Ведьма, змееуст и зомби (гет)

— Что они тебе предложили?

Слуга даже не посмотрел на меня. Только нож на секунду застыл в руке. Холодно на кухне, за окном воет противный ноябрьский ветер. Сейчас бы в светлый и теплый маггловский магазин или кафе, а я вместо этого сижу в ветхой хибаре в Лютном и разговариваю с нежитью. Точнее, веду монолог, ответить-то наш необычный слуга мне не может.

Я не устаю удивляться, как у госпожи Риббит получилась эта тварь. Половина тела человеческая, с белыми волосами. Даже вполне симпатичная половина. Я иногда фантазировала, может, из Малфоев... Хотя они за своего бы порвали. Потому что вторая половина даже не знаю, чья. Может, зомби, а может, инфери? Она вся синяя, и глаз желтый. Думаю, все же зомби.

Госпожа Риббит заколдовала его после войны. Напал или надерзил там, не знаю, но с ведьмами из Лютного шуточки плохи. С тех пор, насколько я понимаю, парень всегда был в этом доме, делал всю работу, вроде эльфа-домовика. Наверное, его родня из Пожирателей Смерти, потому что никто не пытался его отсюда вытащить, и аврорам было наплевать. Они заглядывали в нашу дыру пару раз с обыском, но уходили ни с чем. Работал парнишка, молчаливый, не жаловался, так что повода не находили. А вот теперь, когда моя «учительница» вздумала помирать, они пришли к нему по-серьезному.

— Что бы это ни было, не соглашайся с министерскими. Подожди, ведьме недолго осталось, а я ее ученица. После ее смерти магия привяжет тебя ко мне вместе со всем остальным ее барахлом, а мне не нужны зомби. Я найду способ расколдовать тебя, или дам приказ свободной трактовки... Зачем тебе свобода, если останешься калекой?

Тарелка со скрипом проехала по столу прямо к моему носу. То, что там было нарезано, с трудом можно было назвать салатом. Со стуком опустилась чашка с чаем.

— Нечего злиться на мои слова. Ты сам знаешь, что я говорю правду. Я тебе не враг. Хотя... у тебя же все враги. За просто так разменяешь меня на прихвостней из Отдела Тайн. Знаешь, делай как хочешь.

Я оттолкнула от себя подобие ужина и поднялась к себе в комнату.

Не хочу его видеть. Когда к нам пришли с обыском, я наколдовала маленькую змейку и подкинула зомби в карман, чтобы мне позже все рассказала. Невыразимцы предложили ему сделку: он с ними сотрудничает, они снимают проклятие. Но из-за того, что магия темная и старая, предупредили, что, скорее всего, после этого он будет наполовину парализован.

Я попала к ведьме шесть лет назад, как сбежала из Хогвартса. Да, бывает и такое.

Попасть в мир магии круто, если ты не из приюта, не распределяешься на Слизерин и не разговариваешь со змеями. У меня были все эти «если», причем последнее обнаружилось еще в поезде. Так случилось, что у одной ученицы убежал питон, я встретила его и попыталась уговорить вернуться к хозяйке. Это заметила незнакомая девочка с Гриффиндора, подошла ко мне, объяснила, что это признак очень темного мага и вообще плохо и неприлично. Так что когда шляпа предложила мне Гриффиндор.... Куда угодно, только не туда. Ну вот и попала на Слизерин. После этого мне каждый встречный не постеснялся рассказать, на кого я похожа и что меня ждет, если я дам хоть малейший повод заподозрить себя в темном колдовстве. Целый год кромешного ада. Мне прятали и портили вещи, пачкали учебники, один раз утопили в туалете мантию. Последней каплей стало то, что мою полоумную сову чуть не скормили гиппогрифу.

Так что после каникул я не вернулась. Да, до совершеннолетия мне нельзя колдовать палочкой в присутствии магглов, ну и что? К счастью, обучение в Хогвартсе не является обязательным.

* * *

Я познакомилась с госпожой Риббит в Лютном, когда рыдала там после того, как не нашла в себе силы пройти сквозь платформу 9 и 3/4. Со мной старуха не церемонилась, просто схватила за руку, сжав запястье до боли, а когда я завизжала и попыталась выкрутиться, расхохоталась мне в лицо и заявила, что берет к себе. Существует такой обычай у старых ведьм — нельзя умирать, не передав свой дар. Можно сказать, повезло. Могла бы и съесть.

Ученичество мало чем отличается от добровольного рабства. Знаний дают минимум, работы много, денег не платят. Еда, кров... Хорошо хоть посуду за собой мыть не нужно: в моем случае это делал Слуга. Да и без него я бы справилась, я ведь все-таки волшебница.

В приюте у нас считалось крутым, если кому-то удавалось достать брендовую вещь. Теперь после обычного школьного "репаро" и очищающего заклинания можно было найти любую маггловскую рухлядь на помойке и привести в божеский вид. У меня были джинсы "коллинс" и кроссовки "рикер". Кто знает, тот поймет. Став чуть старше и поднаторев в починке и уборке, я нанялась в пару баров из Лютного — наводить порядок перед открытием. Так у меня завелись первые самостоятельные деньги и мне, наконец, пригодилась ячейка в Гринготтсе. По факту, кроме нее мой папаша ничего мне и не оставил. А да, еще странную фамилию и вычурное имя. Теперь, в прежде пустом хранилище, лежало несколько галеонов, а еще там я хранила шмотки, которые мне понравились, но были велики. Да, использовала Гринготс как кладовку. Ну простите.

Два века — приличный срок для любого волшебника, так что год назад старуха начала сдавать. Сначала она перестала выходить из дома, потом из своей спальни. Почти ни с кем не общалась, не брала заказов. Честно говоря, я подумывала сбежать — и сбросить с себя дар некромантии, который должен был ко мне перейти. Ту чернуху, про которую она мне рассказывала, я выкидывала из головы: поднимать мертвецов, убивая новорожденных младенцев… Ну не мое это. Останавливал страх — если она смогла так заколдовать Слугу, то страшно представить, как она отомстит мне.

В дверь постучали и я открыла. На пороге стоял Слуга с тарелкой вареной картошки.

— Это типа ты мириться пришел? Ну заходи.

Нас нельзя было назвать друзьями. Я — полукровка из приюта, он — аристократ, порабощенный темной магией. Я уверена, на самом деле у него «звездное» имя. Нам просто не было совсем уж плевать друг на друга с тех пор, как госпожа Риббит поручила ему притащить бронзовый котел из подвала, и я увидела как он мучается. Котел был неподъемный для одного человека, а ослушаться прямого приказа зомбак не мог. Сначала я просто смотрела, потом с барского плеча решила подсобить Левиосой. Оказалось, котлище к магии невосприимчив, так что пришлось тащить вдвоем.

Постепенно я научилась понимать те мизерные проявления воли, которые Слуга мог себе позволить. Слишком громкие шаги или слишком медленные жесты, своеобразные интерпретации приказов. Я хотела верить, что и зомби на меня не совсем плевать. По крайней мере когда я притащила в дом сигарету, он вырвал у меня ее прямо изо рта. Формально потому, что нельзя мусорить. По факту я верю, что так с его стороны выглядела забота.

В конце-концов, пока жива госпожа Риббит, все, что мы можем, это помолчать вместе.

* * *

Рождественская пора. Из каждого утюга, иногда буквально, доносятся звуки колокольчиков и Фрэнка Синатры. Вот только мне некому покупать подарки и не с кем делить праздничный ужин. Магия госпожи Риббит ослабла и Слуга уже второй день валяется в кровати носом к стенке, забив на приказы. Я бесцельно слоняюсь по Косому, разглядывая витрины. В конце концов захожу во «Всевозможные Вредилки Уизли».

Атмосфера здесь отвлекает. Хозяева магазина разделили его на несколько зон, наполнив каждую соответствующими разделу товарами. Слева от входа располагается отдел для влюбленных с полагающимися зельями и аксессуарами. Повздыхав над порхающими чулками с крошечными крылышками и сумеречными лучами, захожу в детский отдел, где все время что-то взрывается. Купить, что ль, карликового пушистика для своей совы? Решила в итоге не подпитывать кровожадность, удовлетворилась печеньками, окрашивающими перья в розовый цвет.

На самом деле в этом магазине мне все нравится, кроме цен. По-моему, имея средства, защитные мантии стоит скупать вместе с вешалками. Канареечные помадки предлагают на несколько секунд почувствовать себя настоящим анимагом, а любовные чары подействовали бы даже на зомби, если отставить в сторону аморальность вопроса (интересно, о чем это я?).

— На что положила глаз, красотка? Если немного не хватает, могу сделать скидку! — Я не умела краснеть. Но если бы могла, наверное, залилась бы краской до кончиков ушей и хлопнулась в обморок.

— Мистер Уизли, так же и напугать человека можно!

— Но ты ведь не из пугливых.

Джордж забавлялся. Еще бы, я была здесь постоянной клиенткой, и даже подала одну идею для лавки приколов: бешенные огурцы, которые при надкусывании начинали скакать по столу и плеваться семечками. В другое время я с удовольствием перекинулась бы с ним парой шутеек, но сейчас… Нет, слишком веселый. Впрочем, и у меня был способ эффектно закончить разговор. Как раз за моей спиной стоял камин. Расхохотавшись ему в лицо, я вытащила из кармана горсть летучего пороха и исчезла в зеленом пламени.

Дом встретил меня гробовым молчанием. Я свернула в крохотный закуток возле гостиной. Крохотная комнатка Слуги вмещала в себя только кровать.

— Эй мне тут двоих мертвецов не нужно, вставай давай.

Я ткнула зомбака в неживую руку. Ух блин, холодная. Он повернул ко мне голову, с половины рта стекала нитка слюны.

— Прости конечно, ну ты и страшилище. Все, подъем, хватит лежать. Иди умойся. — Я залезла в кровать и ногами вытолкала его в ванную. — Имей ввиду, если согласишься с этими говнюками из Отдела Тайн, я за тобой ухаживать не буду.

* * *

Зря я его растормошила: на следующий день Слуга исчез. Тупо предатель. Кинул на меня старую колоду. Не то чтобы за лежачим человеком было сложно ухаживать — с магией это просто, но оставаться наедине с настолько темной ведьмой мне не хотелось. Если бы я все четыре года воспринимала его как разноглазую мебель, было бы проще.

Остаток зимы прошел для меня однообразно: уход за госпожой Риббит, продажа зелий из запасов тем немногим клиентам, что у нас остались, да уборка дома. Записалась на СОВ — по возрасту я могла сдавать его уже этим летом. Так, ничего особенного. Зельеваренье, транфигурация, ЗОТИ, чары, гербология. Только основной курс. Теперь все свободное время сижу за учебниками, пытаясь объять необъятное.

Ну а что, если сейчас невыразимцы арестуют у бабки все и отправят ее в Азкабан, где она благополучно испустит дух, я с оконченным средним образованием уйду в подмастерья. В «Твифилд и Таттинг» меня не возьмут, но хоть к шляпницам.

Если невыразимцы расколдовали Слугу, сейчас он в Мунго. Зайти, проведать?

Я злобно пнула скомканный конспект. Ага, прямо представляю картину маслом: Ариадна Квирелл работает в шляпной, снимает чердак, но не может привести парня, потому что там пускает слюни инвалид, которого она даже по имени не знает. Ну почему у меня все через жопу?!

В Мунго про зомбака не слышали. Интересно… Похоже, невыразимцы просто обманули парня и убили. Я не удивлена. Но лучше бы, честно, чердак и шляпная.

* * *

Госпожа Риббит помирать передумала. Наоборот, с приходом весны ей стало лучше. Аврорат не показывался, и старуха ходила целыми днями по комнате, злобно бормоча себе под нос. Иногда она приказывала мне принести ей какие-то артефакты и котлы и сутками колдовала над ними. Получившихся результатов я не видела, скорее всего, она их отправляла совиной почтой. Выходила я бабку на свою голову.

* * *

В конце мая вывесили списки СОВ. Первой шла трансфигурация, за ней зельеварение, чары и гербология. Замыкало список ЗОТИ. В принципе, такой расклад меня устраивал. Самый сложный предмет — зелья — шел третьим. Тогда, когда мандраж от события уже сойдет, но усталость еще не накопится.

На высокие оценки я не рассчитывала, все-таки в Хогвартсе я отучилась только один год. Впрочем, мне бы хватило и "удовлетворительно" по всем предметам.

Правила экзаменов для тех, кто учился самостоятельно, немного отличались: с утра шла практическая часть, вечером теоретическая, а на следующий день выставлялись оценки. Так экзаменуемый мог понять, стоит ли ему продолжать испытания или отложить на следующий год. Оценивание тоже отличалось, — ведь очень немногие из нас будут претендовать на обучение в Хогвартсе в последние два года. Для получения «У» достаточно было продемонстрировать базовые практические навыки, а вот «В» и «П» было получить значительно сложнее, чем ученикам магической школы.

В общем пять предметов я сдала без проблем — оценки вывесили на свитке перед аудиторией. Так вот, даже по самым сложным предметам, типа зельеварения, я оказалась не последняя. Последний по всем предметам был некий Кастор Треверс. Он набрал ровно столько баллов, чтобы превратить слабо в удовлетворительно. Он — моя путеводная звезда, мой ориентир. Либо он гений, который не потратил ни одной лишней минуты на подготовку, либо знатный лоботряс. Я пыталась определить этого человека в аудитории, но не смогла.

Последним и, как по мне, самым странным был ЗОТИ. После войны на этот предмет сделали упор, превратив практическую часть в полосу препятствий с боггартами, корнуэльскими пикси и тому подобным. Я сжульничала — наколдовала «Серпенсортию», и маленькая змейка проползла вместе с первым участником забега почти до самого финиша.

— Испытуемая Ариадна Квирелл на старт, испытуемый Кастор Треверс — готовьтесь.

Я едва успела услышать список пакостей, которые меня ожидали. В принципе, можно ограничиться обычным «протего» и прошагать с каменным лицом до финиша, но вряд ли экзаменаторы оценят подобное.

Змейке я приказала остаться на старте — я просто обязана была посмотреть на этого Треверса.

— Хосссяйка прикасссала описать Треверсса — это проссто. Полумертвесссц, о ком бессспокоится хоссяйка.

— Ни о ком я не беспокоюсь — буркнула я, забыв, что оправдываюсь перед творением своей же волшебной палочки. — Очень даже хорошо, что он живет своей жизнью, видимо, полностью здоров и процветает.

— Его притащщщщили на экссссамен в ошшшшейнике и на ццццепи…

Ого! До этого я не знала, что такое паника. Липкая волна, которая накатывает и накрывает с головой, не оставляя в легких воздуха. Что мне делать? Бежать к экзаменаторам — скорее всего, они в курсе. Пытаться как-то разрулить самой? Я просто шестнадцатилетняя девчонка, которая сдала экзамен по защите от темных искусств со шпаргалкой. Волна отступила, оставив после себя ледяную пустыню. Кажется, на первом курсе кто-то фантазировал, что я — дочь Волдеморта? Жаль, что я себя ей не чувствовала.

— Оставайся с ним и постарайся незаметно помочь. Как только Треверс окажется на свободе, будешь свободна сама.

Я осталась без фамилиара. Ладно, это еще полбеды. Сейчас мне нужно как можно скорее добраться до госпожи Риббит. Я не позволю мучить Слугу, и старухе придется мне в этом помочь.

* * *

— Бабка, отдай Треверса. — Старуха злобно покосилась на меня. — Давай-давай, ты даже не знаешь, где он. Я четыре года на тебя пахала, я тебя на ноги поставила, ты на меня свой дар сгрузить собираешься, не все тебе халява. Не отдашь, уйду жить на маггловскую помойку, сломаю свою палочку и поминай, как звали. Не веришь? — Я подняла свою волшебную палочку и с треском разломила ее пополам.

Госпожа Риббит, которая до этого насмешливо глядела на меня, выпучила глаза и открыла рот в немом изумлении. Отказываться от магии? Вот так просто? Конечно, в их традиционном устаревшем обществе так было не принято, но как еще мне убедить ее в серьезности своих намерений.

— Да на кой он тебе? Он же сбег давно.

— Люблю-не могу, замуж хочу, — фыркнула я. Наверное, в моем взгляде было что-то такое, что ведьма молча сняла с пальца перстень и отдала мне.

— Считай это подарком на шестнадцатилетие. Деньги на новую палочку, надеюсь, у тебя есть.

Носить на пальце перстень было все равно, что держать в руках живое, бьющееся сердце. Власть немного опьяняла, но остатков решимости хватило, чтобы прошептать: «Я отпускаю тебя». Магический артефакт исчез. Я расплакалась.

Но всего этого оказалось недостаточно — Треверс так и не обьявился.

* * *

Эту статью в «Ежедневном пророке» я прочла с интересом. Писали про Поттера, надежду всей магической Британии. Точнее, о назначении его начальником аврората. Раньше... Раньше мне всегда было пофиг на магический мир — он меня отверг. Я думала, что со своей магией я проживу счастливо и беззаботно среди магглов, плевать, кто и что обо мне думает. Устроюсь в тепленькое местечко, подальше от министерства, заработаю денег.

Почему эта история с Зомби так зацепила меня, я не знала, но любое упоминание Треверса поднимало в моей душе холодную волну злости. Он был жив. Он был здесь. Его украли, спрятали и используют в своих целях. Просто воплощенная несправедливость. Да, меня волнует именно несправедливость!

Я решила написать Поттеру.

И я даже знала, как добиться того, чтобы именно мое письмо прочли. Была у меня сумасшедшая сова, которую я купила еще на первом курсе. Она ухитрялась выбивать головой стекла, так что мне пришлось купить ей шлем, а еще на Рождество я покрасила бедную птицу в розовый цвет. Очень полезное создание: одним своим видом она лечила маггловских алкоголиков от запоя. Когда ко мне попыталось пристать министерство, я спросила, в чем они видят состав преступления? Чтобы покрасить сову и надеть ей на голову шлем, формально волшебства не нужно.

Короче я написала магическому мальчику душераздирающее письмо с просьбой о помощи. Человека похитили!

И подпись: Ариадна Квирелл.

Ну просто на деревню к дедушке.

Приняли меня быстро, прямо на следующий день. И Треверс Поттера интересовал мало — этого параноика интересовала я. Он реально думал, что я дочь Того-кого-нельзя-а-потом-оказалось-можно. Вот так прямо сразу. Потому что, как выяснилось, мой одержимый папашка 16 лет назад преподавал в Хогвартсе и Этот-Который сидел у него в голове. Или не только в голове? Извращенцы аврорские….

— Как вы узнали, что вы волшебница?

Я подцепила из вазочки лимонную дольку. Она плохо сочеталась с жвачкой в моем рту, но мне просто необходима была пауза. Говорить правду или нет? Все последние дни я как беговая лошадь неслась галопом, не думая, кому что пишу, с кем о чем говорю и что ем. А, Мерлин с ним, расскажу.

— Самых первых выбросов я не помню. Знаю только, что меня забрали в приют, когда спилась моя мама, через три года после исчезновения папы. А еще через три года ко мне пришел странный человек. Сейчас я думаю, он был волшебником. Он был довольно стремный: весь в черном, с колючим взглядом, огромным носом, и еще волосами такими, ну знаете…

— Сальными?

— Точно. Все расспрашивал про меня. Я не хотела ему отвечать. Ушла в свою комнату, а замок на двери испарился. Пришлось снимать с петель. Но потом еще шесть лет ничего не было. Никаких странностей. Ну, разве что со змеями говорила.

Что-то мне взгляд Поттера не нравился. Видно, из кабинета я так просто не выйду.

— Знакомый ваш что ли? Вы меня извините, но я пришла по поводу другого человека.

— Вас четыре года это не волновало.

— Аврорат тоже. И, если уж начистоту, никому особо ничего не угрожало. Давайте так: если хотите, чтобы я была под наблюдением, дайте мне работу.

— Мисс Квирелл, я не могу устроить вас работать в министерство. А даже если бы мог — не стал бы.

— Потому что верите, что я дочь Волдеморта. И верите, что могу пойти по его стопам. Без его харизмы, без образования и кучи талантов, которыми он был одарен. Со сломанной волшебной палкой от Киделла. Хорошо. Допустим. Пустите меня работать в магазин приколов к Уизли, — я нахально подмигнула, — в конце-концов я знаю Джорджа. И помогите мне найти Кастора, честное слово, он не Пожиратель смерти и не мой сообщник в, э-э-э-э, преступлениях.

* * *

Домой я возвращалась на ватных ногах. Мы проболтали с Поттером четыре часа, но смогли договориться. Они помогут найти Треверса. Я обязуюсь раз в неделю отчитываться перед Поттером лично до тех пор, пока он не убедится, что я не опасна для общества.

Неожиданно что-то кольнуло меня в области груди. По венам словно начали разливаться чернила. Ноги подкосились и я упала на землю. Будь я в Косом, ко мне бы уже подбежали, но здесь, в Лютном, никто даже не обратил внимания. Мало ли, наркоманка какая.

Дар перешел ко мне. Значит, бабка мертва. Почему так невовремя?

В полузабытьи я почувствовала, как меня подхватили под мышки и куда-то поволокли.

* * *

В нос ударил запах сырого мяса. Темная магия отпустила меня, вернув силы и ощущение полета высоко над землей. Я летела над в компании пары вонючих дуболомов в каком-то странном транспортном средстве — не то автомобиле, не то карете. Во всяком случае, лошадей я не видела. Оборотни! И что им от меня понадобилось?

— А старуха Риббит была не так проста. Удалось собрать целых два ингредиента из трех. Сивый будет доволен.

— Какие ингредиенты?! — Я принялась отчаянно брыкаться, но маг держал меня крепко. Хотя какой он маг, блохастая тварь. — Вы хоть знаете, что мой папашка Волдеморт? Хоть пальцем меня тронете, он вас с того света достанет.

— Молчи, девка, твой отец мертвее всех мертвых. Но ритуал, с помощью которого он вернул тело, мы используем. Будешь хорошо себя вести, отрежем только одну ногу. А нет — все четыре конечности оторвем.

Блин, чего же все так плохо? Я затихла и постаралась оглядеться по сторонам.

Нас сильно тряхнуло. Один раз, потом другой. За окном вспыхнула яркое пламя. Один из мужчин смачно выругался. Мне показалось, что кто-то из моих похитителей прошептал "Авроры Поттера!"

Я не стала ждать исхода схватки. Вместо этого я укусила держащего меня мужчину, выбросила руки вперед, заорала "Авада Кедавра" и, воспользовавшись секундным замешательством, пока до моих похититель доходило, что палочки у меня нет, вывалилась из кареты.

Я не думала о том, что могу разбиться. Воздух принял меня в свои объятья. Где-то далеко внизу пестрым платком развернулся маггловский Лондон. Вверху авроры как светлячки вертелись вокруг черного пятна кареты. "Она кусала оборотней и швырялась непростительными"! Папашка Реддл мог бы мной гордиться. Теперь со спокойной душой можно было падать и падать, но гравитация, похоже, не спешила заявлять на меня свои права.

По мере того как ветер окутывал меня теплым коконом, чтобы плавно опустить на землю, мой восторженный визг перешел в удивленное хмыкание. Ходили слухи, что Волдеморт умел летать без метлы. Насвистывая, я пошла искать ближайшее метро.

* * *

P.S.

Как оказалось, Фенрир Сивый оставил крестраж и кто-то из его «духовных детей» решил использовать ритуал с кровью врага, плотью слуги и костью отца, чтобы вернуть вожака назад. Кажется, прах моего папашки никогда не устанут перетрясать, чтобы получить новую легенду на свою голову.

От дара некромантии пришлось отказаться: невыразимцы изъяли его у меня в коробочку, которую унесли с собой. Отлично, не придется думать, куда его передать.

Поттер помог с похоронами госпожи Риббит, а я переехала на чердак на Косой аллее позади министерства, не желая оставаться в Лютном.

Меня с довольно неплохими СОВами действительно взяли работать к Уизли старшим помощником младшего дворника, но даже моя совунья пользуется там большим уважением, чем я.

Раз в неделю, как и договаривались, отчитываюсь всеподозревающему Поттеру. Иногда, чтобы позлить его, на змеином языке.

Треверс... До сегодняшнего вечера я не знала где он. Пока в дверь не постучали. Пока я не открыла.

— Как ты нашел меня?

— Ты лучше снова спроси, что «они» мне предложили.