Сверхъестественное: Анна (джен)

Дин вошёл в номер последним, крепко сжимая в руках пакет с едой. Шуршание упаковки эхом отразилось от стен, но он бросил его на кровать с такой силой, что чипсы внутри громко хрустнули.

— Аспирин, — отрывисто бросил он, небрежно высыпая таблетки на стол. — И кофе. Покрепче.

Сэм сидел на краю кровати, осторожно массируя левую кисть. Его пальцы мелко подрагивали от усталости. Третья ночь без сна давала о себе знать — последние восемь часов он держался исключительно на адреналиновом запале.

— Я схожу за аптечкой, — хрипло произнёс он, с трудом поднимаясь на ноги.

Дин лишь кивнул, не отрывая взгляда от экрана планшета.

— Десять минут, — предупредил он. — Потом начну обыскивать каждый угол этого мотеля.

* * *

Сэм медленно открыл дверь и спустился по наружной лестнице в холл мотеля. Холл был пуст: стойка администратора пустовала, телевизор в углу транслировал рекламу на минимальной громкости, а запах сигарет и дешёвого мыла наполнял воздух.

Сэм двинулся к выходу, но его внимание привлекла дверь служебного туалета. Он услышал тихий плеск воды и скрип крана. Кто-то мыл руки.

Он остановился. Его EMF-метр в кармане слегка подрагивал, хотя индикатор не доходил до красной зоны. Просто... что-то было не так.

В этот момент он услышал шаги за спиной. Сэм резко обернулся.

Он узнал её сразу. Ту же кожаную куртку, те же вьющиеся чёрные волосы, тот же холодный взгляд. Девушка, которая стояла на заправке, которая не испугалась ругару, которая назвала их «истеричными» и отказалась от помощи.

Анна замерла. На долю секунды в её глазах мелькнуло удивление — она явно не ожидала увидеть их здесь. Потом удивление сменилось раздражением. Она сжала челюсти так, что желваки обозначились на скулах, но не сделала шага назад.

— Ты! — Её голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Какого чёрта вы здесь?

Сэм медленно поднял руки чуть выше пояса, ладонями к ней.

— Мы просто ищем ночлег, — сказал он ровно. — Та же трасса, те же мотели. Случайность.

Анна фыркнула, но в этом звуке не было веры.

— Случайность. — Она покачала головой. — В этом городе случайностей не бывает. Особенно с вами.

Она сделала шаг в сторону, обходя его, но Сэм качнулся следом — не блокируя, а просто оказываясь между ней и выходом.

— Мы нашли склад, — сказал он негромко. — «Blackstone & Sons». Документы, логистика, адреса заброшенных ферм. И мы поняли, что это не просто логово ругару. Это сеть.

Анна остановилась. На мгновение её взгляд стал острее, будто она пересчитывала что-то в голове.

— И ты решил, что я должна об этом знать?

— Я решил, что у тебя есть причины быть здесь, — ответил Сэм, глядя ей прямо в глаза. — Ты не просто проезжала мимо. Ты приехала сюда. К этому мотелю. Зачем?

Анна не ответила сразу. Её рука чуть дрогнула, будто она хотела коснуться ножен под курткой, но она сдержалась.

— Это не твоё дело, — сказала она, и в голосе прорезалось раздражение.

В этот момент из коридора второго этажа донёсся звук шагов. Тяжёлых, размеренных. Дин спустился по лестнице, держа в одной руке чашку с кофе, другой прижимая к боку куртку — там, где под повязкой скрывалась рана. Он выглядел уставшим, но его взгляд был цепким.

— Сэмми, — сказал он, не повышая голоса, — она права. Это не её дело. — Он сделал паузу, глядя на Анну. — Но раз уж она здесь, может, объяснит, почему вокруг этого мотеля пахнет серой сильнее, чем в аду?

Девушка прищурилась, будто пыталась разглядеть в Дине не охотника, а какую-то особенно упрямую деталь механизма — ту, что всё время заедает, но без неё никак. Она не опустила взгляд, не сгорбилась от усталости, а наоборот чуть расправила плечи, словно проверяя, не давит ли куртка на ножны.

— Пахнет серой, потому что кто-то слишком громко думает, — бросила она, скользнув взглядом от чашки в его руке к повязке под курткой. — И если ты сейчас скажешь, что это от кофе, я поверю только в том случае, если в него плеснули адского самогона.

Она не стала отступать, но и не рванула вперёд — просто чуть развернулась, чтобы держать в поле зрения и Дина, и коридор, откуда до сих пор тянуло сквозняком и чем-то чужим.

— Я здесь не для того, чтобы спасать ваши шкуры, — продолжила она ровно, но в голосе прорезалась та самая колючая интонация, с которой она обычно ставила точки над «i». — И не для того, чтобы объяснять свои маршруты. Но если ты чувствуешь серу, значит, ты не совсем слепой. А это уже плюс.

Анна коротко кивнула в сторону стойки администратора, где на стене висела старая схема эвакуации, будто не на бумагу смотрела, а на невидимую карту, которую держала в голове.

— Они идут, — сказала она без пафоса, просто как о факте вроде «скоро дождь». — Не через стены. Я поставила знаки по периметру: демоны не смогут пройти сквозь них, как обычно. Придётся им топать по коридорам, как людям. И да, выходов тут два. Один ты видишь. Второй — через подсобку, но там замок заедает. Так что если хочешь стоять тут и мерить меня взглядом — стой. Но лучше решай, будешь держать дверь или считать, сколько раз моргнёт лампочка.

Её пальцы на миг коснулись края куртки — не за кинжалом, а будто проверяя, на месте ли привычная тяжесть, — и тут же опустились. Дин скривился, словно откусил лимон. Он терпеть не мог, когда кто-то читал ему лекции о тактике в его же собственном расследовании, но запах серы действительно становился гуще с каждой секундой.

— «Адского самогона»? — процедил он, делая большой глоток кофе и демонстративно игнорируя её взгляд на свою рану. — Слушай, принцесса, я уже понял, что ты у нас главная по загадкам. Но если они идут через коридоры, значит, мы их там встретим.

Он поставил чашку на стойку администратора так резко, что дешевый пластик треснул. Дин вытащил пистолет из-под куртки и передернул затвор. Звук получился громким, эхом отразившись от дешевых обоев.

— Сэмми, проверь подсобку, — бросил он брату, даже не оборачиваясь. — Если замок заедает — выломай к чертям или подопри шваброй. Я держу парадный вход.

Сэм кивнул, бросив быстрый взгляд на Анну. Его EMF-метр теперь вибрировал почти непрерывно, нагревая карман джинсов.

— Анна, — позвал он, не опуская рук, но меняя тон с исследовательского на командный. — Ты сказала про знаки. Они задержат низших, но архидемона... Она права, Дин. Нам нужно пространство для маневра. Стойка ресепшена даст нам укрытие, а холл слишком открыт.

Дин проигнорировал совет брата, впиваясь взглядом в Анну. Ему отчаянно хотелось доказать, что им не нужна помощь какой-то девчонки на байке.

— А ты куда собралась? — рыкнул он. — На крышу драпать? Или просто постоишь в сторонке, покажешь пальцем, где демоны, чтобы мы сделали всю грязную работу?

Анна не шелохнулась — только чуть наклонила голову, будто взвешивала, сколько секунд уйдёт на то, чтобы поставить Дина на место, и стоит ли тратить на это время. В воздухе и правда становилось тяжелее: запах серы уже не просто висел — он оседал на коже, как копоть.

— Драпать? — она хмыкнула, и в этом звуке не было ни капли обиды — только привычная, почти механическая ирония. — Слушай, Винчестер, если бы я собиралась драпать, ты бы сейчас даже силуэта моего не увидел. Я тут потому, что уходить сейчас — значит выпустить их в город. А мне потом по этой трассе ещё ехать.

Она скользнула взглядом по пистолету в его руке — ровно настолько, чтобы отметить, что ствол есть, а толку от него против того, что идёт, будет чуть. Потом снова посмотрела Дину прямо в глаза — без вызова, просто чтобы он понял: она не собирается ни соревноваться, ни уступать.

— Ты держи свой парадный вход, сколько влезет, — сказала она спокойно, но в голосе прорезалась та самая жёсткая интонация, с которой она обычно ставила точки над «i». — Но если они пойдут толпой, твой пистолет будет стрелять в пустоту, пока первые трое уже будут у тебя за спиной. Знаки держат низших — это не щит от всего на свете, а фильтр. Они не пройдут сквозь стены, но через дверь — запросто.

Анна коротко кивнула в сторону стойки ресепшена — старой, из потёртого ДСП, с облупившейся кромкой.

— Укрытие там — так себе, но лучше, чем стоять посреди холла, как мишени в тире. И да, я не собираюсь стоять в сторонке и показывать пальцем. Но и не буду лезть под твой ствол, когда ты от нервов начнёшь палить по теням.

Дин стиснул челюсти так, что желваки заходили ходуном. Она снова была права — от первого до последнего слова. Это бесило его больше, чем перспектива быть разорванным в клочья.

— Ну конечно, — процедил он сквозь зубы, перехватывая оружие поудобнее и делая шаг к стойке ресепшена. — Теперь ты у нас ещё и эксперт по тактике засад. Сэмми! Слышал? Мы с тобой «мишени в тире».

Сэм уже скрылся за углом коридора, ведущего к подсобке. Оттуда раздался глухой удар дерева о дерево — видимо, брат действительно решил выломать замок шваброй или плечом, не тратя время на возню с ржавым механизмом.

Дин присел за стойку, выглядывая в щель между пластиковой перегородкой и стеной. Холл просматривался идеально — идеальное место для расстрела... если бы противники были людьми.

— Ладно, умник, — бросил он Анне, не оборачиваясь. — Раз уж ты такая предусмотрительная, иди сюда. Встанешь слева от меня, за колонной. Если они попрут через парадный вход — твоя задача снять тех, кто идет сзади толпы. Не лезь вперед, пока я не дам сигнал. И бога ради, убери этот свой кинжал из руки, пока я случайно не принял тебя за низшего и не разнес тебе башку солью!

Он передернул затвор еще раз. Пальцы здоровой руки слегка подрагивали — адреналин догонял боль от раны. Анна медленно убрала руку от ножен — не потому что послушалась, а потому что поняла: сейчас лишние движения только мешают. Она скользнула к колонне, не прижимаясь к ней, а держа дистанцию в полшага — чтобы не стать заложницей укрытия, если демоны прорвутся ближе.

— Я не люблю команды, Винчестер, — бросила она тихо, но так, чтобы он услышал сквозь скрип старого пластика и нарастающий гул в ушах, похожий на помехи в радиоприёмнике. — Но если ты обещаешь не палить по всему, что шевелится, я не буду напоминать, что твой пистолет против архидемона — как зажигалка против пожара.

Она чуть наклонилась вперёд, проверяя угол обзора: отсюда было видно и вход, и коридор, куда ушёл Сэм. В воздухе уже не просто пахло серой — он стал густым, будто пропитанным чем-то липким, от чего першило в горле.

— И не называй меня «умником», — добавила она, чуть приподняв бровь. — У меня полбака бензина и один фиолетовый клинок. Это не стратегия, это импровизация. Если они пойдут через парадный вход, я сниму тех, кто сзади. Но если они решат зайти с лестницы — а они могут, потому что знаки держат стены, а не этажи, — то твоя «идеальная позиция» станет ловушкой.

Анна на секунду прикрыла глаза, прислушиваясь не к звукам, а к тому странному ощущению, которое нарастало где-то под рёбрами — будто пространство вокруг сжималось, как резинка, готовая щёлкнуть.

— Сэм скоро вернётся, — сказала она чуть тише, уже не для спора, а чтобы просто заполнить звенящую паузу. — И лучше бы у него была швабра. Или лом. Потому что если демоны пойдут через подсобку, у нас не будет времени на вежливые переговоры.

В этот момент лампочка над стойкой снова моргнула — но теперь не просто мигнула, а на секунду вспыхнула так ярко, что в глазах поплыли фиолетовые пятна. Когда зрение вернулось, в проёме парадного входа стояла фигура. Не человек. Слишком прямая, слишком неподвижная. И от неё тянуло холодом, который не бывает от сквозняка.

Анна не шевельнулась, но её голос стал ровным, без единой лишней интонации — как лезвие, которое вынимают из ножен:

— Они не стали стучать, — прошептала она, глядя прямо на фигуру. — Они просто пришли. Дин, держи позицию. Но будь готов к тому, что «сзади толпы» — это не метафора.

Дин замер за стойкой, и его пальцы побелели на рукояти пистолета. Фигура в проеме не двигалась — она просто была, заполняя собой дверной проем так, словно была частью архитектуры мотеля. Запах серы мгновенно сменился запахом озона и жженой пыли.

— Старший... — выдохнул Дин сквозь стиснутые зубы. — Лейтенант Ада.

Он бросил быстрый взгляд на Анну. В её голосе больше не было насмешки или колкости — только звенящая пустота человека, который уже считал свои шансы на выживание. Это напугало Дина сильнее, чем сама тварь у входа. Если даже эта девчонка с фиолетовым ножом напряглась, значит, шутки кончились.

Он перехватил пистолет левой рукой, прижимая правую к боку, чтобы хоть как-то остановить сочащуюся кровь.

— Сэмми! — рявкнул он в коридор, надеясь, что брат услышит этот крик через стену подсобки. — Живо сюда! У нас гости!

Фигура в дверях медленно повела головой, сканируя холл. Желтые глаза вспыхнули в полумраке, но лицо оставалось неподвижным, лишенным эмоций. Демон сделал шаг внутрь. Дерево под его ногами не скрипнуло — оно просто рассыпалось в мелкую труху.

Дин вскинул оружие. Его план «держать парадный вход» трещал по швам: соль могла задержать низших, железо — ранить рыцарей Ада, но против того, кто способен игнорировать законы физики одним своим присутствием, пистолет казался детской игрушкой.

— Держишь лестницу? — процедил он Анне, стараясь не смотреть ей в глаза, а держать прицел на груди твари. — Хорошо. Как только скажу «три» — бросай всё и беги к Сэму в подсобку. Поняла? Мне плевать, насколько ты крутая, если этот решит тебя забрать, я хочу, чтобы между вами был хотя бы один кирпичный простенок.

Старый пластик стойки ресепшена начал плавиться от жара, исходящего от демона. Лампочка над ними лопнула с тихим хлопком, осыпав их осколками стекла. Холл погрузился во тьму, освещаемую только мертвенно-желтым светом глаз незваного гостя.

— Ну давай, рогатый, — громко прорычал Дин, нажимая на спусковой крючок. Грохот выстрела серебряной пулей разорвал тишину, — Покажи, из чего ты сделан!

Анна не шевельнулась, но её пальцы наконец легли на рукоять фиолетового кинжала — не вынимая, просто чтобы чувствовать холодную сталь под кожей. В темноте, разрезанной только жёлтым светом глаз демона, её лицо стало жёстким, лишённым всякой бравады — только расчёт и холодная ясность.

— Серебряные пули его не остановят, — сказала она тихо, почти шёпотом, но так, чтобы Дин услышал сквозь гул в ушах и треск плавящегося пластика. — Он не рядовой. Он пришёл не драться — он пришёл забрать. И если ты думаешь, что подсобка спасёт Сэма, ты ошибаешься: этот не станет ломиться в дверь. Он просто появится там.

Она чуть наклонилась вперёд, не сводя взгляда с демона, будто пыталась прочесть в неподвижности его тела, когда будет первый рывок.

— Дай мне три секунды после выстрела, — бросила она, не глядя на Дина. — Не чтобы я успела что-то сделать, а чтобы ты понял, что он не упал. И тогда — никаких «я сам». Мы работаем вместе. Или мы не выходим отсюда вообще.

Демон сделал ещё один шаг, и пол под ним не просто рассыпался — он будто растворялся, как лёд под кипятком. Воздух стал густым, тяжёлым, словно каждое слово приходилось выталкивать сквозь невидимую стену.

В этот момент из коридора донёсся тяжёлый, торопливый шаг — Сэм вылетел из темноты подсобки, в одной руке сжимая ржавую швабру, в другой — бутылку с чем-то тёмным. Его лицо было бледным, глаза — острыми, как у загнанного зверя, который вдруг понял, что ловушка захлопнулась.

Дин не ответил. Он только глухо зарычал, передергивая затвор оружия рукой — металл лязгнул о металл с сухим, отчаянным звуком. Он стиснул челюсти, не обращая внимания на боль в боку, и прицелился в демона.

— Три секунды? — процедил он сквозь зубы, целясь теперь ниже, в колени твари. — У нас нет трех секунд, принцесса!

Демон сделал шаг вперед. Пол под ним действительно пошел рябью, превращаясь в черную жижу. Желтый свет его глаз стал невыносимо ярким, отбрасывая на стены искаженные, пляшущие тени братьев. Сэм резко остановился за колонной, тяжело дыша. От него пахло гарью и дешевым машинным маслом из подсобки.

— Святая вода смешана со святой землей! — хрипло выкрикнул он, перекрывая нарастающий гул демонического присутствия. — Это всё, что успел смешать Бобби по телефону! На кожу сработает как кислота, но глаза выжжет гарантированно!

Старший демон замер. Его голова медленно повернулась к Сэму. Уголок его рта дернулся вверх в подобии улыбки, обнажая почерневшие десны.

— Мальчик с грязной водой... — проскрежетал он. Голос вибрировал прямо в костях Сэма, заставляя колени подогнуться от первобытного ужаса. — Ты пахнешь отчаянием. Твой брат умирает там, за стойкой. А ты пришел поиграть в охотника?

Анна не стала тратить время на слова. Она рванула вперёд — не на демона, а по диагонали, к проёму между стойкой и стеной, туда, где тень была гуще и где на секунду можно было исчезнуть из его поля зрения. Кинжал наконец выскользнул из ножен с тихим, злым шелестом стали.

— Не смотри ему в глаза! — рявкнула она, не оборачиваясь, потому что знала: если хоть на миг поймает этот жёлтый свет, ноги станут ватными. — Сэм, держи бутылку как гранату: только в лицо, только в упор! И не жди, пока он заговорит ещё раз — от голоса у него паралич цепляется!

Она прижалась спиной к стене, чувствуя, как штукатурка крошится под давлением чего-то, что давило на само пространство. Воздух здесь был не просто тяжёлым — он словно сопротивлялся вдоху, будто лёгкие натыкались на невидимую преграду.

Дин зажмурился, чувствуя, как жар от плавящегося пластика обжигает щеку. Приказ Анны сработал лучше любого армейского устава — в её голосе не было паники, только жесткая хирургическая точность.

— Понял! — рявкнул он, опуская руку с пистолетом. Оружие сейчас было бесполезным грузом.

Он перехватил огнестрел обеими руками и шагнул из-за укрытия ровно в тот момент, когда Старший перевел свой парализующий взгляд с Сэма на Анну. Демон отвлекся всего на долю секунды, оценивая фиолетовое лезвие.

Это была его ошибка.

Дин резко развернулся к демону, выхватывая пистолет. Его пальцы крепко обхватили рукоять, но в последний момент он передумал стрелять. Вместо этого он использовал оружие как дубинку, нанося мощный удар прикладом по виску существа.

Удар прикладом оказался неожиданным для демона. Плечо существа дёрнулось, тёмная жидкость брызнула в стороны, но тварь не упала. Давление на лёгкие Сэма ослабло, но не исчезло полностью.

— Сейчас! — выкрикнул Дин, но его крик потонул в реве демона.

Старший взревел. Удар в плечо не убил его, но разозлил до безумия. Черты лица окончательно поплыли: кожа на лбу натянулась, обнажая костяные наросты, а изо рта хлынула кровь. Он махнул рукой назад, даже не глядя, просто инстинктивно пытаясь смести того, кто посмел его ударить.

Анна этого ждала.

Она ушла с линии удара ещё до того, как рука демона начала движение — не акробатическим прыжком, а коротким, выверенным шагом вбок, будто заранее знала, где окажется эта тень. Кинжал она держала не для размашистого удара, а как продолжение собственной злости — остриём вперёд, ловя момент, когда Старший потеряет равновесие.

— Сэм! — рявкнула она, не сводя глаз с твари, после нанесённых ударов. — Соль в рану! Не в воздух! Прямо в трещину от клинка!

Сэм не стал переспрашивать. Он рванул из-за колонны, пальцы сжимали мешочек с солью так, что костяшки побелели. В два прыжка он оказался рядом и, не думая о собственной безопасности, швырнул содержимое прямо в тёмные маслянистые разводы на руке демона — туда, где фиолетовый клинок оставил свой след.

Соль зашипела, соприкасаясь с демонической плотью, и Старший снова взвыл — но теперь в этом рёве слышалась не ярость, а боль, настоящая, разъедающая. Его движения стали дёргаными, неуклюжими, словно пространство вокруг него вдруг перестало быть послушным.

Анна не дала ему времени опомниться. Она шагнула ближе, не к лицу, не к груди — туда, где под рваной тканью куртки угадывалась линия плеча, и резанула кинжалом ровно настолько, чтобы сталь зацепила ту самую границу между человеческой оболочкой и демонической сутью. Никакого свечения — только глухой, неприятный звук, с каким лезвие режет нечто, что не должно быть плотным, и короткая судорога, пробежавшая по телу твари.

— Держи его! — выдохнула она, резко выдергивая клинок и отступая на шаг. — Ещё секунда — и он снова начнёт давить на пространство!

В этот момент из коридора донёсся не просто шаг — а звук, от которого кровь стыла в жилах: второй демон не шёл, он *скользил*, будто пол под ним был льдом, а не старым линолеумом. Фигура в проёме замерла, склонив голову набок, и её губы растянулись в тонкой, безрадостной улыбке.

— Ты думала, это бой один на один? — прошипела она голосом, в котором не было ни капли человеческого тепла. — Он отвлекал. А я пришла забрать то, что принадлежит нам.

Анна резко повернула голову к новому противнику, и в её взгляде мелькнуло то самое холодное понимание, которое появляется, когда до тебя доходит: ты не просто в ловушке — ты в центре чужой партии. Её пальцы крепче сжали рукоять кинжала, но она не подняла его для угрозы. Просто держала так, как держат единственный рабочий инструмент, когда вокруг всё летит в пропасть.

— Дин, — бросила она коротко, не оборачиваясь. — Если у тебя есть ещё что-то, кроме соли и святой воды, — доставай. Сейчас. Потому что эта пришла не болтать.

Второй демон скользнул в холл. Первый, ослепленный, все еще выл у стойки.

— Твою мать... Их двое, — выдохнул Дин, не отрывая взгляда от нового противника. — Сэм, бросай соль ей в глаза!

Сэм не стал ждать объяснений. Он швырнул остатки соли в лицо второму демону. Кристаллы с шипением впились в кожу существа, заставив тварь на мгновение отшатнуться с тихим рыком боли.

— Анна, окно! Сейчас же! — закричал Сэм, толкая девушку плечом в сторону коридора, ведущего к пожарному выходу.

Анна не стала спорить и не стала оглядываться — она приняла толчок Сэма как команду, а не как фамильярность, и тут же рванула вперёд, не по прямой, а зигзагом, чтобы не стать лёгкой мишенью. Кинжал она не прятала и не поднимала для удара — держала низко, вдоль бедра, как продолжение собственной руки.

— Не к окну! — рявкнула она на бегу, голос резанул воздух жёстко, без паники. — К пожарному выходу через подсобку! Окно заколочено с улицы — я видела, когда ставила знаки! Там решётка, её не сорвать за пять секунд!

Она метнулась в коридор, краем глаза успевая заметить, как второй демон, шипя от святой воды, уже выпрямляется, и в его глазах нет боли — только холодная ярость, которая страшнее крика.

— Сэм, не стой у неё на пути! — бросила девушка, не оборачиваясь. — У неё когти — они не просто режут. От одного пореза кожа чернеет, а мышцы перестают слушаться. Это не иллюзия, это яд, который бьёт по нервам. Держи дистанцию, пока не найдёшь, чем её связать!

Анна на секунду притормозила у двери подсобки, резко крутанулась на пятке, оценивая расстояние до твари и до выхода. Её дыхание было рваным, но движения — чёткие, выверенные, будто она не бежала, а раскладывала в голове ходы наперёд.

— Дин! — выкрикнула она, ловя его взгляд на долю секунды. — Железо под ноги! Не в грудь, не в лицо — под ноги, чтобы сбить ей инерцию! У этих тварей скорость держится на рывке: если сбить первый шаг, они теряют темп!

Сэм даже не стал спорить. Услышав про яд, он резко изменил траекторию, уходя с линии атаки второго демона чуть вправо, чтобы держать дистанцию со шваброй наперевес. Он понял тактику Анны мгновенно: если тварь сократит дистанцию — они трупы. Ему нужно пространство для замаха железом.

Дин услышал крик Анны о «железе под ноги» ровно в тот момент, когда второй демон оттолкнулся от пола. В глазах старшего Винчестера мелькнуло злое понимание — «Чертовски верно!».

У него не было ни шипов, ни гвоздей. Но у него был тяжелый армейский нож из отличной стали, который уже лежал в руке после неудачной попытки начертить символ.

— Лови! — рявкнул Дин.

Он не бросил нож сверху. С такого расстояния это бесполезно. Вместо этого он сделал то, что умел лучше всего — ударил на опережение. Дин швырнул клинок плашмя, параллельно полу, прямо под наступающую ногу демона, целясь в щиколотку.

Лезвие вонзилось в старый линолеум с глухим стуком, перечеркивая путь твари стальной полосой. Демон инстинктивно дернулся, пытаясь перепрыгнуть неожиданное препятствие или сменить вектор движения. Его идеальный скользящий шаг сбился. Нога подвернулась на долю секунды, инерция потянула массивное тело вперед, ломая безупречную прямую линию атаки. Этой доли секунды хватило.

— Пошел! — взревел Дин, бросаясь плечом в тяжелую деревянную дверь подсобки, за которой скрылась Анна. Замок затрещал, но выдержал. Сэм, оказавшись рядом, всем весом врезался в дверь рядом с братом.

Дерево лопнуло. Братья буквально вывалились в узкую, заставленную ящиками каморку вслед за Анной. Дин тут же развернулся, хватая валяющуюся на полу ржавую монтировку, и всем телом впечатался в дверной косяк, готовясь принять удар, пока Сэм будет возиться с внешней задвижкой пожарного выхода.

Второй демон возник в проеме разбитой двери через секунду. Он переступил через торчащий из пола нож Дина так, будто перешагивал через лужу. Желтые глаза впились в фигуру старшего Винчестера.

— Ты задерживаешь курьеров, мальчик, — прошипел он, медленно поднимая руку. От его ладони начало исходить черное марево, которое плавило коробки вокруг. — Последний раз предлагаю отойти.