↓
 ↑
Регистрация
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Просто держи меня за руку (гет)



Автор:
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Романтика, Ангст, Драма, Hurt/comfort
Размер:
Макси | 2957 Кб
Статус:
В процессе
Альтернативная версия седьмой книги и постХогварц. До Снейпа наконец-то доходит, что он вовсе не обязан подчиняться приказам до мельчайших деталей, да и как-то вдруг захотелось пожить еще немного, а не героически жертвовать собой. Только как бы теперь не попасть в "рабство" к Золотой троице, а то всяк норовит использовать профессорские таланты ради всеобщего блага. Единственное, чего не знал бедняга зельевар - что у Дамблдора есть не только план А, но и план Б. Просто на всякий случай.
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 13_1. Эмоции и ошибки

These scars we wear remind us

The more we change

The more we're all the same

Swept up in this emotion

We fumble through and make the same mistakes

David Cook

 

You get inside my head

I want you out

'Cause I've been betrayed on holy ground

Within Temptation

— Нет, ну кто так пишет… Двадцать баллов со Слизерина! — Снейп в порыве раздражения отпихнул от себя тетрадь и только тут понял, что сказал это вслух. Хорошо хоть подслушивать некому. Некоторые привычки неискоренимы — рука так и тянулась за пером, чтобы исчеркать написанное красными чернилами и нарисовать внизу жирную «Т». Темный Лорд, называется… Гроза колдовского мира, экспериментатор, сделавший массу открытий в магии, а идею нормально сформулировать не в состоянии. Снейп потер глаза, моргнул несколько раз и уставился в окно кухни, за которым впервые на этой неделе было солнечно. Записи Вольдеморта пока не поддавались — Лорд делал заметки для себя, чтобы не потерять мысль, но что это была за мысль, было известно лишь ему одному. Не сказать чтоб тетрадь оказалась совсем бесполезной. Снейпу кое-как удалось продраться сквозь первые пятнадцать страниц и составить список книг, на которые опирался его бывший хозяин, изучая методы ментальных блокировок, но чем дальше, тем больше его исследования заходили в тупик. Как добраться до этих книг, Снейп не представлял — редкие издания, некоторые вообще запрещенные, некоторые иностранные, где только эта ходячая мертвечина их откопала и куда дела потом?

Совершив очередной набег на министерскую библиотеку, зельевар понял, что у него крайне мало шансов ознакомиться с этими текстами: две книги из списка там имелись, но выдавались только после длительных проверок и специального разрешения. Поначалу он хотел было обратиться к Шеклболту, но передумал; его интерес к подобным изданиям выглядел бы подозрительно, пусть даже почти-министр знает об их с Гермионой проблеме. Садиться в Азкабан за попытку заглянуть в темномагическую литературу, еще не будучи официально оправданным за предыдущие пожирательские «деяния», совершенно не хотелось. Вдобавок, Снейп сомневался, что сможет работать с этими книгами без магии, а сообщать Гермионе о том, чем он занимается, он пока не планировал. Незачем давать ей ложные надежды, если он не сумеет расшифровать эти записки сумасшедшего. Походив вокруг списка еще какое-то время, он вспомнил присланную ему гору писем, из которых он даже не все прочел, а затем, решив, что пришло время стрясти с некоторых долги, отправил запрос Селвину — у того была большая коллекция всяких раритетов, и если ему повезло, то он успел что-то припрятать до того, как к нему нагрянули с проверкой из аврората. Если бы все имущество Малфой Мэнор сейчас не было под арестом, возможно, что-то нашлось бы и там, или даже в сейфе у Лестранжей, но обращаться к Нарциссе он не рискнул. Не так скоро.

Судя по тому, что удалось разобрать, Вольдеморт первым делом решил, что Дамблдор каким-то образом обучил мальчишку проникать в разум врага на расстоянии, невзирая на главное правило легилименции — зрительный контакт. Это не на шутку его встревожило, Снейп помнил те дни, когда Лорд, побывав в сознании Нагини и обнаружив там Поттера, метался по каминному залу Малфой Мэнор и лихорадочно навешивал на стены такую защиту, какую его приспешники никогда в своей жизни не видели. Когда же оказалось, что всему виной ментальная связь, возникшая в результате неудавшегося Убийственного проклятия, Лорд взялся изучать эту связь с истинным рвением ученого-маньяка, внезапно обнаружившего, что за установленными наукой пределами есть что-то еще. Его радости не было границ, когда он выяснил, что может навевать мальчишке видения и сны. Но когда это начало работать в обратном направлении… Вот тут у них всех и начались проблемы. Где и как Лорд собирал информацию, Снейп не знал, но то, что было в этой тетради, само по себе впечатляло. Змеелицый, похоже, перепробовал все, что знал, и даже взялся разрабатывать какой-то сложный комплекс из заклинаний и снадобий, но затем опытным путем выяснил, что Поттер не умеет намеренно проникать в его сознание (по крайней мере, на тот момент), и просто стал использовать окклуменцию. Интересно, что он подумал, когда мальчишка взломал его ментальный щит в ночь боя за Хогварц, чтобы заманить его в замок. И если он держал щит круглосуточно, чтобы не дать Поттеру ни малейшего шанса проникнуть в его разум случайно — то как ему это удалось без последствий?

«Ха, без последствий… Да в последние дни он был абсолютно безумен, какие еще доказательства нужны? Никто не может держать окклументный щит так долго и не сойти с ума. Пусть его тело было крепче, чем у обычных волшебников, но даже у него были свои пределы».

Теория выглядела правдоподобной. Но была в корне неверной. Вольдеморт так и не узнал, что мальчишка стал его крестражем и потому мог заглядывать к нему в голову. Значит ли это, что все записи в тетради бесполезны?

Мозг, разум, душа. Снейп вспоминал многочисленные дискуссии с Дамблдором, и как тот силился донести до своего шпиона, что в случае с Вольдемортом и Поттером разум и душа едины, но Снейп тогда так и не понял, как такое может быть. Теперь же, проанализировав все, что он уже увидел и узнал, он потихоньку начинал верить в то, что Дамблдор был прав и здесь. Если подходить к возрождению Лорда с чисто технической стороны, то душа обросла новой физической оболочкой, когда Червехвост выполнил первую часть ритуала и с помощью заклинаний и зелий создал первое слабенькое тельце. В это новое тело переместились все накопленные знания и навыки Лорда, он ничего не забыл и не утратил после возрождения. Выходит, разум и душа — одно целое? Чушь какая-то… А если добавить в эту мешанину еще и мозг, становится и вовсе непонятно. Душа Вольдеморта, хоть и разорванная на части, никак не повлияла на его мозг и магические способности, но почти уничтожила его разум.

Допустим, с природой связи между Темным Лордом и Поттером теперь все ясно — связь установилась благодаря крошечной частичке чужой души и разума в другом человеке. Еще и кровью скреплено. Но за счет чего возникла его связь с Гермионой? Может, вывести одновременно две схемы и посмотреть, нет ли совпадений в рисунке? Возможно, что-то будет видно по самой обычной смехе энергетических потоков. Если он не разберется, на чем все это держится, то как понять, где нужно рвать, чтобы не сделать еще хуже? И не случайно ведь в тексте ритуала активации лей-линии было использовано одно слово для обозначения и души, и разума. Как теперь все это раскрутить, если подобных связей раньше попросту не существовало? Никакие книги не помогут.

От всего этого у него начинала дико болеть голова.

Воздух на кухне слегка всколыхнулся, будто от сквозняка, хотя никаких сквозняков в доме не было. Снейп сгреб тетрадь и свои записи, затолкал все в старый письменный стол и закрыл ящик. Несмотря на блок, он каким-то образом чувствовал приближение Гермионы, стоило ей аппарировать в проулок рядом с домом. Словно пространство вокруг изменяется, освобождая место для того, чего секунду назад здесь еще не было. Чем больше он наблюдал за собой, тем больше нюансов связи ему открывалось. Разобраться не помогало, но само по себе было удивительным. Через несколько минут в замке клацнул ключ. Северус, еще не видя девушку, понял, что она не в духе: в дом как будто ворвался порыв холодного ветра, и только потом зашла Гермиона.

— За домом следят, — сообщила она, сбрасывая плащ.

Внутренности мгновенно скрутились в пружину.

— Откуда ты знаешь?

— Я что-то почувствовала, когда аппарировала. Я не вижу, кто и где, но на улице напротив дома явно кто-то есть.

— Проверь заклинанием обнаружения, через дверь, — распорядился он, как никогда жалея, что не может проверить сам. Гермиона, выполнив заклинание, сосредоточенно сдвинула брови, разглядывая улицу сквозь узкое окошко рядом с дверью:

— Ничего.

— Ты случайно не заразилась от меня паранойей? — скептически уточнил Снейп, борясь с рефлексами. Рука упорно тянулась к рукаву за палочкой, и как он ни приучал себя к тому, что палочки у него нет, это не очень-то помогало. Гермиона пожала плечами, сканируя глазами улицу:

— Может, и заразилась. Я не знаю, как объяснить, но там кто-то есть, я чувствую.

— И кого они, по-твоему, выслеживают в моем доме?

— Думаешь, это тот невыразимец? — она обернулась к нему, кусая губы. — Но он же не может сюда войти… или может?

— Сомневаюсь, что в Отделе Тайн придумали, как обойти такую защиту, как здесь. Сильнее только Заклятие Верности. Но у них наверняка есть способы, как сделать себя невидимыми для любых проверочных заклинаний.

Ее глаза вдруг расширились:

— А если… если они и мою магию могут отследить? Мы оба бываем в министерской библиотеке. Кто угодно мог… О, боги… Северус… А эти блокираторы, которые были у Пожирателей — они же могут скрыть выбросы с лей-линии?

— Не знаю, — пробормотал он, тоже приглядываясь к противоположной стороне улицы и мысленно давая себе по лбу за то, что не подумал о блокираторах. — Но если они не были видны на Карте Мародеров, то должны сработать и здесь. Если только вы не сдали их аврорам.

— Не сдали, но я не знаю, будут ли они работать. Я же вывела их из строя тогда. Тот, что был у Гарри, точно сгорел во время боя с Вольдемортом. У Драко вроде бы есть еще несколько. Остальные, наверное, ребята из ДА растащили.

— А на допросе вы что сказали? Вас не могли не спросить об этом.

— Гарри сказал правду — что блокиратор сгорел. Я не спрашивала у других.

— Возьми у Драко один сегодня же и проверь. Если работает, носи при себе все время, — он потер пальцами переносицу и сжал правую руку в кулак. — Вероятно, у них есть свои способы отследить такие мощные выбросы, может, даже без привязки к колдовству. Мерлин, почему я сразу не подумал…

— Ты не можешь предусмотреть все, — поспешно попыталась утешить его девушка, наконец-то отворачиваясь от окна. Он мотнул головой и притянул ее к себе:

— Но я должен был это предусмотреть. Это моя работа.

— Северус, ты больше не обязан…

— При чем тут «обязан»? Да, у меня нет магии, но мозги-то на месте… были… ч-черт… С тобой я совершенно не могу думать, — проворчал он, сцепляя руки у нее на талии. — Но раз за домом кто-то наблюдает, значит, пришло время отсюда убираться. Жаль, я надеялся, что продержимся дольше.

— И куда мы теперь?

— Пока не знаю. Но подыщу что-то как можно скорее.

— М-м, — она потерлась носом о его подбородок, — а как мы узнаем, что мои перемещения перестали отслеживать?

— При аппарировании с домовиком не отследить никак, да и при любом другом тоже. Тот, кто там стоит, должен был либо перевернуть архив вверх дном, чтобы найти адрес этого дома, либо и впрямь отслеживает тебя по выбросу. А выброс у тебя идет постоянно независимо от применения магии.

— Значит, я беру блокиратор, ты подыскиваешь новую квартиру, и будем ждать, не заявится ли кто-то и туда?

— Другого способа проверить нет. И пока я не найду другое жилье, никаких аппарирований самостоятельно. В министерство тоже не суйся.

— Но у нас еще столько книг в списке, — попробовала было возразить она.

— Мне повторить еще раз для особо одаренных? — нахмурился Снейп. Гермиона поджала губы:

— Не надо. А… — она задержала дыхание, словно сомневалась, можно ли такое спрашивать, но затем выдохнула и все же рискнула. — У тебя есть деньги, чтобы снять другое жилье?

— Мисс Грейнджер, поверить не могу — вы спросили меня о деньгах? — ухмыльнулся он. Девчонка даже и не подумала смущаться:

— Да, я спросила тебя о деньгах. И хватит уже включать со мной этот менторский тон.

— Прикидываете, насколько я приличная партия? — издевательски поинтересовался Снейп, добавив в интонации изрядную порцию яда, хотя на самом деле не сердился.

Гермиона отодвинулась от него, упираясь ладонями ему в грудь.

— Бессовестный ты, — заявила она укоризненно. — Как будто не знаешь, что мне плевать на деньги.

— Вот и не спрашивала бы. Ну и воспитание у вас, мисс Грейнджер.

— Я не из меркантильных соображений, а из рациональных.

— Ну разумеется, — он цокнул языком. — Рациональность — ваше второе имя, мисс Грейнджер.

— Слушай, ну прекрати. Еще раз такое подумаешь обо мне, я…

— Что ты? — его ухмылка стала шире, когда он мысленно прикинул, что именно она могла бы с ним сделать.

— По носу дам, — буркнула она. — Говорят, у меня неплохо получается, можешь у Драко спросить.

Злючка.

«А сам-то что? Выучил на свою голову».

— У меня достаточно денег, — заверил он, прижимая ее к себе покрепче. — Я Мастер зелий, в конце концов.

— Почему тогда носил одну и ту же одежду и летом, и зимой? — невинно поинтересовалась Гермиона, прищурившись. Медовый голосок с этим взглядом затаившейся в засаде тигрицы совершенно не вязался.

«Ну-ну, тебе еще учиться и учиться».

Мерлин, почему он ей столько всего позволяет? Любую другую уже убил бы, а перед этой открылся нараспашку — и почему-то каждый раз испытывал необъяснимое облегчение, что не надо опять возводить стены вокруг себя. На каждую из подобных реплик любой другой человек обиделся бы. А они… Поддразнивать ее было забавно, но она довольно быстро разгадывала его игру и начинала поддразнивать в ответ. Настоящими обидами тут обычно и не пахло. Самое большее, что он получал после этого — тычок локтем под ребра.

Неужели это все-таки действие связи? Когда ощущаешь кого-то как самого себя? На себя ведь обижаться глупо и бессмысленно.

Он страдальчески закатил глаза:

— Не одну и ту же, а одинакового кроя. Или ты в шкаф наверху не заглядывала?

— Заглядывала, там только маггловские вещи. Но даже если у тебя несколько одинаковых мантий и сюртуков, по тебе все равно не скажешь, что ты Мастер зелий и профессор в одной из лучших колдовских школ Европы.

— Это что, тонкий намек, что я выгляжу нищим? — возмутился он.

— Я бы сказала, аскетом, — не моргнув глазом, ответила Гермиона. — Мы твой сюртук с первого курса рассматривали и все гадали, то ли он зачарован и потому не снашивается, то ли ты каждый раз покупаешь точно такой же, чтобы не заморачиваться.

— Между прочим, эти вещи сшиты на заказ, это тебе не мадам Малкин. А это? — он кивнул на забитые книгами стеллажи. — По-твоему, вот это все я в наследство от папаши получил? Ты же видела мою домашнюю лабораторию.

— Ну, видела, — протянула она, кусая губы и краснея. — Извини. Зря спросила.

— Вот то-то же. Уж на квартиру как-нибудь хватит. Но даже если нет, у меня огромные запасы яда для продажи. Надеюсь, вы с Малфоем еще не подмяли весь рынок под себя?

— Скажешь тоже, — фыркнула она и полезла руками ему под рубашку. На этом любой их спор обычно прекращался. Снейп млел от каждого прикосновения теплых ладошек к своей коже, но стоически делал вид, что для него это все пустяки и обычное дело.

— Так нечестно, — пробормотал он, запуская пальцы в ее волосы. Хитрая нахалка уже расстегнула несколько пуговиц у воротника и обжигала дыханием шею, едва касаясь губами. Знала, что у него от этого напрочь срывало крышу. — Похоже, я очень дурно на тебя влияю.

— Очень, — подтвердила она, вжимаясь в него всем телом. — Мне все говорят, что я становлюсь на тебя похожа.

— Какая наглость с их стороны. Но, как по мне, не будь у тебя таких восхитительных природных задатков…

— Мерзавец…

— Еще и какой, — он потерся об нее бедрами, стаскивая с ее плеч форменную блузку. — Что это мы сейчас делаем?

— Оттягиваем очередную лекцию по высшим зельям, — Гермиона провела руками по его спине под рубашкой, вызывая волну мелких горячих мурашек по всему телу. — Пять минут.

— Три.

Она лукаво сверкнула глазами:

— За три не управишься.

— Уж кто бы говорил, — хмыкнул Снейп и потянул ее к дивану.

Голова перестала болеть уже через минуту. Но к зельеделию они все равно приступили только час спустя.


* * *


КШ: Северус, какого черта ты творишь? Почему я опять должен выдумывать всякую конспиративную дурь, когда меня спрашивают, в какую нору ты заполз на этот раз? Предполагается, что ты не опасен, но до окончательного вердикта Визенгамота гуляешь на свободе под мою ответственность.

СС: Я так понимаю, это твои люди следили за моим домом?

КШ: Мои бы не следили, а охраняли открыто. Что ты сделал с Гермионой? Почему ее больше нельзя отследить?

СС: Спасибо за подтверждение.

КШ: Северус, я не шучу!

СС: Я тоже. Нечего подглядывать. По выбросам отслеживали?

КШ: Да от нее так фонит, что все приборы зашкаливают. А тут как сквозь землю провалилась. И ты вместе с ней. Что ты сделал?

СС: При чем здесь я? Может, она просто перестала колдовать.

КШ: Если бы просто перестала, все равно была бы видна на карте в ОТ. Они видят все источники энергии в стране и фиксируют все выбросы.

СС: То есть, всех волшебников?

КШ: Не волшебников, а источники энергии, разницу видишь? От нее идет постоянное излучение, что бы она ни делала. Ни от кого больше такого фона нет. Или ты построил магонепроницаемый бункер?

СС: Спасибо за идею. И за информацию.

КШ: Северус!

СС: Нечего подглядывать. И скажи этим ребятам из ОТ, чтоб отстали.

КШ: Они не отстанут. И я уже начинаю думать, что проще позволить им ее обследовать. Так мы хоть будем понимать, с чем имеем дело, и можно ли решить эту проблему.

СС: И попутно изобретем новое оружие. Нет.

КШ: Ты не понимаешь всей серьезности ситуации. Это ходячая магическая бомба.

СС: Вот именно.

КШ: Ну так не глупи. Из нее сейчас можно вылепить что угодно. Я должен знать, где она и чем занята.

СС: Она в Хогварце, готовится к экзаменам. Это все, что тебе надо знать. И ты сам ей дал рекомендацию в Мунго после выпуска. Уже передумал и хочешь переназначить в боевое подразделение?

КШ: Не передумал. Но я хочу быть в курсе всех ее перемещений. Я не ради праздного любопытства спрашиваю.

СС: Я все понимаю. Никто ничего из нее лепить не будет, если вы не будете к ней лезть. Она вспыльчива, как все гриффиндорцы. Начнете раскручивать ее на эмоции — рванет так, что мало не покажется.

КШ: Утешил!

СС: Просто. Не. Трогай. Ее. Если я перестану справляться сам, дам тебе знать.

КШ: Попробуй только не уследи. Не посмотрю, что вы герои — обоих в бункер посажу.

СС: А он у нас есть?

КШ: Специально построю. У нас еле-еле начало налаживаться, только очередного геморроя и не хватало.

СС: Раз уж мы заговорили об ОТ — я правильно понял, они тебе вообще не подчиняются?

КШ: Они дают клятву не вредить действующей власти и обязуются содействовать. Больше ничего. Формулировки довольно обтекаемые, как и понятия вреда и содействия. Я бы предпочел с ними не ссориться, пока не разберусь, кто за что отвечает.

СС: Разве отдел нельзя расформировать? Или назначить туда других людей?

КШ: Если ты хорошо учил историю, то должен помнить, что ОТ был основан задолго до появления министерства магии. Я просмотрел кое-какие записи из архива, даже это чертово здание было выстроено над помещениями, принадлежавшими ОТ. Сто пятьдесят лет назад тогдашний министр пытался их закрыть. Министры, как видишь, уже не единожды менялись, а отдел все еще функционирует. Я пока слишком мало знаю, чтобы в это влезать.

СС: Очень интересно. Выходит, министр у нас номинален, как британская королева.

КШ: Шутишь? Порой у Риты Скитер куда больше власти, чем у меня. Но если начнем переписывать законодательство, это будет уже не демократия.

СС: Сомневаюсь, что в колдовском мире вообще известно это понятие. Нахватался от маггловского премьера?

КШ: Он, между прочим, дельный мужик и хороший руководитель. В библиотеку пока не суйтесь — могут следилку навесить. Раз уж решили залечь на дно — лежите тихо. Я попытаюсь выяснить, есть ли у них другие способы слежки. Но остановить их сейчас я не смогу. Если они опять упадут вам на хвост — не отстанут, пока или не уговорят ее на добровольное сотрудничество, или не выкрадут.

СС: А вот это уже криминал, и тебе придется вмешаться.

КШ: Я бы уже вмешался, если бы был уверен, что меня в итоге не устранят и не посадят на мое место кого-то более сговорчивого.

СС: Даже так?

КШ: А ты думал, мы тут в игры играем? Маккирби мне вчера опять вывалил простыню расчетов, что если мощность потока, идущего через твою драгоценную Грейнджер, будет и дальше расти, то в конечном итоге и правда рванет. И что я могу ему ответить?

СС: Не проще ли зачистить весь отдел? Они выполняли приказы Лорда, как и все прочие министерские крысы. По законам военного времени это тянет на предательство.

КШ: И развязать Третью магическую? Я не знаю, сколько и чего у них там есть. Юридически к сотрудникам отдела не подкопаться — на них столько клятв навешано, все равно что под Imperio были, что бы им ни приказали, они вынуждены были выполнять.

СС: Вот и прикажи им оставить Гермиону в покое.

КШ: У меня нет для этого оснований — они же мне отчеты катают, и я обязан прислушиваться к их мнению. Это вопрос безопасности колдовского сообщества. Северус, я фактически министр магии, мать твою. Я не могу позволить себе иметь фаворитов, для которых закон не писан. Нам придется пойти на какие-то уступки. Я понимаю, что нельзя просто отдать им Гермиону и не проконтролировать, что и как они будут с ней делать. Но пока меня не избрали официально, у меня связаны руки. Я выбил вам время до середины июня, наплел им, что девчонке надо закончить учебу, а потом я ее уговорю на обследование. Но они все равно будут за ней следить. Могу разве что предложить вам выехать из страны, но не факт, что они не последуют за вами. Найдут способ. И там я уже ничем не смогу помочь.

СС: Я понял. Подумаю.

КШ: Поверь, я не больше тебя хочу, чтоб на ней какие-то опыты ставили. Я представить себе не мог, что с ОТ могут возникнуть такие проблемы, раньше я думал, что это просто научно-исследовательский центр. Хрен там! Видимо, полный доступ туда есть только у действующего министра, а я пока лишь исполняющий обязанности.

СС: А если всех на допрос? Имеешь законное право.

КШ: Отдел не зря так назвали. Они разглашают только часть того, чем заняты на самом деле. На все остальное стоит табу — по крайней мере, для меня. При любой попытке насильно выбить информацию сотрудник умрет на месте. Наверняка есть какие-то обходные пути, но я их пока не нашел.

СС: А Фадж где? Он должен что-то знать.

КШ: Фадж отказывается говорить об ОТ, пока я не стану министром официально.

СС: Очень удобно получается. И ты не боишься, что это они тебе устроят Третью магическую, имея столько секретов?

КШ: Боюсь. Потому и не хочу вступать в открытые конфронтации. Туда бы заслать своего человека…

СС: С этим у тебя шансов немного. Лорду потребовалось несколько лет, чтобы выйти на Руквуда. С Руквудом, к слову, ты мог бы побеседовать уже сейчас. Если пообещать ему скостить срок или еще какие-нибудь тюремные привилегии, он может рассказать хотя бы то, что ему позволит Клятва. Или с него все обязательства сняли?

КШ: В том-то и проблема, что нет. Начну его прессовать, еще окочурится прямо на допросе. Я чуть копнул, и мне уже не нравится то, что я вижу. Пока Амбридж тут заправляла с этим своим комитетом регистрации магглорожденных, много народу погибло или пропало без вести, причем, не только волшебники, но и магглы. И никто даже не пытается их искать. Я не могу уследить сразу за всеми, у меня слишком мало людей, которым я могу стопроцентно доверять.

СС: Это ты сейчас к чему? При чем тут ОТ?

КШ: При том, что Амбридж дала им поручение выяснить, каким образом магглорожденные волшебники могли получить магию, раз она передалась не по наследству. Ей нужно было хоть какое-то более-менее законное основание для этой дурацкой регистрации. Улавливаешь, к чему я клоню?

СС: Эксперименты над магглами?

КШ: Похоже на то. Но доказательств у меня пока нет. Не знаю, что за исследования там проводили, отчет был уничтожен сразу после того, как мы вернули контроль над министерством.

СС: Спроси у самой Амбридж.

КШ: Ты разве не слыхал? Ее при взятии министерства чем-то так приложили, что у нее напрочь отшибло память. Последнее, что она помнит — как Дамблдор спас ее от кентавров. Яксли, Ранкорн и прочие, кто с ней работал, в глаза тот отчет не видели, совершенно секретно и только для мадам заместителя министра.

СС: Ничего себе поворот. Тебе не кажется, что это подозрительно?

КШ: Кажется. Но я не хочу открыто затевать какие-то разборки, пока не буду знать наверняка. Я почти уверен, что отчет был чистой липой, и эксперименты успехом не увенчались, но если они в самом деле препарировали магглов, пора не только весь ОТ в Азкабан, но и половину министерства. В любом случае, потребуются доказательства. Мне нужен шпион, но такой, чтоб они ничего не заподозрили.

СС: И поэтому ты хочешь, чтобы Гермиона поддалась на их уговоры и дала себя обследовать?

КШ: Упаси Мерлин, только не она. Обнаружит какую-то вселенскую несправедливость — ринется исправлять. Ты точно уверен, что с ней все в порядке?

СС: Пока я жив, и мы можем видеться раз в сутки, все под контролем.

КШ: Тогда конец связи. Узнаю что-то еще — напишу.

СС: Спасибо.

Снейп откинулся на спинку стула, глядя, как только что написанные строчки исчезают со страницы, будто всасываясь в пергамент. Хороший способ связи с министром. И не подкопаешься, если сразу удалять переписку.

Значит, блокиратор работает. Как и говорила Гермиона, все устройства, находившиеся в замке в ночь битвы, были выведены из строя, но Флитвик сумел восстановить несколько, и теперь часть была припрятана на Гриммо, и еще один — у Малфоев. Поттер безоговорочно выдал подруге маленький резной шарик и поддержал идею Снейпа — носить при себе круглосуточно. Однако новости одна другой неутешительней. Если у министра нет никаких рычагов воздействия на Отдел Тайн, означает ли это, что магическим миром управляет вовсе не министр?

Любопытно, предполагал ли такое Вольдеморт, когда захватил министерство.

Еще и эти слухи об опытах над магглами. Вполне в духе Вольдеморта и всей этой политики «магия — сила». Час от часу не легче.

А ведь ему показалось, что война закончилась.

Снейп окинул взглядом комнату и мрачно усмехнулся. С новым жильем получилось не сразу. Убравшись из Кокворта, он несколько дней провел в Лондоне, просматривая объявления об аренде жилья и терзаясь сомнениями. Где бы его никак не ожидали встретить — в трущобах на окраине или в дорогостоящих апартаментах в центре города? Он не врал Гермионе, утверждая, что у него есть деньги, но поскольку помимо учебника и запасов яда акромантула источников дохода пока не предвиделось, он не хотел слишком уж разбрасываться средствами. В итоге, посовещавшись с девушкой, он выбрал квартиру в одном из далеко не роскошных кварталов Тоттенхэма. При осмотре жилья, явно принадлежавшего социальному фонду для малоимущих, он запоздало понял, насколько шикарно ему жилось в Паучьем тупике. Выстроенные на скорую руку серые панельные дома напоминали картонные коробки. Звукоизоляция в квартирах была слабая, запросто можно было послушать, что творится в соседних помещениях, и этого, похоже, никто не стеснялся — во время осмотра Снейп услышал все подробности чьей-то ссоры за стеной спальни, а заодно узнал, что у соседей сверху есть то ли дети, то ли стадо слонов. Соблазн плюнуть на дешевизну и найти что-то поприличней был необычайно велик, однако, поразмыслив, Снейп все-таки решил, что в этом нет смысла. Если их найдут и здесь, то через неделю-две придется опять сменить квартиру. С этой же целью он решил не обживаться, ограничившись тщательной уборкой, уж очень противно было прикасаться к липким, засаленным поверхностям. На облупленном потолке кухни виднелись следы потопа — вероятно, наверху не так давно прорывало трубу. За батареей в спальне он нашел использованный шприц. В ванной недоставало кафельных плиток, а горячая вода появлялась и исчезала безо всякого расписания. Не говоря уж о том, что по району днем и ночью шлялись подозрительные личности, так что Гермионе было строго наказано ни в коем случае не аппарировать самой. Неизменный Добби с радостью согласился переносить девушку куда и когда угодно, и так же беспрекословно являлся на зов бывшего директора и аппарировал с ним по всему городу, оставляя и забирая его каждый раз в новом месте, чтобы никто не мог отследить. Снейп, которому в какой-то момент стало неловко перед безотказным домовиком, попытался было предложить ему плату, но тот вытаращил глаза и принялся оттягивать вниз уши, что у него означало высшую степень негодования:

— Директор недоволен Добби? Добби плохо служит директору?

— Я больше не директор, а ты свободный эльф, разве нет? Потому я и предлагаю тебе деньги.

— Добби свободный! — домовик стукнул себя кулачком в грудь. — Добби сам решает, кому служить! И Добби не считает это работой, друзьям за деньги не служат!

Пришлось согласиться с этой странной логикой, совершенно не присущей домовикам. Гермиона, услыхав об этом, лишь безмятежно улыбнулась и предложила Снейпу подарить «перевозчику» новый свитер и пару носков. Носки Добби до сих пор любил больше всех прочих предметов одежды, а уж от подарка самого господина-директора-сэра и вовсе пришел в щенячий восторг и в порыве чувств чуть было не бросился обнимать директорскую ногу.

В искусственном освещении квартира выглядела еще более убого. Все прелести дешевого жилья. Снейп невесело глядел на вздувшийся линолеум и ободранные оконные рамы и вспоминал свое подземелье в Хогварце с простой, но добротной и качественной мебелью и шикарной по меркам лондонских трущоб ванной, облицованной темным камнем. Нечего было и думать о том, чтобы позволить Гермионе оставаться на ночь в этом жутком месте, хотя самой девушке, похоже, было все равно, была бы кровать и чистое белье. Добби и вовсе ужаснулся, увидав отклеивающиеся на стыках затертые обои и обшарпанную мебель. На его причитания и настойчивые предложения помочь с уборкой и хоть немного облагородить комнаты Снейп только рукой махнул. Его больше тревожило, можно ли применять в квартире магию, и не отследят ли это в министерстве. Решив не рисковать даже со стандартными защитными и звукоизоляционными чарами, зельевар снова маялся ночью, пытаясь заснуть и жалея, что не может напиться снотворного — все равно не действовало. Многоквартирный дом скрипел, булькал и хлопал незакрытыми форточками. Орал чей-то младенец. Громко ругалась парочка в соседней квартире, а потом так же громко и бурно мирилась. Алкоголик с первого этажа крыл отборным матом британское правительство и бил бутылки. Гремела навязчивая музыка, которую и музыкой назвать было сложно — мужской голос невнятной скороговоркой бубнил набор слов поверх однообразного ритма. Сквозь все щели просачивались тошнотворные запахи прогорклого жареного сала, кислой капусты, хлорки и сигарет. Гермиона страдальчески кривилась. Ее терпения хватило ровно на три дня.

— Ты как хочешь, а я больше не собираюсь это нюхать. Блокиратор же действует как «шумоподавитель», я каждый день с ним колдую, и меня не засекли.

— Ты колдуешь в Хогварце, где полно волшебников, — запротестовал Снейп. — А мы сейчас среди магглов. Вдруг тебя можно отследить по чему-нибудь еще, если начнешь колдовать здесь?

— Не узнаем, пока не попробуем, — бесстрашно заявила она и, подняв палочку, наколдовала звукоизоляцию по периметру квартиры, а затем двумя взмахами очистила воздух от вони. Следующие полчаса они усиленно прислушивались и присматривались к улице за окнами, но никто не явился выяснять, почему в маггловском квартале кто-то занимается магией. Не было даже совы с предупреждением за колдовство среди магглов.

— Я же сказала, — удовлетворенно кивнула Гермиона. — Можно и антиаппарационный купол поставить. И окна сделать непроницаемыми с улицы, чтоб никто не мог заглянуть. На той квартире Ордена тоже чары стояли, но в министерстве никто об этом не узнал, иначе наших бы там давно накрыли.

Снейп привычно закатил глаза, но решил особо не расслабляться. Он давно знал, что стоит ему расслабиться, как вокруг начинался форменный дурдом.

Впрочем, дурдом и так не заставил себя ждать.

Очередная пятница откровенно не задалась. Звуки из соседних квартир теперь не проникали сквозь стены, но Снейп все равно никак не мог уснуть. Он вертелся в кровати и так, и этак, но как бы ни укладывался, все не мог найти удобную позу, чтобы расслабиться. С утра он обнаружил, что у него закончился кофе, и самочувствие стало еще хуже. Поход в ближайший супермаркет еще больше натянул и без того натянутые нервы — бывшему шпиону непрестанно мерещилось, что к нему все вокруг присматриваются, хотя он провел в этом квартале уже две недели, и никто ни разу даже имени его не спросил, хотя он нередко шатался по району, чаще по делам, но иногда и просто так. А уж когда пришла такая же невыспавшаяся и нервная Грейнджер, стало ясно, что конфликта не миновать. Удачно подвернувшийся контрольный проект по зельеделию только ускорил процесс.

— Это что? — Снейп ткнул пальцем в формулу антидота к многокомпонентному яду.

— Нейтрализация белой чемерицы атропином.

— Это я вижу. Кто тебе сказал, что здесь можно применить яд для нейтрализации другого яда?

— Ты сказал, когда мы проходили яды.

— Я сказал — в некоторых случаях, и назвал все известные исключения. Ты чем меня слушала? Атропин можно применить для нейтрализации отдельных вытяжек из галлюциногенных грибов, но никак не белой чемерицы. Если ты рискнешь что-то приготовить по этой формуле, первым же делом отравишься сама, а если и доживешь, чтоб увидеть готовый антидот, то наверняка ускоришь встречу пациента с праотцами.

— Но арифмантические расчеты…

— Ты что, не видишь, что перепутала свойства ядов и галлюциногенов? Будешь такое в Мунго рассказывать — сразу вылетишь из стажеров, с занесением в личное дело. Переделывай.

— Ты даже расчеты не посмотрел, — надулась Гермиона, раскатывая поверх злополучной контрольной пергамент со схемами.

— А чего мне на них смотреть, если изначально взят неверный класс компонентов.

— Да потому что здесь по формулам все сходится!

— Не может оно сходиться, значит, и там напортачила. Опять отвлекалась на сторонние проекты, вместо того чтобы готовиться к зельям?

У девушки нехорошо засверкали глаза. Кажется, он попал в самую точку.

— Ты даже не посмотрел! — она сердито сжала кулаки. Если бы не волшебные заколки, уже и волосы бы наверняка встали дыбом. Да что это с ней? — Почему ты не можешь хоть раз допустить мысль, что и сам ошибся?

Снейп хищно прищурился, слегка раздувая ноздри:

— Переделывай и не позорь меня, а то еще решат, что это я тебя тут учу отравления галлюциногенами лечить. Стыдно при твоем уровне знаний, да еще имея личного зельевара, писать такую чушь.

— Ах, за репутацию свою испугался? — вдруг взорвалась Грейнджер, хотя еще минуту назад ничто не предвещало. Атмосфера на кухне угрожающе накалилась, даже лампочка над столом мигнула. — Провались со своей репутацией! Я все правильно написала!

— То есть, ты считаешь, что знаешь о зельях больше меня?

Зря он это сказал.

Снейп не успел даже подумать о том, что не сможет ни предотвратить, ни заглушить надвигающийся выброс. Девушка резко крутанулась вокруг своей оси, и в следующую секунду мимо головы зельевара просвистела удачно попавшаяся под руку банка с малиновым джемом. Зазвенело стекло, когда импровизированный снаряд с силой врезался в стену у самой двери и разлетелся по полу шрапнелью осколков. Остатки джема липкой кляксой растеклись по грязновато-голубым клеенчатым обоям. Гермиона, яростно втянув воздух сквозь зубы, сгребла пергамент и смяла его в руках. Снейп, преодолев первый порыв швырнуть в нее чем-нибудь в ответ, лишь задрал бровь и бросил невозмутимо:

— Полегчало? А теперь садись и переделывай.

Убирать стекло и джем он, разумеется, не стал. Еще чего. И лишь дойдя до спальни, осторожно выдохнул и привалился плечом к стене. Ноги подрагивали.

Что это было? Взорвалась же на ровном месте. За последние недели он ей и не такие замечания по учебе делал, и она только кивала и переписывала работу. А тут вдруг… Девчонку не так-то просто вывести из себя, и если она уже банками швыряться начала, значит, кто-то постарался раньше, и его придирки стали последней каплей.

В памяти услужливо всплыла такая же банка, только с тараканами, и перепуганная, вытянувшаяся физиономия Поттера, когда тот понял, что учитель запустил в него не заклинанием, а прибегнул к стандартному средству маггловской домохозяйки. Гм. Не самый достойный поступок. Но мальчишка до того взбесил его в тот вечер, что Снейп мог бы швырнуть в него и вторую, и третью банку, если бы тот вовремя не выскочил за дверь.

Да, видимо, карма таки существует. Но хорошо хоть банка, а не все стекла в доме. При мысли о том, как бы он объяснял это соседям, а то и маггловской полиции, его прошиб холодный пот. Он задержал дыхание и прислушался. С кухни доносилось невнятное бурчание и шелест пергамента, но, похоже, выброса не будет. Возвращаться обратно и попытаться выяснить причину взрыва? Нет, не стоит, пусть успокоится. Лично самому Снейпу такие резкие порывы бешенства здорово прочищали мозги, и он нередко находил решение какой-то проблемы после того, как от души попинал какой-нибудь предмет мебели или расколотил пару-тройку чашек или пробирок. Но пробирки можно склеить обратно, а если Грейнджер, рассердившись, не удержит поток и развалит дом…

Придется перед сном опять читать ей лекцию о самоконтроле.

 


Примечание к части

Шрамы, которые мы носим, напоминают нам о том,

Что чем больше мы меняемся,

Тем больше остаемся такими же,

Захваченные эмоциями,

Мы движемся наугад и совершаем те же ошибки.

David Cook

 

Ты проникаешь ко мне в голову,

Уберись отсюда,

Потому что меня предали на священной земле

Within Temptation

Глава опубликована: 03.06.2020


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 879 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх