Приговоренные друг к другу (гет)

— Имя? — осведомился гоблин-охранник скрипучим голосом.

— Флёр Делакур.

В голове вейлы мелькнула мысль, что все гоблины, работающие на верхних уровнях, со временем становятся похожими друг на друга — грубые и неразговорчивые, с хмурыми озлобленными лицами.

«Глядя на них, можно подумать, что они вынуждены носить башмаки на два размера меньше и вдобавок страдают от несварения желудка».

— Цель визита?

— Собеседование.

Только теперь в глубоко посаженных глазах гоблина промелькнула тень интереса.

— Вакансия?

— Разрушитель проклятий.

Многие британские волшебники считали работу на гоблинов ниже своего достоинства. Флёр, разумеется, не разделяла подобных предубеждений. Но в ксенофобии британцев были и свои плюсы — здесь у неё было больше возможностей сделать карьеру, чем во французском отделении Гринготтса.

— Следуйте за мной, — проскрипел охранник.

Ещё одним плюсом работы на гоблинов было отсутствие волокиты. Пытайся Флёр устроиться на работу в Министерство магии, ей пришлось бы обежать два десятка кабинетов, да ещё по нескольку раз. В Гринготтсе достаточно было предъявить рекомендательное письмо от сертифицированного разрушителя проклятий, пройти медосмотр и собеседование. Рекомендателем в её случае выступил Билл Уизли. Медосмотр она тоже прошла благополучно — пожилой гоблин-целитель с милейшим прозвищем Гроботёс так и не нашёл, к чему придраться. Оставалось только собеседование.

— Триумвират прибудет через два оборота часов. Ждите.

Минуты ожидания в приёмной казались ей вечностью. Вейла всё больше нервничала, её первоначальная бравада испарилась, как туман под утренним солнцем. Призвав на помощь окклюменцию, Флёр старалась казаться невозмутимой.

«Никуда не годится, если я расклеюсь ещё до собеседования».

Солнечный кристалл над дверью в офис на мгновение вспыхнул.

— Вас ждут. Можете заходить.

* * *

Участь Флёр решала комиссия из трёх гоблинов. Старший администратор Чернопал, Плоскозуб из службы охраны и её старый знакомый Гроботёс.

Собеседование тянулось уже несколько часов. Казалось, гоблинов интересовало буквально всё — её первые детские выбросы, впечатления от заграничных поездок, любимые и нелюбимые предметы в Шармбатоне, предпочтительные места для отдыха летом, отношение к другим магическим расам и к возможной работе с ними (Флёр честно предупредила, что работать в одной команде с мерроу и селки не сможет).

Особенно много расспросов было о Турнире Трёх Волшебников. В первую очередь тройку гоблинов интересовали результаты последнего испытания. Было очевидно, что к официальной позиции Министра Фаджа в Гринготтсе относятся более чем скептически.

Когда гоблины вытащили из неё всё возможное и невозможное о Турнире, остальные вопросы были чистой формальностью.

— У меня всё, — грубовато подытожил Плоскозуб, откинувшись на спинку кресла. — Коллеги?

Гоблины обменялись молчаливыми взглядами. Флёр уже морально готовилась к тому, что комиссия вежливо выставит её за дверь, чтобы позже объявить о решении.

— Флёр, дочь Аполлин из клана Делакур, — голубые глаза вейлы широко раскрылись. Так официально к ней не обращались с тех пор, как она сопровождала отца и мать в поездке в Трансильванию. — Хоть это и не относится напрямую к нашему собеседованию, я обязан спросить: как относится к работе в Гринготтсе твой Наречëнный?