — «Ну, разумеется, профессор. Идёмте, ребята».
«Да. Давно пора», — согласился с ним Снейп, неожиданно схватив за руки его жену и приятеля.
Гарри и Гермиона в недоумении посмотрели на Северуса.
Но прежде чем они успели что-либо сказать, Рон подбежал к заместителю директрисы и попытался высвободить из его ладони руку своей жены. — «Эй! Вы что себе позволяете?»
И в тот же миг, Снейп неожиданно трансгрессировал вместе с известными мракоборцами на поле для Квиддича.
Рон дико заорал. — «А-А-А-А-А!»
И, едва оказавшись на поле для Квиддича, сердито обратился к заместителю директрисы. — «Ох! Предупреждать надо!»
«Я хотел это сделать, мистер Уизли, но потом передумал», — усмехнулся Снейп, неторопливо направляясь к длинному преподавательскому столу, за которым уже собрались почти все профессора Хогвартса. — «Потому что у меня абсолютно не было желания выслушивать ваши жалобы относительно вашей нелюбви к трансгрессии. Поэтому я решил не вводить вас в курс дела, а устроить вам Рождественский Сюрприз…»
«Северус, на два слова…» — неожиданно окликнула его директриса.
«Да, госпожа Макгонагал», — кивнул Снейп.
И быстро направился в её сторону.
«Ненавижу ваши сюрпризы», — мрачно произнёс отец Розы, проводив Северуса недовольным взглядом.
«Ох, да перестань ты ворчать, Рональд!» — с усмешкой обернулась к нему Гермиона. — «Лучше посмотри, как они здесь всё организовали! Гораздо эффектней, чем в Большом Зале!»
«Да. Это верно», — согласился с ней Гарри, оглядываясь по сторонам.
По всему полю располагались длинные деревянные столы, накрытые золотистыми скатертями, на которых были аккуратно расставлены многочисленные хрустальные блюда с ароматной рождественской едой.
И над этими столами в воздухе висели снегири из прозрачного золотистого хрусталя, похожие на сверкающие шары, размером с бладжеры.
И на головах у этих снегирей были надеты шапочки как у эльфов из волшебной мастерской Санты-Клауса.
Снегири держали в своих клювах длинные хвойные гирлянды с развешанными на них хрустальными ёлочными украшениями жёлтого, красного, зелёного и синего цвета.
А в центре поля для Квиддича была установлена рождественская ёлка, перенесённая сюда из Большого Зала, а также длинный стол, за которым сидели профессора Хогвартса.
И справа от этого стола располагался чёрный рояль, рядом с которым стояли родственники Скорпиуса, одетые в ту самую одежду, которую им недавно связала Миррина заколдованными спицами.
Они рассматривали нотные свитки с музыкальными произведениями маэстро де Минора и практически не обращали внимания на царившую вокруг праздничную суматоху.
Миррины и её друзей, которые, в начале сентября, помогли ей осуществить грандиозный план по возвращению к жизни нескольких известных волшебников, ещё не было.
Но зато было много других людей, одетых в роскошные наряды и карнавальные костюмы, которые прибыли в Хогвартс в качестве гостей.
Они неторопливо прогуливались по полю для Квиддича и с аппетитом поедали рождественские пряники, которые им подносили домашние эльфы, работающие на школьной кухне.
И среди этих волшебников известные мракоборцы неожиданно заметили Фреда Уизли, беседующего с Арианой Дамблдор. И в волосах Арианы сверкала та самая турмалиновая заколка, которую Фред недавно купил ей в подарок в Доме Волшебной Моды Бриллиантина Сапфириуса.
А неподалёку от Фреда стоял Седрик Диггори вместе с Миртл, одетой в голубое праздничное платье, расшитое топазами, которое Амос Диггори подарил ей в начале сентября за то, что она поспособствовала осуществлению грандиозного плана Миррины. И, тем самым, помогла вернуть к жизни его единственного сына.
Седрик, Миртл, Ариана и Фред заметили известных мракоборцев и быстро подошли к ним.
«О, привет, ребята!» — весёлым голосом произнёс брат-близнец Джорджа, остановившись рядом с Гарри.
«Потрясающе выглядите!» — сказала Миртл, которая теперь была настоящей красавицей, потому что, помимо роскошного наряда, она распустила свои длинные волосы и завила их в аккуратные кудри. И прыщей у Миртл тоже не было. Потому что, незадолго до Рождественского Бала, она избавилась от них с помощью дорогостоящего эстетического зелья, которое ей преподнёс Седрик в качестве рождественского подарка.
«Да, и вы тоже прекрасно выглядите», — обескураженно произнёс Гарри, глядя на преобразившуюся Миртл и сопровождающую её компанию.
«А где Миррина и ваши дети?» — своим привычным тихим голосом поинтересовалась Ариана.
Гермиона сразу огляделась по сторонам. — «Полагаю, скоро придут…»
И в этот момент, Фред неожиданно заметил Джимми и Розу. А также младшего сына Гарри и Линду Макдональд, которые быстро направлялись в их сторону. — «А вот и они!»
«Привет, дядя Фред! Рад тебя видеть!» — громко произнёс Альбус Поттер, подойдя к своим родственникам.
И в тот же миг, за спиной Фреда неожиданно раздался высокомерный голос. — «Эй! А ну-ка, расступитесь!»
Брат-близнец Джорджа оглянулся и невольно вскрикнул. — «А-А-А-А-А!»
И так громко, что профессора и студенты, собравшиеся поблизости, испуганно вздрогнули. И почти одновременно обернулись к нему. — «В чём дело?»
Но, едва увидев ТО, что находилось у Фреда за спиной, тоже невольно вскрикнули. — «А-А-А-А-А!»
Потому что позади Фреда стояла Аманда Гриффиндор в своём сверкающем золотистом наряде Чумного Доктора. Только волосы Аманды сейчас были уложены таким образом, что напоминали длинные рога африканской антилопы, украшенные хрустальными подвесками, снятыми с потолочной люстры в Танцевальном Классе.
А на плечах эксцентричной блондинки висела тёмно-красная королевская мантия, сделанная из портьеры, позаимствованной из Общей Гостиной факультета Гриффиндор. И края этой мантии были обшиты обычной ватой. И на этой вате находились многочисленные вкрапления, нанесённые чёрным лаком для ногтей.
На голове Аманды красовалась корона из плотного золотистого картона, густо обклеенного красными хрустальными пуговицами.
А рядом с Амандой в воздухе висело золотисто-красное кресло, тоже позаимствованное из Общей Гостиной факультета Гриффиндор.
Эксцентричная блондинка презрительно хмыкнула, взглянув на брата-близнеца Джорджа, и, гордо поправив свою блестящую корону, обратилась к нему повелительным голосом. — «Хм! Я, конечно, понимаю, что вы восхищены моим САМЫМ эффектным внешним видом, мистер Фред, однако не могли бы вы приветствовать королеву Ежегодного Рождественского Бала как воспитанный волшебник, а не как пустоголовый горный тролль, которому случайно упала на ногу его собственная дубина?»
Брат-близнец Джорджа сразу поклонился ей, словно домашний эльф своему хозяину, и произнёс с наигранной вежливостью. — «О! Простите меня, Величайшая из Гриффиндоров! Это непреднамеренно получилось, честно!»
Гарри, Рон и Гермиона едва заметно усмехнулись.
А Аманда сердито нахмурила брови, и, окинув его презрительным взглядом, гордо направилась к преподавательскому столу. — «В таком случае, прекратите паясничать и пропустите меня!»
Фред покорно отодвинулся в сторону и снова поклонился ей. — «Ну, разумеется, Ваше Гриффиндорское Величество… У меня и в мыслях не было стоять на вашем пути…»
Известные мракоборцы снова усмехнулись.
А Роза мрачно посмотрела на удаляющуюся Аманду и чуть слышно прошептала. — «Кошмар…»
«Почему она всегда одевается так странно и безвкусно?» — удивлённо поинтересовалась Полумна, одетая в карнавальный костюм заснеженного дерева, на ветвях которого сидели двенадцать чёрных воронов в шапочках и шарфиках как у эльфов Санты-Клауса.
Младший сын Гарри пожал плечами. — «Ну-у… Наверное, чтобы оправдывать своё прозвище и шокировать всех своим САМЫМ устрашающим внешним видом… Она же Гриффиндорская Чума…»
«Именно так, приятель», — кивнул Джимми. И лёгким взмахом волшебной палочки заставил появиться на спине Аманды последние два слова, сказанные Альбусом Поттером.
Гермиона моментально обернулась к старосте Хаффлпаффа и обратилась к нему строгим шёпотом. — «Джимми! Ты что наделал?»
«Ничего особенного», — с усмешкой отозвался тот. — «Просто добавил САМУЮ эффектную деталь к её САМОМУ оригинальному образу!»
«Да. Вот только, если она случайно заметит эту САМУЮ эффектную деталь, у всех волшебников, собравшихся здесь, будут САМЫЕ крупные неприятности!» — напомнила ему Гермиона.
Однако Джимми отрицательно покачал головой. — «Сомневаюсь, миссис Уизли. Потому что, во-первых, на её шею надет Браслет Контроля. А во-вторых, надпись на своей спине она вряд ли заметит. Потому что никто из волшебников, собравшихся на поле для Квиддича, ей об этом не скажет».
С этими словами, он кивнул в сторону студентов и профессоров школы, которые, едва увидев надпись на спине эксцентричной блондинки, тихо усмехались ей вслед.
«А к концу Рождественского Бала эта надпись исчезнет сама собой», — продолжил Джимми. — «Потому что она создана с помощью невербальных чар кратковременной иллюзии!»
«Вот именно», — согласился с ним Рон. — «Так что ты зря беспокоишься, Гермиона».
А Аманда подошла к длинному столу, за которым сидели профессора школы, и, поставив рядом с ним своё кресло, уселась на него.
А потом закинула ногу на ногу и начала со скучающим видом рассматривать свой САМЫЙ эффектный маникюр, напоминающий когти мантикоры, только что растерзавшей свою жертву.
И в этот момент, на поле для Квиддича вошли Миррина и Скорпиус. И сверкающее платье так называемой родственницы Реддла, подаренное ей Бриллиантином Сапфириусом, сразу привлекло к себе восхищённые взгляды абсолютно всех волшебников, собравшихся на Рождественском Балу.
За исключением Аманды, которая презрительно хмыкнула и демонстративно отвернулась. — «Хм!»
«О, Мерлин! Какая красота!» — невольно воскликнула директриса Шармбатона, поднявшись со стула.
«Потрясающе…» — прошептал профессор Плутониус, разглядывая так называемую родственницу Реддла в свою подзорную трубу вместе со своим авгуреем. — «Искорка, тебе хорошо видно?»
«ПИП!» — утвердительно отозвался птенец.
«Это то самое платье, которое ей подарил Бриллиантин Сапфириус?» — чуть слышно поинтересовался Альбус у своих друзей.
«Угадал, приятель!» — кивнул Джимми.
«Какое чудо…» — восхищённо прошептала Линда. — «Она похожа на главную героиню оперы Мой Дорогой Вампир!»
«Мистер Люциус! Вы можете ПРЯМО СЕЙЧАС сыграть какой-нибудь романтический вальс?» — неожиданно обратился профессор Флитвик к отцу Драко. — «Я хочу пригласить мисс Миррину НА ТАНЕЦ!»
«Хм… Что скажите, госпожа Макгонагал?» — поинтересовался у директрисы Люциус.
«Ну-у… Если Миррина возражать не будет…» — слегка рассеянным голосом произнесла Минерва, покосившись на своего заместителя, который, как и большинство других волшебников, собравшихся на поле для Квиддича, смотрел на молодую герцогиню с нескрываемым восхищением.
«Уверен, она НЕ БУДЕТ ВОЗРАЖАТЬ!» — категорично заявил Флитвик.
И быстро направился к так называемой родственнице Реддла. — «Играйте, мистер Люциус!»
Но не успел декан Когтеврана сделать и десяти шагов, как вдруг…
Над полем для Квиддича раздался голос САМОГО знаменитого композитора в Мире Волшебников. — «Дамы и господа! Всем Счастливого Рождества!»
А потом, в центре поля для Квиддича, примерно в шестнадцати футах от земли, появился его знаменитый хрустальный рояль и хрустальный стул, на котором, спустя мгновение, все волшебники, собравшиеся на Рождественском Балу, с удивлением увидели Франсуа де Минора.
Заведующая Прачечной Хогвартса, которая увлечённо листала каталог с его музыкальными произведениями, посмотрела вверх и произнесла обескураженным голосом. — «НЕВЕРОЯТНО!»
«Мне это снится?» — прошептала мадам Пинс, невольно поднявшись со стула.
«О, Мерлин…» — чуть слышно произнёс Фред, глядя на знаменитого волшебника в венецианской маске. — «Мои родители были бы в восторге!»
«Это же… Это же… Это же…» — шёпотом протараторила Линда.
«Ты права…» — сдавленным голосом произнёс её брат-близнец. — «САМ МАЭСТРО ДЕ МИНОР!»
И в тот же миг, рядом со знаменитым композитором в воздухе появились солисты Большого Подземного Театра Парижа. И одновременно направили свои волшебные палочки на хрустальных снегирей, которые держали над полем для Квиддича длинные хвойные гирлянды с развешанными на них рождественскими украшениями.
И эти снегири моментально превратились в громоздкие хрустальные вазоны с Поющими Пружинистыми Пуховками, которые остались левитировать в воздухе.
«Ух, ты! Круто…» — прошептал младший сын Гарри.
«МИНУТОЧКУ!» — возмущённо взвизгнула Аманда. — «Значит, маэстро де Минор и солисты Большого Подземного Театра не привиделись мне прошлой ночью?! Они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО приехали в ХОГВАРТС?!»
Кингсли Бруствер в недоумении обернулся к директрисе этой школы. — «Госпожа Макгонагал! КАК ПРИКАЖИТЕ ЭТО ПОНИМАТЬ?»
«Я… Я не знаю, господин министр!» — извиняющимся голосом отозвалась она. — «Потому что я их точно НЕ ПРИГЛАШАЛА! Да и не могла бы пригласить без вашего ЛИЧНОГО ПРИКАЗА! И, тем более, без дополнительных денежных средств, полученных от Английского Министерства Магии!»
«А может быть, это какое-то недоразумение?» — предположил Аргус Филч.
«Да!» — согласилась с ним мадам Пинс, обернувшись к Кингсли Брустверу. — «Вполне возможно, что месье де Минора пригласила к себе в замок какая-нибудь богатая династия шотландских волшебников… Однако он случайно перепутал Хогвартс с их резиденцией и оказался здесь!»
«Что ж! Это легко выяснить», — вздохнул министр.
И сразу обратился к знаменитому композитору и солистам Большого Подземного Театра громким голосом. — «Рады приветствовать вас в Хогвартсе, маэстро де Минор! И вас всех тоже, дамы и господа! Однако… Не могли бы вы объяснить нам причину своего внезапного появления здесь?»
«Разумеется, месье Бруствер», — кивнул знаменитый композитор. — «Дело в том, что меня, а также лучших солистов Большого Подземного Театра Парижа тайно пригласил сюда один из профессоров вашей школы».
Министр и Минерва Макгонагал одновременно вздрогнули. — «ЧТО?!»
А остальные волшебники, собравшиеся на поле для Квиддича, удивлённо переглянулись. — «Невероятно…»
«И… Кто же это сделал?» — обескураженно поинтересовалась директриса.
«Сожалею, мадам Макгонагал. Но этот волшебник не захотел, чтобы я раскрывал вам его имя», — улыбнулся Франсуа де Минор. — «Однако он попросил меня, а также лучших солистов Большого Подземного Театра, устроить в Хогвартсе Волшебный Рождественский Концерт, посвящённый одной из своих студенток… А именно: мадмуазель Миррине де Реддл!»
С этими словами, он галантно поклонился молодой герцогине, которая сейчас стояла неподалёку от него.
«ЧТО?!» — снова взвизгнула Аманда с нескрываемым возмущением.
«О, да…» — торжествующе прошептал Люциус, глядя на пустое пространство рядом с роялем знаменитого композитора, словно отчётливо видел того, кто в этом пустом пространстве находится.
А все волшебники, собравшиеся на поле для Квиддича, удивлённо обернулись к так называемой родственнице Реддла, которая испуганно покосилась на рассерженную Аманду.
И над Согревающим Куполом, который накрывал собой поле для Квиддича, моментально разбушевалась метель.
А Франсуа де Минор продолжил свои объяснения. — «А ещё этот профессор попросил меня сочинить для мадмуазель Миррины песню, которую пожелал лично исполнить для неё на сегодняшнем Рождественском Концерте под мой аккомпанемент и Воздушный Вальс солистов Большого Подземного Театра, сопровождаемый многоголосным хором Поющих Пружинистых Пуховок».
«Г-Р-Р-Р-Р…» — в ярости прорычала Аманда, словно рассерженный цербер. И её лицо побагровело, словно зад павиана.
А Макгонагал повернулась к Флитвику и обратилась к нему таким голосом, словно её оглушили заклятием Конфундус. — «ФИЛИУС… ВЫ ЧТО?! Случайно хлебнули Одурманивающего Отвара?!»
Однако декан Когтеврана резко побледнел и начал виновато оправдываться перед директрисой. — «Но… Но… Госпожа Макгонагал! Я не имею к этому НИ МАЛЕЙШЕГО ОТНОШЕНИЯ!»
«Да неужели?» — усмехнулся себе под нос Рон.
«Разумеется, не имеете, месье», — неожиданно подтвердил его слова знаменитый композитор. — «Потому что меня пригласил сюда абсолютно ДРУГОЙ ВОЛШЕБНИК…»
Гарри, Рон и Гермиона в недоумении переглянулись и осторожно покосились на Снейпа.
Но, к их удивлению, он сейчас смотрел на маэстро де Минора с таким выражением лица, словно ему в голову попал квоффл.
А знаменитый композитор прикоснулся к сверкающим клавишам хрустального рояля и торжественно объявил. — «Собственно… Сейчас сами его увидите… И УСЛЫШИТЕ!»
С этими словами, Франсуа де Минор начал играть лиричную мелодию в темпе вальса. А солисты Большого Подземного Театра Парижа — грациозно кружиться рядом с ним на своих невидимых хрустальных мётлах, создавая в воздухе великолепный Фантомический Антураж из знаменитого балета Зачарованная Фея.
И этот Фантомический Антураж за считанные секунды превратил поле для Квиддича в лесную поляну, залитую солнечным светом.
И на этой поляне за несколько мгновений выросли светящиеся золотистые грибы гигантских размеров. А также огромные цветы, напоминающие колокольчики, бутоны которых переливались всеми цветами радуги.
А потом, в воздухе рядом с хрустальным роялем, появился неизвестный волшебник, находящийся под воздействием мощных Маскировочных Чар, которые нельзя было снять заклятием Гибель Воров.
И всё тело этого волшебника было невидимым. За исключением его сверкающей одежды из новой Рождественской Коллекции Праздничных Костюмов Бриллиантина Сапфириуса.
На неизвестном волшебнике была надета жемчужно-белая шляпа-цилиндр с широкой лентой из серебристых бриллиантов, жемчужно-белый фрак, расшитый серебристыми драгоценными камнями, белые перчатки и белый плащ, края которого тоже украшали серебристые бриллианты.
А лицо невидимого волшебника частично скрывала жемчужно-белая венецианская маска, украшенная серебристой вышивкой из мелких драгоценных камней.
На ногах невидимого волшебника находились элегантные белые ботинки с бриллиантовыми пряжками. И стоимость этих ботинок намного превышала стоимость САМОГО дорогого платья для Воздушных Танцев.
Таинственный волшебник тоже держался в воздухе на невидимой хрустальной метле, как и знаменитые солисты Большого Подземного Театра.
И как только Франсуа де Минор прикоснулся к клавишам рояля, этот невидимый волшебник начал петь песню красивым бархатным голосом. И, грациозно двигаясь в такт музыки, постепенно приближаться к Миррине, которая удивлённо смотрела на него. — «Свет мой… Моя герцогиня… Случай свёл вместе нас… Свет мой… Моя герцогиня… Настал долгожданный час...»
«ЭТО ТАК!» — хором ответили ему многочисленные Пружинистые Пуховки.
А невидимый волшебник приблизился к Миррине, и, продолжая петь, щёлкнул пальцами.
И в тот же миг, в его правой руке появилась метла SeLi. После чего, он сразу передал эту метлу так называемой родственнице Реддла.
А потом протянул ей свою правую руку, тем самым, приглашая её станцевать Воздушный Вальс вместе с ним.
Молодая герцогиня поняла намёк и осторожно взяла невидимого волшебника за руку.
А после этого — поднялась вместе с ним на высоту пять футов. И начала кружиться в вальсе над фантомической лесной поляной, залитой солнцем.
А невидимый волшебник продолжал петь. — «Свет мой… Миррина, Миррина… Веру в себя не теряй… Ты солнце моё, сон мой, моя герцогиня… Звездою земной сияй…»
«Ты солнце моё, сон мой, моя герцогиня… Звездою земной сияй!» — хором пропели многочисленные Пружинистые Пуховки.
А потом, маленькие Пружинистые Пуховки продолжили петь без участия невидимого волшебника высокими женскими голосами. — «Красивая и лёгкая музыка…»
«Словно забытый хит…» — хором пропели мужским басом более крупные Пружинистые Пуховки.
«В ней словно… В старинной песне… Имя твоё звучит…» — продолжил невидимый волшебник.
«ЭТО ТАК!» — хором отозвались все Пружинистые Пуховки.
«Пусть Хогвартс поёт, моя герцогиня», — пропел невидимый волшебник. — «И я хочу в такт подпевать… Пока звучит ВАЛЬС лишь для вас…»
«Пока звучит ВАЛЬС лишь для вас!» — хором отозвались Пружинистые Пуховки.
«Позвольте мне тоже вам спеть… И ещё — станцевать!» — продолжил невидимый волшебник.
«Пока звучит ВАЛЬС лишь для вас! Пока звучит ВАЛЬС лишь для вас!» — в один голос пропели Пружинистые Пуховки.
«Позвольте мне тоже вам спеть… И ещё — станцевать!» — продолжил невидимый волшебник, сделав вместе с Мирриной грациозный поворот.
«Потрясающе!» — невольно воскликнул Гарри, глядя на так называемую родственницу Реддла, вальсирующую в воздухе вместе с невидимкой и сверкающую в фантомических лучах света, словно Млечный Путь.
«ТИШЕ, МИСТЕР ПОТТЕР…» — ледяным шёпотом одёрнул его Снейп, который сейчас стоял рядом с известными мракоборцами и сосредоточенно наблюдал за молодой герцогиней и её невидимым танцевальным партнёром.
Гарри обиженно обернулся к нему и чуть слышно произнёс с нотками негодования в голосе. — «МИСТЕР ПОТТЕР?! Мы же договорились, профессор, что вы будете называть меня ПО ИМЕНИ! И я вас ТОЖЕ!»
«Договорились? Когда?» — обескураженно поинтересовался Северус.
«Да буквально НЕДАВНО!» — напомнил ему Гарри. — «В коридоре Гриффиндорской Башни! Рядом с нашими апартаментами! ПОМНИТЕ?»
В глазах Снейпа на секунду отразился неподдельный ужас, смешанный с паникой, словно он сейчас совершил нечто такое, что могло бы привести к гибели Вселенной.
Однако это мгновение быстро прошло. И он с усмешкой обратился к известному мракоборцу своим привычным невозмутимым тоном. — «Ну, разумеется, я помню об этом, МИСТЕР ПОТТЕР… Но, к сожалению, мне нужно ВРЕМЯ, чтобы привыкнуть называть вас МИСТЕР ГАРРИ…»
С этими словами, он медленно развернулся и неторопливо подошёл к Минерве Макгонагал. И начал снова наблюдать за Мирриной, танцующей вместе с невидимым волшебником.
Гарри в гневе стиснул зубы, глядя на него, а Рон сердито покосился на Северуса и язвительным шёпотом обратился к своему школьному приятелю. — «Ему нужно ВРЕМЯ, чтобы привыкнуть называть тебя МИСТЕР ГАРРИ... Ха! Да я готов поспорить, что это ВРЕМЯ будет длиться до тех пор, пока вы оба не переселитесь в Царство Великого Мерлина!»
С этими словами, он обернулся к своей жене. — «Гермиона, я прав?»
«Полагаю, что да, Рональд», — со вздохом отозвалась она, продолжая наблюдать за так называемой родственницей Реддла и её танцевальным партнёром. — «Но, если честно, невидимый волшебник, который сейчас вальсирует вместе с Мирриной, интересует меня гораздо больше, чем амбиции Северуса. Потому что, мне кажется, мы уже слышали его голос. Помните, в начале сентября, когда Пушок вырвался из Тайной Комнаты, кто-то невидимый начал петь песню в ритме вальса точно таким же бархатным голосом, чтобы усыпить цербера Хагрида?»
«Да», — кивнул Рон. И, глядя на Миррину и её танцевального партнёра, задумчиво произнёс. — «Как же называлась эта песня?»
«Я тебе верю», — ответила Гермиона. — «И, как я потом узнала у Минервы Макгонагал, эта красивая мелодия была песней из легендарной волшебной оперы Мой Дорогой Вампир. И Роза рассказывала мне, что, буквально через месяц, эта песня стала звучать на всех уроках Воздушных Танцев. Потому что директриса Хогвартса была уверена, что она идеально подходит для отработки сложных танцевальных движений на хрустальных мётлах».
«Мне это известно, Гермиона», — чуть слышно произнёс Рон, оглядевшись по сторонам. — «Вот только, я никак не могу понять, кто именно из профессоров Хогвартса скрывается под маской этого невидимого волшебника? Ведь АБСОЛЮТНО ВСЕ профессора нашей школы сейчас ЗДЕСЬ, на этом ПОЛЕ! И среди них нет ни одного отсутствующего!»
«Ты ошибаешься, Рональд», — усмехнулась Гермиона. — «Здесь отсутствует преподаватель ВОЗДУШНЫХ ТАНЦЕВ, который, по приказу Макгонагал, регулярно пьёт Зелье Временной Метаморфозы, чтобы выглядеть как элегантный заведующий Швейной Мастерской. А ещё он старается избегать любых предметов с отражающей поверхностью, чтобы никто в Хогвартсе не увидел в них его ИСТИННОЕ ЛИЦО!»
«Значит, ты предполагаешь, что невидимый волшебник, который сейчас танцует с Мирриной, это двойник Эмбройдиуса Клингуда?» — удивлённо поинтересовался Рон, обернувшись к ней.
«Я в этом не сомневаюсь», — ответила Гермиона. — «Потому что настоящий заведующий Швейной Мастерской сейчас сидит за преподавательским столом рядом с профессором Слизнортом. И его лицо отчётливо отражается в чаше с вишнёвым пуншем, которая стоит на расстоянии фута от него!»
«Да. Действительно», — согласился со своей женой Рон, тоже заметив в отражении большой серебряной чаши обаятельное лицо заведующего Швейной Мастерской.
И в этот момент, маэстро де Минор закончил играть на рояле.
И невидимый волшебник вместе с Мирриной грациозно опустился на землю под восторженные возгласы и громкие аплодисменты всех людей и домашних эльфов, собравшихся на поле для Квиддича, исключение из которых составляла только Аманда Гриффиндор.
А потом невидимый волшебник поклонился Миррине и вручил ей маленькую серебристую коробочку, размером со снитч, украшенную тёмно-синей лентой.
И глаза Гарри расширились от удивления.
«Ребята, это НЕ ДВОЙНИК ЭМБРОЙДИУСА!» — тихо прошептал он.
«А кто же тогда?» — поинтересовался Рон.
«СЕВЕРУС…» — обескураженно ответил Гарри.
Рон едва не подавился воздухом. — «КХЕ! Приятель, ты что? Случайно хлебнул Одурманивающего Отвара?»
Но Гарри отрицательно покачал головой. — «Вовсе нет! Посмотрите-ка внимательно на подарок, который этот невидимый волшебник сейчас преподнёс Миррине! Ведь это та самая серебристая коробочка, которую мы видели в руках Северуса в Подземелье в тот день, когда он просил моего старшего сына Джеймса помочь ему в одном важном деле! Помните?»
«О, Боже… Гарри! Ты прав!» — согласилась с ним Гермиона.
«С ума сойти…» — сдавленным голосом произнёс Рон, глядя на невидимого волшебника. — «Никогда бы не подумал, что Северус умеет так превосходно вальсировать на хрустальной метле!»
«И ещё петь не хуже, чем Люциус…» — обескураженно прошептала Гермиона.
«Минуточку, ребята…» — неожиданно перебил их Рон, обернувшись в сторону директрисы Хогвартса, которая находилась в нескольких футах от него. — «Но… Если этот невидимый волшебник — Северус… Тогда кто тот человек, который сейчас стоит рядом с Макгонагал?!»
Гермиона пожала плечами. — «Ну-у, вероятно, наш таинственный преподаватель Воздушных Танцев, который, по просьбе Северуса, выпил Оборотное Зелье, чтобы мы и другие волшебники, собравшиеся здесь, случайно не заметили отсутствия заместителя Макгонагал, когда он начнёт танцевать с Мирриной…»
«Ошибаешься, Гермиона», — с улыбкой отозвался Гарри, глядя на так называемого Северуса. — «Это не преподаватель Воздушных Танцев, а мой СТАРШИЙ СЫН… Джеймс-Сириус Поттер. Видишь магловские золотые часы на его правом запястье? Я ему подарил их месяц назад. И с тех пор он никогда с ними не расстаётся!»
Рон и Гермиона внимательно посмотрели на Снейпа, который стоял рядом с директрисой Хогвартса. И действительно увидели, что из-под его правой манжеты выглядывает золотой браслет от часов, о которых говорил Гарри.
У Рона от удивления отвисла нижняя челюсть. — «Невероятно…»
«Н-да…» — согласилась с ним Гермиона. — «Если бы не эти часы… Я бы никогда не догадалась, что это Джеймс!»
«Я бы тоже…» — с гордостью в голосе произнёс Гарри. — «И, должен признаться, он превосходно справился со своим заданием! 150 баллов Гриффиндору!»
«Согласна, Гарри», — кивнула Гермиона. — «Вот только, будет лучше, если никто, кроме нас, об этом не узнает».
«Ну, разумеется, Гермиона», — чуть слышно отозвался Гарри, аплодируя невидимому Северусу и Миррине. — «Лично я не собираюсь никому об этом рассказывать…»
«И я тоже», — уверил свою жену Рон, покосившись на юных волшебников, которые стояли в нескольких шагах от них. — «Даже нашей Розе…»
А потом огляделся по сторонам и задумчиво произнёс. — «Вот только…»
«Что?» — сразу поинтересовался Гарри.
«Я не понимаю», — чуть слышно продолжил Рон, не переставая аплодировать. — «Если Северус сейчас танцевал с Мирриной, а Джеймс-Сириус в его облике находился рядом с нами… Где же тогда двойник Эмбройдиуса Клингуда?»
«Думаю, где-то здесь, Рональд», — сделала вывод Гермиона, тоже оглядевшись по сторонам. — «Вот только, как именно сейчас выглядит наш таинственный преподаватель Воздушных Танцев, мы вряд ли выясним, если только не обратимся с этим вопросом к какому-нибудь Прорицателю. Потому что, как ты сам видишь, большинство волшебников, собравшихся на сегодняшнем Рождественском Балу, пришли сюда в карнавальных нарядах. И я не сомневаюсь, что двойник Эмбройдиуса воспользовался этим обстоятельством. И тоже купил себе какой-нибудь оригинальный карнавальный костюм, который помог ему легко смешаться с толпой и не привлекать к себе излишнего внимания…»
«Да. Полагаю, ты права…» — кивнул Гарри.
И в этот момент, директриса Хогвартса восторженно воскликнула. — «Браво, Миррина! Браво, маэстро де Минор!»
«Потрясающе…» — с нескрываемым восхищением прошептал профессор Плутониус, глядя на невидимого волшебника.
«ПИП!» — громко согласилась с ним Искорка, которая сидела у него на голове.
А знаменитый композитор медленно опустился на землю вместе со своим хрустальным роялем и солистами Большого Подземного Театра, и сразу подошёл к длинному столу, за которым сидели профессора и некоторые работники школы.
А потом вытащил из кармана свою фотографию, на которой золотыми чернилами были написаны его имя и фамилия, и передал эту фотографию Заведующей Прачечной. — «А это для вас, мадам Клингуд. Потому что я случайно услышал от одного студента Хогвартса, что вы всегда мечтали о личной встрече со мной. А также о моём автографе…»
«Да! Это так!» — честно призналась Эмилия, восторженно взяв у знаменитого композитора новую блестящую фотографию, на которой он был изображён в полный рост. — «Благодарю вас, маэстро! Это САМОЕ лучшее Рождество в моей жизни!»
«Рад что вы так думаете, мадам Клингуд», — улыбнулся знаменитый композитор.
И моментально растворился в воздухе вместе со своим хрустальным роялем, невидимым поклонником Миррины, и многочисленными солистами Большого Подземного Театра. — «Прощайте!»
А потом над полем для Квиддича пронёсся мощный порыв тёплого ветра. И все Фантомические Миражи, созданные солистами Большого Подземного Театра, вместе с хрустальными вазонами, в которых находились Поющие Пружинистые Пуховки, исчезли.
А высоко в ночном небе, по которому раскинулся Млечный Путь, неожиданно появились хрустальные кареты, запряжённые крылатыми лошадьми.
И эти кареты вереницей направились в сторону гор…
«Счастливого вам Рождества, дамы и господа!» — прозвучал в одной из карет громкий голос маэстро де Минора.
«Как? А вы разве не останетесь на Рождественский Ужин?» — удивлённо прокричала ему вслед Заведующая Прачечной Хогвартса.
«Полагаю, что нет, Эмилия», — со вздохом произнесла Макгонагал, положив ей руку на плечо.
«Что ж… И вам счастливого Рождества, маэстро», — чуть грустно прошептала Заведующая Прачечной Хогвартса, провожая улетающие кареты внимательным взглядом.
А декан Когтеврана подошёл к так называемой родственнице Реддла, и, поцеловав ей руку, восхищённо произнёс. — «Мисс Миррина… Ваше выступление с этим невидимым волшебником было поистине великолепным!»
«Спасибо, сер», — поблагодарила его молодая герцогиня, удивлённо рассматривая серебристую коробочку, украшенную тёмно-синей лентой. — «Вот только… Я не могу понять… Кем он был?»
Директриса Хогвартса сразу обернулась к преподавателю Астрологии. — «Профессор Плутониус! Вы можете дать нам ответ на этот вопрос?»
«Что?! А… Нет… К сожалению, не могу, госпожа Макгонагал!» — немного нервным голосом отозвался тот, поспешно собрав свои Магические Карты, которые недавно разложил на преподавательском столе, и снова запихнув их в свой ботинок. — «Потому что Великий Мерлин почему-то закрывает мне доступ к этой информации…»
«Да… И мне тоже…» — невозмутимо поддержал его ложь сын Драко. И, стараясь никому не смотреть в глаза, убрал свои Карты Таро во внутренний карман своего пиджака.
«Жаль…» — вздохнула Роза.
А староста Хаффлпаффа покосился на коробочку в руках Миррины, и с любопытством поинтересовался. — «А что за подарок тебе подарил этот невидимый волшебник?»
«Не знаю, Джимми… Сейчас посмотрю…» — ответила молодая герцогиня, открывая коробочку.
«О, Боже! Какая красота!» — восхищённо воскликнула дочь Гермионы, едва взглянув на содержимое коробочки.
А в глазах Миррины отразился ужас. И за огромным Согревающим Куполом, который профессор Флитвик создал над полем для Квиддича, снова разбушевалась метель.
Потому что в миниатюрной подарочной коробочке лежало серебряное кольцо-оберег с крупным голубым топазом, похожим на бездонное озеро.
«Да, Миррина. Если Пророчество исполнится, Великий Мерлин наконец-то поймёт, как искоренить чернокнижие навсегда!» — эхом раздались в голове так называемой родственницы Реддла обрывки недавнего полуночного разговора с известными мракоборцами. — «Но ты ПОГИБНЕШЬ, ради осуществления этой цели! И Карты Таро Скорпиуса сказали нам, что, в тот день, когда Аманда поспособствует твоей гибели, ты ровно на минуту испытаешь точно такую же БОЛЬ, и точно такой же УЖАС, который обычно испытывают все ЧЕРНОКНИЖНИКИ, которых Великий Мерлин отправляет на Вечные Муки в Огненный Котёл! А после того, как это произойдёт, твою душу разорвёт на мельчайшие частицы, которые развеет ветер! А твоё тело, одежда и даже браслеты Полумны, которые она подарила тебе для защиты от нарглов и мозгошмыгов, превратятся в серебристую пыль! И единственное, что от тебя останется — это серебряное кольцо-оберег с крупным голубым камнем, которое ты получишь в подарок на нынешнее Рождество от своего невидимого поклонника!»
«Миррина! Миррина! С тобой всё в порядке?» — обеспокоенно поинтересовался староста Хаффлпаффа, заметив замешательство молодой герцогини.
«Да, Джимми… Всё в порядке…» — слегка рассеянным голосом отозвалась она, надев на средний палец правой руки блестящее кольцо. — «Просто… Если ты помнишь, совсем недавно, я хотела купить это кольцо в Церкви Святого Иеронима. Но тогда на нём был небольшой дефект, потому что камень повредили в момент огранки. И отец Виолетты Сайлентфлайт сказал, что отправит это кольцо в ювелирную мастерскую. А когда дефект на этом кольце будет устранён, я смогу забрать его из Церковного Магазина. Но, честно говоря, я не ожидала, что это кольцо починят так быстро. И ещё мне очень интересно, как этот невидимый волшебник узнал, что именно это кольцо-оберег мне понравилось?»
«Ну-у… Мне кажется, он обратился за помощью к какому-то Прорицателю», — предположила Роза. — «И тот перечислил ему рождественские подарки, которые могут тебя обрадовать. И тогда он просто выбрал один из них».
«Вы абсолютно правы, мисс Уизли. Всё так и было», — подтвердил её слова профессор Плутониус, задумчиво глядя в хрустальный шар, который стоял перед ним на преподавательском столе.
«Понятно…» — со вздохом произнесла Миррина.
Гарри, Рон и Гермиона грустно переглянулись.
А директриса объявила громким голосом. — «Ну, что ж! В таком случае, пора начинать наш Рождественский Пир!»
Джимми моментально сорвался с места и подбежал к САМОМУ большому блюду с имбирными пряниками. — «Отлично! Потому что, если честно, я ужасно проголодался!»
Его друзья неторопливо последовали за ним.
А Гермиона взяла молодую герцогиню за правую руку и тихо произнесла ей в ухо. — «Не беспокойся, Мирри. Что бы ни случилось в день осуществления Пророчества, мы будем с тобой до самого конца!»
Гарри и Рон утвердительно кивнули.
А Роза взяла Миррину за левую руку и произнесла ей в ухо почти шёпотом. — «Это верно, мисс де Виндор!»
«Спасибо, ребята…» — немного грустным голосом поблагодарила их так называемая родственница Реддла.
Светящийся единорог, наблюдающий за ними из-за деревьев на краю Запретного Леса, утвердительно кивнул и растворился в воздухе…




