S.T.A.L.K.E.R. На Исходную. (джен)

— Рус, ты не занят?

— Нет, Сергей Александрович.

— Хорошо. Зайди ко мне, пожалуйста. Есть дело, очень серьезное.

— Есть.

Молодой человек встал из-за стола и направился в кабинет начальника.

Он догадывался, насчет чего его позовут.

Недавно он с группой вернулись с Донбасса, где они проводили диверсионные операции на стороне ополченцев. Оборона Славянска, во время которой силами семерых его ребят были уничтожены крупные силы укровоенных, диверсия в военкомате в Харькове, уничтожение диверсантов в Донецке, убийство предателей в Луганской республике, а также участие в военных действиях против ВСУ — их группа много дел наделала за полгода, сама, без приказа. И за такую самоволку надо было отвечать…

Рус подошел к двери начальника, вздохнул, постучался и открыл дверь.

— Вызывали? — спросил он.

Сергей Александрович Ровенский, начальник подразделения «Медведь», в котором числился Рус и его группа, сидел за столом.

— Да, садись, — ответил он, указав на стул.

Рус сел.

— Если вы насчет того, что было на Донбассе, — начал он. — То повторюсь, инициатива исключительно моя. Парни действовали по моему приказу…

— Я вас не за этим сюда прислал, Алекс, — прервал его Ровенский. — Насчет ваших проделок — вопрос уже решен. Но об этом потом. Так вот, я вас позвал по иному поводу.

Насколько мне известно, в две тысячи шестом вы были в Зоне Отчуждения. Это так?

— Все верно. Но причем тут Зона?

— Вы вряд ли в курсе, что там произошло месяц назад.

— Некогда было, сами понимаете.

— Да уж, понимаю. Так вот, месяц назад в Зоне начались странные, печальные и ужасные события…

Одна из крупнейших группировок Зоны — Альянс — пала. На их базу произошла мощная атака монстров и всякой нечисти. Часть группы эвакуировалась в Предбанник. Судьба остальных неизвестна. Известно то, что во время обороны базы несколько раз были вспышки белого света, после каждой из которых часть людей исчезала.

Теперь ближе к делу.

Неделю назад в Зону прибыл немецкий журналист Герман Шварц. Он хотел сделать репортаж новой Зоны. Но он исчез странным образом. По словам нашего наблюдателя, он исчез в вспышке яркого света. Нет, это был не взрыв.

— Где это произошло? — спросил Рус.

— В Восточной Припяти.

— Далеко забрался.

— Немцы обеспокоены исчезновением их гражданина. Обратились к СБУ, а те винят нас во всех грехах. Немецкие службы безопасности попросили нас помочь найти их журналиста, аргументируя, что в отличие от СБУ, мы «настоящие спецслужбы, не то что эти майдановские».

— Льстецы.

— Да, не без этого. Но тут еще и наша вина присутствует. Немцам невдомек, что в далеком девяносто втором мы грубо взяли под свой контроль эту территорию. И держим до сих пор. Хоть на территории Зоны находятся части ВСУ, формально границы Зоны и ЧАЭС под нашим контролем.

В общем, надо найти этого парня. У вас, Рус, хорошая репутация агента, вы бывший сталкер, единственный в нашем подразделении. Вы согласны?

— У меня есть выбор?

— Есть. Дело рисковое, но у нас нет альтернативы вам. Поэтому я очень надеюсь, что вы согласитесь.

Рус подумал.

— Хорошо, я согласен, — сказал он.

— Я рад, — сказал Ровенский. — Но прежде — советую вам пообщаться с нашим наблюдателем из Зоны. Мы вызвали его сюда, чтобы он все рассказал вам. Он попросил пообщаться с агентом, взявшем это задание наедине. В комнате без окон и прослушки. Видимо, чего-то боится. Я намерен его просьбу удовлетворить.

— Когда я с ним увижусь? — спросил Рус.

— Завтра. А пока вы свободны. Отдохните, соберитесь с мыслями, выспитесь и завтра утром, часов в девять утра, он будет ждать вас.

— Хорошо. До встречи, — Рус встал и вышел из кабинета.