Цена выбора (гет)

Северус нервно мерил шагами гостиную особняка. Тишина была вязкой, как перед грозой. Всё должно было начаться с минуты на минуту: Яксли вот-вот получит подброшенное сообщение о Лонгботтомах. После этого план перейдёт в финальную стадию.

Хлопок! Дверь в гостиную распахнулась так резко, что порыв воздуха сорвал со стола перо.

Влетел Питер Петтигрю.

Лицо его было искажено предвкушением, глаза — безумные, дыхание — рваное.

— Лорд! Лорд! Срочно! Предательство! — выкрикнул он, бросаясь к дверям спальни.

Северус даже не успел дернуться. Охранники мгновенно перехватили Питера, удерживая его за руки. Тот извивался, пытаясь вырваться, и смотрел на Снейпа так, будто видел перед собой дементора.

Северус подскочил к ним:

— Отдайте его мне. Он мой подопечный. Я сам…

Но Питер, высвободившись яростным рывком, снова бросился к двери — и в этот момент она распахнулась сама.

Лорд вышел в гостиную.

Тишина упала мгновенно. Даже охранники замерли. Питер, увидев его, будто потерял контроль над собой:

— Милорд! Измена! Вас обманывают!

Северус почувствовал, как внутри всё холодеет.

Слишком знакомое чувство.

Слишком похожая ситуация.

Он уже однажды стоял перед Лордом, когда всё рушилось.

Волдеморт повернулся к Питеру резко, как хищник, уловивший запах крови.

— Говори.

Питер заговорил торопливо, сбивчиво, почти захлёбываясь:

— Ребёнок… не тот… это Поттеры! И ещё… предатели… Малфой и…и...

Он осёкся.

Словно что‑то схватило его за горло. Он попытался вдохнуть — не смог. Попытался поднять руку — пальцы дёрнулись и обмякли.

Северус смотрел, не мигая. Он понял. Обет.

Питер захрипел, глаза закатились, и он рухнул на пол без чувств.

Лорд смотрел на него с растущим раздражением — и опасным, холодным интересом.

— Он не договорил, — тихо сказал Волдеморт. — Я должен узнать имя.

И в этот момент дверь снова распахнулась.

На пороге стояла Беллатриса. Взъерошенная, бледная, с расширенными глазами — она выглядела так, будто бежала сюда без остановки.

— Милорд! — закричала она. — Измена!

Лорд медленно повернулся к ней. Он был уже на пределе терпения.

— Говори.

Беллатриса почти захлёбывалась словами:

— Это Регулус! Он напал на меня! Оглушил! И… и ключ от хранилища пропал!

Волдеморт замер.

А затем медленно, очень медленно улыбнулся — хищно, холодно.

— Вот и имя второго предателя.

Он посмотрел на Питера, лежащего на полу, затем на Беллатрису, затем на Северуса.

— Если он думал спрятаться за клятвами… — прошипел Лорд.

Он повернулся к Беллатрисе:

— Возьми брата и мужа. Немедленно отправляйтесь в особняк Малфоев. Приведите всех сюда. Я хочу услышать их объяснения лично.

Голос его был тихим, но в этой тишине было больше угрозы, чем в крике.

Северус стоял неподвижно.

Он понимал: всё рушится.

И у него есть считанные минуты, чтобы спасти то, ради чего он рисковал всем.

*

Тем временем Лорд раздавал указания — быстро, чётко, отрывисто. В комнате чувствовалось напряжение, будто воздух стал плотнее.

— Пятеро — в Гринготтс. Немедленно. Приведите Блэка, — приказал он. — Ещё один — за целителем. Петтигрю должен прийти в себя.

Пожиратели исчезали один за другим, оставляя за собой короткие всполохи плащей.

Северус остался стоять в стороне, чувствуя, как внутри всё сжимается. Он не находил себе места.

«Неужели всё снова сорвётся?

Неужели повторится?

Неужели близкие люди снова погибнут ради чьей‑то идеи “всеобщего блага”?»

Он сжал пальцы так сильно, что ногти впились в ладони.

Он уже видел, как рушатся планы.

Он уже видел, как гибнут те, кого он пытался защитить.

И сейчас всё шло к тому же.

Первой вернулась группа, отправленная в Гринготтс. Они выглядели потрёпанными, взволнованными, и с ними был гоблин — растерянный, испуганный, сбивчиво объясняющий, что произошло.

— Милорд… — начал один из Пожирателей. — Они… ушли. До нас. Беллатриса и Регулус. Они забрали что‑то из хранилища и исчезли.

Лорд замер. Тишина стала почти осязаемой.

— Что именно? — спросил он тихо.

Гоблин попытался объяснить, но говорил так сбивчиво, что слова путались. Он был в состоянии сильного стресса — повторял, что «всё было отключено», что «они торопились», что «он не успел ничего сделать».

Лорд слушал молча, но в его взгляде нарастало раздражение — холодное, опасное.

Северус почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Он знал этот взгляд.

Он знал, что за ним следует.

И не ошибся.

— Круцио! — шипел Лорд снова и снова, яростно глядя, как у его ног отчаянно извивается несчастный гоблин.

— Говори! Что они взяли? Кто их пустил? Как…

Прежде чем Лорд успел задать следующий вопрос, в комнату вошёл целитель. Он сразу направился к Петтигрю, который всё ещё лежал без сознания. Целитель начал проверять его состояние, пытаясь привести в чувство.

Северус наблюдал за этим, чувствуя, как внутри всё сжимается ещё сильнее.

Если Питер очнётся и снова начнёт говорить…

Если он попытается повторить то, что начал…

Если Лорд свяжет всё воедино…

Лорд стоял неподвижно, но напряжение вокруг него было почти ощутимым. Он ждал. Он хотел ответов. И терпение его таяло.

Гоблин, которого вновь поставили на колени, всё ещё пытался объяснить, что произошло, но его слова тонули в собственном страхе. Он лишь трясся, повторяя: «не ожидал», «не успел», «они действовали слишком быстро», и выглядел так, будто готов провалиться под землю, лишь бы не быть здесь.

Северус смотрел на него и понимал: гоблин не лжёт. И это означало, что Нарцисса и Регулус успели. Они были на шаг впереди.

Лорд медленно повернулся к Снейпу.

— Северус, — произнёс он тихо. — Ты знаешь, что происходит?

Северус почувствовал, как внутри всё оборвалось.

Он не мог сказать правду.

Но и солгать было невозможно.

Он открыл рот — и в этот момент Петтигрю зашевелился.

Целитель поднял голову:

— Он приходит в себя.

Лорд развернулся к Питеру мгновенно. В комнате стало так тихо, что было слышно, как потрескивает огонь в камине.

Северус стоял неподвижно, чувствуя, как сердце бьётся слишком быстро.