↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Просто держи меня за руку (гет)



Автор:
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Романтика, Ангст, Драма, Hurt/comfort
Размер:
Макси | 2899 Кб
Статус:
В процессе
Альтернативная версия седьмой книги и постХогварц. До Снейпа наконец-то доходит, что он вовсе не обязан подчиняться приказам до мельчайших деталей, да и как-то вдруг захотелось пожить еще немного, а не героически жертвовать собой. Только как бы теперь не попасть в "рабство" к Золотой троице, а то всяк норовит использовать профессорские таланты ради всеобщего блага. Единственное, чего не знал бедняга зельевар - что у Дамблдора есть не только план А, но и план Б. Просто на всякий случай.
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 16. Секреты и подозрения

Keeping quiet

Laying low

Holding on to what I don't want to know

'Till the daylight turns to ash and blows away

Missing keys

Bloody nose

Consequences of what I chose

Keep your eyes on me

David Cook**

 

Гарри, Рон и Гермиона просидели за столом больше часа, прежде чем на портрете снова появился Финеас Блэк. Оглядев настороженно глазевшую на него троицу, он изрек высокомерным тоном:

— Директор Снейп велел передать, что с вашими друзьями все в порядке.

— Что значит «в порядке»? — требовательно спросил Гарри. — Они же взломали его кабинет!

— О, я уверен, они еще понесут за это справедливое наказание, — продолжил Блэк. — Но в данный момент они находятся у Хагрида, а Амикусу и Алекто Кэрроу было сказано, что тревога ложная, и никаких нарушений не произошло.

Рон выдохнул. Его плечи опустились. Гермиона ободряюще сжала его руку, лежавшую на краю стола, и повернулась к портрету:

— Спасибо, профессор Блэк. У директора ведь не будет неприятностей из-за этого?

— Если бы ученики Хогварца следовали предписанным правилам, ни у кого не было бы неприятностей, — задрав подбородок, отчеканил Финеас. — Но вы ведь, молодежь, вечно думаете, что вы самые умные. В мое время никто бы не осмелился не то что взломать кабинет директора, а даже и близко бы не подошел без приглашения. Вы же знаете, что раньше в Хогварце использовались плети в качестве наказания? Не будь директор Снейп таким мягкосердечным, в школе был бы порядок. Доброй ночи.

И Блэк исчез за рамой.

Рон брезгливо наморщил нос:

— Мягкосердечным, как бы не так. Нет, каков упырь, а? Филч был бы в восторге, если б он сейчас руководил школой.

— Думаю, он так говорит специально, — задумчиво произнесла Гермиона. — Ведь это он мне подсказал, как проникнуть в кабинет Снейпа.

— Одно слово — Слизерин, — фыркнул Рон. Гермиона укоризненно посмотрела на него:

— Как ты можешь так говорить? Я думала, ты давно понял, что Слизерин тут ни при чем, только посмотри, сколько Снейп для нас делал и делает.

— Ну да, — буркнул рыжий. — Видел я, что он делает… Ты ничего не хочешь объяснить?

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась она. Уши у Рона стали пунцовыми.

— А что это было, когда мы пришли? — набычился он. — Что он тебе наговорил, что довел до слез? И с чего это вы за руки держались?

— Да ничего особенного, — она принялась деловито сгребать со стола крошки от печенья. — И ни за какие руки мы не держались, тебе показалось.

— Ага, как же… Вот так каждый раз — я пытаюсь за тебя заступиться, а в итоге меня тыкают носом в грязь, — пробурчал Уизли. Гермиона пожала плечами:

— Ну, вообще-то, он был прав — ты знаешь, что слово «грязнокровка» в приличном обществе не произносят, и все равно сказал. Неудивительно, что он так рассердился.

— Ну-ну, — хитро прищурился Гарри, — мне вот показалось, что его разозлило вовсе не слово, а то, что Рон его произнес при тебе.

— Даже если так — что здесь такого необычного?

— Ой, да ладно. Хочешь сказать, он приходил, чтобы поделиться новостями? Он бы мог просто тебе написать, как обычно.

— Да какая разница? — она нервно фыркнула и принялась заталкивать портрет Блэка обратно в сумочку. — Может… может, в школе стало так плохо, что ему в любом другом месте лучше, чем там. Даже здесь, с нами. Хоть он нас всех терпеть не может.

— И что это должно означать?

— Только то, что Снейп — всего лишь человек. Как бы вам ни хотелось сделать из него чудовище. Вели бы вы себя поприличнее — может, смогли бы нормально общаться.

— Ну, — Гарри провел рукой по затылку, — он вроде и так уже почти нормально с нами общается. Когда не валяет меня по земле. Еще бы прекратил оскорблять моего отца — вообще хорошо бы стало.

— Наверное, у него рефлекс такой, — хмыкнул Рон. — Ну, типа… Увидел Поттера — тут же обозвал чем-нибудь.

Гарри собрал со стола пустые кружки и, нерешительно потоптавшись на месте, снова посмотрел на девушку:

— Гермиона, я думаю, нам нужно побывать в Годриковой лощине.

Она, наконец, запихала портрет в сумочку и воззрилась на друга, сведя брови к переносице:

— Гарри, я понимаю, почему ты так туда хочешь, но Снейп считает, что это опасно, и я с ним согласна. Это первое место, где Сам-Знаешь-Кто устроил бы засаду. Пожалуйста, не ведись на это.

— Если мы все продумаем, то сможем туда пробраться без риска, — продолжал настаивать Гарри, как бы невзначай пихнув локтем Рона. Тот закивал:

— Да, у нас же есть Оборотное зелье и плащ. Откуда кто узнает, что это мы?

— Ну да, а с чего вдруг трое никому не известных людей вдруг ошиваются возле дома Поттеров и на кладбище? Гарри, пожалуйста, не делай этого.

— Гермиона, вечно ты всего боишься. Реально, никакого риска. Мы тут с Роном подумали…

— А, — она перевела взгляд с Гарри на Рона и обратно, — вы уже все равно сговорились, да?

— Как будто ты со Снейпом не сговариваешься за нашей спиной, — пробурчал Рон недовольно. — Вот что там можно писать в том дневнике с утра до ночи? Может, у вас там уже роман?

— Рональд, ты головой думаешь, прежде чем что-то сказать? — рассердилась Гермиона, затягивая завязки на сумочке. — Или у тебя там и правда одна извилина?

— Ну, а что я должен думать? — начал сердиться Уизли. — Ты вечно сидишь в обнимку с этим блокнотом, и у тебя всякий раз такая идиотская улыбочка, когда ты что-то там читаешь. А сегодня он вообще явился, когда нас не было. Гарри, скажи!

Гарри развел руками:

— Рон, по-моему, ты хватил через край. Это же Снейп. Кто захочет крутить с ним какой-то роман, сам подумай.

Гермиону это почему-то задело куда сильнее, чем она ожидала. Она хотела было огрызнуться, но вовремя прикусила язык. Со стороны, наверное, и впрямь похоже, что у нее сложились какие-то неуставные отношения с бывшим преподавателем. Но разве она виновата, что ей куда интереснее общаться с ним, чем с мальчишками? Вдобавок, она чувствовала себя безопасно, когда он был здесь с ней. Зная, на что он способен, можно было не бояться стычки с егерями. Да и вообще ничего не бояться. Но друзьям она решила об этом не говорить.

Она отнесла сумочку на свою кровать, присела на краешек и зарылась носом в воротник мантии. Запах трав, так явственно ощущавшийся в первые дни, сейчас был заметен едва-едва. Однако, обидно. Почему это со Снейпом нельзя закрутить роман? Ну, да, он намного старше, далеко не красавец, темный маг и Пожиратель Смерти, мрачный, язвительный, пугающий… Но Гермиона, уже оценившая, насколько скучно ей было со сверстниками в школе, и прекрасно помнившая, насколько глуп был очень привлекательный с виду Локхарт, решила, что все негативные черты профессора зельеделия вполне компенсируются острым умом, талантом и преданностью своему делу. Он столько раз им помогал и продолжает помогать. Он совсем не обязан был доставать им теплую одежду, или обменивать для них колдовские деньги на маггловские, или помогать искать крестражи…

Но ведь не отказывал же.

«Грейнджер, прекрати. Что за дурацкие мысли?»

А теперь еще и эти... новости про Бузинную палочку. И если весь этот план по передаче палочки Вольдеморту был в самом деле придуман Дамблдором, то все совсем плохо. Это значит, что Дамблдор сознательно отправил на смерть не только Гарри, но и Снейпа. Ничего себе Великий светлый маг! Да, Снейп, разумеется, прав в своем цинизме, утверждая, что одна-две жизни ничего не стоят по сравнению с жизнями миллионов людей, но все же...

Что делать тем, для кого эти две жизни очень важны?..

Нет, сейчас об этом думать решительно невозможно. Если она еще хоть секунду поразмышляет над этим, то точно сойдет с ума.

Вдох-выдох. Окклументный щит. Дышать становится чуть легче, а в голове проясняется. Надо срочно на что-то отвлечься.

Спрятав сумочку в свой спальник, она вернулась на кухню, на ходу доставая палочку:

— Думаю, возле каменного круга уже все разошлись. Посмотрим?

— Давай, — согласился Гарри, явно не собиравшийся ложиться спать. Рон махнул рукой:

— Я останусь. Не хочу я лазить по этой каше.

— Тогда подежурь возле входа, пока мы не вернемся.

Рон насупился, но спорить не стал. Лишь призвал со своей кровати одеяло и закутался в него поплотнее.

Гарри и Гермиона выбрались из палатки, вышли за пределы защитных чар и аппарировали поближе к Каслриггу. Гермиона опасалась, что здесь может быть маггловская подсветка, как у большинства подобных достопримечательностей, но на поле было темно. Снег внутри круга был утрамбован до ледяной корки. Гарри бросил опасливый взгляд на дорогу, пролегавшую неподалеку:

— Ты уверена, что нас никто не увидит?

Гермиона встала в центре круга и, сосредоточившись, растянула над камнями невидимый защитный купол, полностью блокировавший обзор любому, кто будет смотреть снаружи. Магглы попросту пойдут в другую сторону, наткнувшись на чары, а волшебник решит, что здесь никого нет, если не пересечет границу. Гарри потрогал один из камней:

— Ты это чувствуешь? Будто из-под земли вибрирует.

— Сейчас завибрирует еще сильнее, — отозвалась Гермиона, проделывая замысловатые пассы палочкой и свободной рукой. Затем направила палочку в землю и досадливо наморщила нос:

— У меня не хватает силы. Снейп бы в два счета сделал… Гарри, поможешь?

— Заклинание обнаружения?

— Да, я хочу проверить, правильно ли я вычислила направление линии.

Вдвоем у них получилось лучше. Под их палочками из-под земли пробилось слабое золотистое свечение, и из центра круга в сторону гор побежала тусклая светящаяся дорожка, уходя далеко за горизонт. Гермиона вытащила из кармана карту и принялась внимательно изучать ее при свете палочки:

— Так, кажется, все верно. Север у нас здесь… значит, эта точка действительно связана с Хогварцем по прямой.

— И что нам это дает? — поинтересовался Гарри, любуясь золотистой дорожкой.

— В теории? Этот круг как аккумулятор. С его помощью можно сгенерировать постоянную подпитку или же мощный разовый разряд. А если мы соединим его с Хогварцем, то вся магия замка усилится во много раз. По крайней мере, я так думаю.

— О, неплохо, может пригодиться, если вдруг придется драться с Пожирателями в школе.

— Да, было бы здорово.

— А каким образом можно соединить его с Хогварцем? Нужно какое-то заклинание?

— Скорей всего, ритуал, я подробно не изучала этот вопрос, у меня нет нужной литературы, — проговорила Гермиона, выписывая палочкой несколько символов над светящейся полосой, но свечение ярче не стало. Не было и знакомой по другим местам пульсации. — Странно. Эта линия… она как бы… неактивная.

— Говори нормальным языком, — поморщился Гарри. — Не все, знаешь ли, такие умные, как ты.

— Рон понял бы еще меньше, — ухмыльнулась она, весьма довольная собой. — Это как отключенный от источника энергии кабель. Линия существует, но не работает в полную силу. Как будто спит. Ее нужно пробудить, чтобы в этом кругу можно было творить магию с ее помощью.

— Это вроде того, что пытался сделать Снейп в том лесу? Использовать эту энергию для подпитки своей магии?

— Нет, это другое. Он проверял, можно ли усилить свои способности с ее помощью, а здесь речь идет о том, чтобы вообще активировать эту линию. Если в других местах силы мы ощущали внешнее воздействие, и магия становилась ощутимее, то здесь она не ощущается.

— А, да, я заметил, — кивнул Гарри. — Честно говоря, я уже привык, что в этих местах мне легче даются чары, но когда мы ставили палатку и защиту, то все было как прежде.

— Ну, это объясняется тем, что в прошлые разы мы ставили палатку прямо на лей-линии. А сейчас мы обустроили лагерь в стороне от нее.

— И как пробудить эту линию?

— Я точно не знаю, но это… э-э-э… требует жертвы.

— Чего? — удивился он, вытаращив глаза. — Ты имеешь в виду… тут нужно убить что-то живое?

— Нет, не убить. Подробного описания ритуала я не нашла, но жертва должна быть личной. Я так понимаю, что волшебник, активирующий лей-линию, должен принести в жертву себя. Точнее, это просто так называется. Он не должен умирать или что-то такое, а всего лишь привязать себя к этой линии.

— Что-то мне это не нравится, — нахмурился Гарри. — Что значит привязать себя?

— Ты сможешь управлять этой линией, но и она будет управлять тобой в какой-то степени. Ты становишься как бы излучателем, проводником этой энергии в окружающее пространство.

— И что это значит на практике?

— Понятия не имею. И не собираюсь это пробовать, пока не добуду больше информации. Тот, кто свяжет себя с лей-линией, определенно может стать сильнее, но это будет заимствованная сила. И какие последствия могут быть для волшебника — не представляю.

— Постой, ты вроде говорила, что это одно из самых сильных мест в стране, да? — вспомнил Гарри. Гермиона кивнула:

— Так и есть. Сильнее Стоунхенджа. Лей-линия, с которой соединен Стоунхендж, тоже очень мощная, на ней расположено много точек, где энергия выходит наружу, и ею можно активно пользоваться даже сейчас. Наверное, поэтому в Стоунхендже так сильно ощущается магия, выбросы идут вдоль всей линии, причем, идут постоянно. В этом месте все иначе. Оно спит, выхода энергии здесь сейчас нет. Но если мы его активируем, то я даже представить не могу, что тогда будет. Возможно, по всей округе будут взрываться лампочки в домах у магглов. Или случится какое-нибудь локальное землетрясение. Или еще что-нибудь. Но Хогварц станет сильнее, потому что вся энергия потечет туда. Обрати внимание — линия идет отсюда только в одну сторону. Вероятно, она продолжается и за пределами Хогварца, но здесь точно источник.

— Интересно… Слушай, а мы можем вернуться в какое-то активное место? У меня возникла мысль.

— Какая?

— Как думаешь, если бы мы научились пользоваться энергией активной лей-линии, это усилило бы наши способности?

— Думаю, да, но только пока мы находимся на самой линии. Может, эффект продержится некоторое время после схождения с нее, но вряд ли надолго, — она с любопытством посмотрела на него. — Ты ведь понимаешь, что мало просто заполучить эту энергию? Нужно еще уметь ею управлять.

— А в тех книгах, которые тебе Снейп принес, есть что-то на эту тему?

— Немного есть. Но для того, чтобы овладеть этими техниками, нужно развивать ментальную магию, Гарри.

— Окклуменция, — помрачнел он.

— Не только. Самоконтроль, управление эмоциями, сила воли. В общем, много чего.

— Ладно, я понял. Дашь мне книжки посмотреть?

— Бери, если хочешь. В моей сумке. Только поаккуратней с ними, мне их придется вернуть в Хогварц. А по ментальной магии у меня есть несколько книг из библиотеки Блэков. Занятная была у Сириуса семья.

— Да уж… Ну что, ты тут уже все посмотрела, пойдем назад?

— Сейчас, вот только попробую еще кое-что.

Гермиона огляделась, выбрала самый высокий камень в круге и, направив на него палочку, прошептала:

Nexum revelare.

Верхушка камня заискрила и выбросила сноп зеленого огня. От одного валуна к другому побежала светящаяся зеленая нить, соединяя между собой все камни в круге.

— Что это? — Гарри потянул было руку к ближайшему камню, но Гермиона качнула головой:

— Не трогай. Я просто проверила, есть ли связь и нет ли разрывов. Когда будем активировать источник, круг должен быть закрыт. Чтоб не было выбросов за его пределы. Тогда сможем четко сфокусировать и направить на Хогварц. Finite.

Зеленая нить погасла. Гермиона сняла защитный купол и, спрятав палочку, протянула руку своему другу:

— Идем обратно?

Гарри широко улыбнулся:

— Тебе все это нравится, да?

— Что именно?

— Быть такой крутой и умной, и играть с лей-линиями.

— Но ведь это интересно.

— Ну, если на практике это действительно поможет нам стать сильнее, то я бы тоже не прочь поэкспериментировать.

— Хорошо, но только сначала прочитай все книги, которые у нас есть по лей-линиям, иначе я тебя сюда и близко не подпущу. Это не игрушки, Гарри.

— А в Годрикову лощину мы все-таки пойдем. Завтра продумаем план, а послезавтра… Гермиона, нам это нужно, — настойчиво повторил он, заметив, как она снова нахмурилась. — А вдруг мы там что-то найдем? Нам нужна любая зацепка. Мы не можем и не должны полагаться на Снейпа, что он все отыщет за нас, ему и так... Черт... Как Дамблдор мог так поступить, не сказав ему? У меня в голове не укладывается! Это же смертельный риск!

Гермиона, кусая губы, потыкала носком ботинка в замерзшую землю:

— Наверное, он решил, что раз Снейп и так рискует собой, то еще одна опасность уже не играет роли...

Гарри недоуменно воззрился на нее:

— Ты что, пытаешься оправдать Дамблдора? Даже я уже не пытаюсь.

— Нет. Я пытаюсь убедить себя, что мы все знали, на что идем, сами на это согласились и должны быть готовы ко всему. Но хорошо, что у нас есть информация. Значит, мы сможем придумать какой-то выход.

— Мне бы твой оптимизм, — буркнул он. — Ну, в общем... Пока он обшаривает школу, мы должны проверить все прочие места.

— Скажи еще, в Албанию поедем, — фыркнула она. Гарри пожал плечами:

— Были бы у нас деньги и портключ — я только за.

— О, да, и обшаривать все албанские леса в поисках неизвестно чего.

— Ты заметила, кстати, что Снейп сегодня явно был в шоке, когда мы поняли, что Дары Смерти существуют?

— Ну, — она призадумалась на мгновение, глядя куда-то ему за спину, — я и сама в шоке… Ладно палочка, ладно плащ, такие вещи вполне могли быть реальными. Но Воскрешающий камень?

— Но ведь камень и не воскрешает, — отозвался Гарри, погрустнев. — Он вызывает только какое-то подобие, которое, скорее всего, даже потрогать нельзя. И, по-моему, Снейпу он нужен.

— С чего ты взял?

— У него было такое лицо, когда я сказал про снитч… Как думаешь, это правда? Сама-Знаешь-Кто убил кого-то, кто был ему дорог?

— Это всего лишь твои догадки, Гарри. И зря ты вообще заговорил с ним об этом. Если это правда, он все равно нам не скажет. Это не наше дело.

— Просто Дамблдор постоянно твердил, что у него есть железные причины верить Снейпу. А что еще могло настолько его мотивировать? Он же мстительный мерзавец. У него наверняка должна быть личная причина, чтобы убить Лорда. И то, что он мне сказал сегодня… ну, что необязательно следовать плану Дамблдора.

— Гарри, что бы там ни говорил Снейп, а мы должны следовать плану. Как минимум, той его части, которая касается крестражей. Но Снейп прав в одном: необязательно жертвовать собой в процессе. Да, мы ввязались в опасное дело. Да, никто из нас не знает, как убить Сам-Знаешь-Кого, когда мы уничтожим все крестражи. Но мне иногда кажется, что ты… э-э… просто сдался. Что ты не видишь будущего дальше смерти Лорда. Это неправильно.

— А ты думаешь, у нас есть шанс выйти из всего этого живыми?

— Конечно, — не моргнув глазом, солгала она, хоть и знала, что шансов на это, мягко говоря, маловато. — Или ты хочешь, чтобы Джинни вышла замуж за кого-то другого?

— Знаешь, вот это уже удар ниже пояса, — проворчал Гарри, но Гермиона заметила, что он вздохнул с явным облегчением. — Я просто не хочу слишком уж обнадеживаться. Каждый раз, как я говорю себе, что у меня есть шанс на нормальную жизнь — все летит под откос. Так уже было с Сириусом. И с Дамблдором. Не хочу испытать это еще раз.

— Ну, так сделай то, что сказал Снейп. Рассчитай каждый шаг и не бросайся вперед сломя голову.

— Когда это наши расчеты срабатывали? — усмехнулся Гарри. — Так что насчет Годриковой лощины?

— Как бы я ни упиралась, но других вариантов у нас, похоже, нет, — со вздохом признала Гермиона. — И других более доступных мест для проверки тоже нет. Но даже не надейся шататься там в открытую. Пойдешь под Оборотным и под плащом.

— Да, мамуля, — съязвил он и тут же заработал подзатыльник. — А это… У тебя точно не роман со Снейпом?

— Похоже, Рон очень плохо на тебя влияет, — съязвила она в ответ, замахиваясь повторно. Гарри увернулся от второго подзатыльника и заулыбался во весь рот:

— Нет, ну Рон прав, что у вас там за секретная переписка? Ты уже почти весь дневник исписала, я видел.

— Мы обсуждаем мои исследования, — ответила Гермиона, еле сдерживаясь, чтобы не закатить глаза. — Ничего личного в этой переписке нет, можешь сам почитать, если хочешь.

— Да мы пытались, — виновато сообщил ей Гарри, — но ты зачаровала обложку, и он не открывается.

— Ах, вы… Могли бы просто попросить! — рассердилась она. — А рыться в чужих вещах без разрешения — это…

— Мы просто хотели убедиться, что он тебя не… э-э… в общем, не заставляет делать что-нибудь… нехорошее.

— Вы оба что, головами стукнулись во время рейда? Я же сказала — он просто нам помогает. К тому же, я регулярно его раздражаю своими бесконечными вопросами, и он все так же считает меня невыносимой всезнайкой.

— А… ну ладно, — пробормотал Гарри, опасливо косясь на нее, дабы не пропустить очередной подзатыльник. — Просто Рон, кажется, почти созрел, чтобы начать с тобой общаться… м-м… почаще. А ты вечно или с книжками, или с этим дурацким блокнотом. И ему кажется, что… э-э-э… он тебе больше не интересен.

— Если до Рональда наконец-то дошло, что я девочка, то мог бы давно поговорить со мной об этом, — отрезала Гермиона, все еще сердясь. — Я не умею читать мысли. И если он опять начнет на меня рычать и говорить гадости — ему ничего не светит, так ему и передай.

Гарри уставился себе под ноги, пряча довольную ухмылку. Гермиона, больше не говоря ни слова, ухватила его за руку и перенесла их обоих назад к палатке, мысленно пообещав себе при случае наградить подзатыльником и Уизли.


* * *


Утро, как известно, добрым не бывает. Снейп осознал это как никогда, стоило ему войти в учительскую и увидеть там Минерву Макгонагалл, едва ли не метавшую молнии из глаз. При виде него она выпрямилась во весь рост и спрятала руки в рукава мантии. Снейп, напустив на себя традиционное ледяное выражение, выложил на стол три палочки, конфискованные ночью у незадачливых воров:

— Дилис доложила о происшествии в моем кабинете?

— Доложила, — голубые глаза Главы Гриффиндора буравили его насквозь. — И у меня есть вопросы, Северус.

— Если это не касается чего-то срочного, изложи их в письменном виде, я ознакомлюсь и дам ответ.

— К черту письма, — она молниеносным движением вытащила из рукава палочку и заблокировала дверь, а затем наложила заклятие тишины. Снейп застыл на месте с собственной палочкой в руке, готовый немедленно уложить ведьму, если она попытается атаковать его. Но Минерва не собиралась колдовать снова. Опираясь левой рукой о край стола, она изучающе смотрела на него, и понять что-либо по ее лицу не представлялось возможным. Снейп поднял брови:

— Если ты таким образом хочешь высказать мне свои претензии, то лучше не трать время. Я и так знаю все, что ты хочешь мне сказать.

— Неужели? — голубые глаза сузились, и у Снейпа возникло непреодолимое ощущение, что в школе завелся еще один легилиментор. Вот только этого и не хватало для полного счастья. — Северус, какого тролля ты творишь?

Ого. Приплыли. С первого сентября она заговаривала с ним исключительно по делу, и тут вдруг…

Он сдвинул брови, непонимающе глядя на нее:

— Ты о чем?

— Трое учеников взломали кабинет директора и пытались украсть меч Гриффиндора.

— Взломали и пытались. Очевидно, Главы их Домов не донесли до них тот факт, что за такие вещи наказывают, и наказывают серьезно.

— И как же ты их наказал? Отправил к Хагриду?

— Ты предпочла бы, чтобы я подвесил их за ноги в подземелье?

— Мы оба знаем, что сделал бы любой Пожиратель Смерти, поймай он их за взломом кабинета, — отрезала Минерва, не сводя с него глаз и пристально следя за каждым его движением. — Вот я и спрашиваю — что происходит в школе?

Вот же настырная женщина. Чего она от него хочет, да еще в восемь утра? Он даже кофе выпить не успел.

А вообще — надоело. Все надоело. Почему он должен разгребать все это сам? Пусть голова поболит у кого-нибудь еще, для разнообразия.

— С каких пор тебя удивляет, что я прибегаю к предписанным дисциплинарным мерам? — вполголоса спросил он, сверля ее глазами в ответ. — Задай себе вопрос, Минерва: я хоть раз позволял себе ударить ученика? Или применить к нему магию? Или воспользоваться запрещенными заклятиями в стенах школы?

— Ну уж одно-то ты точно использовал, — напомнила она ему, и в голосе ее зазвенел металл. — Не далее как в конце июня.

— Хочешь применить такое же и ко мне? — оскалился Снейп. — Ну давай, попробуй. Почему бы нет. Только задай себе еще один вопрос: кто займет мое место в таком случае? И что будет твориться в школе после этого? Думаешь, десять Пожирателей — это проблема? Добавь сюда оборотней — и получишь филиал ада.

Минерва все так же смотрела на него, и Снейп никак не мог понять, что у нее на уме и к чему весь этот разговор. Не понравилось, что он отправил ее обожаемых партизан грести навоз? Или что конфисковал палочки? Или что это вообще случилось посреди ночи, когда всем положено находиться в кроватях? Что, что, что?..

— Я не могла не заметить кое-каких вещей, Северус, — наконец, произнесла его заместительница, складывая руки на животе, но не пряча палочку. — И все это ставит меня в тупик, учитывая ситуацию.

— И какая же у нас ситуация?

— Ты и твои дружки-Пожиратели. И ваши методы дисциплинирования школьников.

— Не вижу в этой ситуации ничего странного. И тем более не понимаю, чем ты недовольна, — отрезал он. — Что я не отдал их Кэрроу? Тогда сегодня все трое лежали бы в лазарете.

— Тебе-то что с этого? Ты их ненавидишь так же, как и они тебя. И с чего тебе понадобилось тащить их к Хагриду сразу же, посреди ночи? Ночью им полагается спать.

— Вот ты и объяснила бы им, что ночью полагается спать, а не взламывать кабинеты, — начиная закипать, отозвался Снейп. — В чем ты пытаешься обвинить меня, Минерва? Что я не допустил нового конфликта? Я, может, и Пожиратель, но я не зверь, вопреки всем твоим убеждениям.

— Расскажи это кому-нибудь другому, — ощетинилась Макгонагалл. — Не ты ли отрезал Джорджу Уизли ухо летом? Не ты ли позволил Амикусу пытать Лонгботтома, а сам стоял рядом и смотрел? И это за куда менее серьезное прегрешение!

— Я могу сделать это снова, раз до вас не доходит, что идет война, и что детям не место на поле боя! — рыкнул он, начиная раздражаться. — Я предупреждал всех еще в первый день. Мне ни к чему покалеченные ученики и сорванный учебный процесс. Равно как и лишнее внимание к Хогварцу со стороны других Пожирателей и самого Лорда. А вот если бы ты была умнее, то велела бы своим повстанцам поумерить пыл и взяться за учебу, а не бегать по коридорам, высматривая, как бы наградить охрану плавниками и хоботами. Неважно, кто здесь директор и что происходит за этими стенами. Это школа, а не военный лагерь. Дети должны учиться, что бы ни творилось снаружи.

— И для чего, по-твоему, они должны учиться? — уточнила она, раздувая ноздри. — Чтобы стать прислугой Сам-Знаешь-Кого и лизать ему пятки, как это делаете вы все?

Снейп повел плечами, словно сбрасывая тяжелый груз. Разгневанная Макгонагалл — зрелище не для слабонервных. Но он не имел права говорить ей слишком много. Если кто-то из охраны увидит, что ученики и учителя вдруг стали шелковыми после трех месяцев непрерывных гадостей в адрес директора — все сорвется.

— Они должны учиться для себя, в первую очередь, — ответил он, стараясь говорить ровно. — Ты не станешь отрицать, что эти знания им нужны, куда бы они ни отправились после Хогварца.

Она вскинула голову, глядя на него из-под полуопущенных век:

— Значит, все так просто? Ты пришел сюда не готовить солдат и рабов, а следить за учебным процессом?

— Именно так.

— Почему тогда с твоего попустительства в школе применяют Crucio? Почему два твоих профессора позволяют себе бить детей на уроках?

— Потому что если я не стану время от времени закрывать на это глаза, Темному Лорду тут же донесут, что в школе бардак, ученики открыто и безнаказанно выступают против нового режима, а вы все их поддерживаете, — раздраженно бросил он. — И тогда он пришлет сюда еще людей. Или вообще заменит всех преподавателей из старого состава. А в кресло директора сядет Беллатрикс. Ты этого хочешь? Я — нет. Как еще угомонить твоих деятелей, если обычные методы наказаний на них не действуют? И это, между прочим, уже все заметили. Сколько бы взысканий на них ни налагали — они продолжают выступать. Если так пойдет и дальше, то одним пыточным проклятием не отделаетесь! Неужели это так сложно понять?

— Рукоприкладством ты этот вопрос не решишь, Северус! Вся проблема в тебе и в твоих прихвостнях! Если бы вас здесь не было…

— Но мы здесь, — оборвал он ее, слишком резко и грубо, но для расшаркиваний сейчас было не время. — Мы здесь, и должны выполнять свою работу. Моя задача — следить, чтобы школа функционировала как положено. Если тебя не устраивают мои методы, значит, надо больше заниматься детьми и сделать так, чтобы у ответственных за дисциплину не было повода их наказывать, я уже говорил об этом. Мне казалось, вы все это понимаете, раз стараетесь скрыть их выходки. И не думай, что я ничего не замечаю.

Минерва, белая от ярости, сканировала его лицо так придирчиво, словно хотела отыскать на нем все тайны вселенной. Снейп холодно смотрел в ответ, стараясь успокоить дыхание. Сдерживаться становилось все труднее. Как бы ему ни хотелось, он не мог полностью запретить Кэрроу применять такие методы. Только не тогда, когда каждый их урок чуть не превращался в бои без правил. По мнению Темного Лорда, дети должны знать свое место, а не орать на учителей… какими бы дегенератами эти учителя ни были. В первый день он еще готов был действовать жестко и давить новых профессоров авторитетом, если они осмелятся издеваться над детьми. Но это — как и заготовленная для Вольдеморта речь о недопустимости таких наказаний — сработало бы лишь в том случае, если бы эти наказания происходили безо всякой причины. А теперь причина появилась. И серьезная. Атмосфера в Хогварце попахивала реальным мятежом. Если он не удержит здесь порядок — можно будет уже не волноваться о крестражах. Да и вообще ни о чем не волноваться. Вольдеморт уж точно церемониться не станет.

Только вот как это донести до воинственно настроенной шотландской кошки, не рассказав ей всю историю с самого начала?

— Ты убил Дамблдора, Северус, — отчеканила Макгонагалл, прервав его размышления. Будто хлестнула наотмашь.

— Убил. Хочешь об этом поговорить?

— Да, поцелуй тебя дементор, я хочу об этом поговорить!

— А смысл? Я здесь уже три месяца. Если тебя так интересовали причины, могла бы спросить и раньше.

— Северус, я думала, что знаю тебя. Мы все так думали. И если мы настолько ошиблись в тебе, то где гарантии, что не ошиблись вообще во всем?

— Тебе следовало бы задавать эти вопросы самому Дамблдору, Минерва, — кипя от бессильной злости, ответил Снейп. — Я делал все, что он мне приказывал. Орден не знает и половины того, что мне приходилось делать.

— Так ты поэтому убил его? — лицо Макгонагалл побелело еще больше. — Поэтому предал Орден? Только бы перестать выполнять грязную работу?

— Кто сказал, что я перестал ее выполнять?

— Вот именно. Этим ты здесь и занимаешься. Только уже для другой стороны.

— Чего ты хочешь от меня, Минерва? Чтобы я выбросился с Астрономической башни, и вы могли вздохнуть с облегчением? Прости, такой команды сверху пока не поступало, — съязвил он, кривя губы.

— Я хочу, чтобы ты дал мне внятный ответ на вопрос, что происходит в школе!

— Я уже на него ответил.

Она шумно вздохнула, похлопывая палочкой по раскрытой ладони, словно не могла решить, ударить его чем-нибудь или лучше не связываться.

— Я знаю, что портрет Альбуса проснулся, — наконец, произнесла она уже спокойнее. — Дай мне поговорить с ним.

— Нет. До тех пор, пока в этой школе полно Пожирателей, следящих за каждым моим шагом и за каждым шагом преподавателей, в кабинет директора никто, кроме меня, не войдет. Для вашего же блага, Минерва. Займись лучше этой бандой, именующей себя Дамблдоровой армией. Если они не начнут вести себя осмотрительней, все это может очень плохо закончиться, в первую очередь для них. Лонгботтом и так получает едва ли не каждый день. Поговори с ним, если не хочешь увидеть его в палате рядом с родителями.

— И что, по-твоему, я должна ему сказать?

— Что надо заниматься своим образованием. Времени для мести у него будет предостаточно, раз уж он вознамерился непременно мне отомстить. Правда, ему, скорей всего, придется встать в длинную очередь. Ступай, Минерва. Верни детям палочки и проследи, чтобы они не слишком задирали охрану. У тебя нет причин со мной ссориться. Я здесь для того же, для чего и ты, что бы ты себе ни думала. Все остальное сейчас не важно.

Она сжала губы в тонкую злую линию. Забрала со стола палочки, коротко махнула своей, снимая заклятие тишины. Уже взявшись за ручку двери, снова обернулась к нему. Голубые глаза полоснули его сталью. Так смотреть умела только она, и под прицелом этих глаз Снейп всегда чувствовал себя потерянным, беспомощным мальчишкой. Трудно быть с такой женщиной на равных. Особенно если она же тебя и учила.

— Это ведь ты надоумил портреты и призраков сообщать нам обо всех нарушениях, чтобы мы успевали до прихода патрулей? — спросила она чуть слышно.

Он сжал свою палочку в кулаке так сильно, что чуть не сломал ее. Если бы он мог сказать ей больше! Тогда, возможно, и ему, и детям стало бы легче.

Или наоборот — пришлось бы переживать еще и за свою заместительницу. Они и так делают все, что могут. Если хоть кто-нибудь заподозрит, что он заодно с учителями, им всем не сносить головы. Пока что ему удавалось как-то лавировать и изображать нужный уровень строгости, чтобы у Темного Лорда не было поводов для беспокойства.

— Я не вездесущ, Минерва. Я не могу уследить за всеми в одиночку.

— В таком случае, ты непоследователен. Одной рукой наказываешь учеников, другой выводишь их из-под удара?

— Я сказал тебе все, что тебе следует знать, — ответил он, проклиная себя за слабость. — Если тебе действительно небезразлична судьба Хогварца — поговори с остальными, и займитесь детьми как следует. Это все. Ступай. Скоро начнутся уроки. Нельзя нарушать расписание.

Она наградила его еще одним пронизывающим взглядом. И, помолчав несколько секунд, напоследок выдала — таким тоном, от которого у него поползли мурашки:

— Осторожней, Северус. Твои помощники, может, и идиоты. Но не надо делать дуру из меня.

Отвернувшись, она открыла дверь и исчезла в коридоре, шурша юбками.

Снейп привалился к столу и потер переносицу. Минерва, разумеется, не идиотка. Он сказал достаточно, чтобы она сложила два плюс два. Но она, как и все гриффиндорцы, вспыльчива и часто идет на поводу у собственных эмоций, а уж их у нее сейчас хоть отбавляй. Простить ему убийство Дамблдора? Да никогда. Но если она хотя бы услышала и поняла, что он пытается защитить школу от еще худших вариантов, то у него есть шанс навести здесь хоть какое-то подобие порядка. Снейп ни разу не сомневался, что учителям во главе с ней вполне под силу вышвырнуть из замка всех Пожирателей или вообще прикончить их одним махом. Но даже если они это сделают — что будет потом? Им не удастся скрыть такое от Вольдеморта.

И тогда сюда придет армия.

Сражаться с этим монстром, пока он бессмертен, нет никакого смысла. Значит, надо тянуть время, чтобы Поттер успел найти все крестражи. И вот тогда…

Снейп бросил взгляд на дверь, за которой скрылась замдиректора, и горько усмехнулся. Если ей удастся хотя бы приструнить ДА, это уже, считай, победа.


* * *


Доставив в Малфой Мэнор очередную порцию снадобий, Снейп украдкой рассматривал руки Вольдеморта, не осмеливаясь поднять глаза выше, дабы не нарваться на внеплановую легилименцию. Яд акромантула медленно, но верно накапливался в теле, однако видимых физических проявлений все еще не было. То ли регенерационные функции были слишком сильны, то ли сказывалось наличие крестражей. Что до поведения, то Нарцисса и до этого жаловалась, что Лорд стал еще более вспыльчивым, и разозлить его могла любая мелочь. Гнев его всегда проявлялся мгновенно, как по щелчку пальцев, и обрушивался на головы всех присутствующих независимо от степени их вины.

Впрочем, к своему зельевару Лорд благоволил по-прежнему. Возможно, потому, что виделись они нечасто, и Снейп из кожи вон лез, только бы оставаться на хорошем счету у этого чудовища.

— Северус, этот новый энергетический состав просто восхитителен, — проинформировал его Вольдеморт, беря одну из бутылочек и придирчиво разглядывая ее содержимое на свет. — Мне показалось, или там присутствует кровь единорога?

— Да, повелитель.

— Превосходно. Продолжай. Как продвигаются исследования по Животворящему эликсиру?

— Не могу сказать наверняка, мой господин, — осторожно ответил Снейп, тщательно подбирая каждое слово. — Я не могу зафиксировать результаты, поскольку вы давно не оказывали мне чести осмотреть вас и не давали развернутых описаний вашего состояния.

— Ах, да… Можешь посмотреть, — Вольдеморт милостиво поманил его поближе и, отставив бутылочку со снадобьем, картинно развел руки в стороны. — Стандартной диагностики будет достаточно.

— Благодарю, мой господин, — зельевар осторожно, стараясь не делать резких движений, поднял палочку и сотворил одно из основных диагностических заклинаний, применяемых целителями в Мунго. Всмотревшись в проявившуюся вокруг тела Лорда энергетическую схему, удовлетворенно кивнул:

— Кажется, вы в прекрасной форме, мой господин. Как долго держится действие эликсира после приема?

— Четыре дня. Полагаю, это максимум для данной формулы?

— Увы. Ваше физическое тело попросту не справляется с объемом пропускаемой сквозь него энергии, отсюда такие слабые результаты. Если бы вы позволили мне ознакомиться с ритуалом, использованным для вашего возрождения, возможно, я мог бы…

— Нет, Северус, — Вольдеморт разом утратил весь свой благодушный настрой, и Снейп почтительно отступил на шаг и низко склонил голову. — Ты полностью оправдываешь мое доверие, но никогда не смей повторять подобную просьбу, тебе ясно?

— Прошу прощения, мой господин. Этого больше не повторится. Я всего лишь хочу помочь вам восстановиться, чтобы вам больше не требовались снадобья.

— Похвально, что ты так печешься о моем благополучии, но у тебя достаточно информации для дальнейших разработок. Займись ими как можно скорее.

— Да, мой господин.

— Что еще тебе нужно? Что-нибудь для Хогварца?

— Вообще-то, раз уж вы спросили… Мне нужно поместить в надежное место меч Годрика Гриффиндора. Мой личный сейф в Гринготтсе для этого не годится, учитывая… мое положение.

— У тебя есть веская причина спрятать меч? — Вольдеморт буравил его пристальным взглядом, и Снейп ощутил, как внутри все начинает леденеть. Он не мог не заметить, что кровожадный блеск в глазах Темного Лорда стал ярче.

— Я считаю, что такую драгоценную реликвию не следует хранить в школе. Директору нет нужды им пользоваться, а кто-то из учителей вполне может попытаться его украсть.

— Понимаю, — Вольдеморт отвел от него взгляд и уселся в свое любимое кресло у камина. — Можешь воспользоваться сейфом Беллы. Это один из самых охраняемых сейфов в банке. Кроме Лестранжей, никому нет туда доступа. Я велю ей проводить тебя.

— Благодарю, мой господин. У вас есть еще какие-либо пожелания по зельям?

— Нет. Можешь идти.

Снейп поклонился и покинул особняк в состоянии сильнейшего нервного возбуждения.

Неужели Лестранжи?

Опять-таки, чему тут удивляться… Он должен был догадаться. Кому еще Лорд мог доверить что-то ценное и где он мог это спрятать, если ему требовалось держать это под рукой? Гринготтс. А ведь Поттер говорил про места, свидетельствующие о принадлежности к колдовскому миру. Если Хогварц — одно из таких мест, то колдовской банк — и подавно. Теперь надо придумать, как выиграть немного времени, чтобы осмотреть сейф и не вызвать подозрений у Беллы. Если один из крестражей там, то…

Может, удача улыбнется ему еще раз.

Эксперименты с ядом пора продолжать. Физиологические показатели при диагностике оставались в пределах нормы, но применять более высокую концентрацию яда Снейп боялся — замаскировать отраву в мешанине ингредиентов и так было непросто, а если увеличить ее количество, то Вольдеморт наверняка что-то почувствует. Гм… А ведь его тело и впрямь плохо справляется с пропускаемой сквозь него энергией. Допустим, все крестражи будут уничтожены, и останется только сам Вольдеморт. Что если не рисковать баловством с чарами и палочками, а просто накачать его так, чтобы разорвало изнутри? Надо будет обсудить это с Грейнджер, ее последние выкладки по экспериментам с лей-линиями выглядели многообещающе. Снейп уже не раз и не два обдумывал варианты финальной битвы. Судя по всему, придется выманивать Лорда на открытую территорию, где можно навязать свои условия боя. Как это сделать, пока непонятно. Обсуждать это с Дамблдором он тем более не хотел — старик все еще паниковал при любом отклонении от плана.

Дойдя до парадной двери Хогварца, он остановился и с ненавистью уставился на статуи рыцарей, охранявшие вход. Что угодно бы сейчас отдал, только бы не возвращаться в кабинет. И вообще не возвращаться сюда. Еще год назад он считал замок своим домом и убежищем, но теперь древнее строение не было ни тем, ни другим. Снейп устало потер виски, поморщился, когда дверь сама открылась перед ним, распознав директора, и направился в закрытую лабораторию в подземельях. Слагхорн, как ни странно, ни разу ею не воспользовался, и Снейп завладел ею окончательно и бесповоротно, установив на входе чары, пропускавшие внутрь только его. В просторном помещении располагалось несколько рабочих столов, множество полок и шкафов и обширная кладовая для ингредиентов. На одном из столов на крохотном огне кипел Felix Felicis, которому предстояло готовиться до марта. На другом под стазисными чарами находилась одна из экспериментальных настоек с ядом акромантула, очередной энергетик, который Снейп варил для себя лично, и Оборотное зелье. Поттер пожаловался, что их запасы подходят к концу, и Снейп в очередной раз корил себя, что ввязался во все это и начал помогать Золотой троице. Да, у Поттера был плащ, и Грейнджер неплохо обучила обоих мальчишек маскировочным чарам, но лучше не рисковать и добавить что-нибудь более надежное.

Оглядев свои владения и недоготовленные зелья, Снейп сбросил мантию и сюртук, закатал рукава рубашки, вымыл руки, подвязал волосы и принялся за работу. Сегодня ему еще предстояло сварить релаксант для больничного крыла, поскольку Слагхорн так этим и не озаботился. Да и что этот старый тюфяк мог знать о последствиях пыточного проклятия, ни разу не испытав это на себе? О, в этом Снейп был настоящим специалистом и мог бы защитить целую диссертацию. Обезболивающие средства и спазмолитики он научился готовить еще в школе, а после поступления на службу к Вольдеморту довел их до совершенства, иначе давно бы загнулся. Ему нравилось разрабатывать новые составы. Не будь у него этой занудной работы в школе, он мог бы по-настоящему отдаться этому делу, и кто знает, каких результатов он мог бы достичь в итоге. Увы. Преподавание почти не оставляло ему времени для собственных проектов, а когда он стал директором, это и вовсе стало непозволительной роскошью.

Похоже, спать сегодня опять не придется.

Пару минут Снейп смотрел на список снадобий, которые ему заказал Вольдеморт, размышляя, сумеет ли он приготовить все это на автопилоте, если начнет валиться с ног, затем махнул рукой и плеснул в стакан свежесваренный энергетик. Возможно, он как-нибудь дотянет в таком режиме до Рождества, а там, если боги будут к нему благосклонны, у него будет целая неделя тишины и покоя, когда ученики разъедутся по домам на праздники.

 


Примечание к части

**Хранить молчание,

Залечь на дно,

Держаться за то, чего я знать не хочу,

Пока дневной свет не обратится в пепел и не развеется.

Пропавшие ключи.

Окровавленный нос.

Последствия моего выбора.

Не своди с меня глаз.

David Cook

 

Каслригг:

https://b.radikal.ru/b16/1905/d8/14fc6eb3933b.jpg

https://b.radikal.ru/b00/1905/18/b39cf4f407a6.jpg

Глава опубликована: 06.05.2020


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 845 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх