↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Головой об стену (гет)



Автор:
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Ангст, Детектив, Драма, Романтика
Размер:
Миди | 155 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Нецензурная лексика, ООС
Симус расследует дело серийного вандала, который оскверняет дома аристократов, и пытается спасти свои отношения с Лавандой. В то же время у Дина появляется новая подружка.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 4. Папка с серым тиснением

Кофе Паркинсон и в самом деле варила отличный — куда лучше той бурды, которая выходила у них с Дином, когда они еще снимали предыдущую квартиру. Лучше, чем кофе из автомата в холле Атриума, который постоянно ломался и периодически обстреливал волшебников зернами и обсыпал сухим молоком. И он даже подозревал, что лучше того, что варила Лаванда, которая добавляла столько сиропа и сливок, что сам вкус кофе чувствовался едва-едва.

От последней мысли Симус болезненно скривился. Он отодвинул чашку на узком подоконнике балкона и выдохнул дым в окно.

Он с ней снова встретится. Купит цветы. Извинится за несдержанность на улице. Они сядут за столик какого-нибудь кафе и поговорят.

А может, ей что-то еще подарить, кроме цветов? Украшение? Или что-то милое? Может, даже сверхмилое — она же все хотела завести питомца. Кошку? Или жабу? Нюхлера? Драккл, он забыл, кого именно.

Но вряд ли жабу или нюхлера. Это же Лав, она любит все красивое. Точно, кошку, вон как у девицы, которая только что вышла из подъезда Дина.

Он смотрел с балкона, как девица тащит под мышкой фантастически уродливую кошку — нет, он, конечно, выберет покрасивее — и заталкивает ее в машину. Симус чуть сигарету не проглотил, когда кошка вдруг начала лаять.

Да ну на хрен.

Он затушил сигарету, закрыл окно и поспешил в кухню, где уже полностью одетый Дин домывал сковороду, на которой готовил омлет на всех — а в итоге ел чуть ли не один, потому что Паркинсон опять выделывалась, а у Симуса не было аппетита.

— Твои соседи точно магглы?

— Да, а что?

— У них лает кошка.

— Финниган, ты идиот? — в кухню вошла Паркинсон, тоже при полном параде, с губами еще более яркими, чем за завтраком — наверное, помада. Лав всегда пользовалась розовой, малиновой на вкус; помада Паркинсон на вкус должна была напоминать гранат — если есть такое правило для помад. — Это пекинес.

— Что такое пекинес?

— Собака. Декоративной породы.

Она снова смерила его «Финниган, ты идиот»-взглядом, но больше ничего не сказала.

— Нас не будет вечером, — Дин вытер сковороду полотенцем. Он всегда мыл посуду вручную, якобы магия отмывает плохо — на самом деле виновата была не магия, а их уровень владения бытовыми чарами.

— М, тебя ждать? — не стесняясь Симуса, Паркинсон прижалась к Дину сзади и потерлась щекой о его плечо. Симус отвел глаза — этого ему не видеть было необязательно.

— Нет, нас не будет до утра.

— Что-то важное? Идете в паб смотреть игру «Вэст Хэм»?

Вот тут Симус вытаращился. Она в курсе увлечения Дина маггловским футболом — и даже не против, и даже запомнила название его любимой команды? Он сам-то пытался запомнить его половину первого курса.

— Работа, — коротко сказал Дин.

— Ладно, — легко согласилась она. — Тогда напиши завтра.

— Ага.

Симус машинально сделал глоток из пустой чашки в руке и наелся гущи. Лав никогда так просто не отпускала его на ночные дежурства. Всякий раз это были миллион подозрений, вопросов, а потом — тайная инспекция всех его карманов. Симус не знал, что она хотела там найти — женские трусики?

Может, Паркинсон просто плевать?

Да скорее всего, для нее это вообще не всерьез. Лишь бы Дин не влюбился в нее слишком сильно.

Дин убрал сковороду в шкаф.

— Я сейчас. Только проветрю балкон, — сказал он без малейшего укора, и Симусу тотчас же стало стыдно — он забыл использовать чары, очищающие воздух.

Без Дина на кухне снова воцарилось неловкое молчание. Паркинсон наколдовала себе зеркальце и посмотрела на свои губы, что-то там поправила кончиком пальца. Симус тоже невольно посмотрел на ее губы.

— А твоя семья не против Дина? — спросил он с неизвестно откуда взявшимся раздражением.

Паркинсон взглянула на него поверх зеркальца.

— Моя семья не знает о Дине. Они и имен-то не запомнили, когда вы торчали в поместье. «Ирландец и тот, высокий», — изобразила она.

Так он и думал. У нее это не всерьез — она даже родителям не сказала.

— Почему ты с ним встречаешься?

Она выгнула бровь и посмотрела на него, как на идиота.

— А ты не охерел с такими вопросами, Финниган?

— Нет, не охерел. Дин мой лучший друг.

— Как благородно! Ты пытаешься спасти друга от… секса!

— Так ты с ним типа просто спишь?

Темные глаза загорелись гневом, яркие губы зло изогнулись.

— Сам не трахаюсь и другим не дам, так? — ядовито прошипела она, и Симус вскинулся. На язык просились откровенно грубые ответы, и пока он выбирал наименее грубый из них, Паркинсон внезапно фыркнула: — Знаешь, Финниган, это не твое дело, но если тебя это так интересует, отвечу. Я встречаюсь с Дином, потому что он охрененный. Понял?

Понял. Чего же тут непонятного.


* * *


На обеде он до улицы Мандрагор так и не добрался — едва спустился в Атриум, аврорский значок вызвал его назад. Вместе с двумя другими группами авроров, всего пятнадцать человек и эльф, их отправили караулить в засаде под Глазго скрывающихся после войны егерей под предводительством некоего Скабиора. В итоге они проторчали там до вечера, а егеря на встречу так и не явились. А потом после короткого отдыха пора уже было отправляться к Питерсенам, караулить серийного вандала.


* * *


Симус ненавидел засады. Ожидание сводило его с ума. Хуже засад были только отчеты о засадах, но во время отчетов голова хотя бы была забита тем, как написать простые вещи максимально непростым официальным языком. А во время самих засад мысли не были заняты ничем.

И сейчас это было особенно плохо, потому что они навязчиво крутились вокруг Лав, ее ухода и ее «коллег».

Честно говоря, Симус все ждал, когда демонстрация закончится и она вернется. Но, наверное, это было не по правилам игры — возвращать ее должен был он сам. Как неудачно их сегодня отправили в Шотландию. Эти егеря его здорово подставили.

Она же, наверное, ждала его появления, его извинений и всего остального. Наверное, теперь думает, что он ее игнорирует, и обижается еще сильнее. Она и в лучшие времена бесилась, когда он «предпочитал» ей работу.

Он потому сегодня и удивился, что Паркинсон так легко отнеслась к ночному дежурству Дина. Без подозрений и возмущений. Как будто все нормально. Он не особенно понимал, что там между ними происходит, а Дина спрашивать было бесполезно — он никогда не трепался о своих девушках.

— Паркинсон считает тебя охрененным, — сказал он утром, когда они первыми, благодаря пунктуальности Дина, пришли в кабинет.

— Да, я заметил.

И все. И никаких комментариев.


* * *


Симус с Дином уже даже не разговаривали — после полуночи от тупого патрулирования мрачных гостиных и коридоров уже отключились мозги, и они просто шли и прислушивались — но ничего настораживающего не слышали. Только эхо своих шагов и тиканье часов в комнатах. Если все пойдет по обычному сценарию, на счету будет каждая секунда: вандал действовал быстро, незаметно и практически бесшумно.

Просто профессиональный осквернитель чужих гостиных. Как будто всю жизнь тренировался.

Кроме того, что на него не реагировали охранные чары, он еще каждый раз проникал по-разному: то выбивал стекла в окне, то пользовался камином, то самодельным портключом, настроенным на координаты — их остатки они уже трижды находили на месте преступления.

Самое интересное, ни под разбитыми окнами, ни на рамах они не находили следов — как если бы вандал влетал в окно на метле. Или если был незарегистрированным анимагом-птицей — это была одна из приоритетных версий.

Камин, усыпанный использованным дымолетным порошком, что примечательно, не сохранял следов перемещения — как будто их тщательно и умело уничтожали.

А портключи вовсе были самоубийством: мало того, что в защитные чары могла быть вшита блокировка таких перемещений, так еще и малейшая ошибка в координатах грозила слиянием злоумышленника и стены. Или пола. И даже при сверхточных расчетах не исключен был риск счастливой встречи с, допустим, креслом, если бы хозяевам приспичило сделать перестановку. Или с самими хозяевами.

В общем, они имели дело с очень искусным, очень сильным магом, притом совершенно безбашенным и, вероятно, с психическими отклонениями и помешательством на ненависти к аристократам, но недостаточно жестоким, чтобы причинять им серьезный вред. И судя по тексту надписей, с сомнительным чувством юмора.

Дин шутил, что лучше всего под портрет преступника подходят близнецы Уизли. Ну и еще Невилл — после тяжелого седьмого курса и битвы он часто выкидывал дичь. Например, весной «Ведьмополитен» опубликовал его откровенную фотосессию с каким-то кактусом. Кактус прикрывал лишь самое сокровенное.

Настоящий же список подозреваемых тянулся на многие мили и включал многочисленные перечни врагов семейств, которые предоставляли им потерпевшие. Чтобы проверить их всех, не хватило бы и жизни.

Часы в Синей гостиной — что за мода называть гостиные цветами, и вообще, зачем им столько, под цвет настроения, что ли — пробили четыре утра. За высокими стрельчатыми окнами начало светать.

— Да где он там.

— Задерживается. Какой непунктуальный вандал!

Они прождали до пяти, когда стало совсем светло для флуоресцентной краски, и разожгли камин, чтобы вернуться в Аврорат.

Через полчаса выяснилось, что пока они караулили вандала у Питерсенов, тот осквернил гостиную Портеров. Вот же.


* * *


— Даже домовой эльф справляется с работой лучше! Бесполезные куски драконьего навоза! Уволю к Мерлиновой матери и возьму вместо вас эльфов!

Во время особенно досадных провалов Робардс каждого своего аврора принимался мерить домовыми эльфами, и так иногда случалось, авроры в этом сравнении проигрывали. Во всяком случае, по мнению Робардса.


* * *


— Как вариант, можно подождать, пока в алфавите кончатся буквы, — заметил Дин, когда они вернулись в их кабинет.

Симус хотел сказать, что ждать осталось недолго, но отвлекся на какую-то новую папку на своем столе. Не глядя на обложку, открыл — и все мысли вылетели у него из головы.

— С тобой что? — рядом оказался Дин.

Он молча протянул ему папку. Тот открыл, посмотрел на первый лист. Положил на стол.

Симус уставился на серое тиснение на обложке: «Департамент заключения и расторжения браков».

Лав хотела развестись.


* * *


В паб Симус идти отказался. Потому что вот сейчас он бы напился. А если бы он напился, он бы с кем-нибудь подрался.


* * *


Мысли навязчиво крутились вокруг Лаванды. Как из того момента, когда она шла к нему по дорожке в белой фате и они оба были так безумно счастливы и влюблены, они пришли ко всему этому?

«Я несчастна рядом с тобой».

Почему? Почему?

Он стал больше времени проводить на работе — естественно, ведь до свадьбы он еще только учился в Академии при Аврорате и серьезной нагрузки не было. Он стал меньше времени уделять ей — конечно, ведь теперь он работал. Он перестал делать сюрпризы — разумеется, сюрпризы каждый день — уже не сюрпризы, если их ждать. Он перестал с ней разговаривать — ну-у… Со временем стало все меньше тем. Они только и обсуждали по кругу: ее работу, его работу, бывших одноклассников, других общих знакомых, новости из «Ежедневного Пророка». Целыми вечерами мусолить одно и то же надоедало, да и, в общем-то, иногда хотелось просто помолчать. Просто отдохнуть.

Что же в этом такого? Он думал, это совершенно нормально, его все устраивало — а она, оказывается, была с ним несчастна.

Как из момента «Симус, ты такой классный» они пришли к «Я несчастна рядом с тобой»?

— Иногда лучше развод, Финниган, чем Мерлин знает что, — сказала вечером Паркинсон. Дин еще отсыпался после ночи у Питерсенов, а Симус, промучившись и поспав едва ли час, поднялся совершенно подавленный, добрел до кухни и наткнулся здесь на нее. Сигаретный дым перебивал запах снадобий и ее ужасных духов, сама она сидела за столом в строгой рабочей мантии и разглядывала наполовину съеденный салат с тунцом из маггловского холодильника Дина.

Симус сам не знал, зачем на «Как дела, Финниган?» сказал про ту папку с серым тиснением. В любом случае он тут же пожалел.

Паркинсон обошлась без приторного сочувствия, которое он встретил на работе. И он был бы благодарен, если бы она обошлась еще и без комментариев, но тут он сам напросился со своими откровениями.

— У нас не Мерлин знает что! — зло ответил он, с отвращением разглядывая содержимое холодильника. Есть не хотелось, но поесть было нужно. Он взял остатки салата и уселся за стол.

— Даже не сомневаюсь. У вас большая и чистая любовь.

Симус в бешенстве уставился на нее. И не нашел слов. Вместо ответа принялся нервно мешать салат вилкой, Паркинсон наблюдала за ним.

— От развода не застрахована ни одна большая и чистая любовь, Финниган. Ну только если не замешан какой-нибудь ритуал тридцати трех подвигов.

— Что еще за ритуал? — он затолкал в рот порцию салата и без аппетита прожевал. Нужно было скорее поесть, чтобы покурить.

— Такой милый древний ритуал. Храбрый рыцарь предлагает совершить тридцать три подвига в честь дамы — или умереть. И если дама согласна, в случае удачи она обещает выйти за него замуж — или умереть. «Умереть» здесь подразумевается буквально, как ты понимаешь. Гарант нерушимого союза.

— Какой идиотизм, — сказал Симус.

— Да. Но представь, все еще находятся дегенераты, которые его используют.

— В ваших этих чистокровных кругах?

— Это не связано с чистой кровью, скорее — с отсутствием мозгов. В наших чистокровных кругах приняты браки по расчету, для которых не требуются опасные ритуалы. Только опись имущества и родословная.

Что не меньший идиотизм, — подумал Симус.

— И что будет, если ты выйдешь замуж за человека без описи имущества? — окончательно увел он тему со своего рушащегося брака.

Паркинсон искривила губы в усмешке

— Меня вышвырнут из семьи, выжгут имя на семейном древе и сделают вид, что не было никакой Панси.

Симус долго изучающе смотрел на нее; она спокойно смотрела в ответ, ничуть не смущаясь и не злясь.

— То есть ты сейчас повстречаешься с Дином, а потом выйдешь замуж за подходящего мужика, да?

Паркинсон отвела взгляд, усмехнулась и принялась тушить сигарету в пепельнице.

— Чтобы быть, с кем я захочу, Финниган, мне придется отказаться от всей моей жизни. Всей моей прекрасной жизни, — ему послышался сарказм в последних словах. — Я должна быть до хрена уверена в человеке, чтобы так поступить.

— А в Дине ты не уверена?

— Мы встречаемся меньше недели.

— А до этого учились вместе шесть лет.

— В школе я не знала толком ни его, ни тебя.

— А я-то при чем?

— Ты к слову пришелся.

Уже посреди ночи, снова лежа в своей постели и слушая неестественную тишину за стеной, он на секунду подумал: может, ему тоже прибегнуть к ритуалу тридцати трех подвигов?

Только вот проблема: в случае удачи ритуал вернет Лав, но не заставит ее быть рядом с ним счастливой.

Глава опубликована: 20.02.2021
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 99 (показать все)
Anastayавтор
Deskolador
Так и есть
Кстати, Гермиону-то за что прибили?
Anastayавтор
Deskolador
Несправедливость жизни!
Deskolador
Кстати, Гермиону-то за что прибили?
Чтоб поумнела и не слушала пьяньІх дураков. Да еще и задания им давать.. . А в малфой меноре библиотека хорошая, может и поднаберется ума
Anastayавтор
Svetleo8
Вообще тут задел на отличную драмиону)))
Anastay
Вот касательно Драко и Грейнджер нет веры в счастливую семейную жизнь. Из-за идиотской ошибки Малфой её ненавидит, а Гермиона строит из себя несчастную. Слишком тяжёлый старт
Я там выше предупреждал про сумеречную фазу, так что под спойлер убирать не буду.

Но Гермиону в этом фике явно ждут ну очень плохих восемь лет и смерть по истечении оных.
Deskolador
А на кой чёрт ее убивать?
Deskolador
Я там выше предупреждал про сумеречную фазу, так что под спойлер убирать не буду.

Но Гермиону в этом фике явно ждут ну очень плохих восемь лет и смерть по истечении оных.
Зачем смерть?
И я наверное, пропустила ваши слова о той фазе, напомните, пожалуйста
Каролина Керрол
Anastay
Вот касательно Драко и Грейнджер нет веры в счастливую семейную жизнь. Из-за идиотской ошибки Малфой её ненавидит, а Гермиона строит из себя несчастную. Слишком тяжёлый старт
В счастливую может и нет, но к адекватному партнерству они могут прийти, когда успокоятся.
Нельзя всю жизнь строить из себя несчастную, она все таки не совсем дура. Да и от ненависти до любви обратно.. .
Svetleo8
Ненависть разная бывает
Anastayавтор
Каролина Керрол
Ваши слова звучат как вызов!)) хотя я обещала себе больше не писать серьезных драмион, только несерьезные...)

Вообще, стоит учитывать, что на момент последних глав Малфой испытал колоссальный стресс и находится под властью эмоций. По сути Гермиона не виновата в его бедах, виноват он сам. Когда он успокоится, отойдет, должен бы это понять, и если при этом Гермиона не будет бесоебить, кто знает, к чему это может привести)
На последний момент.
У него восемь лет было на обдумывание. И за всё это время Будущая жена оставалась в неведении )))
Anastayавтор
Deskolador
Восемь лет он тяготился предстоящей миссией)
Anastay
Мы с парнем как-то обсуждали применимость сюжетного хода "от ненависти до любви", и его мнение таково, что такого быть не может. Если человек кого-то ненавидит, то он стремится дистанцироваться от источника неприятных ощущений.

Я же, например, понимаю, что... Допустим, Сильвана и Артас. Сильвана никогда не простит Артаса за то, что он с ней сделал, и только в каком-нибудь фанфике с долгой рефлексией сможет полюбить Артаса. В тоже время Сильвана, вероятно, испытывает чувства к Андуина, потому что для неё он соперник, а не смертельный враг, сломавший её жизнь.
Только в каком-нибудь фанфике от мозга до костей законная Майев сможет полюбить Иллидана, а тот ответит ей взаимностью, потому что у них слишком непримиримые позиции. И для Майев Иллидан всегда будет врагом, и она клялась его уничтожить.

Так что я искренне сомневаюсь, что Драко может простить такое унижение, на которое его обрекла Гермиона по незнанию. И я его пойму, на самом деле.
Anastayавтор
Каролина Керрол
Непримиримые позиции и недоразумение — это все же разные вещи) но вообще не буду спорить, не знаю, как было бы в реальности, но в фанфикшене нет ничего невозможного)
Габитус Онлайн
Из всей компании мне ужасно жалко только Гермиону. Остальные получили, что получили. Фик шикарный, как и всё, Вами написанное, за последние пару лет.
Anastayавтор
Габитус
Спасибо!
Мне тоже не жалко Симуса. Во-первых, все его беды — награда за эгоизм и идиотизм, а во-вторых, оставив Панси и Дина в покое, он в кои-то веки поступил правильно.
Мне очень понравилось! Спасибо, автор!
Anastayавтор
dafna_angel
Спасибо :)
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх