Петля Ёрмунганда (гет)

Тишина в жилом блоке была почти осязаемой, не пустой, наоборот — она казалась плотной, как застывшая смола. В ней тонули любые мысли, а каждый шорох казался чем-то неправильным, нарушающим этот стерильный покой. Эйри сидела за своим рабочим столом, механически перебирая инструменты в ящике, но мысли были далеко.

​Прошло уже несколько дней с того момента, как Петля Ёрмунганда была разорвана, но Эйнар, Торстейн и Эйри понимали вряд Хальвдан дейсвовал один. И те, кто стоял за Петлей, будь то маги, оборотни, безумные ученые, — не отступят. Они притаились, выжидая момент для реванша, и этот факт давил на сознание сильнее, чем сама опасность. Пока они не узнают, чьи невидимые нити управляли этой ловушкой, каждый их вдох был лишь отсрочкой неизбежного удара.

​

Эйри знала, что Торстейн сейчас на тренировке, а Эйнар на дежурстве где-то в глубинах Хранилища Пепла — он был буквально одержим идеей вычислить сообщников Хальвдана.

Эйнар предполагал, что в архивах могли сохраниться записи, которые пролили бы свет на истинную цель врага, и сейчас он тратил все свои ментальные силы, пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку.

​Эйри не хотела их беспокоить. Им и так хватало нагрузки, а её собственные руки требовали дела. Ей нужно было движение, работа, что-то конкретное и осязаемое, чтобы заглушить тревожные предчувствия, которые не отпускали её с момента того боя.

​Чтобы отвлечься, она взялась за

сортировку инвентаря. Лишние действия помогали вернуть ощущение контроля над реальностью, которая вдруг стала слишком зыбкой. Эйри перекладывала детали, расставляла контейнеры, когда рука привычно потянулась к волосам. Этот жест был почти неосознанным — привычка, укоренившаяся за долгие часы монотонной работы: поправить заколку, убрать выбивающуюся прядь, чтобы та не мешала видеть схему. Она делала это всякий раз, когда погружалась в глубокую концентрацию.

​Пальцы нащупали лишь гладкую прядь.

​Эйри нахмурилась. Потянулась к другой стороне — там всё было в порядке. Она быстро провела ладонью по волосам, пересчитывая крепления. Две заколки на месте. А третья? Сердце пропустило удар. Где третья заколка? Неужели она потеряла её в блоке управления и не заметила за эти дни?

​Эйри бросилась перерывать полки. Десять минут спустя комната была перевернута вверх дном: вещи летали из угла в угол, ящики стола были вытряхнуты на пол. Она заглянула под кровать, проверила каждый стык панелей... Пусто.

Холодок, медленно расползавшийся по телу, превратился в ледяной ком в груди. Воспоминания нахлынули внезапно: смятение, бег по узким техническим тоннелям, момент, когда они с Торстейном падали на пол, укрываясь за техническим щитком в том самом блоке управления... ​"Если заколка там..."

​Эйри замерла, глядя на свое отражение в зеркале. Мысли лихорадочно метались. "Надо сказать Торстейну. Нет, нельзя. Он пойдёт со мной. Да и вдруг я просто потеряла её в коридоре? Если я подниму тревогу, а заколка просто закатилась под кровать, я буду выглядеть полной идиоткой".

Она натянула поверх своего свитера привычный технический жилет с эмблемой сектора. Штатный сотрудник, идущий по своим делам — что может быть естественнее?

​— Я просто схожу и проверю, — прошептала она, стараясь придать голосу уверенности. — Если её там нет — отлично. Если есть — заберу, и никто ничего не узнает.

​Она не будет никого звать. Она техник, это её территория, её работа. Её появление не вызовет ни у кого вопросов: она просто часть персонала, человек, выполняющий свои обязанности после недавней аномалии. В конце концов, проверять состояние систем сейчас — обычная практика, и её присутствие в блоке будет выглядеть абсолютно естественно. А если что-то пойдет не так... ну, она всегда была достаточно быстрой, чтобы вовремя исчезнуть.

А если с ней пойдут Эйнар или Торстейн, это будет рискованно. Их совместные перемещения могли уже привлечь внимание, и если за ними действительно следят, то любое их появление в блоке станет сигналом. Рисковать ради простой заколки? Нет, это было бы неоправданно. Она справится сама.

​Эйри взяла свой ремонтный комплект и вышла в тихий, пустой коридор, двигаясь почти бесшумно, привычно сканируя взглядом каждый поворот и каждую тень, оглядываясь через плечо при малейшем шорохе — её инстинкты техника, привыкшего к опасности, работали на пределе. Звук её подошв, отражаясь от гладкого металла, казался пугающе громким, но она заставляла себя идти ровно, не ускоряясь, чтобы не выдать беспокойство.

​"Ты штатный техник, — внушала она себе, глядя на проплывающие мимо переборки. — У тебя есть все допуски. Даже если кто-то встретится — это просто плановая проверка".

Она убеждала себя, что это взрослое, рациональное решение пойти одной, что никакой опасности нет. Но где-то в глубине сознания, там, где обычно жила её холодная логика, пульсировал липкий, первобытный страх. Он шептал, что эти коридоры изменились. Что тени стали чуть длиннее, а свет ламп — чуть холоднее. Эйри шла в "сердце" блока управления, и с каждым шагом воздух становился тяжелее, словно она заходила в воду, которая постепенно превращалась в лед.

Эйри свернула в узкие технические тоннели — те самые, через которые совсем недавно они с Торстейном и Эйнаром пробирались к ядру системы. Здесь было темно, гулко, и каждый шорох вентиляции отдавался в ушах тревожным эхом.

​Она остановилась, чтобы перевести дыхание. Здесь было темно, гулко, и каждый шорох вентиляции отдавался в ушах тревожным эхом. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. "Прекрати,"— приказала она себе, поправляя инструменты на поясе.

​Эйри сделала глубокий вдох и тихо, почти бесшумно, скользнула в зал управления. Внутри царила неестественная тишина — такая плотная, что, казалось, ее можно потрогать руками. Она замерла у входа, внимательно оглядываясь по сторонам, вслушиваясь в гул работающей аппаратуры. Ничего. Только холодный свет индикаторов.

​Она направилась прямиком к трансформаторам — именно здесь они прятались от Хальдвана, и тут Торстейн потянул её на пол. Сжав в руках ремонтный комплект, Эйри начала методично осматривать пространство. Металл был холодным, пол чистым, заколки здесь не было. Девушка присела, вглядываясь в узкие технические зазоры, провела ладонью по стыкам панелей, но наткнулась лишь на гладкую поверхность.

Она поднялась, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение, смешанное с липким страхом. Переместившись к главному блоку управления, Эйри вновь опустилась на корточки. Она прощупала каждый уголок, каждый выступ у основания пульта, где могли застрять волосы или металл заколки, но пальцы натыкались только на холодную сталь. ​Ничего. Она в этой звенящей тишине, совершенно одна, и ничто не указывает на то, что вещь была здесь.

​

​— Ты ищешь это?

​Голос за спиной прозвучал негромко, но в этой мертвой тишине он ударил, как разряд тока. Вкрадчивый, бархатный, пугающе близкий. ​Эйри замерла. Она медленно, чувствуя, как внутри всё леденеет, поднялась и обернулась.

​Хальвдан стоял у самого входа в блок, почти сливаясь с тенями. Его поза была расслабленной, почти вальяжной, но глаза… глаза, напоминавшие два бездонных колодца, впились в неё с невыносимой жадностью. В пальцах он медленно перекатывал крошечную металлическую деталь — ту самую заколку. Она блеснула в свете индикаторов, как улика, как вынесенный ей приговор. ​Эйри сжала ладони, заставляя себя выглядеть как можно спокойнее.

— Я… — её голос дрогнул, но она не позволила ему сорваться. — Я провожу здесь диагностику после сбоя. Должно быть, это выпало у меня во время ремонта, на днях.

​Хальвдан усмехнулся, но эта улыбка не принесла тепла — она лишь показала, как глубоко она просчиталась. Он сделал шаг вперед, и пространство вокруг него будто сгустилось, превращая воздух в густую патоку.

​— Ремонт? — переспросил он, делая еще один шаг, отрезая ей единственный путь к выходу.

— Ты лжешь, Эйри. Лжешь так же отчаянно, как и пытаешься верить в свою ложь.

​Он резко сократил расстояние. Эйри даже не успела вдохнуть, когда его пальцы сомкнулись на её запястье. Они были ледяными, твердыми, как сталь, и в их хватке не было ни капли сомнения. Хальдван притянул её к себе.

— Ты не чинила систему, — прошептал он, и в его глазах вспыхнул опасный, торжествующий огонь. — Ты разрушила её. Вмешалась в мои действия так, как никто и никогда не смел. Мне бесконечно интересно: как именно ты это сделала? Каким образом технический работник смог переписать код, который я считал идеальным?

​Эйри дернулась, пытаясь вырваться, но его хватка была железной.

— Кто был с тобой? — продолжал он, и его голос звучал вкрадчиво, почти ласково, но от этого становилось только страшнее. — Назови мне имена тех, кто помог тебе сотворить это чудо.

​Эйри открыла рот, чтобы позвать на помощь, хотя прекрасно понимала: здесь, в заброшенных секторах, крик не вызовет никого, кроме эха, отражающегося от пустых переборок. Но отчаянная, животная надежда оказалась сильнее доводов рассудка. Она сделала судорожный вдох, но Хальвдан оказался быстрее. Его ладонь легла на её лицо, мгновенно накрыла её лицо, подавляя любой звук. Эйри не успела издать звук — лишь короткий, приглушенный стон утонул в тишине коридора; она беспомощно забилась в руках оборотня, чувствуя, как реальность вокруг них начинает искажаться — пространство вибрировало, реагируя на его магию.

​Хальвдан смотрел на неё с диким, нескрываемым интересом. Его глаза, в которых не осталось ничего человеческого, полыхнули хищным золотом, отражая в себе страх Эйри. Он слегка наклонил голову, и его лицо оказалось совсем близко.

​— Тише, тише, — прошептал он в самое её ухо, и этот полуласковый, вкрадчивый тон пугал её куда больше, чем крик. — Не надо кричать. У нас будет предостаточно времени, чтобы поговорить... там, где тебя никто не услышит.

​

Сделав резкое движение, он буквально втянул её в темноту коридора. Реальность вокруг них словно треснула, поглощая обоих, и в пустом блоке управления не осталось никого — лишь тихо гудел терминал.