Не раб (джен)

— Мне нужен новый гипердрайв на королевскую яхту H3000.

— Четыре тысячи пегаттов.

— У меня только двадцать тысяч республиканских кредитов.

— Республиканские кредиты? Они здесь бесполезны.

— Вы их возьмёте.

— Не возьму. И не машите рукой как джедай какой-то.

— Хорошо, у меня есть под, я ставлю его против Шми и Энакина на гонках Бунта Ив.

— Против людей? Вы в своём уме? Они же не вещи.

— Я думал, они рабы.

— Больше Шми слушайте. Ну какое рабство? Мы ж не дикари какие. Вот только водятся в секторе извращенцы, которые сами хотят играть рабов. Но если такого «раба» убить, то «хозяину» придётся считать везением казнь. И не важно, было ли убийство «раба» мгновенным или растянутым, мучительным или безболезненным, даже если «раб» умрёт, не выдержав пыток, то накажут «хозяина». Это всё равно убийство, а убийцам у нас лёгкий испуг на костре блаженством кажется. В каждом случае есть чёткие рамки, оговариваемые официально. Потом можно передумать и столь же официально установить новые рамки. Не выходишь за рамки — никаких претензий. И «хозяин» от бесчестья «раба» тоже защищён: если сначала «раб» что-то разрешит, а потом на это же и пожалуется в полицию, то уже «рабу» придётся за клевету отвечать. А вот если «раб» пожалуется на реальный выход за рамки, то отвечать за издевательства будет «хозяин». Не пожалуется — на свой страх и риск можно. Но если пожалуется, то придётся отвечать. И если «хозяин» вякнет о владении разумным, то «хозяину» же ещё и добавят. А если докажут рабовладение, то вот тогда и начинается настоящее легальное рабство. Только рабом, легальным и настоящим, своего незаконно порабощённого и освобождённого полицией раба становится хозяин. И с ним бывший раб действительно может делать всё, что угодно. Даже продать или проиграть. Кстати, дети и даже подростки играть рабов не могут. Хозяев могут, рабов — нет. И развращать их нельзя в любом случае, никаких постельных поползновений. Но Шми как раз извращенка. Причём, одна из самых здравых: даже шлёпать себя по-настоящему она не разрешила, я могу только рисовать на ней шрамы и синяки и имитировать битьё и зажимы проекцией. А некоторые сами просят по-настоящему. И бить, а не шлёпать.

— И хатты смогли навести в этом порядок? При их взяточничестве?

— Хатты больше всех ржут с этого дурдома. Хоть и не лошади. И взятки у них тоже игровые. Любой желающий отблагодарить начальника может бесплатно под обязательство вернуть всю сумму взять в банке приколов специальные банкноты, которыми и платится «взятка», а потом её получатель возвращает всю сумму обратно в банк приколов. Если не вернуть, то придётся оплатить как полиграфическую продукцию, но уже обычными деньгами. Не по курсу один босскоин за столько-то пеггатов как валюту, а как полиграфическую продукцию, одна банкнота за такую-то сумму в зависимости от размера и качества, но не от номинала. Причем, если босскоины использованы, то оплачивает их получатель, передача каждой банкноты объективно фиксируется. Возвращают не все, некоторые как раз покупают босскоины, из чего и формируется доход банка приколов. Но покупать босскоины для «взятки» заранее нельзя, это будет расценено как взятка «борзыми щенками», а за настоящие взятки наказывают. Причём, и за вымогательство взятки, и за её дачу. Оплатить босскоины должен тот, у кого они останутся. И только после их получения.

— То есть Энакин свободен и может лететь со мной?

— Энакин свободен, но один он никуда не полетит, он же ребёнок. Даже на гонке он пока может быть только зрителем, а легально водить свой под не может вообще. Шми же просто так тоже не полетит, она «стоит» двадцать тысяч босскоинов из банка приколов, а потом Вы ещё должны будете оформить с ней новый договор на ваши игрища, старый же будет официально анулирован. Можно сразу анулировать и новый, но старый договор требует сначала обставить всё как её покупку и заключить новый. И вот после этого можете везти их куда угодно. Кстати, ни девушки, ни юноша, прилетевшие с Вами, участвовать в гонке тоже не могут по возрасту. Слишком это занятие опасно. Вы можете, если Энакин действительно одолжил Вам под. Вам по возрасту позволено рисковать жизнью и здоровьем добровольно, но если Вы не возражаете убиться, то делайте это самостоятельно. Им в хаттском секторе — пока нет. Если выиграете, то получите приз — пятнадцать тысяч пеггатов, а если раздолбаете под, то возмещайте его утрату Энакину.

— Вот блин!