↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Шахматный порядок (гет)



Автор:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Первый раз, Романтика, Ангст, Драма
Размер:
Макси | 758 Кб
Статус:
В процессе
Альбус Поттер, к удивлению всей своей семьи, попадает на Слизерин. Как сложится его судьба? Кем будут друзья юного Альбуса? И сможет ли он иначе взглянуть на окружающую действительность?
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 16

Время пролетело быстро, наступил и август. Приближался День рождения Джиневры Поттер. Альбус уже перестал на нее сердиться: мальчику очень хотелось сделать матери приятное, все же у неё праздник, а они — одна семья. Однако на душе у Ала все время скреблись кошки: захочет ли мать общаться с ним после всего, что произошло? В Норе уже поселилась предпраздничная суета в виде постоянно снующих близняшек, озабоченной бабушки Молли, придумывавшего все новые и новые выходки Джеймса и, конечно, Роксаны, которая (Альбус и сам не мог понять), то ли помогала, то ли просто била баклушии. С самим Алом, впрочем, никто из них не хотел практически разговаривать — разве что по крайней нужде. Мальчик, впрочем, не сильно нуждался в этом, уходя за старый флигель, где целый день можно был читать какую-нибудь книгу.

Альбусу хотелось убежать куда подальше еще и потому, что «Нора» представлял собой настоящий бедлам. Если у Ноттов все было чинно и спокойно, что в здесь постоянно что-то заявляло о себе: шумело, стучало, падало. Разумеется, Альбус знал это все и с детства, но сейчас, побывав в чинном доме, где все уважали личное пространство друг друга, вечный кавардак казался ему совершенно невыносимым. На чердаке обитало привидение — упырь, которому иногда казалось, что жизнь в доме течет слишком тихо, и он принимался завывать, аккомпанируя себе ударами по водопроводным трубам. А в комнате близняшек постоянно что-то взрывалось. Дедушка Артур этому ужасно умилялся, утверждая, что точно также было некогда в комнате у Фреда и Джорджа.

От скуки Ала иногда так и подмывало сходить в Косой переулок и заглянуть в «Горбин и Бэрк», где был такой приветливый продавец. Наверняка мистер Горбин посоветовал бы ему почитать что-то интересное, какую-то необычную книгу. Возможно, даже, про Темное Волшебство… Любопытно даже, почему волшебство называют Темным, что в нем такого Темного? Если причинения боли и ущерба, то почему тогда дуэльные заклятия не относятся к темным искусствам? Альбус, помахивая оторванным лопухом, старался гнать прочь от себя такие мысли, хотя умом понимал, что решение сходить в «Горбин и Бэрк» зреет в нем, и он не избежит соблазна.

За четыре дня до праздника список гостей еще не был утвержден, хотя «Нора» уже готовилась к приему гостей. Роксана согласилась съехать в деревянный флигель, оставив свою комнату для кого-то из гостей. Хьюго и Лили было решено, как маленьких, временно поселить в одну комнату.

Дедушка Артур поехал в Косой переулок, чтобы заказать себе новый костюм: бабушка Молли склонилась над листом пергаментной бумаги, задумчиво стуча пальцами по столу, а ребята бродили вокруг высказывая предположения. Из-за оживления было практически ничего не разобрать.

— Тетю Гермиону! — выкрикнула Рокси.

— Только тетю Гермиону? И дядю Рона тоже, — вставила Молли.

— Само собой разумеется, — пробормотала бабушка. — Куда же без Рона-то?

— Тетя Гермиона, Мерлин, — пробормотал Джеймс, закатив глаза.

— Естественно, что придут родственники, — уверенно заявил Альбус. — Нужно позвать каких-нибудь друзей мамы.

— Ты бы валил отсюда, змееныш, шипеть к змеям, — фыркнула недовольно Люси. — Иди да шипи в свой гадюшник!

— Вот-вот! Не мешай нормальным людям жить, аспид! — расхохотался Джеймс.

— Друзья, друзья, — задумалась Роксана, слегка нахмурившись. Она старалась вспомнить имена.

— Одни взрослые, скучно! — неожиданно высказалась Люси.

— ТАК! — громовой голос бабушки Молли заставил вздрогнуть большинство ребят. Альбус знал от мамы, что в свое время ребята боялись гнева Молли Уизли едва ли не как огня. — Ничего не могу спланировать в этой суматохе! Я сама позову тех, кого захочу, и точка.

Дети пошли к выходу. Только маленькая Молли осталась с бабушкой на правах тезки: к это внучке престарелая миссис Уизли испытывала всегда особые чувства. Выходя, молодежь начала шептаться про слухи о предстоящем назначении тети Гермионы. Альбус не раз слышал о них, и почему-то в душе был несказанно рад ее предстоящему назначению. Возможно, в Хогвартсе он почувствует себя намного свободнее без нее.

— Ты веришь, что тетя Гермиона станет министром? — вывел его из размышлений бойкий голос Роксана.

— А почему нет? — пожала Лили весело плечами. — Известна как лучшая ученица своего времени в Хогвартсе. Умная, решительная, множество темных магов на место поставила.

— Но в то же время не она одна занимается этим, — напомнил Альбус. — Не всех ведь, кто осуществляет правосудие…

— Ну, много ли гениев? — махнула рукой Роксана. — Думаю, обществу выгоден такой министр: и с преступниками справляется и известна как героиня, член «Золотого трио» — ее многие уважают.

— Мерлин, что ты ему объяснить пытаешься? — презрительно фыркнула подошедшая Роза. — Вали, змеёныш, от нас подальше — от тебя змеиным ядом воняет!

— Да-да, ползи к свои ползучим гадам, и там шипите! — быстро поддержала кузину Лили.

Все рассмеялись, включая Роксану. Альбус глубоко вздохнул. Чего, собственно, он ожидал? Вряд ли отношение родственников когда-нибудь изменится. Несмотря на то, что Роза, казалось бы, много лет была его самым близким другом… Сейчас в это было трудно поверить. Мальчик не успел вставить и пары слов, как вдруг оказался облит ледяной водой. Ему не стоило больших усилий узнать знакомый смех — уж Джеймс то постарается испортить жизнь «змеенышу».

— Змейка-ка, пошипи-ка! — Закричал сверху старший брат.

— Sasprissionis!

Быстро достав палочку, Альбус бросил вверх дежурное проклятие ватных ног, но Джеймс, судя по топоту ног, успел от него убежать. Ответом ему был дружный смех многочисленных кузин. Не зная, что ещё придумают родственники, Альбус поскорее вышел во двор. Тишина, никто не мешает… Лучше было в самом деле сходить к сараю.

К удивлению Альбуса в лопухах послышалось мерное шипение. Трава зашевелилась, и к его удивлению к нему подползла толстая серая гадюка, напоминавшая садовый шланг. Ал было дернулся, но тотчас улыбнулся: гадюка, безусловно, хотела скрасить ему или. Или, может, он сам как-то позвал ее? Ал протянул руку и погладил гадюку по головке.

— Привет? Ты как здесь оказалась? — меланхолично спросил он.

— Я пришла к вам, Повелитель! — спокойно ответила гадюка, и вытянула к нему головку. — Вам ведь грустно, Повелитель?

Альбус улыбнулся. Змеи во всем напоминали ему кошек: даже шипят и стрекочут точно также, как те мурчат. Только надо понимать их язык, чтобы уметь пообщаться с ними.

— Лучше зови меня друг! — мягко улыбнулся Альбус. — У тебя есть имя?

— Повелитель, нет, — ответила гадюка.

— Тогда я назову тебя Эстер. Пойдет? — спросил мальчик.

— Конечно, Повелитель, спасибо! — охотно ответила змея. Ее язык в благодарность лизнул ладонь. Альбус механически погладил змеиную головку.

— Скажи, Эстер, а как ты сюда попала? Змеи ведь здесь не живут…

— Ошибаешься, Повелитель… Живут… — прошипела змея. — Змеи живут везде…

— А это правда, что змеи понимают язык звезд? — спросил Альбус, глядя, как змейка поползла по руке.

— Змеи понимают звезды… — Спокойно ответила змея. — Мы знаем его не хуже кентавров, но люди нас не понимают.

— А что говорят звезды о Круге Тьмы? — Спросил Ал, забыв об огорчениях.

Есть пророчество, что будут новая война и Новый Лорд, — ответила змея шипением. — Остальное звезды пока скрывают.

— Штирнер? — переспросил Альбус.

Туча невдалеке от дома стала намного темнее, словно совсем закрывая вершины видневшихся вдали лип. В воздухе стоял мокроватый запах приближавшейся грозы.

— Я не знаю, Повелитель… Звезды лишь говорят о новой войне… — прошипела змея.

— Хорошо… Приходи ко мне поболтать, Эстер! — Альбус задумчиво посмотрел на сарай.

— Охотно, Повелитель! — повеселела змея. — Одной мне в самом деле скучно.

Змея махнула темно-серым хвостом, и узорные кольца замелькали, уходя под бревна. Альбус задумчиво посмотрел на сгущавшиеся преддождевые облака. Сейчас ему, как никогда прежде, хотелось побольше узнать о Новом Лорде. Можно было бы снова поискать в Запретной секции, но вряд ли там лежала книга с названием «Новый Лорд». «А если бы и лежала, то, наверняка, на египетском!» — подумал ехидно Альбус. Помочь ему мог бы Горбин или Булстроуд. Мальчик снова задумался, не сходить ли в «Горбин и Бэрк» под видом похожа в Косой переулок.

«Но это нечестно, Альбус!» — заспорил в голове тонкий детский голос.

«А что такое честно или нечестно? — заспорил другой, холодный и высокий голос. — Честно и нечестно — лишь две условности бытия, не более того».

«Как так?» — Спросил изумленный Ал, глядя на пошатнувшуюся стенку сарая.

«Реальность имеет много вариантов, — охотно заговорил голос. — Пойми, самый простой: тебя не спрашивали, ходил ли ты в Лютный переулок. Значит, ты не можешь солгать, если тебя не спрашивали».

Поражённый Альбус остановился возле склада инвентаря и посмотрел на грабли.

«Честно и нечестно предполагает, что ты кому-то подотчетен, — продолжал голос. — Но почему ты должен быть кому-то подотчетен?» — продолжал голос.

Альбус слушал как заворожённый. Сейчас он снова, как и в прошлом году при беседе с боггартом, чувствовал себя во власти странной магии, которой не мог противостоять.

«Мама и тётя Гермиона сказали бы, что я эгоист», — вздохнул Альбус.

«Альтруистов не существует, Альбус-Северус! Все люди на Земле эгоисты; просто некоторые из корысти провозглашают себя, думающими о других! Но только затем, — коварно шептал голос, — чтобы получить себе еще большую выгоду».

Зигзаг молнии окрасил тучу. Налетевший ветер встряхнул дерево и сбросил листья. Альбус только сейчас осознал, что голос похож на голос Духа из его снов. «Так нельзя!» — нувернно прошептал он, глядя, как морщинистые гномы бегут в выступай траве.


* * *


В День Рождения мамы Альбус проснулся около семи. Ему ужасно хотелось полежать ещё, но Ал прекрасно понимал, что этого ему никто не позволит. Однажды он проспал приезд матери, и она, войдя в его спальню, гневно бросила: «Я бы хоть из вежливости давно бы уже встала!» Альбус быстро сунул ноги в ботинки: все неприятные вещи надо делать быстро. Затем, собравшись, пошёл вниз на кухню.

В «Норе» по случаю праздника должна была собраться практически вся родня, даже Гермиона отыскала время, несмотря на постоянную занятость. Бабушка Молли решила сама испечь торт для любимой дочки. Она практически не пользовалась магией, предпочитая ручную работу, как и магглы. Глядя как бабушка размешивает густое тесто ложкой, близняшки удивлённо хлопали ресницами.

— Ничего себе, а? Видела?

— А ведь что сложного наколдовать? Интересно, что она дальше будет делать?

— Сначала яйца разбивала. Зачем, интересно, обязательно класть эти яйца? Не знаешь?

— Нет. Может, это секрет бабушки?

Спустя некоторое время торт был готов — весьма красивый. Обвитый аккуратным белым кремом в форме маленьких роз, эта деталь казалась очень романтичной. В центре несколько клубник. Не зря старалась, весьма мило — подошло бы его маме, как казалось Альбусу, чувствуется праздник.

Тем более она всегда любила клубнику, с самого детства и уплетала ее с огромным удовольствием.

— Надеюсь, Джинни понравится, — добродушно проговорила Молли. — Думаю, она уже должна бы вернуться из больницы.

Альбус подошёл к столу, но не успел он вставить и слова, как Люси смерила его презрительным взглядом.

— Ты еще здесь, змееныш? Как же достало твое шипение!

— Я и не сказал ещё ничего, успокойся, — холодно отозвался Альбвс.

— Вот и хорошо, что не сказал! Вали отсюда и шипи, змееныш!

Кузины разразились звонким смехом. За этим смехом никто и не заметил как Джинни аппарировала через камин. В свой День Рождения она надела темно-синий брючный костюм с юбкой до колен. После больницы она стала выглядеть бодрее, хотя оставалась все еще очень бледной. Морщины на лице и синяки под глазами немного уменьшились, хотя лицом оставалось слегка отечным.

— Мой ещё не приехал? — спросила Джинни, на ходу обняв мать.

— Пока нет, — махнула рукой Молли, словно они с дочерью расстались только пару дней назад.

— Бродит где-то тли опять под балдой, — скривилась Джинневра.

— Кто его знает, — вздохнула Молли. — Но настройся на лучшее: вдруг задержался на работе просто или подарок ищет?

— Знаю я его подарки, — махнула рукой Джинни. — Глаза бы мои его подарки не видели!

— Налево бродит? — покачала Молли головой

— По мне хоть направо! — вздохнула Джинни, пройдя мимо буфета. — После Габи мне уже все равно.

— И что не сидится? — вздохнула Молли. — Жена, трое деток, карьера идёт… Что Поттеру надо ума не приложу! С детских лет жить в нашем доме — ни малейшей благодарности. Детьми хоть занимается?

Пока Моллли и Джинни болтали, дети собирались внизу, ожидая завтрака. Он, правда, предстоял скомканным из-за постоянно приезжавших гостей. Люси и Роза спорили о том, кто из многочисленной родни приедет первым, а кто поспеет к обеду. Сама именинница была, понятно, не в счёт: она под определение «гостьи» никак не подходила.

— Альбус, скорее! — Лили рванула его за руку. — Мама приехала!

— Ну…

— Пошли, змееныш, маму поздравишь с нами! Мы тут общее поздравление придумали.

Альбус вздохнул. Вчера он начал читать удивительную книгу про загадку египетского папируса «Речения Ипувера» и возможной войне египтян с Аккадом, о которой маги постарались стереть память у маглов. Ему ужасно хотелось посмотреть, что будет дальше и сопоставить версии о катастрофе 2200 года до Рождества. Но поразмыслив с минуту, он решил, что так и впрямь будет лучше. Если он будет поздравлять сам, мать наверняка к чему-то придерется; а хором со всеми поздравил — и свободен. Альбус пошел за сестрой: кажется, он начинал понимать, что именно там репетировали кузины.

Джинни, между тем, вернулась на кухню. На столе уже стоял торт, который показался имениннице весьма красивым и нежным — видно было, что мать очень старалась сделать дочери приятное. Праздничный стол был разделен на две половины. На одной, для взрослых, стояли бутылка водки и красного вина, аккуратно нарезанная колбаса и белая рыба. На друой торт и яблочный сок, а также Ваза со сладостями и от глаз Джинни не укрылось, что Джеймс быстро ухватил маленькую шоколадку «Star» — она была настолько маленькой что легко закрывалась в руке и в то же время была весьма вкусной.

— Успеешь, налопаешься еще! — вдруг сорвалась мать. — Здоровый малый, а все ведешь себя как пятилетний даун-переросток!

Джеймс попытался было улыбнуться, но, столкнувшись с холодным взглядом матери, сразу потупился. Сейчас мать лучше было не злить.

— Мама, я просто хотел…

— Что хотел? Невтерпежь? — холодно спросила Джинневра.

Вбежавшие Альбус и Лили потащили чуть растерянного Джеймса в центр, Вошедшие дети построились в забавный треугольник: Лили в центре с листом бумаги, а ребята по бокам. Девочка слегка нахмурилась, будто желая что-то вспомнить, но быстро улыбнулась и начала с важным видом:

— Той, что поддержит, удружит, наставит,

Что никогда ни за что не подставит…

Той, с кем не надо никем притворяться,

Той, что умеет цвести и смеяться…

Пусть всё что может быть в мире дается,

Пусть тебе долго и ладно живется!

— Ой, Мерлин, — поморщилась Джинни. — Обязательно было цирк устраивать!

Лили быстро вручила матери рисунок с забавным медведем, держащим в лапе красный воздушный шар, а другая лапа в бочонке меда.

— Короче, мама, — начал Джеймс, шаркнув ногой. — Можно пожелать богатств, удачи и так далее, но это уже избито и не совсем то, так что мы все тебе желаем просто счастья, чтоб было понемногу, но всего!

— Спасибо, — фыркнула мать. — Мне лучшим подарком будет, если вы вести себя будете нормально.

Альбусу хотелось сейчас, пожалуй, одного: как-нибудь тихонько исчезнуть, пока мать не придралась к чему-то еще. Хорошо бы вот сделать это на законных основаниях: так, чтобы помочь кому-то в чем-то. Проблема в том, что помощь от «змееныша» определенно не пожелает принять никто.

— Я сейчас! — важно шепнул Альбус сестре и побежал к выходу, словно его ожидало какое-то дело.

— Ты куда? — спросила Лили.

— Ну гости же… — сымпровизировал Ал.

— Ох, да, конечно… — Джинни присела на кожаный стул. — Гости, а у нас черт знает что!

Выскочив из кухни, Альбус вздохнул. Вот хорошо бы ему дали роль мажордома: встречать гостей у двери и жать каждому из них руку! Вроде при деле, и никому на глаза не попадаешься: все скандалы проходят мимо тебя. Еще и уважают все за важное дело. Но мажордомов в доме у них не водилось, и Ал остановился на нижней ступеньке.

«Поэма «Проклятие Аккада» описывает ссору Нарам-Суэна с могущественным магом Энлилем, который заставлял маглов именовать себя богом, — вспомнились ему строки из недавно прочитанной книги. — Нарам-Суэн был слишком самоуверен, надеясь на защиту волшебницы Иннаны…»

Ал вздрогнул только тогда, когда почувствовал, что кто-то тянет его за рукав коричневого замшевого пиджака.

— Здравствуйте, — быстро произнес Альбус.

— Здравствуй, — приветливо махнула ему тетя, вешая белое пальто. Она пришла в кремовой блузке и черной юбке-карандаш. Весьма красиво и без лишнего выпендрежа, как казалось Алу.

— Вот как вырос: того гляди перерастешь! Как ты? Как лето проходит? — мягко улыбнулась ему Гермиона.

— Все хорошо, — кивнул Альбус. — Сначала был у друга в гостях, потом поехвл к бабушке и дедушке.

— Рада, что у тебя все хорошо. Надо бы найти именинницу.

— Провожу с удовольствием.

Гермиона внимательно посмотрела на поемянника. Альбусу показалось, будто тетя прекрасно знает, почему он вышел на лестницу. Мальчик снова почувствовал странную тяжесть в голове, которая, того и гляди, могла перерасти в боль.

— Тетя Гермиона… — замялся Альбус. — А нет ли у вас пособия по расшифровке шумерской клинописи?

— Альбус, ты читаешь нечто историческое? — поинтересовалась Гермиона.

— Да… — кивнул Альбус.

— Это прекрасно, но… Я прошу тебя быть осторожнее…

— Хорошо, а что случилось? — чуть напрягся Альбус.

— Человеческая душа любит день, — сказала Гермиона, внимательно посмотрев на племянника. — Ей случается также влюбиться и в ночь. Влюбиться с таким пылом, что эта любовь может доводить людей, как и целые общества, до преступных и гибельных действий. Эти действия противоречат разуму, но тем не менее объяснимы, если смотреть на них под определенным углом зрения.

Альбус вздохнул. Лучше бы было, Мерлин, не начинать этот разговор с теткой. «Куплю в «Горбин и Бэрк!» — вдруг решил Ал.

— С днём рождения, Джинни, — улыьнулась Гермиона, когда Альбус открыл дверь кухни. От него не укрылся слегка испуганный взгляд Джеймса: видимо если Гермиона рядом желание воображать сразу исчезает. — Рада видеть. Надеюсь, судьба будет баловать тебя радостными событиями, а дети слушаться и помогать.

— Куда же они денутся… — вздохнула Джинни. — Пока живу, вроде надеюсь, — грустно улыбнулась она.

Альбус вздрогнул и посмотрел на деревянные перила. Слова матери ему определенно не понравились.


* * *


Гостиная Норы начала тем временем наполняться. Артур Уизли, как гостеприимный хозяин, лично встретил гостей в холле. Гарри и Перси пришли практически одновременно; прибыл и Энтони Идс, друг Перси, занимавший видный пост в Министерстве: по слухам, ему прочили должность замминистра. Его дочь Файла Идс неуверенно проследовала за Роксаной Уизли, с которой они были знакомы. Артур Уизли не был против визита друга сына: напротив, ему хотелось послушать последние новости из Министерства. До ланча оставалось оставалось около полутора часа, и пожилой мистер Уизли проводил гостей в свой кабинет, где висела его коллекция маггловских диковинок.

Отец мистера Идса, Мартин Идс, также проработал всю жизнь в Министерстве. Достигнув шестидесяти пяти лет, он вышел в отставку поселился дома в Ланкастершире. Имея около тысячи акров земли и хороший годовой доход, он мог позволить себе безбедное, хотя и не слишком роскошное, сосуществование. Брат Гектор не мог ему простить в молодости брака с Ирэн Кастодер — девицей, которая при разводе отсудила треть земельных владений семьи Идсов. Болтали, впрочем, что это был только повод — министр Спенсер-Мур весьма ценил Мартина и до конца держал его в качестве советника. Именно Мартин после войны позволил Перси Уизли хорошо удержаться в Министерстве. Поэтому Перси то ли в благодарность, то ли просто из-за сходства характеров, сдружился с Энтони.

В кабинете, пропитанным табачным дымом, говорили об возможном назначении Гермионы Уизли на должность министра. Щеголеватый мистер Идз, восседавший в красном бархатном кресле, утверждал, что дни нынешнего министра Будбрека сочтены. Гарри доказывал, что ее приход в министерское кресло пойдет на пользу всему волшебному миру. Зато сухопарый и внимательный Перси Уизли, удобно устроившись на кожаном диване, набил трубку табаком и время от времени подбрасывал каверзные вопросы обоим соседям.

— Так что же, Энтони, вы всё же хотите обручить дочь со старшим сыном Макмилланов? — Неожиданно сменил он тему, бросив рассеянный взгляд на электрический чайник, стоявший на тумбочке. — Весьма выгодный альянс.

— Не уверен, — закурил Гарри. — Старая знать нынче не очень в чести.

— О, все меняется, Гарри, — махнул рукой Перси. — Времена Бруствера миновали. Нынче мы сближаемся со старыми родами, а они, наплевав на свою спесь, идут на дружбу с нами.

— «Ни красных колпаков, на красных каблуков», как говорили французы при императоре Наполеоне, — охотно кивнул мистер Идз.

— Средняя линия? — улыбнулся Гарри с долей иронии. — Боюсь, с приходом нашей Гермионы в министерское кресло курс Бруствера получит новое дыхание! — затянулся он.

— О, не беспокойтесь, мистер Поттер, — охотно ответил Энтни Идз. — Ей никогда не сломить сопротивление аппарата. Поверьте, ее радикализм утонет в министерской рутине. Одно дело желать задавить темных магов…

— Да наша Гермиона все больше за права эльфов ратует… — подмигнул Гарри. Сидящий напротив Перси не выдержал и немного кашлянул.

— Тем более, — кивнул собеседник. — Все это пойдет в комитеты, где внесут поправки, предложат согласительные комиссии… На это нужны годы и годы! — вздохнул он. — Надо будет пойти на тысячи компромиссов.

— Меня всегда немного раздражала наша министерская геронтократия… — Вздохнул Перси. — Старики заняли все посты! Молодым совершенно нет хода: идет конфликт шестидесятилетних и восьмидесятилетних. А когда мы, наконец, дорастем до них, то сами станем старцами.

— Это считается фактором стабильности, — уточнил Энтони. — Чем меньше молодежи, тем меньше радикализма.

— А Гермиона становится министром в тридцать восемь, — как бы невзначай напомнил Гарри.

— Поверьте, мистер Поттер, ее обставит таким количеством компромиссов, что она не сможет и вздохнуть, — горячо возразил Идс. — По сути не изменится ничего. Ну, может уберут десяток старцев для вида… — многозначительно поднял он брови.

— Ареопаг! — засмеялся Перси.

— Китайские мудрецы, как шутят у нас в Аврорате, — охотно поддержал шутку Гарри.

— Китайским мудрецам пора сидеть дома и готовить учеников, — с грустью кивнул Перси.

Его собеседники рассмеялись, точно речь шла о шутке, понятной им самим.

— Меня гораздо больше беспокоит усиление Темного сообщества, — неожиданно серьезно сказал Гарри. — Слухи о приходе Темного наследника буквально будоражат их.

— Думаете, серьёзно? — оживился Идс.

— Тёмные маги бывают двух сортов, — ответил Гарри. — Есть мелкая шушера, кричащая о приходе нового Лорда и кидающая заклинания. Есть опасные рецедивисты, бежавшие из Азкабана. Пока она на свободе.

— А как они все же сбежали? — поинтересовался Перси.

— Побег организовал Булстроуд, — пояснил Гарри. — После того, как даменторы перестали охранять Азкабан, это стало гораздо легче сделать. А посадить Булстроуда в своё время мы не могли: не было улик!

— Преступники сейчас пошли другие, — сказал Гарри. — Все требуют только одного: а докажи! Мы из сил выбились, чтобы хоть что-то доказать.

— Только доказательства? — сросмл Перси.

— Только. Нынче герои Агаты Кристи идиоты, — выпустил дым Гарри. — Пуаро сказал, они и лапки вверх. А теперь возьми Булстроуда, он тебе в ответ: «а ты докажи!»

— Есть же свидетели… — с интересом спросил Перси.

— А он тебе в ответ: «Куплены!» — ответил Поттер. — И прямых улик нет. Где видно, что я лезу в Азкабан?

— А зачем Уизли убрала дементоров? — поинтересовался мистер Идс, вытянув длинные ноги.

— Негуманно, — развел руками Гарри. — Нельзя дементорами охранять. Вот и распустили их. Думали, что дементоры будут жить в каком-то мрачном месте, вроде Запретного леса, а они, как в старые времена, мотаются по всей Британии.

— В Запретном лесу? — Изумился мистер Идс. — Ничего что рядом школа, множество людей и они полезут туда в первую очередь? Думаете, кто-то ставил барьер?

— Эммм… Я сказал вроде Запретного леса, не обязательно этом. Вроде глухой чаши… Или чего-то подобного… — уточнил Поттер. — Но ничего не поделаешь, приходится жить так.

— Так что же, ожидаем при Гермионе ужесточения режима, если слухи верны? — спросил Перси.

— Только если внешнее, — уточнил мистер Идс. — Возможно, из-за Штирнера придется прервать сношение с континентом.

— Все зашло так далеко? — Перси задумчиво почесал подбородок.

— Боюсь, что да, — вздохнул Гарри и посмотрел на дрогнувшую дверь. Мгновение спустя в ней показалась рыжая голова Фреда Уизли.

— Извините… — улыбнулся он. — Вас к столу зовут!

— Как, уже начинаем? — в глазах Перси Уизли мелькнула радость. Он, похоже, был рад видеть любимого племянника.

— Да, всех ждут… Только никак Молли с Люси не найдут, — слегка огорчился он.

— Где же их носит, Мерлин и Моргана? — пробормотал Перси. — Вот ведь какие дела, а? — обратился он к собеседникам. — Племянник вырос вот каким молодцом, а дочери родные… — грустно махнул он рукой.

— Придется вам детьми поменяться, — рассмеялся Гарри. — Мне Джордж тоже говорил: мол, заберите себе Розу, а Альбуса — Гермионе в сыновья!

Фред старался сохранять напускное спокойствие, хотя очки едва скрывали радостную улыбку.

— А пожалуй… — весело продолжал Перси. — Альбус и впрямь в тетю Гермиону весь пошел! Поди, еще и в министерстве карьеру сделает.

— Мог бы сделать, но ведь Слизерин… — важно сказал Фред.

— Ах, да… Не жалуют сейчас этот факультет, не жалуют! — продолжал Перси. — И как Альбус там оказался-то, вот беда?

— Ну, не страшно, — успокоил приятеля Энтони. — Я же говорю: все постепенно идёт к «большому компромиссу».

— Большой сделке, точнее! — Поднялся Перси, выпустив последнее кольцо дыма.

— Вам легко говорить: сами Райвенкло, дочь из Хаффлпаффа, — вздохнул Гарри, следуя примеру шурина.

— Ну и накурили вы тут, — поморщился Фред.

— Сам, поди, уже пробовал? — Гарри с напускной строгостью посмотрел на племянника.

— Я нет… Я за этим строго слежу… — важно ответил Фред.

— Знаю я твоё «строго», — погрозил пальцем Гарри.

Взрослые переглянулись и рассмеялись. Смущннный Фред, засопев, пошёл в гостиную.


* * *


Пока взрослые болтали, разговор на детской половине не завязался. Высокая шатенка Файла Идс, поправив тонкие очки, спустилась к кузинам Узли. Она, похоже, чувствовала себя неловко в длинном кремовом. Роксана, сидевшая в полуразвалку на диване, громко прыснула, посмотрев на вошедшую, и подмигнула Люси Уизли.

— Я всегда удивлялась, как она попала в «барсучий дом»! — весело фыркнула девушка.

Файла ничего не ответила, а робко улыбнулась губами. Непослушные кудряшки торчали во все стороны. Гостья, похоже, хотела завести разговор, но не знала с чего начать.

— Ты имеешь что-то против барсуков? — спросила вбежавшая Роза Уизли. Сейчас она напоминала вычурную куклу в малиновом платье с белым ободком и длинными оранжевыми гольфами до колен.

— Против барсуков ничего, — ехидно вскинула брови Роксана. — А вот змеиные барсучки — звучит странно, — смерила она взглядом Файлу,

— У нее жених все же не из змеюшника, а из Райвенкло, — назидательно заметила Роза.

— «Если ты зануда строгий, в Райвенкло тебе дорога!» — нараспев пропела Люси.

— Обручение по воли родителей типично для змеек, — хихикнула Роксана. — Да и сама почти змейка. Очки, платье ро-ман-тик, — продекламировала она по слогам, — и шляпка. Змеиный стиль… — покачала длинной ногой Роксана.

— Да почему сразу змеиный? — не поняла Роза.

— Змейки намертво застряли в девятнадцатом веке, — добавила Рокси.

Кузины засмеялись. Файла чуть рассеянно смотрела на них из-под очков, а затем осторожно пошла к выходу. Она, похоже, поняла, что в этом обществе ей не место. Дома ее кузина Ориенна тоже любила поиздеваться над ее помолвкой. Мотнув тонкой шеей, девушка острожно пошла в коридор.

— Надо же… Мы обиделись! — донесся из комнаты голос Роксаны.

— К змейками ей надо было! — отчеканила Роза. — А, кстати, там змееныш в парке бродит, — многозначительно добавила она. — Может, пошипят вместе, а?

Файла сама чувствовала неудобство от своей помолвки. Жениха она хорошо не знала: просто видела пару раз в Хогвартсе. Да и согласилась она на помолвку лишь из благодарности к отцу. В конце концов, отец в основном и занимался ее воспитанием, в то время как мать, сколько Файла себя помнила, всегда была в каких-то разъездах. Мать, помнится, высмеивала, что дочь так и не стала старостой Хаффлпаффа. («Зато другие стали — покруче тебя, видимо!» — ехидно говорила дочери миссис Идс). Файла и сама переживала от старомодного духа своей помолвки, но желание помочь отцу пересиливало остальное

Файла и сама точно не знала, зачем отцу понадобилась эта помолвка. Наверное, из-за каких-то его дел с Макмилланами в министерстве. Готовить ее, а этому отец начал лет с десяти, осторожно рассказывая, что в Японии родители выбирают детям мужа и жену, и это ничуть не более странно, чем выбирать ребёнку образование и профессию. «Родители там говорят: мы ведь уже набили себе шишек, и знаем как лучше», — говорил отец, водя ее гулять в парк. «Это, поверь, гораздо лучше чем стать добычей негодяя проходимца. Так у тебя будут какие-то гарантии, что человек порядочный», — утверждал он. Мать здесь, как ни странно, поддерживала отца. «Да не обязательна для семьи безумная любовь, — утверждала она. — Семью можно создавать из уважения, признания, взаимного согласия. И это куда прочнее!» Файла, слушая ее слова, все больше убеждалась, что отец прав, и ее задача помочь семье.

Хотя с женихом Файла иногда пересекалась в Хогвартсе, общались они мало. Ученики разных факультетов вообще мало говорили друг с другом. Никто и никтогда в Хогвартсе не имел права сунуть нос в гостиную чужого факультета. Впрочем, девушка чувствовала, что несмотря на слабое знакомство, она сделает все, чтобы притереться к будущему мужу. «А он — ко мне?» — с лёгкой надеждой думала она.

— Привет, — Альбус быстро обернулся, услышав тихий мелодичный голос.

Это оказалась стройная шатенка в кремовом платье. Кудрявые темные волосы торчали во все стороны, будто никогда не знали расчёски, а тонкие очки добавляли незнакомке некой загадки. Во всем ее облике было что-то классическое, как казалось Альбусу.

— Привет. Альбус Северус Поттер.

— Очень приятно, — медленно кивнула гостья. — Файла Идс.

— На каком факультете учишься?

Не слизеринка, для гриффиндорцев не особо дерзкая и боевая, скорее Райвенкло или…

— Хаффлпафф, — с лёгкой улыбкой протянула Файла.

— А я в Слизерине, — сказал Альбус. — Ой, да не такие мы злые, как про нас говорят, — махнул он рукой, увидев ужас на лице Файлы. — Ну да, есть Скорпиус Малфой и его свита.

— А ты… Ты одобряешь его? — робко спросила Файла.

— Я? Одобряю что? — непонимающе посмотрел на нее Альбус.

— Просто уточняю, не одобряешь ли ты этого Малфоя, — пояснила Файла.

— А что именно одобряю тли нет? — пожал плечами Альбус. — Ты уточни конкретно, я отвечу!

— Ну… Его высокомерие и расизм… — пояснила Файла. Сейчас она смотрела на мальчика, явно не понимая, как может он не осознавать столь казалось бы понятных вещей.

— А, ты про Роберта? Ну да, Малфой хамит, — согласился Альбус.

— А почему вы его не останавливаете? — мягко спросила Файла.

— А почему бы самому Роберту за себя не постоять? — снова удивился Альбус. — Ему что, все время нянька нужна?

— А если он не может? — тихо спросила Файла.

— Вообще-то, он учится на вашем факультете. Вы его и защищайте, — серьёзно сказал Альбус.

— А если кто-то слабее тебя? — спросила Файла.

— Кто конкретно? Прости, давай говорить конкретнее, — уточнил Альбус.

Файла шла рядом с Альбусом, осматриваясь по сторонам. Ее родители никогда не позволили бы себе такой Сад: огромный, но…запкщенный. Много сорняков, газон не пострижен, но на клумбах бвло много разнообразных цветов, незнакомых Файле, а рядом небольшой пруд, полный лягушек по словам Рокси. Абсолютно неухоженное место, но чувствовалась простота, свобода.

— А какие книги ты любишь читать?

— По магии, а что?

— Я недавно сказки читала, детство вспомнить.

Вода в заросшем пруду чуть шелохнулась, и зелёная ряска кое-где показала тёмные рваные просветы.

— А почему? — спросил с интересом Альбус.

— Люблю их. Там есть добро и зло, — сказала Файла. — А взрослые все любят усложнять.

— Все в мире относительно, — пожал плечами Ал. — Трава под ботинками была все еще влажной. — То, что лоя нас добро, вряд ли было таковым для какого-нибудь Саргона Аккадского или фараона Пиопи.

— Я все-таки не понимаю, как все в мире может быть относительно, — вздохнула Файла, посмотрев на зеленую гладь пруда.

— Просто, — ответил Альбус. — Возьми, например, арабские сказки «Тысяча и одна ночь». Кто их не знает, правда? В ведь их издал в тысяча восемьсот тридцать пятом году француз Франсуа Галлан. — И как теперь показали исследования, многое присочинил и приврал. Например, сказок про Алладина и Али-Бабу там не было вообще, а сказка про Синдбада была переписана им до неузнаваемости.

— А это плохо? — вскинула брови Файла.

— Но и это ещё цветочки, — продолжал Альбус. — Теперь ученые доказали, что и арабский текст был списан с какой-то персидской рукописи, а тот, видимо, с индийской. Так что такое арабские сказки «Тысяча и одна ночь»? Ничто.

— Почему ничто? — Мягко спросила Файла. — Поучительные сказки, учащие добру… А какая разница, были они сначала арабскими или персидскими, я не понимаю.

— Так ведь фактура-то разная! — С жаром ответил Альбус. — Для начала, в оригинальном сборнике не было тысячи и одной сказки. Их там чуть меньше трёхсот. Строго говоря, «тысяча и один» — просто синоним выражения «очень много».

— Это по-твоему значимо? — спросила тихо Файла.

— А разве нет? — хмыкнул Альбус. — Мы вообще правильно понимаем смысл названия? Есть же разница: тысяча и одна сказка или просто выражение, означающее, что их было много!

— Но суть-то не меняется… — недоумевала Файла.

— Не меняется? Это ты так думаешь! — Ехидно ответил Альбус. — Там даже зачин был другой! Никаких двух братьев халифов не было впомине! Там, — блеснули его глаза — некий индийский царь был таким красивым, что не уставал любоваться на себя в зеркало и спрашивать подданных, есть ли кто-то на свете прекраснее. Так длилось до тех пор, пока один старик не рассказал царю о прекрасном юноше, сыне купца из Хорасана. Царь подарками заманивает к себе юношу из Хорасана, но он в пути утратил свою красоту — ведь он перед самым отъездом обнаружил, что его молодая жена ему неверна.

— Это начало «Тысячи и Одна ночь»? — измучилась Файла.

— Представь себе! В Индии юноша сил свидетелем неверности царской наложницы и расцвёл снова от радости, что не он один так несчастен и глуп. После он открывает правду об изменнице и царю. Тот ее убил. И вот тогда появилась только Шехерезада! Это вообще не про Арабов, а про индийцев. Похоже, что про Делийский султанат!

— Но ведь суть сказки от этого не поменялась, — снова вздохнула Файла.

— Ну как сказать: не арабы, а индийцы, не два брата, а то ли султан, то ли раджа, не было жены джина, и Шехерезада вообще индийка или персиянка. Есть разница?

«Олухи! — Подумал Альбус. — Факультет олухов!»

Зелёная тина пруда оставалась неподвижной. Файла с интересом посмотрела на мальчика. Альбус нахмурился. Она то ли умела читать мысли, то ли поймала в его голосе нотку раздражения.

— Ты опять говоришь о внешнем, Альбус Северус, — сказала она. — А я о сути. Пусть тот француз…

— Галлан, — добавил Альбус с еле заметной насмешкой.

— …Добавил своё. Разве плохо, что они учат нас добру?

— Может и учат, только вот мы выдаём за культуру Арабского халифата десятого века воззрения француза времён Реставрации Бурбонов! — хмыкнул Альбус.

— И что? — не понимала Файла.

— Тогда что такое «Арабский халифат»? Каким он был на самом деле? — спросил Ал. «Хоть бы проплыла черепаха», — подумал он, глядя на пруд.

Файла задумалась и сказала:

— Идём, а то ждут?

Со стороны дома в самом деле раздался крик. Люси стояла на крыльце и отчаянно махала руками. «Неужели нельзя позвать нас палочкой?» — сокрушенно подумал Ал.

Глава опубликована: 01.12.2019
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх