Марионетка (гет)

Был заливистым смех кокетки,

Глаз не прятала, словом жгла,

Пока кожа не знала метки,

Пока кровь не чернила мгла.

Неприступной была и вольной,

Покоряла на спор сердца,

Зрила в души... Не знала только

Острых линий его лица.

В зал вошел. В каждом жесте сила.

Обронил в чей-то адрес: "Глуп".

Льдистых глаз синева манила

И насмешливый обрис губ.

Жадно речи его ловила,

Глас холодный свивался в нить.

Сердце сладостно зачастило:

"Пусть захочет меня пленить!"

Бриллианты похвал копила,

Презирала и боль, и страх.

И зеленым лучом разила

С его именем на устах.

Ошибалась — он был с ней... строгим,

Но с губы искусанной кровь

Поцелуем снимал. О, боги!..

Только вслух запрещал любовь.

Не взывала о большей чести,

Не жена, так у ног — раба,

Задыхаясь от жажды мести,

Проклинала его врага.

Кто пред нею? Старик? Подросток?

Различать стало недосуг.

Крики жертв заросли коростой,

Слышен ей только пульса стук.

В круговерти последней схватки

С ним стояла плечом к плечу.

Смерть — пустяк, но как в лихорадке

Мчалась наперерез лучу.

Дух бесплотен, бессильны руки,

Как не дать ему умереть?

Не представить страшнее муки,

Чем кончину его узреть.

Заметалась, волчицей воя,

Призывая древних божеств.

Но в ответ только волны зноя

И высокий могильный шест.

В утешенье молила о встрече -

Скоротать с ним забвенья век.

Пустотой наливался вечер,

Ее мир угасал и мерк.

Жгучи слезы марионетки.

Нитей порванных горек прах.

Лабиринтами темной метки

Ей одной уходить во мрак.