↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Гарриет (Гарри) и Межмирье (джен)



Бета:
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Приключения, Комедия, Драма
Размер:
Макси | 59 Кб
Статус:
Заморожен
Предупреждения:
AU, ООС, Фемслэш
 
Проверено на грамотность
В Англии наступило затишье. Вся страна завоёвана, маглы порабощены. Горстка волшебников во главе с Дамблдор, готовая противостоять режиму леди Волдеморты, скрывается в подполье. Но Хогвартс вне досягаемости врага. Провалившись в неизведанное измерение, называемое Межмирьем, он застрял там. И обе стороны пойдут на всё, чтобы его заполучить.
В это самое время в темнице Азкабана ютится Гарриет Поттер, ещё ничего не знающая о вторжении в её мир чужака, как две капли воды похожего на неё.
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

1 глава: когда твоя полночь — это полдень

Кончик волшебной палочки Сириуса исчез в жуткой арке. Помещение разрывали безумный смех Беллатрисы и отчаянный крик Гарри. Люпин из последних сил удерживал Поттера, чтобы тот не бросился следом за крёстным. Но по его плечу чиркнуло заклинание, пущенное одним из Пожирателей. И Гарри, чьё сознание затмили боль и ярость, оказавшись на свободе, шагнул в арку следом за Сириусом, надеясь ухватить его за руку и вытащить обратно. Но, вместо этого, провалился в густой мягкий туман, затягивающий всё глубже и глубже. Звуки битвы таяли вдалеке. Сама реальность испарялась, выскальзывала из рук. Только что Сириус погиб на глазах Гарри, а он ничего не смог сделать, не смог предотвратить непоправимого. И сейчас, бросив всех своих соратников и друзей, плыл куда-то в пустоту, не зная, как вернуться обратно.

Поглощённый жалостью и ненавистью к себе, Гарри не сразу заметил, что туман стал медленно рассеиваться. И едва успел опомниться, как рухнул навзничь на твёрдую гладкую поверхность неотличимую от пола в Отделе Тайн. Неужели вернулся обратно? Но куда в таком случае подевался шум боя?

— Герман! Герман! Ты только глянь! — ударил по ушам незнакомый звонкий голос. — Кажется, у тебя вышло.

— Не могу поверить, что ты и, правда, во мне сомневалась, — небрежно откликнулся тот, кого назвали Германом, приближаясь к Гарри, протягивая ему руку и помогая подняться на ноги.

Гарри немного мутило и едва не вырвало. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, фокусируя взгляд на двух незнакомцах, окруживших его.

Первым оказался среднего роста парень с вьющимися густыми каштановыми волосами и самодовольством в карих глазах. Глядя на Гарри как на очень любопытный объект для исследований, он подпирал подбородок левой рукой. Вторым свидетелем, и, очевидно, владелицей звонкого голоса, являлась рыжая девушка с короткими торчащими во все стороны волосами и голубыми глазами. Глядя на Гарри, она криво усмехалась во весь рот. Такая долговязая, даже выше самого Гарри. Оба незнакомца оказались одеты в форму Гриффиндора, но если на парне одежда была выглажена, рубашка заправлена в брюки, а жилет расправлен, то на второй всё оказалось с точностью до наоборот. С виду незнакомцы едва ли превышали Гарри по возрасту, но он не помнил, чтобы видел их хоть раз в своей жизни. Однако в движениях парочки, мимике было нечто, кажущееся очень знакомым.

— Просто копия нашей Гарриет, только парень, — отозвалась рыжеволосая, добавив недовольно. — Даже как-то противно.

— Просто невероятно, — протянул Герман задумчиво, но затем кашлянул и добавил поспешно. — Ну, Гарриет посимпатичней будет.

— Правда, что ли? — лицо рыжеволосой вдруг стало очень сосредоточенным, она критично осмотрела гостя с головы до ног. — Да вроде такой же.

Герман усмехнулся:

— С каких пор ты что-то в красоте понимаешь?

Девушка ничего не сказала, вместо этого резко пихнула парня в бок, заставив рухнуть на пол. Отряхнувшись, с гордым видом тот поднялся обратно, сделав вид, будто ничего и не случилось.

Гарри открыл было рот, но потом снова закрыл. Может, надышался туманом, а всё это галлюцинации? Он огляделся. Всё тот же зал в Отделе Тайн, зал, который он уже успел возненавидеть. Но непонятно, откуда здесь появилась разномастная мебель, стопки книг и чертежей, столы были заполнены магическими инструментами неизвестного Гарри назначения. Посередине зала стоял широкий, протёртый розовый диван — стоял криво, словно кто-то бросил его сюда, не в силах больше сдвинуть с места и оставил, как есть. А тарелочка с изображением играющего с клубком котёнка, висящая на стене, явно пришла прямиком из кабинета Амбридж.

— Мне всё это снится, — пробормотал Гарри, и, пошатываясь, подошёл к дивану, бухнувшись прямо в него.

— Отрицание — первый шаг к принятию, дорогуша, — весело заметила рыжеволосая.

— Может, перестанешь умничать и кофе принесёшь нашему гостю, а, Рони? — предложил Герман, при этом совершая какие-то манипуляции волшебной палочкой рядом с аркой, после чего та вдруг стала самым обычным каменным изваянием.

— Я тебе официантка, что ли? — насупилась Рони.

— Ты мне проспорила, — хмыкнул Герман, кривя губы в самодовольной усмешке.

Показав напоследок язык, Рони поплелась в сторону деревянной двери, широко её распахнула и вышла. Герман перевёл всё своё внимание на до сих пор обескураженного Гарри. Он приблизился к дивану и приютился на самом краешке, опустив руки на коленки как примерный ученик.

— Выглядишь таким бледным, — заметил Герман. — Надеюсь, кофе это исправит. Позволь представиться. Я — Герман Грейнджер, а та непоседа, что пошла за кофе — Рони Уизли.

Гарри невесело рассмеялся, хватаясь за голову:

— Кажется, я схожу с ума.

— Ни в коем случае, — замотал головой Герман. — Просто я открыл портал в параллельную реальность, и ты выпал из него.

Гарри подозрительно покосился в сторону Германа.

— То есть это параллельная реальность? Реальность, в которой Гермиона — это Герман?

— О? Неужели моё альтер эго зовут Гермиона? — Герман неприятно поморщился, положил ногу на ногу, сразу же поменяв ноги местами, напрочь забыл о роли примерного ученика. — Это весьма специфичное имя.

— Да ну? — саркастично отозвался Гарри, всё более поражавшийся мужской версии Гермионы. — И зачем же ты открыл портал в параллельную реальность?

Герман встал и развёл руками, словно это могло прибавить его словам значительности:

— Потому что, потому что... нам нужна помощь, — вдруг нашёлся он. — Во время Кубка Огня Гарриет попала в плен Той-Кого-Нельзя-Называть, и мы потеряли всё. Даже не знаем, жива ли она сейчас, — Герман округлил глаза, — но ходят самые страшные слухи. Потому я собрал все свои знания и использовал их, чтобы вызвать тебя... — сделал короткую паузу, прибавив. — Как там твоё имя, кстати?

— Гарри.

Кашлянув, Герман продолжил, будто и не прерывался:

— ...тебя, Гарри Поттер.

— Но откуда ты мог узнать, что я окажусь в Отделе Тайн и прыгну в эту арку?

Подняв указательный палец, Герман вроде собрался что-то сказать, но так крепко задумался над вопросом, а на его лице отразилась столь сильная озадаченность, что не вымолвил ни слова.

— А я так и думала, что всё это случайность, — послышался голос Рони, пришедшей, наконец, обратно с блеклым металлическим подносом в руках, на котором стояло всего две фарфоровые чашечки, края которых оказались местами отколоты.

Она миновала Германа, потянувшегося за одной из чашек, но схватившего пустой воздух:

— Никакого тебе кофе, — и поставила поднос на кофейный столик перед Гарри, начав пристально разглядывать его лицо. — А вы и, правда, так похожи. Только лифчик надеть, ваты туда понапихать, и парик на голову. И вылитая Гарриет.

Возмущённый до этого Герман прыснул, отвернувшись. Гарри взял чашку. Он не был настроен на шутки:

— В арку упал ещё один человек. Мужчина с чёрными волосами. Вы не видели его?

Рони плюхнулась рядом с Гарри на диван и, хоть и была одета в юбку, это нисколько не помешало ей широко расставить ноги. Взяла в руки вторую чашку с кофе и стала его неторопливо, громко прихлёбывая, распивать.

— Если тот самый мужчина, о котором ты говоришь, — начала она профессорским тоном, — упал в арку уже мёртвым, то с другой стороны он выпасть точно не мог.

— На самом деле она выдумывает, и мы не в курсе, почему появился только ты, — заметил Герман, Рони недовольно ударила пяткой по дивану, отвернувшись в сторону. — Сожалею о потере, — поспешно добавил Герман, увидев загробное выражение на лице Гарри.

— А вы, я вижу, веселитесь, несмотря на то, что ваша подруга в беде, — холодно проговорил Гарри, отставляя чашку и поднимаясь на ноги.

Рони и Герман переглянулись, внезапно став очень серьёзными.

— За эти три месяца ты — наше самое большое достижение, Гарри, — заметил Герман. — Запертые в Отделе Тайн с целой кучей запретных волшебных артефактов, столь желанных для Той-Кого-Нельзя-Называть, мы редко куда-то выходим, чтобы не подарить Пожирателям смерти даже крохотную лазейку в нашей и без того уязвимой защите, или ненароком не намекнуть на истинное нахождение Ордена Феникса под самым её носом.

— Верните меня домой, — потребовал Гарри. — Немедленно верните меня обратно! Я не должен здесь быть.

Он подошёл к арке и шагнул сквозь неё, затем обратно. Ничего не произошло. Вытащив волшебную палочку, Гарри наставил её на обратные версии Рона и Гермионы. Он был разъярён.

— Верните меня в мой мир. Сейчас же!

Лицо Рони скривилось — она случайно глотнула кофейную гущу и стала плеваться. Герман нахмурил брови, глядя на чёрную слюну, растекающуюся по полу. К удивлению вконец обескураженного Гарри, его угроза никого не напугала. Внезапно волшебная палочка вылетела из рук, ударившись о стену.

— Не всё бывает так, как мы того желаем, — послышался степенный глубокий голос за спиной.

Гарри резко обернулся. Прямо на него смотрела седовласая женщина с лицом, испещрённым сетью морщин, крючковатым носом, очками-половинками и длинной, густой косой, тяжело лежащей на левом плече. Облачённая в длинную тёмно-синюю мантию, украшенную вышивкой в виде серебристых звёзд, она держала волшебную палочку в вытянутой руке.

— Профессор, вы, как всегда, вовремя, — заметила Рони задорно, закончившая очищать свой язык от крошек кофеина.

— Я что же, теперь пленник? — обратился Гарри к незнакомке, которая пронизывала его взглядом, точь-в-точь как Дамблдор, аж мурашки по спине пробежали.

— Конечно же нет, — подёрнула плечами профессор, опуская руку. — Но я не могу позволить, чтобы кто-то направлял палочку на моих подопечных, мистер Поттер. Это правда, что нам нужна помощь, но заставлять кого-либо участвовать в нашей борьбе за свободу мы тоже не можем. Иначе чем мы будем лучше леди Волдеморты?

Растроганный речью до самой глубины души, Герман захлопал, но под недоуменными взглядами присутствующих тут же затих, начав выводить круги кончиком носка правой ноги на полу.

— В таком случае, откройте арку и дайте мне уйти, — сказал Гарри уже спокойней, поднимая свою палочку и убирая её.

— Портал в другой мир — это тебе не банка тушёнки, — заметил Герман рассудительно, входя в свой обычный образ всезнайки.

Рони расхохоталась:

— Банка тушёнки... Сравнил же, — она провела по своему животу. — Хотя я бы тушёночки сейчас навернула.

— Я готовил ритуал целую неделю, — продолжил Герман, раздражённый внезапным весельем подруги.

— Может, тогда не стоило закрывать портал вот так сразу? — мрачно проговорил Гарри.

Герман неприятно поморщился:

— Чтобы из него выпал Пожиратель смерти или ещё кто похуже? За кого ты меня принимаешь?

Гарри надоело разговаривать с парочкой полоумных, которые не имели ничего общего с его друзьями, и он повернулся к женской версии Дамблдора.

— Пока я здесь, что происходит в моём мире?

— Нам то неведомо, — покачала головой профессор.

Тяжело вздохнув, Гарри упал обратно на диван. Вот что значит попасть в передрягу, да такую, что легко не выпутаешься. У него не оставалось иного выбора, как ждать.


* * *


Гарриет просиживала штаны в Азкабане уже которую неделю, фигурально выражаясь, так как сейчас на ней была надета уже изрядно потрёпанная и изодранная форменная юбка. Точный срок Гарриет не знала, потому что отмечать дни, проведённые в заточении, оказалось не на чем. Все стены до потолка были разрисованными чёрными, а порой и красными перечёркнутыми полосками. То же творилось и с полом и даже с потолком — как заключённые дотягивались туда, Гарриет боялась представлять, хотя может, в этой камере сидел кто-то высокий вроде Хагрид.

Чтобы избавиться от угнетающей обстановки, Гарриет стала отковыривать найденным тут же гвоздём куски кирпичей и очистила таким образом всю нижнюю часть стен. Из осколков, кое-как склеенных известняком, складывался миниатюрный голем. Уже в половину стены Грохх, как назвала его Гарриет, представлял собой вполне пугающее зрелище — для какого-нибудь там домовика, например. Мускулистый уродец с кривым носом и единственным глазом-пуговицей, оторванной от рубашки, он умилял Гарриет, хоть и занимал изрядно места в и без того тесной камере.

Взглянув в узкую прорезь окна, Гарриет определила время по солнцу. Стоял полдень. Она достала кривую алюминиевую ложку из кармана и стала колотить ей по решётке, громко вопя:

— Требую ланч! Ваша заключённая голодна!

За деревянной дверью, обитой металлическими пластинами, послышались приближающиеся тяжёлые шаги и ворчание.

— Да заткнись ты, Поттер. Привилегий захотелось, спустя столько времени отсидки? А вот шиш тебе, — сквозь узкое отверстие в двери просунулся большущий красный палец — и как только влез, непонятно.

— Сейчас! — скомандовала Гарриет, и в палец впилась Дракона, да так крепко куснула, что чуть не откусила.

Тюремщик завопил, начав ругаться:

— Шиш вам, а не обед теперь! И вместо ужина шиш!

— С перцем или без? — решила уточнить Дракона.

— Ваш палец на деликатес не тянет, — проговорила Гарриет, давясь от смеха.

Они хохотали, держась за животы. Гарриет вытерла выступившие на глазах слёзы. Всё-таки с Драконой сидеть гораздо веселее, не то что раньше — и поговорить было не с кем. Но тюрьма переполнилась до отказа, волшебников стали сажать по двое, по трое. А все дементоры расползлись по Англии сеять ужас среди маглов, и в Азкабане сдохнуть теперь было можно лишь от скуки — ну, или от голода. Хотя второе Гарриет не слишком пугало: что бы она ни творила, а кусок хлеба, пусть даже и чёрствого, ей всё равно полагался.

— Так не может продолжаться вечно, — заметила Дракона, пытаясь привести в порядок спутанные волосы цвета белого золота найденной в углу сухой веткой. — Нужно отсюда выбираться.

— Думаешь, я не знаю? — проворчала Гарриет, усаживаясь на толстые сколоченные доски, прикреплённые цепями к стене, служившие кроватью.

Постель в камере была лишь одна, и второй не полагалось — никого не волновали нужды заключённых. И сперва они спали на ней по очереди, но в стеснённых обстоятельствах, при мешающем дремать днём тюремщике, научились делить узкие нары на двоих. Гарриет даже отучилась пинаться во сне и крутиться во все стороны как волчок. В детстве из-за этой привычки она набила себе немало шишек в ограниченном пространстве чулана, и как только не пыталась пересилить себя, чтобы не падать с постели в Хогвартсе. А решение оказалось таким простым: просто провести несколько ночей в тёмной затхлой темнице на одной кровати с человеком, которому не хочешь наставить синяков и ссадин.

Всё время, проведённое в Азкабане, Гарриет ждала, что предпримет Волдеморта. Раз та оставила её в живых, то явно преследовала какую-то цель. Но ничего так и не случилось. Её даже голодом не морили, не пытали, ни о чём не спрашивали, просто бросили в одну из камер Азкабана, как только Министерство Магии пало. Интересно, в какой из них раньше сидела крёстная?

— Сирил едва сбежала из Азкабана, и только потому, что повезло, — проговорила Гарриет, протирая краем обслюнявленной юбки запылившиеся очки. — Думаешь, нам так повезёт?

— Неужели великая Гарриет Поттер спасует перед трудностями? — хмыкнула Дракона. — Во внешнем мире все считают, что тебя уже можно списывать со счетов. Что, позволишь им так думать?

— Ещё чего, — Гарриет надела очки обратно, стёклышки сверкнули, отражая скудный солнечный свет. — Будем валить отсюда. Вдвоём у нас точно получится. Главная проблема — это выбраться из камеры.

— Сопрём ключ у тюремщика.

— Тоже вариант. Знать бы только, как это сделать, — Гарри привалилась к стене; за всё время её отсидки в камеру никогда не заходили посторонние.

Дракона задумалась, подняв глаза к потолку.

— Как же мне не хватает шампуня, — вздохнула она. — И из-за тебя мы сегодня без обеда.

— Не я решила перекусить пальцем тюремщика, — едко проговорила Гарриет.

Их глаза встретились, девушки улыбнулись друг другу.


* * *


Позже Гарри узнал, что упал не просто в параллельную реальность, а упал в день. Его клонило в сон, а стрелки на часах показывали лишь около двенадцати дня. Но вместо того, чтобы прилечь на диван и поспать, пропитанный кофеином Гарри ходил как зомби из комнаты в комнату Отдела Тайн, который казался бесконечным лабиринтом. Тут и там были развешаны указатели в духе "не суй сюда свой любопытный нос" или "так можно быстро добраться до кухни" и ещё "ОСТОРОЖНО! ПАУКИ!!!". Как, ну как можно было превратить самое загадочное и ужасающее место в Англии в это?

Герман тем временем готовил новый ритуал по открытию портала. Полностью поглощённый своим занятием, задумчивый и сосредоточенный, он столь сильно впивался глазами в страницы древнего манускрипта, что у Гарри при взгляде на него начиналась мигрень.

Рони же, напротив, бездельничала всласть. Заняла собой весь розовый диван и читала старые выпуски комикса о коротышке-клептомане, который воровал исключительно шляпы. И, за неимением других дел и собеседников, Гарри пристал к ней:

— Почему вы прячетесь именно здесь?

— Потому что здесь безопасно, — ответила Рони, не отрываясь от разглядывания живых чёрно-белых картинок.

— А что с остальными частями Министерства? — не отставал Гарри.

— Ну... они... типа были разрушены.

— Чего? — Гарри оторопел.

— Слушай, отвали ты, — отмахнулась Рони раздражённо. — У меня тут самое интересное начинается.

— Не "ты", а Гарри, у меня имя есть, — обидевшись, пробормотал Гарри, зашаркавший к выходу из зала.

Он пошёл искать других обитателей отдела, что на поверку оказалось не так-то просто. Звук по коридорам распространялся очень плохо, увязая в стенах и полу как в сильно клейкой жвачке, гас. Так же было и со светом. Потому казалось бы хорошо освещённый коридор издалека мог выглядеть совсем тёмным и нежилым. И ни одна табличка не обозначала возможного обитателя той или иной комнаты.

Каким-то чудом Гарри набрёл на помещение, полное склянок, цветных жидкостей и паров, где на столе стоял аппарат зельеварения. Здесь Гарри, сам того не желая, наткнулся на женскую версию Снейпа. Это он понял буквально с первой секунды по засаленным чёрным волосам и брошенному в его сторону холодному, отдающему неприкрытым презрением, взгляду.

— А я уже испугалась, что начала скучать по Поттер. Но, как увидела тебя, сразу отлегло. Прям даже полегчало. Заходи почаще, — закончив язвить по поводу непрошеного вторжения, профессор отвернулась.

Гарри почувствовал себя оскорблённым, но не решился на ответный выпад.

В попавшемся следующим большом зале, похожем на архив, за пыльными стеллажами прятались и о чём-то шептались сразу две высокие фигуры. Но Гарри не стал подходить ближе, чтобы опознать их. Никто не старался быть приветливым с ним, а нарваться на очередную грубость не очень-то хотелось.

В конце концов, ноги привели его в кабинет Дамблдор: с виду почти такой же, как в Хогвартсе, только без окон, да и клетки с Фоукс на месте не оказалось. Здесь на стене даже висела пара картин с прошлыми директорами Хогвартса. Обе были покрыты клубящейся, похожей на дымку, тёмно-серой пеленой, а портреты совсем не шевелились. Это показалось Гарри очень странным. Но присутствующая в кабинете гостья сразу же заставила его позабыть о картинах. Незнакомая Гарри женщина буквально рвала и метала, и будь стены Отдела менее тонкими, они бы непременно сотряслись.

— Как долго мы ещё будем отсиживаться, пока моя крестница в самом аду?! — незнакомка со спутанными густыми чёрными волосами, длинной до плеч, облачённая в потёртую мантию и высокие кожаные сапоги, опёрлась о стол, нависнув над Дамблдор. — Разве так должен работать Орден Феникса? Если не хотите сами ничего делать, пустите меня наружу!

— Крестница? Вы сказали крестница? — Гарри испугался, что ослышался.

Он приблизился к повернувшейся к нему женщине и внимательно взглянул в незнакомое лицо, распознав в нём родные, искажённые страданием, но всё ещё прекрасные черты. Несомненно, когда-то эта женщина разбила немало сердец.

— Вы... вы...

— Сирил Блэк, — сухо откликнулась женщина. — А ты — тот самый мужской вариант Гарриет? Ну, здравствуй, — она протянула руку.

— Несправедливо, — пробормотал Гарри, отворачиваясь от руки и бормоча себе под нос. — Почему её крёстная жива, а мой — нет?

— О, сожалею, парень... — проговорила Сирил рассеянно, а потом снова повернулась к Дамблдор. — Что насчёт моей девочки?

— Спасение Гарриет стоит в приоритете, но у нас не хватает людей для вторжения в Азкабан. Однако Северина уверяет, что с Гарриет всё хорошо, и нет причин для серьёзного беспокойства, — спокойно ответила Дамблдор.

— Не могу поверить, что вы до сих пор ей доверяете, — прорычала Сирил вне себя. — Как же я от всего этого устала!

Сбивая попавшиеся на пути предметы и разбив песочные часы, песок из которых рассыпался на протёртый коричневый ковёр, Сирил покинула кабинет.

— Если Гарриет действительно в Азкабане, то почему вы не вытаскиваете её? — поинтересовался Гарри, опускаясь в кресло напротив Дамблдор и расслабляя плечи.

Профессор сомкнула перед собой кончики пальцев, посмотрев поверх них прямо на Гарри:

— Это не так-то просто. Но, знаешь, есть такая замечательная уловка, когда вдруг выясняется, что заключённая сбежала, и все видят её на свободе, бросаются вослед, чтобы схватить. А на самом деле она всё ещё в застенках тюрьмы, но теперь защита ослаблена, и у заключённой есть возможность сбежать.

— Почему тогда просто не использовать оборотное зелье?

— Тёмная леди изъяла все важнейшие ингредиенты из продажи и уничтожила их. К тому же, у нас нет волос Гарриет.

— Понятно... — протянул Гарри, хорошо чувствуя, к чему идёт этот разговор.

Он встал с места, начав двигаться к выходу.

— Подумайте вот над чем, мистер Поттер, — проговорила Дамблдор ему в спину. — Вам сидеть с нами ещё неделю. Разве с вас убудет, если поможете кому-то, кроме себя?

Эти слова почему-то Гарри задели. Да, его крёстный погиб, но и ему самому в Азкабане сидеть не доводилось. Всё в этом мире отличалось. И как так вышло, что никого вокруг не волновала судьба самого Гарри, зато все пеклись о Гарриет? Это очень раздражало.


* * *


Когда в Азкабане началась паника, Гарриет дремала с полуоткрытыми глазами — удалось улучить минутку под неусыпным надзором тюремщика. Она уже почти привыкла к своей жёсткой постели и открыла несколько лучших поз, чтобы спина так сильно не затекала. Обсуждая план побега с Драконой, они так ни к чему толковому не пришли. Невозможно было рассчитать что-либо без знания плана тюрьмы и точного времени патрулей, которые как назло каждую неделю кардинально менялись. Но в голову Гарриет пришла дикая мысль: оживить Грохха. Голем им бы очень пригодился в качестве сильного и крепкого бойца. Но как это сделать, не имея волшебной палочки? Да и заклинания Гарриет подходящего не знала. Подобные размышления возвращали её в то время, когда она заставила стекло исчезнуть, выпустив из террариума змею, при этом ещё ничего не ведая о волшебном мире и скрытой в себе силе. Смогла же тогда, значит, и сейчас, если очень-очень постараться, то должно получиться.

Шум и грохот за стеной заставили Гарриет вздрогнуть и выпрямиться. Дракона уже маячила возле двери, подглядывая в узкую прорезь. Гарриет хотела спросить, что происходит, но не успела. Дракона в момент оказалась рядом с ней, схватила за рукав и потащила к стене рядом с дверью. Затем подруга отскочила к закрытой решёткой дыре, служившей окном, и приложила палец к губам, подсказывая молчать.

Дверь в камеру с грохотом распахнулась, придавив Гарриет к стене, — пришлось прикусить губу, чтобы не вскрикнуть от боли.

— Её здесь нет, — громко возвестил тюремщик с перевязанным бинтом большим пальцем и подошёл впритык к Драконе, ухмыльнулся ей в лицо. — Что, твоя подружка сбежала, а тебя оставила тут гнить?

Дракона, стоявшая до этого момента с каменным лицом, вдруг разрыдалась, вцепившись в мантию тюремщика:

— Почему она так поступила со мной? Чем я заслужила?

— Ненавижу девчачьи слёзы, — заворчал тюремщик, отталкивая от себя Дракону. — Да отцепись ты.

Отодрав от себя заключённую, он поспешил вон из камеры, захлопнул за собой дверь, повернул ключ в замке и удалился, исчезнув где-то дальше по коридору. Дракона широко улыбнулась, демонстрируя Гарриет связку ключей.

Каждый тюремщик носил с собой оригиналы и копии ключей на двух разных кольцах. Так повелось с тех пор, как один из них где-то потерял свою связку как раз с этажа Гарриет и был за это казнён одним из Пожирателей смерти. Девушки знали, что здешние охранники и тюремщики все без исключения сквибы, и волшебных палочек у них не водилось. За самой тюрьмой присматривала Петра Петтигрю. Такая ирония, по мнению Гарриет, всё-таки оказаться запертой в стенах Азкабана, пусть и в качестве начальницы тюрьмы.

— Он скоро заметит пропажу, — проговорила Гарриет, разминая затёкшие кости, на плече точно останется синяк, нижняя губа кровоточила.

— Значит, уходим, — поддержала Дракона.

— Сперва я кое-что попробую, — Гарриет опустилась на колени перед Грохом.

— Надеюсь, ты это не серьёзно? — скептически пробормотала Дракона, но подруга уже вовсю сверлила взглядом каменную статую. — Она серьёзно, — тяжёлый вздох. — У тебя три минуты, не больше.

Вставив ключ в замочную скважину и повернув его, Дракона замерла наготове. Гарриет продолжала свои манипуляции, шепча под нос:

— Ты сможешь, приятель. Я же тебя сделала, дала тебе жизнь так сказать. Вот и оживи по-настоящему. Будем вместе искать приключения на свою голову.

Шум в коридоре становился всё громче, он стремительно приближался.

— Гарриет, — окликнула Дракона. — Времени больше не осталось! — она широко распахнула дверь и, схватив Гарриет за руку, выскочила наружу.

— Грохх! — кричала Гарриет, бросая последний взгляд на каменное изваяние.

В коридоре, прямо рядом с их дверью, показались три охранника вместе с разъярённым тюремщиком. Они бросились на беглянок. Гарриет наблюдала словно при замедленной съёмке, как огромный кулак летит по направлению к её лицу, ещё чуть-чуть — и от очков не останется ничего, кроме оправы. Но удар блокировала чужая каменная четырёхпалая рука. Грохх, что был ростом с ребёнка, сделал переворот в воздухе и пробежался по лицам охранников, задравших головы, чтобы взглянуть на внезапного появившегося словно из ниоткуда противника.

— Так их, малыш! — вне себя от восторга вопила Гарриет.

Дракона стояла с открытым ртом. Пока беглянки потеряли бдительность, тюремщик схватил Гарриет за пояс сзади и поднял над полом.

— Думаешь, мы, волшебницы, беззащитны без волшебных палочек? — процедила Гарриет, глядя в уродливое лицо и, соорудив "козу" из пальцев, ткнула тюремщику в глаза.

Он завыл от боли и отпустил её.

— Уходим, Грохх! — крикнула Гарриет, приземлившись на пол.

Сверкнув глазом-пуговицей, голем закончил лупить покрытую синяками и царапинами охрану и потопал вслед за хозяйкой. Девушки уже бежали по лестнице. К их удивлению, на пути больше никто не возник, чтобы их остановить.

— Что бы это могло значить? Куда все подевались? — поражалась Гарриет, не сбавляя хода.

— Не знаю, но я слышала, будто ты якобы сбежала, — откликнулась Дракона. — Ну, то есть, ещё до этого момента.

Гарриет нахмурилась. Жаль, не было времени освободить остальных заключённых, хотя...

— Грохх, ломай замки!

Незамедлительно голем прыгнул на одну из стен и побежал по ней, перескакивая слева направо, смело противостоя законам гравитации, каким же гибким и мощным он был. Ударом ноги Грохх сносил замочные скважины. В коридоры повалили волшебники. Они плакали и смеялись от счастья, устремившись вслед за своей миссией.

Когда здание тюрьмы осталось позади, оставалось самое сложное — покинуть остров. Мётел в сарае практически не осталось, а народу было прилично. Освобождённые волшебники легко одержали верх над горсткой охраны. Но начальницы тюрьмы нигде не было видно. Насколько серьёзной должна была быть причина, заставившая Петтигрю покинуть пост, назначенный ей Волдемортой?

— Гарриет, — всхлипывал Моллис Уизли, отделяясь от толпы и крепко её обнимая, — ты цела.

— И вы тут? — удивилась Гарриет. — Я рада, что вы тоже целы.

Объятия распались.

— Пожиратели могут нагрянуть в любую минуту, — напомнила Дракона встревоженно.

Пока девушки обдумывали ситуацию, переминаясь с ноги на ноги, кто-то нашёл ящик с отнятыми волшебными палочками. Бывшие узники разбирали свои палочки как горячие пирожки. Нашлись все, кроме палочки Гарриет.

— Не удивлюсь, если Волдеморта таскает мою палочку с собой в качестве талисмана, — горько хмыкнула Гарриет, тайно надеясь, что её палочка ещё цела, а не сломана напополам.

— Здесь есть лодки! — послышался крик из толпы, и план в голове Гарриет возник сам собой.

— Все загрузимся в лодки и с помощью заклинания парения покинем остров! — объявила она.

Волшебники дружно закивали, поражённые находчивостью Поттер. Гарриет оказалась в направляющей — самой первой лодке. В ночи сияла яркая луна, освещающая им путь. Лёгкие наполнял прохладный ночной воздух, длинные волосы Гарриет развивал ветер.

— Мы почти на воле, — улыбнулась Дракона, вставая рядом с подругой. — Ты молодец, Гарриет.

Гарриет улыбнулась и опустила взгляд на голема, приткнувшегося к её коленке:

— Ты тоже молодец, Грохх.

Голем любовно обхватил ногу хозяйки. Интересно, что бы подумали маглы, увидев семь летящих в ночи над тёмными водами лодок? Хотя это Гарриет совсем не волновало. Она ощущала не сравнимый ни с чем вкус свободы и радость от скорой встречи с друзьями, по которым так успела соскучиться.


* * *


В женской форме Гриффиндора, в колготках и лифчике, набитом ватой, Гарри ощущал себя полным кретином, а от парика чесалась голова. Но больше всего он ненавидел хихикающую над ним Рони. Зачем только решил им всем помогать? Не то, что бы его замучила совесть. Но окружающие его волшебники так хорошо отзывались о Гарриет, что у Гарри возникло любопытство, которое он оказался не в силах пересилить.

Всё, что от него требовалась по плану — это засветиться в Косом переулке, а конкретно — в банке Гринготсс. Зачем Поттер приходить за своими деньгами в такое неподходящее время, да ещё без маскировки? Вообще план выглядел глупо, но Пожиратели на него купились. И Гарри едва успел дать дёру, уворачиваясь от не смертельных, но всё же опасных заклинаний, пущенных ему вслед. Прикрытие во главе с Сирил Блэк прибыло незамедлительно, оставалось только вернуться в штаб Ордена.

Когда Гарри покидал Отдел Тайн через особую "прозрачную" дверь, скрытую в стене недалеко от кабинета Дамблдор, а вышел где-то на десятом этаже магловского заброшенного офисного здания, то заметил с его высоты, что всё Министерство Магии лежало в руинах. Вокруг руин велись патрули, а внутри раскопки. Похоже, Волдеморта и правда хотела докопаться до Отдела Тайн.

Чтобы оторваться от преследователей, ушло больше часа. Они петляли и трансгрессировали, но почти везде натыкались на новых Пожирателей. В конце концов, когда с хвостом было покончено, и Гарри ступил обратно сквозь каменную кирпичную стену, оказавшись в Отделе Тайн, он сорвал с себя надоевший за столько времени парик и швырнул его на пол.

Здесь рядом с входом толпился народ, большинство лиц лишь показались знакомыми. И вдруг из самой гущи вышла среднего роста фигура, отделившись от массы, и предстала прямо перед ним. Гарриет Поттер была чуть ли не его полной копией, но гораздо стройней — наверняка "диета" Азкабана сказалась — и смотрела с таким дерзким вызовом, что Гарри сразу же пожалел об её спасении.

— Так этот, что ли, моя копия из параллельного мира? — презрительно проговорила она, хватаясь за волосы Гарри и ощупывая их, затем потрогала его очки и ткнула пальцем в искусственную грудь.

— Я тебе что, мягкая игрушка? — рассердился Гарри.

— Да оно ещё и говорить умеет, — усмехнулась Гарриет, скрестив руки на груди.

— Я помог тебя спасти и надел все эти ужасные шмотки, ты, неблагодарная...

Он не успел договорить, так как был отпихнут в сторону не в меру энергичной Рони, бросившейся Гарриет на шею.

— Вот и ты! Вот и ты! Вот и ты! Я думала, что совсем тут спячу с Германом.

— Так это вы, что ли, вызвали эту нелепую пародию на меня?

— Это всё была идея Германа! — воскликнула Рони, отпуская подругу.

Герман не замедлил появиться. Он повис на шее Гарриет следующим:

— Рони сказала, что у меня ничего не получится, а ты ведь знаешь, что когда мне такое говорят, я в лепёшку разобьюсь, а своего добьюсь.

— Хорошо знаю, — улыбнулась Гарриет.

— Отцепись ты уже от неё, тут и так нечем дышать, — Рони потянула Германа за мантию, и тот бухнулся на пол прямо на задницу.

Затем Гарриет оказалась в крепких и тёплых объятиях Сирил.

Гарри сам не заметил, как оказался лишним на этом празднике жизни. Он обошёл толпу, стаскивая из-под рубашки лифчик, поплёлся в комнату с аркой. Чувствовал себя просто ужасно, таким незначительным и мелким в этом не принадлежащем ему мире. Ступив в зал, Гарри наткнулся на незнакомую высокую девушку с длинными платиновыми волосами. Она рассматривала какую-то книгу, подняла глаза на шум от чужих шагов. Голубые глаза скользнули по лицу Гарри. Он поёжился, не сразу поняв, чья альтернативная копия на этот раз предстала перед ним.

— Значит, это ты притворился Гарриет, — проговорила незнакомка. — Очень храбрый поступок. Спасибо. Благодаря этому мы смогли выбраться сами и вытащить всех остальных узников.

Ощутив странное тепло, разлившееся в груди от адресованных ему слов, Гарри улыбнулся. Всё ещё в юбке, он шагнул в сторону незнакомки, протянув ладонь для рукопожатия:

— Гарри Поттер.

Незнакомка пожала её, представившись:

— Дракона Малфой.

И тут у Гарри отнялся язык, просто прилипнув к нёбу.

Глава опубликована: 08.08.2016

2 глава: отряд Гарриет

После побега из Азкабана Гарриет оказалась вынуждена залечь на дно, хоть и рвалась в бой. Но на этом настояла не только Дамблдор, но и Сирил. А идти против воли так сильно переживающей о ней крёстной в открытую было бы слишком большой наглостью и неблагодарностью. Но про себя Гарриет решила посидеть в штабе Ордена не больше недельки, чтобы бдительности у её надсмотрщиков поубавилось, а там можно и снова готовиться к действиям.

Ни с кем из "старичков" Гарриет никогда не советовалась, потому что все так или иначе отчитывались перед Дамблдор. Все, кроме Муди. Старая аврор не трепала языком почём зря и не тряслась над Гарриет как над фарфоровой куклой, но была достаточно опытна, чтобы подкинуть действительно дельный совет. Была у Гарриет и своя команда на случай вылазок — Рони и Герман, теперь в неё попала ещё и Дракона. Раскаяние старой врагини стало для Гарриет тем ещё сюрпризом, но Волдеморта держала где-то в плену её родителей. В Азкабане Малфоев-старших не оказалось, нужно было искать дальше, а Гарриет вызвалась помочь новообретённой подруге. Оставалось лишь одно недоразумении в виде её копии из параллельного мира.

Гарри Поттер слонялся без дела из комнаты в комнату, игнорируемый всеми, но так раздражавший Гарриет одним своим видом. Даже очки, сидящие на носу этого мальчишки, были такие же, как у неё. И шрамы ничем не отличались. Желание быть уникальным в своём роде свойственно всем людям, и Гарриет чувствовала, что одной Поттер в этом мире более чем достаточно.

Чтобы немного развеять скуку и стараться не пинать медленно готовящего ритуал Германа, Гарриет занялась Гроххом. Переделать лицо ожившего голема оказалось не так-то просто. Когда Гарриет выковыривала пуговичный глаз и искала что-то более приличное, Грохх дрожал как массажное магловское кресло — то ли от боли, то ли ещё от чего, понять было невозможно, ведь он не умел говорить.

Они устроились в помещении, использовавшееся в качестве склада для всякой ненужной, но всё-таки вдруг понадобившейся утвари, так и было написано на табличке перед входом "Хлам, но вдруг пригодится. Не выкидывать!!!"

Увидев то, как переделали Отдел Тайн, Гарриет долго гадала про себя, кому пришло в голову поручить Рони установку указателей. Герман всё объяснил, сказав, что Рони вызвалась сама, а больше всего равно было некому. Переживающая за мать и Гарриет, заключённых в Азкабане, обычно страдающая бездельем, подруга становилась невероятно деятельной, что не могло не восхищать. А с их освобождением Рони вернула себе прежнюю улыбку, что также стало одним из наблюдений Германа.

Грохх сидел на деревянном стульчике и был недвижим, пока Гарриет над ним колдовала. Она наша пару жемчужин, которые бы вполне сгодились в качестве глаз, но не знала, как их приклеить к камню, чтобы Грохх не дрожал, иначе получится криво.

— Это тот самый голем? — послышалось за спиной.

Гарриет обернулась. У входа стоял Гарри, она отвернулась обратно, недовольно скрестив руки на груди. Вторженец жеста то ли не понял, то ли не захотел понять, он подошёл ближе, встав рядом.

— Неужели ты создала его без волшебной палочки? — поразился Гарри.

— Так и есть, — горделиво отозвалась Гарриет. — В этом теле такая волшебная сила, что тебе и не снилось.

— Если ты можешь, то и у меня должно получиться, — задумчиво протянул Гарри — похоже, он её даже не слушал.

Гарриет грубо толкнула Гарри в плечо подальше от голема, у того очки съехали на бок. Прищурившись и поправив очки, Гарри прямо посмотрел на неё:

— И чем я тебя так не устраиваю? Мы ведь разные версии одного человека.

— Прикуси язык! — вспылила Гарриет. — Ничего подобного. Видел, на что я способна? Ты мне и в подмётки не годишься. В поединке я бы тебя на лопатки уложила.

Гарри хмыкнул:

— У тебя даже волшебной палочки нет, принцесса. Так я должен тебя называть, да? А то все так с тобой носятся, удивительно, что ковёр под ногами не стелют из роз, когда идёшь куда-нибудь.

— Что сказал?!

Гарриет бросилась на Гарри с кулаками. Он не ожидал и не успел вернуться от её кулака, вонзившегося прямо в живот. Согнувшись пополам, Гарри воинственно закричал и побежал на Гарриет, сбив её с ног. Цепкие руки девушки повалили Гарри следом. На полу завязалась перепалка. Гарриет вырывала своей копии волосы, Гарри пытался от неё отвязаться и, схватив локон волос девушки, резко дёрнул, его владелица укусила Поттера за руку. И тут из кармана Гарри показалась волшебная палочка. Выплюнув чужую руку, Гарриет схватила палочку, отпихнула противника и вскочила на ноги, наведя оружие прямо ему в лицо.

— Теперь у меня есть палочка, — сказала она с бравадой. — Раз уж мы с тобой такие одинаковые, то твоя палочка и мне подойдёт.

Гарри заскрежетал зубами, вокруг были разбросаны выдранные из его головы волосы. Возвышавшаяся над противником победительница, повернулась к Грохху, наставив палочку на него, она собиралась использовать заклинание оцепенение, чтобы заставить того сидеть смирно. Гарриет взмахнула палочкой:

— Иммобулюс!

Ни с того ни с сего в воздухе что-то вспыхнуло, послышался сильный хлопок. Гарриет отбросило к одному из шкафов, который доставал чуть ли не до потолка. Больно ударившись спиной, Гарриет услышала странный зловещий скрип, вещи из шкафа полетели прямо ей на голову, а вскоре должен был рухнуть и сам шкаф. Рефлекторно Гарриет прикрыла голову руками, но не рискнула снова использовать волшебную палочку. Послышался грохот, похожий на топот слона. Огромная каменная рука поставила шкаф на место, подхватив остатки падающих вещей и отбросив их в сторону. Гарриет с открытым от удивления ртом смотрела на увеличившегося вчетверо голема. В его каменной голове сияли угольками глаза, а каменный рот растянулся в улыбке. Гарриет поднялась с пола, отряхиваясь.

— Спасибо, Грохх. Снова ты меня спас. А ты, — она швырнула палочку обратно Гарри, — теперь видишь, что мы совсем не похожи? Тошнит от тебя. Идём, Грохх.

Вместе с големом, кое-как пролезшим через дверь, они покинули склад.


* * *


В одном эта высокомерная выскочка Гарриет была права — Гарри не место в этом мире. И никто не хотел говорить с ним — никто, кроме Драконы, не делал этого с охотой. А женская копия Драко Гарри пугала. Ему попросту становилось не по себе рядом с ней. Большую часть времени Дракона проводила в большой кухне, созданной из вещей, найденных то тут, то там Моллисом Уизли и собранных его женой — Артурией. До того момента, как эта парочка стала хозяйничать в штабе Ордена Феникса, вся еда была исключительно из консервных банок. Но Моллис считал, что не дело борцам за свободу питаться как попало, и кормил жителей Отдела Тайн до отвала, а Дракона ему в этом помогала.

Такая воспитанная и обходительная, умеющая слушать других, безумно красивая, на взгляд Гарри, Дракона никак не вязалась с образом заносчивого и трусливого Драко Малфоя. Но при этом, зная Гарриет, он нисколько не удивлялся тому, что раньше девушки враждовали. Сразу после потасовки на складе Гарри пришёл на кухню — единственное место в штабе, да и во всём этом мире, где ему были рады.

В воздухе пахло свежеиспечёнными печеньями с корицей. Новую партию Дракона как раз вытаскивала из духовки. Завидев Гарри, она улыбнулась, но уже через секунду в голубых глазах замелькало беспокойство.

— Что случилось, Гарри? — снимая на ходу прихватки, Дракона подошла к нему. — Вид у тебя какой-то потрёпанный. Ссадина на лице, — коснулась щеки.

Гарри осторожно отодвинул от себя чужую ладонь.

— Просто с Гарриет повздорили, — сообщил он. — Я совсем ей не нравлюсь. А благодарить меня за помощь в спасении она даже и не собиралась.

— Какой печальный настрой, — проговорил Моллис, полноватый рыжий мужчина с мягким, но полным озабоченности лицом. — Иди, съешь печенье с молоком.

Он отошёл от духовки, поставил на круглый деревянный стол тарелку с печеньями и стакан холодного молока.

— Спасибо, — отозвался Гарри, опускаясь на стульчик.

Дракона села напротив.

— Гарриет — непростой человек, — сказала она. — У нас с ней вечно были стычки, пока учились в Хогвартсе.

— Кстати, о Хогвартсе, — протянул Гарри, макая печенье в молоко. — Что сейчас со школой? Она во владениях Волдеморты?

Дракона отрицательно мотнула головой.

— Между Волдемортой и Дамблдор завязался поединок прямо на территории Хогвартса. Это было небывалое зрелище. Но в том поединке никто не победил, произошло нечто странное, и школа провалилась в Межмирье, так мы называем это место. Большинство учеников и преподавателей так и остались заперты внутри. Проникнуть на территорию Хогвартса теперь могут лишь призраки, но обратно они не возвращаются. Ещё одна проблема для Дамблдор и Волдеморты тоже, потому что Хогвартс — очень важный стратегический объект. Без него Англию нельзя считать завоёванной, даже если всех маглов держишь в страхе. Некоторые из нас, что находились во время произошедшего во дворе школы, унесли с поля боя несколько вещей, их ты мог увидеть в Отделе Тайн. До сих пор не могу поверить, что Герман взял тарелку Амбридж. Пф...

Гарри не верил ушам. По сравнению с тем, что творилось в этом мире, в его собственном просто тишь да гладь. Он сделал большой глоток из стакана и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Очень вкусно. Спасибо.

— Кушай на здоровье, — улыбнулся Моллис довольно, суетясь возле плиты.

Дракона наклонилась к Гарри через стол, так близко, что он почувствовал запах её лавандовых духов.

— Наверное, рад, что домой скоро вернёшься? — поинтересовалась Дракона.

— Сложно сказать. Ведь мой крёстный погиб. И это моя вина, потому что сунулся туда, куда не следовало, — Гарри помрачнел. — Может, Гарриет и права насчёт меня.

Дракона поднялась на ноги, хлопнув ладонями по поверхности стола.

— Ну, всё, хватит посыпать голову пеплом, — она схватилась за предплечье Гарри и потянула в сторону двери. — Пойдём, покажу кое-что.

Гарри поддался на уговоры. И вот он уже шёл вслед за Драконой по неизведанному коридору, в который одна из свисающих с потолка табличек велела ни в коем случае не заходить. Они прошли в большое помещение, пол которого был покрыт ковром из битого стекла. Ничем примечательным эта комната не отличалась. Гарри подумал, сколько склянок нужно разбить, чтобы получить так много осколков. Он мысленно порадовался толстой подошве своих кроссовок. Такая мелочь, казалось бы, которую прежде даже не замечал, теперь уберегла его от ран.

— Ступай осторожно, — предупредила Дракона. — Хоть ты и считаешь себя никчёмным, всё же ты нужен Гарриет. Более того, вы оба нужны другу, — она остановилась у одного из почти опустевших стеллажей и сняла с него стеклянный шар, заполненный серой дымкой, протянула Гарри. — Держи.

Гарри принял предмет, вгляделся в него, и сквозь дым разглядел вытянутое лицо, вроде бы похожее на лицо его учительницы прорицаний, но с длинной хлипкой бородёнкой. В его голове зазвучал потусторонний голос:

— Грядёт та, у кого хватит могущества победить Тёмную Леди... рождённая теми, кто трижды бросал ей вызов, рождённая на исходе седьмого месяца... и Тёмная Леди отметит её, как равную себе, но не будет знать всей её силы... И одна из них должна погибнуть от руки другой, ибо ни одна не может жить спокойно, пока жива другая...

Вздрогнув, Гарри выронил шар, но Дракона успела подхватить его и поставить на место. Теперь Гарри знал, что нужно было Тёмному Лорду из его вселенной в Отделе Тайн, но легче от этого не стало, скорее наоборот, гораздо тревожней. Хоть и следовало ожидать подобного. Ведь Волдмеморт пытался убить его с самого рождения, и с Гарриет наверняка творилось то же. А значит, у них не было иного выбора, кроме как защищать себя, чтобы однажды, скопив достаточно сил, сокрушить своего врага.

Он повернулся к Драконе:

— Гарриет знает?

— Ага. Узнала, недавно. Теперь понимаешь?

— Кажется, да. Но Гарриет ни за что не примет мою помощь.

Дракона улыбнулась:

— Тогда тебе придётся заслужить её доверие, Гарри.

Он вздохнул, отходя от девушки.

— Нет, знаешь, это всё меня не касается. Скоро Герман откроет портал, и я вернусь домой.

Улыбка на губах Драконы растаяла, она больше ничего не сказала. А Гарри поспешил покинуть комнату, полную разбитых пророчеств. После услышанного желание вернуться в свой мир только возросло. А Гарриет пусть сама разгребает свои проблемы.


* * *


По просьбе Гарриет Рони уменьшила Грохха до прежнего размера, чтобы тот занимал меньше места и не громыхал своими каменными конечностями почём зря. Хотя Гарриет запомнила на будущее трюк с увеличением, который, несомненно, пригодится в бою против серьёзного противника. Неделя её правильного поведения в угоду крёстной и Дамблдор почти закончилась, и настало время созвать всех верных друзей и разработать план действий. Собрались возле арки, потому что в зал со зловещим артефактом редко кто заходил. Это было местом Рони и Германа, а теперь ещё и Гарриет.

— Почему Орден Феникса не приглашает тебя на свои собрания? — поинтересовалась опустившаяся на диван Дракона, обращаясь к Гарриет.

Поттер заняла широкий, покрытый стопками пергаментов стол, поверх которых стояла чернильница. Откинувшись на спинку стула, она водрузила ноги на столешницу.

— Потому что я ценность, которой требуется постоянная охрана, а не человек с собственными желаниями и волей, — ответила Гарриет. — По крайней мере, так ко мне относится Дамблдор. Но скажи я ей это в лицо, она будет так убедительно отпираться, что, скорее всего, и меня заставит думать иначе, чем сейчас. Поэтому у меня свой Орден, ясно?

Дракона ухмыльнулась:

— И что даже название есть?

— Это секретный орден, — отозвалась Гарриет, прищурившись. — Название ни к чему.

Напротив Гарриет за столом устроился Герман и неторопливо пил чай из чашечки, держа крохотную ручку указательным и большим пальцами. Вид у друга был очень умиротворённый, а ведь должен был готовить ритуал для возвращения Гарри Поттера в его мир. Гарриет выпрямилась, переводя взгляд на Германа:

— Когда откроешь портал? Сегодня, завтра? Неделя уже минула.

Герман тяжело вздохнул и откусил печеньку, размокшую в горячем напитке. Такая реакция Гарриет совсем не понравилась. Она взглянула на Рони, расположившуюся рядом с Драконой с очередным выпуском комикса в руках.

— Он рассказал мне сегодня утром, — сообщила подруга, — что не открывал никакого портала в параллельный мир, а пытался открыть проход в Межмирье.

— Проще говоря, ты не знаешь, как вернуть второго Поттера обратно? — уточнила Гарриет мрачно, поворачиваясь обратно к Герману.

— Я честно пытался, но ничего не вышло. Тебе придётся сказать ему об этом.

Гарриет возмутилась:

— Почему мне?

— Сказать о чём? — послышался голос Поттера со стороны вдруг отворившейся двери.

Гарриет громко цыкнула — просила же Рони запереть на замок. Хотя стоило ей попросить об этом, как Герман зарделся и зашептал: "а вдруг подумают, что мы занимаемся чем-то непристойным". "Стану я с тобой целоваться," — с усмешкой отозвалась тогда Рони, на что друг почему-то крепко обиделся. А дверь так никто и запер.

Поднялась Дракона и вышла Гарри навстречу, положила руку ему на плечо и произнесла:

— Мы не сможем отправить тебя обратно.

Гарри опешил. Он переводил взгляд с одного присутствующего на другого, но никто не сказал: "Розыгрыш".

— Но что, если это знак? — продолжила Дракона, обращаясь теперь ко всем. — Что, если Гарри попал в наш мир не случайно?

Гарриет разозлилась. Она стукнула кулаками по столу, так что все вздрогнули, а пузырёк с чернилами опрокинулся, разлив своё содержимое на пергамент.

— Две Поттер в одном мире — это неправильно! Ничего хорошо из этого выйти не может!

Глаза Германа ни с того ни с сего расширились от удивления. Гарриет проследила за взглядом друга. Расставшись с сосудом, удерживающим их, густые чернильные капли превращались в картинку, подчиняясь не закону притяжения, а чьей-то невидимой воле. Спустя минуту на пергаменте появился рисунок Визжащей хижины, последним штрихом оказалась обозначена дверь. Затем всякое движение остановилось.

Гарриет схватила листок, подняв его над головой, повернула картинкой к остальным присутствующим. Лицо Драконы стало задумчивым, Рони — недоуменным, а физиономия Гарри так и не успела расстаться с отпечатавшимся на нём расстройством.

— Вот ЭТО знак, — сказала Гарриет уверенно, поворачивая к себе картинку. — А точнее, послание. На что угодно спорю, что оно от Луна.

— Очень похоже на один из его рисунков, — согласился Герман. — Но что может значить это послание?

— Мы все понимаем, что оно значит, — заметила Дракона, подходя к Гарриет, скрестив руки на груди. — Но к Визжащей хижине нам не подобраться и на милю. Весь Хогсмид под контролем дементоров и Пожирателей Смерти. А Волдеморта всё ещё жаждет твоей головы.

Гарриет скорчила недовольную физиономию, повесив нос. Её друзья смогли, наконец, подать пусть маленький, но знак о том, что с ними всё хорошо, что они живы. А в итоге она ничего не могла сделать?

— Какой бред, — пробормотала Гарриет сердито.

— Всё равно от тебя никакого толку без волшебной палочки, — резонно заметил Гарри.

Гарриет сверкнула в его сторону гневным взглядом:

— Вот у тебя есть палочка, а толку?

У Гарри нервно задёргался левый глаз, он всплеснул руками.

— Я застрял в твоём мире не по своей воле! И что мне прикажешь делать?

Гарриет цыкнула. Она поняла, что погорячилась. Друзья смотрели в её сторону с укором, а Герман ещё и с досадой. Нужно было как-то сгладить ситуацию, но Гарриет ничего не могла поделать со своей злостью. Не получалось смотреть в сторону Гарри без раздражения. Слишком его присутствие ей досаждало.

— Мы занесём твою беду в общий список, — отозвалась Гарриет как можно серьёзней, стараясь, чтобы её слова не звучали как издёвка. — Спасение родителей Драконы, возвращение Хогвартса из Межмирья, открытие портала в мир Гарри Поттера.

Герман хмыкнул. Рони бросила прочитанный журнал на диван и встала:

— Гарри прав, нам нужно вернуть твою волшебную палочку.

— Пытаться подобраться к Волдеморте в миллион раз опасней, чем пытаться пробраться в Хогвартс, — проговорил Герман, кладя ногу на ногу. — Тем более, то, что она носит палочку Гарриет с собой, всего лишь догадки.

— У нас нет ничего, кроме догадок, — сказала Гарриет, взглянув на друга. — К тому же, если бы Волдеморта хотела прикончить меня, то давно бы уже это сделала. Значит, шанс есть.

— Постойте-ка, — вдруг вмешался Гарри, на секунду забывший о своих личных проблемах, — почему Волдеморта оставила тебя в живых? Ведь пророчество гласит, что...

Гарриет нетерпеливо топнула:

— Забудь ты об этой чуши.

— Эта чушь обрекла наших с тобой родителей на смерть, — мрачно добавил Гарри.

— Нет. Наших родителей обрекла на смерть вера людей во всякую чушь.

Поттер и Поттер стояли, сверля друг друга взглядами. Одно это накаляло атмосферу до предела, заставляя остальных чувствовать себя неуютно. И лишь фраза Драконы заставила их отвернуться:

— Дамблдор ничего по этому поводу не сказала?

— Нет. Лишь выразила радость, что я цела, — Гарриет обошла стол и приблизилась к Грохху, мирно стоящему на полу рядом с аркой, опустилась рядом с ним на корточки.

Голем выглядел спящим, каменные веки были сомкнуты, хотя едва ли нуждался в отдыхе. Его присутствие обнадёживало Гарриет, внушало веру, что она способна на многое и без волшебной палочки. Но всё же пальцы истосковались по прикосновению остролиста. Палочка Гарри была похожей на ощупь, но при этом совсем другой. Гарриет выпрямилась, повернувшись к друзьям:

— Если Дамблдора что-то знает, нам нужно это выяснить.

— А заданий, менее невыполнимых, у тебя в списке нет? — поинтересовалась Рони.

Дракона подошла к Гарриет и встала рядом с ней плечом к плечу:

— Мы выбрались из Азкабана, а значит, справимся с чем угодно, — затем она резко указала на вздрогнувшего от неожиданности Гарри. — Но он нужен нам.

Гарриет посмотрела на Гарри, переборов себя, спросила с неохотой:

— Будешь и дальше изображать несчастного потеряшку или с нами пойдёшь?

— Пойду с вами, — резко ответил Гарри, встав в защитную позу, хоть Гарриет и не собиралась на него набрасываться.

— Значит, решено, — сказала она, подводя итог сегодняшнего собрания.


* * *


С самого начала Гарри считал своё вмешательство в дела чужого мира дурной идеей, в этом он был солидарен с Гарриет, пусть в остальном их мнения мало сходились. Но Дракона так сильно настаивала на предопределении и так мило улыбалась Гарри, когда говорила с ним, что он оказался просто не в силах отойти в сторону. Даже когда план, придуманный Гарриет, погрузил его в глубочайшее уныние.

Они находились в комнатке Гарриет. Та оказалась не намного больше чулана, в котором они когда-то провели целое детство, но с высоким потолком. И хозяйка комнаты даже умудрилась впихнуть сюда тяжёлый сундук, в котором хранила вещи. Когда Гарриет отворила его, Гарри заметил жуткий беспорядок, в котором пребывали вещи. В этом месиве трудно было что-либо разобрать. Он поморщился:

— Ужас какой-то. Тебе свои вещи не жалко? А я-то думал, все девочки аккуратные.

Гарриет метнула в его сторону убийственный взгляд.

— Не нравится беспорядок, можешь взять и навести порядок, — раздражённо отозвалась она, отворачиваясь, продолжая что-то бурчать себе под нос, но конец фразы Гарри не расслышал и оказался этому очень рад.

Хлопнув крышкой сундука и заперев его на ключ, который затем утонул в глубоком кармане джинсовых брюк, Гарриет выпрямилась. Она критически оглядела Гарри с головы до ног, держа в руках коричневый бумажный свёрток.

— Тебе стоит избавиться от школьной формы. Мы не в Хогвартсе всё же. И форма привлекает много внимания.

Гарри поставил руки в боки.

— И во что прикажешь мне переодеться? В одежду Германа? Не уверен, что она мне по размеру. Сама должна знать, какого это — носить что-то большое, висящее на плечах, как тряпка, — он нахмурил брови, вспоминая, как едва не поперхнулся хлопьями за завтраком, когда Герман по настоятельному совету Гарриет переоделся в магловскую одежду и предстал в таком виде перед всеми.

Настоящая причина, на самом деле, заключалась не в размере, пусть Герман и был достаточно плечистым парнем. На его мешковатой розовой кофте красовалась парочка ярко-жёлтых зайцев. От сочетания двух этих цветов у Гарри чуть глаза не вытекли. Хотя Герман выглядел чрезвычайно довольным своим внешним видом, и даже Рони ничего по этому поводу не сказала. Саму кофту дополняли аккуратные бежевые брючки, казавшиеся каким-то недоразумение на фоне яркого верха.

— Пф... — Гарриет закатила глаза. — Пытаешься давить на жалость, — она положила свёрток на незаправленную постель, одеяло и простынь которой напоминали тряпочный ком, и широко распахнула одёжный шкаф.

— Собираешься меня в свои вещи нарядить, — недоверчиво проговорил Гарри, но, оглядев Гарриет с головы до ног, сразу притих.

Её одежда выглядела более чем нейтрально. Клетчатая бордовая рубашка с закатанными рукавами одетая поверх чёрной футболки и джинсы с протёртыми дырками в области колен, коричневые ботинки. Гарри встал рядом с Гарриет, начав с интересом разглядывать вещи в чужом шкафу, немного потеснил их хозяйку, засунув свой нос чуть ли не в самое нутро шкафа.

— О, да ради Основателей, выбирай, что хочешь, — рассердилась Гарриет, отходя в сторону и прислоняясь к стене, скрестила руки на груди, недовольно прищурившись.

Оказавшийся один на один с гардеробом, Гарри остановил свой выбор на синей серой футболке с изображением снитча, синей толстовке и чёрных джинсах. Он удовлетворённо улыбнулся, начав расстёгивать рубашку, бросил на Гарриет осуждающий взгляд:

— Так и будешь смотреть?

В какой уже раз закатив глаза, Гарриет показательно отвернулась. Заканчивая с футболкой, Гарри услышал, как Гарриет бьётся лбом о стену. Очевидно, она держалась изо всех мыслимых сил, чтобы снова ему не врезать, как тогда на складе. Гарри поразился подобной силе воле, потому что сам такой точно не обладал. Наконец, полностью переодевшись, он сказал:

— Я готов.

Гарриет обернулась.

— Теперь чуть меньше похож на придурка, — буркнула она.

Не зная, как лучше среагировать, но уже кое-что зная о Гарриет, Гарри счёл это за комплимент. Девушка тем временем уже разворачивала бумажный свёрток, она достала из него мантию-невидимку. Гарри снял очки и тщательно протёр их, водрузив обратно на нос. Ещё один предмет, так сильно напоминающий ему о доме. Интересно, как сильно эта мантия отличалась от его собственной?

— Она досталась тебе... — начал он.

— От матери Джейн, — закончила фразу Гарриет. — А моего отца звали Леандр.

Гарри кивнул, сглотнув. Во рту почему-то стало совсем сухо.

— Когда мы будем готовы выходить? — поинтересовался он.

— Как только Снейп закончит трепаться с Дамблдор. На обед она не остаётся, так что, думаю, у нас не больше получаса, — Гарриет взглянула на треснутый будильник, стоящий на квадратной полочке, прибитой над самой постелью.

— Тогда я загляну на кухню.

— Как хочешь. Но будь у выхода не позже положенного времени.

Гарри кивнул, выходя. Перед началом их небольшой вылазки ему захотелось увидеть Дракону. Утром она предстала в изящной платье тёмно-зелёного цвета длиной до колен с короткими узкими аккуратными рукавчиками. У Гарри дыхание перехватило от столь удивительного зрелища. Не мог он представить себе, что в любом из миров существует столь притягательный Драко.

Переступив порог кухни, Гарри не учуял аппетитных паров, что обычно обволакивали помещение милостью Моллиса Уизли. Очевидно, мужчина куда-то отошёл. Зато за столом обнаружились Дракона и Рони. Вторая была полной противоположностью первой. Наряженная в мешковатый коричневый комбинезон поверх красной футболки, что была велика на пару размеров, Рони как обычно излучала беззаботность и громко над чем-то хохотала.

— А, это всего лишь ты, — выдохнула девушка, чей смех оборвался как рваная струна.

— Всего лишь я, — обидчиво пробормотал Гарри.

— Просто мы тут план обсуждали, вот и... — начала Дракона объясняться и вдруг остановилась, её внимательный взгляд скользнул по новой одежде Гарри. — Я вижу, Гарриет одолжила тебе часть своего гардероба.

— Да. Всё отлично подошло, — Гарри налил себе стакан воды и, сделав глоток, сел за стол вместе с остальными. — Кстати, где вы взяли все эти вещи? Тоже нашли в отделе?

— Я бы не советовала тебе одевать то, что можно найти в отделе, — усмехнулась Рони, развалившись на стуле.

— Миссис Уизли принесла, — ответила Дракона.

В кухне воцарилось неловкое молчание, в котором, как показалось Гарри, было неловко только ему. Дракона отвела взгляд в сторону, глядя куда-то в стену и явно думая о чём-то своём. Рони беззаботно наматывала рыжий локон на указательный палец и качалась на стульчике туда-сюда. Осушив стакан полностью, Гарри всерьёз забеспокоился, не сделал ли он что-то не то, чтобы заслужить такое равнодушие Драконы, прежде всегда к нему радушной.

Тишину оборвал резкий удар. Дверь кухни ударилась о стену. В кухню ворвалась Гарриет.

— И долго ты будешь здесь штаны просиживать? — уставилась она на Гарри, крепко держа мантию под мышкой. — Сколько я ещё должна ждать? Тебе просто повезло, что Снейп задержалась в кабинете Дамблдор дольше обычного, сам Герман пришёл и сообщил мне об этом. А ты чем тут занимаешься? Прохлаждаешься?

Гарри успел лишь открыть рот, как с места вскочила Дракона.

— Почему я не могу пойти с тобой, Гарриет? Я бы пригодилась тебе. Как тогда в Азкабане, помнишь? — голос девушки звучал расстроенно.

Гарри закрыл рот обратно, наблюдая за сценой.

— Если что-то пойдёт не так и кого-то из нас возьмут в плен, мы так или иначе останемся живы, — ответила Гарриет ровно. — А тобой рисковать я не могу.

Заметив, как сильно зарделись щёки Драконы после последней фразы, Гарри часто заморгал. Он просто не поверил глазам. И пока в его душе нарастало смятение, а Дракона смиренно кивала, Рони рухнула вместе со стулом на пол.

— Какого гиппогрифа, — ругнулась она, потирая ушибленный затылок.

Гарриет протянула подруге руку, помогая встать, затем повернулась к Гарри, одним резким движением расправляя мантию-невидимку подобно ловкому тореадору. Гарри поднялся из-за стола и шагнул вперёд, чтобы в следующую секунду исчезнуть.

Глава опубликована: 10.08.2016
И это еще не конец...
4 комментария
Че то херь какая-то. Весьма проходная калька Женского мира.
Кантор , это приключенческая история, дабы развлечь. Не нравится, проходите мимо.
Какой грубый автор.
baaska, грубый читатель - грубый автор. Вежливый читатель - вежливый автор. Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Древняя истина.
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх