Звезда Морганы (гет)

Солнечный лучик скользнул по лицу спящего парня и пощекотал ему нос. Гарри поморщился, чтобы не чихнуть, и открыл глаза. На ветке за окном прыгала птичка, радуясь новому утру. На соседней кровати похрапывал Рон.

"Нора"... Гарри вздохнул. Уже прошла неделя, как радушная и гостеприимная Молли Уизли бескомпромиссно заявила, что это лето Гарри и Гермиона, которой, собственно, и идти было некуда, проведут в их доме. Неделя после победы...

Впереди маячил ещё один год в Хогвартсе. Педагогический коллектив вместе с министерством подумали и решили, что героям войны быть необразованными никак нельзя, и постановили, что все недоучки могут закончить своё образование и получить диплом вместе с нынешним седьмым курсом. Так что у Гарри впереди был ещё целый год, чтобы разрешить сомнения насчёт будущей профессии. А сомнения у него были. С каждым днём Поттер всё больше убеждался, что аврором он быть не хочет. Хватит с него войны. С полутора лет только и делает, что пытается выжить. Уже профессионалом стал в этом деле. Впору вместо ордена Мерлина выдать ему медаль "Главный выживальщик страны".

Рон, конечно, расстроится, ведь они планировали вместе поступать после школы в Аврорат. Но даже ради друга Гарри не хотел жертвовать своим будущим. Он и так ради победы пожертвовал всем, что у него было, в том числе и собственной жизнью. Теперь он тоже может пожить ради себя и имеет право на собственное счастье.

При этой мысли перед глазами промелькнуло воспоминание о пушистой каштановой головке, склонившейся над огромной книжкой, и Гарри мечтательно улыбнулся. Он сделает всё, чтобы стать счастливым...

На первом этаже что-то грохнуло, и тут же раздался громовой голос матриарха семейства Уизли:

— Бестолочи великовозрастные! Сколько можно валять дурака?! Немедленно приведите всё в порядок!

Гарри усмехнулся. Всё ясно. В "Нору" пожаловали знаменитые шутники Дред и Фордж. А это значит, что сегодня непременно произойдёт что-то весёленькое. Точнее, судя по крику миссис Уизли, уже произошло.

Быстро натянув на себя футболку и шорты, Гарри буквально скатился по лестнице и вошёл на кухню, где был сразу же укушен за лодыжку. Охнув, Гарри дёрнул ногой и изумлённо уставился на кастрюлю, вцепившуюся в его ногу довольно-таки зубастой пастью. Отодрав от себя агрессивную посудину, Гарри бдительно огляделся вокруг в поисках новых врагов.

На кухне царил апокалипсис в представлении волшебников. Молли Уизли, постоянно поминая близнецов "незлым тихим словом", отбивалась веником от большого котла, так и норовившего тяпнуть её за ногу. Сами же близнецы, взобравшись на подоконник, развлекались прицельным отстрелом из палочек разноцветных чашек, которые подпрыгивали, стараясь их достать. Поражённые чашки откатывались в сторону, чтобы тут же подняться на маленькие лапки, и с упорством садовых гномов вновь присоединялись к своим товаркам, идущим в атаку на вредных близнецов.

Вовремя успев уклониться от ловко прыгнувшей на него сковородки, Гарри заметил спускающуюся по лестнице Гермиону в симпатичном домашнем халатике в цветочек.

— Поберегись! — рявкнул он, хватая скалку, лежавшую на столе, и с точностью заправского загонщика отправил в полёт очередную кастрюлю, с гастрономическим интересом присматривавшуюся к стройным ножкам Гермионы.

Вздрогнув от неожиданности, подруга наконец-то рассмотрела творящееся вокруг безобразие, и её глаза округлились.

— Миссис Уизли, — пролепетала она, оглядывая кухню с ползающей по полу и норовящей хоть кого-нибудь куснуть посудой. — Что здесь происходит?

— Вот эти два охламона здесь происходят! — рявкнула Молли, указывая веником на веселящихся рыжиков. — Деточка, идите с Гарри на улицу, погуляйте, пока мы здесь всё в порядок приведём.

— Но мы хотим помочь! — вскинулась Гермиона, не желая оставлять добрую женщину в логове кусачей кухонной утвари. Гарри с готовностью кивнул, соглашаясь со словами подруги.

— Да чем вы поможете? — махнула с досадой рукой Молли. — На них ничего не действует. А я вот сейчас отхожу кое-кого веником, и они тогда быстро исправят то, что натворили.

Подхватив пытающуюся протестовать Гермиону под локоток, Гарри потащил её на выход. Спорить с Молли Уизли бесполезно. Да и кто, как не она, лучше знает, на что способны её детишки?

Расположившись на скамейке, уютно пристроившейся под тенью раскидистого дерева, Гарри задумчиво посмотрел вдаль. Забавное приключение на кухне вновь навеяло мысли о будущем выборе профессии. Вон, даже взбалмошные близнецы нашли себе занятие по душе. Они просто делают то, что умеют лучше всего. А что умеет он? Летать на метле? Сражаться? Это всё было не то, чем бы хотелось заниматься всю оставшуюся жизнь.

— Что с тобой происходит, Гарри? — прервала его размышления Гермиона. — Я заметила, что в последнее время ты какой-то сам не свой. Только не говори, что опять винишь себя во всём.

— Нет, — Гарри тяжело вздохнул. Чувство вины перед погибшими, мучившее его в первые дни, постепенно сменялось досадой и злостью на тех, кто прервал эти жизни. А теперь вот ещё и мысли о своём будущем... — Я не хочу быть аврором, — признался он. — Я устал, Гермиона. Устал причинять боль, убивать, пытаться выжить. Я хочу просто жить, как нормальные люди. Устроиться на работу, обрести семью, завести собаку, в конце концов. Разве я многого прошу?

— Нет, Гарри, — Гермиона взяла его за руку и слегка сжала, демонстрируя свою поддержку. — Ты, как никто другой, достоин этого. И никто не имеет права заставить тебя делать то, чего ты сам не захочешь. Я понимаю, ты беспокоишься, что Рон будет недоволен, если ты выберешь другую профессию, но это его проблемы. Ты не должен делать что-то в угоду другим. А чем бы ты хотел заниматься?

Гарри пожал плечами.

— В том-то и дело, что я и сам не знаю.

— Ладно, не переживай, — успокоила его подруга. — У нас впереди ещё целый год. Успеешь определиться с выбором. Только учти, — нахмурила она брови, — если ты решишь идти в профессиональный квиддич, то я первая буду против. Меня не прельщает каждый раз замирать от страха, когда тебе вздумается продемонстрировать очередной финт Вронского или, что ещё хуже — рыдать над твоим разбитым телом.

Гарри усмехнулся и перехватил ладошку подруги своей рукой.

— Обещаю, никакого профессионального квиддича. Если ты только захочешь, я готов сменить мадам Пинс на посту библиотекаря. Там уж точно не будет никаких разбитых тел, над которыми ты бы могла порыдать.

— Я подумаю над этим, — строго заявила Гермиона, но всё же не выдержала и весело фыркнула. — Ты — и книжки? Серьёзно?

— Вот это сейчас было обидно, — притворно надул губы Гарри. — Значит, это таким балбесом ты меня считаешь?

— Ну что ты? Я считаю тебя очень способным молодым человеком. И в доказательство — вот, — с пафосом произнесла Гермиона и, вытащив из кармана, положила на ладонь Гарри... женские часики.

— Не понял, — пробормотал Поттер, переводя изумлённый взгляд с часиков на подругу и обратно.

— И что же тут непонятного? — хихикнула Гермиона. — Часы у меня сломались, а ты здесь единственный, кто хоть немного соображает в магловской технике. Не мистера же Уизли мне просить. Боюсь, что после его ремонта часы будут летать, а вот насчёт того, чтобы время показывать — далеко не факт.

Гарри задумчиво почесал в затылке. В магловской технике он не разбирался от слова "совсем", но огорчать Гермиону не хотелось. Всё же не так часто она обращается с личной просьбой, чаще сама всем помогает. А после того, как её родители продали дом и уехали в Австралию, напрочь позабыв, что у них имелась дочь, вещей у Гермионы было немного и она их старалась беречь. Нет, разумеется, Гарри был готов купить подруге всё, что она пожелает, вот только она не согласится. Гордая.

Поэтому, ни минуты не раздумывая, Гарри согласился, втайне рассчитывая, что если не получится отремонтировать, купит такие же и подсунет вместо старых.

* * *

Хитрить не понадобилось. Вскрыв часики, Гарри быстро обнаружил причину поломки. Одна из шестерёнок деформировалась и не могла вращаться. Применив "секретный думательный приём", то есть почесав в затылке, Гарри не мудрствуя лукаво применил лёгкое Репаро, и часики пошли. Весь ремонт занял меньше минуты.

Гарри досадливо скривился. Он так рассчитывал стребовать с Гермионы за ремонт поцелуй, а тут даже простого "спасибо" будет много. А что, если...

* * *

Через день, гордо улыбаясь, довольный своей работой Поттер протянул подруге отремонтированные часы.

— Ох, у тебя получилось! — радостно воскликнула Гермиона и бросилась ему на шею, крепко обнимая.

Стараясь не выдать своего разочарования, Гарри вздохнул. Напроситься на поцелуй он не осмелился.

— Я там тебе ещё несколько волшебных функций добавил, — смутившись, пробормотал Гарри, подозревая, что это похоже на хвастовство.

— О, как интересно! — обрадовалась Гермиона. — И что они теперь умеют?

— Ну, они теперь водонепроницаемые и противоударные...

— Гарри, они и раньше имели эти свойства, — хмыкнула Гермиона, явно забавляясь видом смутившегося друга.

— Правда? — удивился Поттер и, выхватив часы из рук хозяйки, подбросил их и тут же, прямо в воздухе запустил в них Бомбарду.

Икнув, Гермиона даже не стала наклоняться, чтобы подобрать то, что осталось от её часиков. Понятно же, что после поттеровской Бомбарды выжить не смогут даже тараканы.

Поэтому Гарри наклонился сам и, подобрав с земли, протянул ей целые и даже не поцарапанные часы. С чувством полного офигевания Гермиона уставилась на друга.

— Нет, раньше они были не настолько противоударные, — пролепетала она, когда обрела дар речи.

Губы Поттера растянулись в довольной улыбке.

— Насчёт водонепроницаемости — их теперь можно в котле варить. Проверять будем? — с воодушевлением предложил он.

Гермиона в ужасе зажала часики в кулаке.

— Нет, нет, спасибо, я тебе верю, — затараторила она, опасаясь экстремальных опытов приятеля.

— Ну, и ещё, когда часы на руке, они могут служить щитом против атакующих заклинаний, — продолжил перечислять новые суперспособности обычных магловских часиков Гарри. — Ну, и по мелочам там ещё... Будильник, календарь, фонарик, определитель зелий, ароматизатор воздуха, фумигатор от комаров...

Гарри замолчал и удивлённо уставился на подругу, которая всё громче хихикала с каждым новым перечисленным достоинством своих часиков.

Глядя на растерянного такой реакцией парня, Гермиона снова крепко его обняла и... поцеловала.

— Теперь я знаю, какую профессию тебе нужно осваивать, — шепнула она на ухо глуповато улыбающемуся другу. — Артефакторика! За один день так усовершенствовать обычные магловские часы! Ты хоть сам понимаешь, какой ты талантище?

Гарри не понимал. Гарри млел от счастья. Подумать только, Гермиона сама его поцеловала...

— А ещё они умеют сказки рассказывать, — прошептал он, и новый приступ смеха был ему ответом.

* * *

Оказывается, выбор профессии артефактора был только первым шагом на этом, увы, не лёгком пути. Основными науками, без которых артефакторика просто не может существовать, были руны и нумерология, от которых Поттер по глупости отказался в пользу абсолютно бесполезных ему прорицаний и ухода за магической живностью. Ну вот как он для себя представлял полезность этих занятий? Собирался устроиться работать магическим скотником и всю жизнь чистить загоны гиппогрифов? Или увешаться шалями и бусами и идти гадать в Косой переулок?

От подобной перспективы даже передёрнуло, и Гарри поглубже зарылся в кучу книжек, которую ему обеспечила заботливая Гермиона. Она вообще очень серьёзно подошла к проблеме сделать из неотёсанного полена, которое сейчас представлял её друг, достойного и талантливого артефактора. Гарри не возражал и старательно "отёсывался". Руны и нумерология оказались очень сложными предметами, и над ними действительно пришлось покорпеть. Но постепенно дело пошло на лад.

Периодически в учебный процесс влезали Рон или Джинни, уговаривавшие поиграть в квиддич, погонять садовых гномов или просто погулять, но перед глазами Гарри снова вставал его образ в шалях, бусах и с мотыгой для чистки навоза, и, пробормотав что-то вроде: "Угу, обязательно, в следующей жизни", он ещё яростнее впивался зубами в гранит науки.

Так незаметно пролетело лето, и пришла пора возвращаться в Хогвартс. Но и там ничего не изменилось. Книжки, книжки и ещё раз книжки... От квиддича Гарри отказался, к превеликому ужасу младших Уизли. Повздыхав, рыжики записали Гарри и Гермиону в заучек и оставили их в покое.

Периодически Гермиона, как самая благоразумная, приходила в себя и, взглянув на бледного с тёмными кругами под глазами приятеля, вытаскивала его на прогулку. Они бродили по опушке Запретного леса, устраивали пикники и целовались.

Да-да! Однажды, выплюнув очередной кусок гранита, Гарри набрался таки смелости и предложил Гермионе стать его девушкой.

Гермиона задумалась. Учитывая то, что в последние месяцы они разве что только спали отдельно, у неё уже сложилось впечатление, что они давно и прочно женаты. И тут такое предложение... То есть, они теперь будут встречаться только иногда? Подумав ещё немного, Гермиона сделала вывод, что Гарри такой тёплый, надёжный и родной, а если она откажет, он уйдёт из её жизни и станет встречаться... ну, к примеру, с Джинни Уизли...

Богатая фантазия тут же подкинула картинку такой сладкой парочки, и неизвестный до этого времени зверь по имени Ревность пробудился и зарычал, не желая отдавать её, Гермиониного, собственного Поттера. Сцапав опупевшую от счастья жертву, она впилась в губы Гарри жадным поцелуем.

Вот так всё и завертелось. Учёба в Хогвартсе, затем четыре года в магическом университете во Франции, где Гарри учился на артефактора, а Гермиона на ритуалиста. А потом им обоим предложили работу в Отделе Тайн. И, разумеется, они согласились.