Книга Перемен (джен)

Зима пятьдесят второго в Хогвартсе выдалась суматошной. Множество мелочей захлестнули школу и учителей, так что Том был готов использовать любой шанс развеяться...

И поэтому он сейчас торчал в заброшенном подвале на окраине Белфаста в компании Майкла Коллинза и пытался понять, что же всё это значит.

Нарисованная свинцовым суриком «магическая» фигура отношения к магии не имела никакого — но оставался вопрос, кто и зачем её нарисовал. По мнению Тома — задача для магловской полиции, и привлекать к ней сразу двух преподавателей Хогвартса смысла не имело... Но других знатоков оккультизма в распоряжении полиции Белфаста не имелось.

— По-моему, — подвёл итог Том, — это кто-то из последователей Кроули. Та ещё шушера... Но ничего серьёзнее аморального поведения вы на них не повесите. Они, конечно, придурки, извращенцы и наркоманы — но и только.

— Ясно... — констебль облегчённо вздохнул. — Спасибо за консультацию, капитан.

— Не за что, сержант, сослуживцам, хоть и бывшим, я всегда стараюсь помогать. К тому же у меня самого здесь дела, так что... — Том отмахнулся. — В общем, пустяки.

Дело у Тома действительно было — не особенно срочное, но из тех, что лучше сделать сильно заранее: Хогвартсу требовался новый преподаватель.

Кассандра Ваблатски решила уйти в отставку — хорошо хоть, не прямо сейчас, а летом. За полгода замена уж точно найдётся, тем более, что кандидат на примете имелся — и ради него они в Белфаст и отправились.

Сидней Дэвидсон был личностью, известной широко, но как-то неопределённо. Чаще всего вспоминали про его эксперименты с ясновидением, один из которых даже стал известен маглам, но почти никто не знал о его настоящей... не цели даже, а мечте. А мечтал он — ни много, ни мало — объединить магию и магловскую науку. Как именно — не понимал никто, кроме него самого да нескольких маглов — Альберта Эйнштейна, например. Ещё он был мастером ясновидения, и это было главным аргументом уже для Дамблдора...

Дверь распахнулась за секунду до того, как Том коснулся звонка.

— Добро пожаловать, — произнёс благообразный пожилой джентльмен, одетый несколько старомодно, но весьма элегантно. — Боже, Майкл, ты окончательно стал похож на сказочного колдуна!

— Ну а на кого ещё мне походить? — хмыкнул Коллинз. — Позволь представить тебе капитана Томаса Риддла — уверен, ты о нём слышал… а о тебе я рассказал немало интересного.

— Действительно, наслышан, — Дэвидсон пожал Тому руку. — Проходите, чай готов.

Внутри дом оказался точно таким же, как и его хозяин — старомодным, но крепким, да к тому же снабжённым всеми современными удобствами — магл и не заметит ничего необычного…

— Да, — кивнул Дэвидсон, правильно поняв его взгляд, — стараюсь соответствовать… Хотя, полагаю, мои магловские знакомые давно уже догадались, что я не обычный человек, но если и так — они тактично молчат. Значит, хотите позвать меня в Хогвартс преподавать?

— Если ты всё знаешь наперёд, то зачем спрашиваешь? — хмыкнул Коллинз.

— Майкл, сколько раз я говорил тебе — будущее не предопределено? — вздохнул Дэвидсон. — Да, есть некоторые моменты, которых не избежать, но есть ключевые точки, где минимальное воздействие может всё радикально поменять — и тогда пророчество становится ложным... А ясновидение вообще не об этом.

— А твоё преподавание в Хогвартсе является неизбежным? — спросил Коллинз, отпивая чай.

— Я слишком много знаю, чтобы держать всё это при себе, — усмехнулся Дэвидсон. — А ещё, я тебя уверяю — несколько сотен учеников менее разрушительны, чем десяток правнуков.

Допив чай и распрощавшись с ясновидцем, волшебники расстались — Коллинз возвращался в Хогвартс, а у Тома было в Белфасте ещё одно дело. Личное... Или, вернее, семейное. И даже ничуточки не служебное. Просто поговорить с одним человеком, прояснить пару моментов...

Приличный, хотя и не слишком дорогой ресторан — вполне подходящее место для таможенного инспектора, равно как и для армейского капитана. Тем более, что в ресторане всегда имелся специальный «конторский ланч» — сытный, быстрый и недорогой, специально для портовых служащих. А потому ни на завсегдатая инспектора, ни на капитана никто не обратил внимания...

— Инспектор Брэдли?

— Мы знакомы? — чиновник отложил вилку и промокнул усы салфеткой.

— Заочно, — Том перелистал меню. — Кстати, что порекомендуете? Хотелось бы перекусить между деловыми встречами и деловым же обедом...

— Пирог — любой, они здесь все хороши, и фирменный чай. Итак, мистер...

— Аткинс.

— Хм... Так что же нужно нашей доблестной армии от скромного чиновника?

Сделав заказ, Том ответил:

— Я здесь исключительно частным образом, по просьбе старых друзей... Которых беспокоит задержка «Хоакина Мурьеты».

— Сэр, — проникновенно заявил Брэдли, — я человек незлой, и не стану поднимать шум из-за неучтённого ящика. Все мы люди, все, бывает, ошибаемся, но ошибку можно исправить, и я всегда готов в этом помочь... Но когда этих ящиков пара десятков — это, согласитесь, дело совсем другое! Тут, как говорит наука, количество переходит в качество!

— Хм... — задумчиво протянул Том. — А ведь вы приняли на себя определённые обязательства...

— И не отказываюсь от них! Пока не отказываюсь, но ваши друзья уж слишком невнимательны...

Жадный мерзавец прямо-таки напрашивался на «Круциатус», но увы — слишком уж много свидетелей. Впрочем, есть вещи, ничуть не менее болезненные... И при этом с виду совершенно безобидные.

Том достал из нагрудного кармана фотографию и положил на стол.

— Занимательный документ, не правда ли? Имя ваше, а сумма... Очень недурная сумма, почти что ваш оклад за год. И второе имя весьма интересное, весьма... Право же, инспектор, не стоит хранить подобные документы, хотя вас можно понять — вы хотели гарантий... Но не учли, что раскаяние облегчает не только муки совести.

О том, что веритрасеум действует и на маглов, Том, естественно, говорить не стал. Всё равно собеседник не поймёт...

— Так как, инспектор? — продолжил Том, когда пауза затянулась. — Когда «Хоакин Мурьета» покинет порт?

— По расписанию, — процедил Брэдли. Выбора ему не оставили — любой из подкупленных чинуш сдаст его моментально и с потрохами, а дальше следствие заинтересует не подкуп, а наличие денег на него...

Ну а пока Брэдли останется на свободе, а сухогруз отправится в Таиланд... И в результате сложных дипломатических игр усиленный ведьмаками отряд SAS ликвидирует во Вьетнаме ковен чернокнижников. Французских чернокнижников, следует заметить, причём засевших на подконтрольной повстанцам территории. Обращаться к французам поэтому смысла не было, русские заявили, что Хо Ши Мину эти колдуны не мешают, помощи он не просил, а лезть не в своё дело с дубиной наперевес в СССР не принято... А то, что проклятия этих чернокнижников достают аж до Сингапура — это проблема англичан, и только. Пришлось договариваться с вьетнамцами... Потому что действовать в привычном стиле не было ни сил, ни денег, и — чёрт возьми — пришлось договариваться с вьетнамцами, чтобы отряд хотя бы пропустили... И платить. И не только вьетнамцам, для которых и предназначался груз оружия и взрывчатки, но и, к примеру, скромной домохозяйке Глинде Риддл. Супруге не менее скромного офицера и джентльмена Томаса Риддла...

Все эти рассуждения ничуть не испортили Тому аппетит, тем более, что таможенник не соврал — пирог и чай были отменными. Не бросать же их ради того, чтобы вернуться на работу чуть раньше?

— Мине кажется, шо эта птичка имеет сделать нам головную боль на весь тухес, — громким шёпотом заметил Шнеерсон, проводив взглядом влетевшего в Большой зал ворона.

Том с ним был полностью — ворон с чёрным конвертом мог прилететь к Слагхорну с единственным известием...

Слагхорн же, прочитав письмо, встал, коснулся палочкой горла и объявил:

— Леди и джентльмены! Король умер! Да здравствует королева!

— Да здравствует королева! — хором повторили ученики и преподаватели. Домовики, не дожидаясь команды, уже разносили поминальные кубки и разливали вино, Дамблдор печально-торжественно поблёскивал очками... Но думал явно о том же, что и Том — о куче проблем, которая ожидает Хогвартс.

И все они, в итоге, сводились к одному — Горацию Слагхорну.

От Хогвартса требовалось немногое — только повесить в Большом зале траурный портрет да прислать на похороны кого-нибудь из деканов... Но Слагхорн состоял в свите принцессы Елизаветы и явно останется в свите королевы... А значит, выпадает из игры до коронации, и это самое меньшее. Ну а если королева его не отпустит и после коронации — а она наверняка так и сделает — в Хогвартсе Гораций будет появляться разве что по праздникам.

— Внимание! — объявил Дамблдор. — На сегодня занятия отменяются. Старосты, организуйте траурное убранство в гостиных. Всем преподавателям собраться сразу после завтрака.

Дамблдор посмотрел на Слагхорна, покачал головой и произнёс:

— Да, Гораций, задали вы нам задачку... Что ж, коллеги, не будем терять время. Пока что ваше место остаётся за вами, но, как я понимаю, вы уже не вернётесь?

— Как пожелает Её Величество... Но намёки такие были, — кивнул Слагхорн.

— Может, вы хотели бы видеть своим преемником кого-то конкретного? — осведомился Дамблдор. У него, разумеется, кандидат имелся... Вот только слово уходящего учителя по правилам Хогвартса — решающее. И если он кого-то называл — этот человек и занимал его место без обсуждения, если же нет — вопрос решал директор с согласия всех деканов. И теперь, если Слагхорн не подведёт...

Слагхорн не подвёл.

— Томас Риддл, — объявил он.

Вряд ли Дамблдору это пришлось по вкусу, но он этого никак не проявил.

— Том, вы согласны?

— Ну а куда я денусь? — ухмыльнулся Том. — Разумеется, согласен.

— Вот и отлично, — Слагхорн выбрался из-за стола. — А теперь позвольте откланяться.

Проводив бывшего заместителя взглядом, Дамблдор покачал головой, разлил чай и только тогда заговорил:

— Преподавателя зельеварения у нас тоже нет, и это — действительно проблема. Мастеров зельеварения и алхимии вообще немного, а таких, кто согласится пойти работать преподавателем в Хогвартс, я лично вообще не знаю...

— А нам пока и не нужен Мастер, — Том поставил чашку на стол. — Формально Гораций всё ещё в штате, а следовательно, нам сейчас нужен временный преподаватель... На которого это требование не распространяется. Достаточно квалификации... И, как все уже догадались, такой человек у меня на примете есть.

— И кто же?

— Эйлин Филч. В её квалификации можно не сомневаться — я ручаюсь, что она достаточно высока, тем более, что она из Принцев... И, по большому счёту, Мастерство может получить в любой момент.

— А ведь и верно, — Дамблдор блеснул очками, — правда, о её собственных разработках я не слышал...

— И не услышите ближайшие лет пятьдесят — там всё под грифом, — хмыкнул Том. — Гильдии, скорее всего, придётся обойтись письмом от королевы. Но с этим спешить некуда...

— Поговорите с ней? — Дамблдор снова разлил чай. — Вы же, если не ошибаюсь, соседи?..

— Не ошибаетесь, — кивнул Том. — Поговорю сегодня же. Если всё пройдёт гладко, уже завтра у нас будет новый учитель.

— Преподавать в Хогвартсе?! Конечно же, согласна! — как Том и ожидал, Эйлин согласилась моментально. Да и кто бы на её месте не согласился? Даже месяц работы вне штата в Хогвартсе стоил десятка рекомендательных писем...

— Когда сможете приступить?

— Хоть завтра, — Эйлин похлопала по лежащему на столе справочнику. — Методические указания у меня есть, так что могу даже комиссии из Министерства не бояться... А зелья у Принцев вместо крови.

Действительно, если и существовали какие-то родовые способности, то это — талант Принцев в алхимии. Конечно, такого уровня могли добиться и другие… Вот только на то, что у Принца получалось интуитивно, другой тратил многие годы.

— Значит, завтра, — Том поставил чашку на стол. — Или вам всё-таки нужно время?

— Основное готово, а все мелочи я могу и по ходу работы решить.

— А справишься? — спросил Филч. — Вот так, с места в карьер…

— Без тебя — нет, конечно, — улыбнулась Эйлин.

Гостей Том не ждал, тем более этих — он вообще считал, что Бесхвостый Джеки отдыхает в Лас-Вегасе. Он там и отдыхал… Женившись — наконец-то — на Кэролайн и устроив медовый месяц. Но, похоже, им там наскучило... Или случилось что-нибудь неприятное.

— Я, конечно, рад тебя видеть, но что заставило тебя прервать отпуск? — осведомился Том.

— Лас-Вегас надоел, — фыркнул Джеки. — Нет, ну правда — просаживать состояние в казино — так его у меня нет, пить — так я хоть и оборотень, но этак никакой печени не хватит, бордели мне, сам понимаешь, не нужны... Ну шоу разные можно посмотреть, но тоже далеко не всё интересно. Магическую защиту казино изучать нельзя — вот тоже, кстати, минус... Но я тебе одну бумажку привёз — думаю, ты оценишь.

Том развернул лист обыкновенной бумаги. «Мы, народ Соединённых Штатов...» — это можно пропустить, хотя для американцев намёк очевидный. А вот и суть: «...требуем отмены Закона Раппопорт, как утратившего значение. Необходимый в свою эпоху, в наши дни он лишь препятствует свободному развитию волшебного общества, при том, что маглы не стоят на месте и уже сейчас способны на многое, считавшееся некогда доступным лишь волшебникам. Такая ситуация неизбежно ведёт к тому, что уже к началу следующего столетия поддержание Статута в его нынешней форме станет невозможным», — Том остановился, посмотрел на Джеки и высказался:

— Мерлин, Мордред и Моргана! А я что твержу уже скоро десять лет?!

— Ну, получается, не ты один такой умный, — заметил Джеки. — Вообще, янки — ребята хваткие, если где учуяли выгоду — ни за что не отпустят. А тут выгода понятна — сам знаешь, сколько там через маглов идёт, а ещё индейцы, которым на всё плевать, а ещё вуду и прочие чёрные, которые вообще про Статут и не вспоминают…

— М-да… — Том ещё раз перечитал листовку. Что ж, обычно армейскому капитану нет смысла всерьёз заниматься политикой, но заместитель директора Хогвартса и декан Слизерина — другое дело. И уж тем более в политике должен ориентироваться диверсант — просто чтобы понимать, кого и когда нужно убрать для идеального результата… И всё, что Тому было известно, однозначно говорило: закон Раппопорт протянет ещё лет двадцать, постепенно перестав применяться. Позиции традиционалистов слишком сильны… Но кто-то решил под них копать — совершенно неожиданно и очень активно. Кто и зачем? Хороший вопрос… И Том, по крайней мере, знал, кому его задать. А там уже пусть разбираются, что всё это значит и как повлияет на внешнюю политику…

— Да и чёрт с ними! — Джеки хлопнул по столу. — Пусть сами разбираются, а мы, вообще-то, вчетвером приехали!..

— В смысле?

— В том самом, — оборотень погладил живот жены. — Двойняшки, как ты понимаешь...

— Соболезную, — ухмыльнулся Том. — У меня и от одного голова кругом, а ещё и второй намечается...

— Ого, поздравляю! И когда?

— В начале октября или, может, в последних числах сентября. В Мунго считают, что на этот раз будет девочка...

— Ну что тут скажешь? — Джеки пожал плечами. — Ещё раз поздравляю... А насчёт бумажки держи в курсе, ладно? Не хотелось бы всю движуху пропустить...

— Не сказал бы, что это такая уж неожиданность... — задумчиво протянул Прюэтт, разгладив листовку. — Но да, наши аналитики считали, что это начнётся позже. Не знаете, много там такого?

— Не знаю, сэр. Попробовать выяснить?

— Если сможете без лишних телодвижений — буду весьма благодарен, — Прюэтт кивнул. — Вам ещё Хогвартс на похоронах представлять... Вы с церемониалом знакомы?

— В общих чертах, сэр.

— Ясно... — Прюэтт протянул ему папку. — Ознакомьтесь, здесь всё необходимое. Ничего сложного, но есть довольно много нюансов, так что советую потренироваться — три дня у вас есть.

— Так точно, сэр. — Том забрал папку. — Разрешите выполнять?

— Вольно, капитан.

Папка оказалась очень интересной...

Отличия были невелики — но живо заставляли вспомнить похабный анекдот Валентайна про нюанс. Не зная, можно было попасть в крайне неприятную ситуацию... Но теперь ему это не грозит. Времени на подготовку, конечно, хотелось бы побольше — ну да времени и патронов всегда мало, справится. Только надо кому-нибудь из американских знакомых написать — поинтересоваться, что у них там творится и правда ли решили пересмотреть Статут?..