Главное — не забыть Ваську! (гет)

+++ Джинни+++

— Когда мы поедем домой? — ныл Драко хорошо поставленным голосом и с таким трагизмом, будто здесь его держали насильно, а туманные берега родной Англии он не видел долгие годы.

Он кормил Лукрецию и одновременно причитал, а дочь, на время позабыв о своей влюблённости в Виктора, завороженно внимала отцу огромными серьёзными глазами. Арманд же относился к разыгравшейся перед ним драме куда равнодушнее. Его больше интересовала каша, которую он с присущим всем Уизли упрямством пытался размазать по столу, невзирая на сопротивление матери.

Джинни вздохнула. Потом — ещё раз. А после сдалась, позволив сыну издеваться над остатками завтрака.

— Тебе уже сказали, когда «Пегас 210» отбывает. Посмотри дату на билетах.

— Я не хочу, — простонал Драко, откинувшись на спинку стула. — Я не хочу возвращаться на этом летучем кошмаре.

— Теперь у нас нормальные каюты. Со всеми удобствами.

— Там нет удобств.

— Ты сам говорил, что тебе понравился ресторан.

— Я говорил это только потому, что капитан слышала наш разговор. Не мог же я ответить иначе.

— С каких это пор ты стал таким вежливым?

Драко оскорблённо засопел и с подчёркнутой аккуратностью вытер Лукреции рот салфеткой. Джинни перевела взгляд на Арманда, уже радостно перемазавшегося кашей до самых локтей, и решила, что отмывать его сегодня будет отец. В конце концов, Драко успел соскучиться по детям за эти дни — о чём сообщил раз двадцать, причём достаточно громко, чтобы находившийся рядом Джонни точно услышал.

Ревность Драко Джинни одновременно забавляла и льстила ей. Муж распушил перья, как ревнивый петух, и недобро посматривал на мнимого соперника, а тот, уже откровенно подыгрывая, только сильнее его раззадоривал. Джинни сомневалась, что дело действительно может дойти до драки, и потому просто наслаждалась спектаклем.

— Если появится возможность воспользоваться портключом, мы ею воспользуемся, — заявил Драко чуть погодя, подхватив сына на руки и едва заметно поморщившись, когда на идеально выглаженной рубашке остался след маленькой ладони.

— Но билеты вернуть не получится, — напомнила Джинни. — Они невозвратные.

— Да какая разница? Я что, не могу купить билеты и выбросить их, если захочу?! — возмутился Драко и, гордо развернувшись на пятках, направился в ванную.

Лу, в отличие от брата, выглядела как идеальный ребёнок с иллюстрации из журнала о счастливом материнстве: чистая, довольная и с сияющими глазами. Джинни погладила дочь по мягким волосам.

— В кого твой отец такой нытик? — спросила она.

— А Драко опять разнылся? — Виктор вошёл на кухню, потирая руки. — Домой хочет?

— Ага, — кивнула Джинни. — Что там с…

Она неловко кашлянула. Ночью Пылик опять вырвался на свободу; на этот раз не через дверь — он проломил стену. Гермиона, починившая её магией за считанные секунды, выглядела в тот момент как человек, глубоко сожалевший о целом ряде своих жизненных решений. Джинни подозревала, что приглашение погостить тоже входило в этот список.

С утра пораньше Гермиона и Перси ушли «подышать», как выразился Виктор. Гермионе иногда требовалось пространство, чтобы успокоиться. Он к этому уже привык и посоветовал не переживать. А ещё — держать Драко от неё подальше, потому что ночью, во время ремонта стены, они успели сцепиться так, будто виноватым был исключительно он.

— Да в порядке всё с кустами и газоном, не переживай, — рассмеялся Виктор. — Мы же вчера всё поправили.

— А сегодня ты что делал?

— Наводил красоту. Руками куда удобнее и лучше. Очень успокаивает, советую.

Он подошёл к Лукреции, подхватил её на руки и подбросил в воздух — чем немедленно вызвал у неё бурю восторга.

Определённо, дочери будет очень сложно расстаться с любимым нянем — Джинни уже представила, какие истерики она будет катать дома, когда поймёт, что он вдруг исчез. Хотя… близнецы ещё маленькие, так что всё забудется. Вот родители зато хорошо запомнят эту поездку, особенно Драко.

Несмотря на то что РМП спал, портключ они так и не получили — американское министерство настяло на куче проверок, так что в Британию они возвращались на том же «Пегасе 210». Джонни поныл о том, что тоже хочет, но его тётушка и мать одновременно дали парню подзатыльники. При этом капитан Невски заявила, что пусть сначала получит аттестат Ивельморни, а потом хоть юнгой устраивается, а мать Юхана тут же запричитала, что ей одного боцмана в семье уже выше крыши.

— Ничего страшного, — подмигнул Джонни Джинни именно в тот момент, когда Драко вышел из дома с чемоданами. А капитан Невски удалилась в сторону заказанного магического такси, слава Мерлину, без всяких Хуанов. Гермиона пообещала заняться этим делом: не ради Драко, конечно, просто она терпеть не могла подобного рода преступность. — В следующем году буду присылать вам бесплатные билеты, чтобы ты почаще нас навещала. И прослежу за сервисом.

— Я больше не сяду в это коры… — Драко поймал взгляд Невски со стороны автомобиля и замолчал. Джинни тихо рассмеялась.

— Следите за вашими… тварями, мистер Малфой, — хрипло крикнула капитанша. — И я сейчас не только про енотов.

К счастью, казусов не произошло. Каюты у них действительно были отличные, но, так как их было очень ограниченное количество, у Драко и Джинни был семейный номер, а Перси с Дафной поселили вместе в другой. По крайней мере, так сказала Дафна, хотя по её хитрому взгляду Джинни поняла, что Гринграсс вполне могла и выпросить такое удачное распределение. У неё точно было много того, что могло заинтересовать мадам Невски.

Родные пенаты встретили их не благостной тишиной, а целым роем вопилок: от родителей, от Гарри с Пэнси, от Рона с Асторией… ещё от кого-то, но Джинни раздражённо отправила их все заклинанием в специальную коробочку для вопиллеров, отложив на потом.

Главным образом потому, что дети решили вторить летающим сообщениям, и Джинни поспешила вытащить из приобретённого в Америке зачарованного чемодана Пылика и Васек.

Меньше их не стало, хотя Драко всё утверждал, что это Васька Один временно клонировался из-за режима магического происшествия. Раздав енотониззлов Ари и Лу, и вручив всю эту ораву присмиревшему пылесосу, Джинни повернулась к мужу, потянувшись за поцелуем: настолько несчастным он выглядел, несмотря на возвращение домой.

— У меня почему-то такое чувство, что мы что-то забыли, — протянула она, отрываясь от его губ.

— Я надеюсь, ты не про Крама с Грейнджер, — закатил глаза Драко. — И не этого наглого малолетку.

— Драко, они оба Крамы теперь! И нет, я не про Виктора и Гермиону, не про Юхана и даже не про Перси с Дафной, хотя эти как-то слишком уж быстро откланялись.

Очевидно, Гринграсс всё-таки нашла, чем заинтересовать Перси… тот даже про работу не вспоминал на корабле. Зато как-то утром, в ресторане, на завтраке бормотал про какого-то Великого Пыла и коррекцию зрения. Пока Дафна не заявила, что его очки очень сексуальные, в отличие от поттеровских.

— Может, надо было купить больше сувениров? — продолжала перебирать в уме Джинни. — Да нет, мы даже для новорождённой Поттеров купили подарок.

— А для моего отца — нет! — встал в позу Драко, вытаскивая из холодильника графин холодной воды и жадно делая глоток прямо оттуда.

— Потому что ты сам сказал, что Люциус ненавидит всё, что связано с Америкой, как и ты, — напомнила Джинни.

Пылик что-то радостно прогудел из комнаты.

Но всё равно было подозрительно спокойно. Васька бы уже залез в мусорку, будь он один, а пушистики…

— Чёрт подери! — закричала Джинни, и Драко поперхнулся водой. — Мы забыли у Крамов Арнольда и Хельгу!

+++ Драко +++

Поттеры зачем-то заявились к ним тем же вечером. Как объяснила Пэнси, качающая на руках младшую дочь, остальные дети всё ещё гостили у бабушки с дедушкой, а ей нужно было развеяться и послушать сплетни.

Особенно бывшую Паркинсон почему-то интересовала любовная жизнь Дафны: Драко был уверен, чтобы подкалывать подружку, как только та выпустит из своих сетей Перси, удалившегося из магического порта в Британии вместе с ней под ручку.

Джинни уже успела запаниковать, попробовать связаться с Гермионой — но связь всё ещё работала с перебоями, так что они так и не поняли, что там с пушистиками. Только что оба живы и чуть не попались на глаза мистера Аткинса, того самого старого маггла, который посмел поднять швабру на Васек.

Потом они немного повздорили в с женой опять на ту же тему, на которую ссорились всегда: выслушав послания от родителей, они так и не смогли решить, к кому надлежало отправиться раньше. Учитывая, что обещали и тем, и тем, и в итоге никуда так и не добрались.

После того, как Васьки их отвлекли, устроив погоню друг за другом по дому, а потом и Лукреция с Армандом, Джинни и Драко решили отложить этот вопрос на завтра.

— Вы так и будете их так звать? — спросил Гарри, и Драко тут же напрягся, припомнив, с чего началась их эпопея с США. Но Поттер тут же уточнил: — Я про енотов.

— Поттер, ты пришёл меня напрягать или расслабиться? Пей своё пиво, пока я не пожалел, что пригласил вас к себе. Дай мне хотя бы в себя прийти после этого летающего ужаса.

— Знаешь, — Гарри искоса глянул в сторону жены, которая хихикала на диване рядом с Джинни. Они же с Драко предусмотрительно устроились в противоположной части гостиной. Хотя лучше бы в столовую ушли. — Даже жаль, что я не отправился с вами. Иногда скучаю по таким… приключениям.

— Ты точно псих, шрамоголовый, — вздохнул Драко. — Это не лечится.

Они чокнулись стаканами. Точнее, у Драко был бокал с выдержанным эльфийским белым вином: пиво он терпеть не мог, ещё оно напоминало ему о Джонни и всей этой полумаггловской американщине вокруг Крамов. Как всё-таки хорошо вернуться на родные туманные берега, где живёт настоящая аристократия и правильные ценности.

И — увы — всякие Поттеры.

Но спустя полчаса он всё же сам расслабился, уже со смехом вспоминая отдельные моменты. Поттер в школе умудрялся бесить тем, что влипал в приключения и постоянно выходил сухим из воды, а тут наконец-то и Драко смог показать, что и он умеет. Даже если между делом его обокрал какой-то Хуан — про это Драко, конечно же, не стал распространяться. Хотя вот Джинни вполне могла сболтнуть Пэнси: их с Поттером жёны уже начали как-то слишком хитро поглядывать в их сторону. При этом Джинни раскраснелась: явно же выпила, в отличие от своей подружки.

Ночевать Поттеры, слава Мерлину, убрались к себе. Хотя напомнили, что в конце месяца у них какая-то «общая сходка». Драко понятия не имел, какая именно, но он был слишком уставший для того, чтобы спрашивать. Учитывая, что именно ему выпало проверять детей, Пылика и енотов перед сном.

И он ещё нашёл силы на то, чтобы показать жене, как сильно соскучился по постельным приключениям на их супружеском ложе. С чистыми шёлковыми простынями, которые, между прочим, презентовали им именно его родители в числе прочих подарков на рождение внуков.

— Знаешь, а всё-таки нам надо будет смотаться в отпуск, — удовлетворенно вздохнул Драко, поглаживая голое бедро Джинни. Она прижалась к нему, положив голову на плечо, и лениво рисовала круги на его животе.

— В Америку? — усмехнулась она. — Мне показалось, что тебе там не очень понравилось.

— Ни за что! Никакой Америки! Максимум — Европа. И только портключ.

— Да кто бы сомневался. В тебе нет духа авантюризма.

— Есть, — не согласился Драко. — Просто мне не нравятся Штаты.

Тут Драко не соврал. Может быть, его мнение сложилось бы иначе, отправься он туда не впопыхах, не переживай за свою семью и не окажись в гостях у Грейнджер. Не добавляло приязни к этой стране и то, что к его жене клеился какой-то малолетний хам. Драко всё ещё ревниво пыхтел, вспоминая, какими глазами этот финно-американский Джонни смотрел на Джинни. И ведь не помогали напоминания о том, что она счастливая жена и мать двоих детей!

Драко повернул голову, чтобы видеть лицо Джинни. Он же не ошибается, и она действительно счастлива?

Раньше его никогда не накрывало этим глупым, совершенно неуместным страхом. Ему казалось, что их с Джинни жизнь полностью налажена даже несмотря на бытовые неурядицы и проблемы с членами их семейств. Драко и представить себе не мог, что в один прекрасный — то есть откровенно ужасный, — день Джинни может проснуться и понять, что заслуживает кого-то другого. Теперь он даже знал, каким может быть тот мужчина: менее занудным, менее ворчливым и определённо менее склонным устраивать трагедии из-за одной поездки в каюте не класса люкс. И, может быть, на несколько лет моложе.

Сколько, блин, было лет этому Джонни? У Драко не мог появиться реальный повод нервничать?

Нет, скорее всего, не мог. Джинни подняла на него довольные сонные глаза, уголки её губ дрогнули в улыбке — той самой, которая доставалась только Драко.

— У тебя мысли в голове слишком громкие. Чего ты там опять себе придумал? — спросила она, зевнув.

— Ничего.

— Вре-ёшь, — протянула Джинни и ущипнула его за живот. — Когда ты врёшь, у тебя твердеют соски.

— Глупости!

Джинни ущипнула его за сосок, заставив охнуть.

— Тут просто прохладно.

— Тут тепло. Говори давай, что ты там себе придумал, пока я не начала тебя пытать.

— Поттеры плохо на тебя влияют, — заворчал Драко, подтянув одеяло повыше, чтобы оно накрывало не только их бёдра.

Джинни приподнялась на локте, помогая ему укрыть их, и легко поцеловала в подбородок.

— Если ты опять думаешь всякие глупости, то прекращай.

— Какие именно?

— Всё подряд, начиная с того, что я потащу тебя обратно в Америку. Мне тоже хочется провести отпуск… как-то потише.

Драко согласно закивал. У Грейнджер… то есть, у Крамов было шумно, людно и суетно. Как в Норе, но этого он вслух не сказал, потому что Джинни как раз устроилась у него под боком поудобнее.

Некоторое время они просто лежали молча, наслаждаясь близостью друг друга.

— Знаешь, — пробормотала она спустя пару минут, уже почти засыпая. Драко и самого уже клонило в сон. — Если мы всё-таки поедем в отпуск, нужно будет заранее решить, кого оставим присматривать за детьми.

— И пушистиками

— И пушистиками. И Пыликом.

— И главное, не забыть Ваську. Васек. — Меховых тварей можно было потерпеть и с собой, всё-таки, их было очень полезно мять в терапевтических целях.

— Главное, я не забуду мужа, — усмехнулась Джинни. — Даже если он умудрился назвать моего сына Брутусом.

— Кто бы говорил! — тут же вспыхнул Драко. — Василиса, Джинни! ВА-СИ-ЛИ-СА!..

+++ Нарцисса +++

В юности Нарцисса предпочитала пить жасминовый чай. Он был терпким и густым, с едва заметной сладостью в послевкусии и пах не модными цветами, а старым сумеречным садом. Легкомысленные ароматы ей никогда не нравились, тогда как утончённые дарили покой. Увы, после беременности её вкусы несколько изменились, и на смену благородному жасмину пришёл белый чай.

Люциус его терпеть не мог, считая, что вкус слишком тонок, чтобы приносить настоящее удовольствие. Нарцисса не слушала мужа и велела домовикам заваривать чай с предельной тщательностью, а пила исключительно из любимого сервиза тончайшего фарфора. На чашках с изящными ручками были изображены летящие журавли — работа известного китайского мастера. Сервиз был подарком Люциуса на их десятую годовщину.

От чашки поднимался тонкий пар, едва заметный в утреннем воздухе. Нарцисса вдохнула аромат молодой листвы и весеннего сада, перелистнула страницу нового романа и на мгновение оторвалась от строк, чтобы с лёгкой улыбкой посмотреть на цветущие розы. Она часто пила чай в оранжерее, наслаждаясь тишиной и покоем.

Обычно никто не присоединялся к ней, но Нарциссе это и не было нужно. Она любила это время — тишину, маленькие сэндвичи с ветчиной и сыром, хороший чай и новую книгу. Все в Малфой-мэноре знали, что нарушать её покой в эти часы нельзя.

Разумеется, именно поэтому это случалось с удручающей регулярностью.

Но обстоятельства, увы, бывали разными…

От неожиданного хлопка, с которым перед ней возник Гефти, рука Нарциссы дёрнулась. Золотистая жидкость пролилась на страницу, оставив на ней уродливое пятно. Нарцисса медленно подняла взгляд на домовика, чувствуя, как кровь в её жилах начинает закипать.

— Трагедия, госпожа! — всплеснув руками, рухнул Гефти к её ногам. Он комкал в пальцах свой шейный платок, прижимая к заплаканным глазам. — Трагедия!

— Что на этот раз, Гефти? — с ледяным спокойствием в голосе спросила Нарцисса.

— Нам пришла посылка! Из… из… из этого ужасного места! — зарыдал он ещё громче. — Бездушного! Лишённого всякого… всякого…

— Конкретнее, Гефти.

— Из тех самых Америк!

Брови Нарциссы взметнулись вверх. Знакомых в Соединённых Штатах у них не было. Так кто мог прислать что-то в мэнор? Прежде, чем она успела спросить, Гефти всхлипнул и продолжил:

— Эта коробка шевелится, госпожа, а в ней!..

Кажется, о спокойном дне Нарциссе можно было забыть.