О пожирателях (джен)

Когда его выбросило из воронки трансгрессии, Корбан Яксли успел заметить дом, в котором с удивлением для себя узнал родовое гнездо Древнейшего и Благороднейшего семейства Блэк, хотя отец в кругу близких, разумеется, называл это место намного проще: вертеп спятившей семейки. Правда, с самими Блэками был до тошноты вежлив.

Приземлившись, Пожиратель вынужденно выпустил ногу Уизли — только представитель этой семейки был настолько рыжим и тупым, чтобы хвостиком потащиться за Поттером в Министерство, где правил Повелитель — и попытался удержать равновесие. Не вышло. Начальник Отдела обеспечения магического правопорядка споткнулся о собственный ботинок и упал, ударившись головой и потеряв сознание.

Он не слышал хлопка трансгрессии. Его сознание покинуло своего хозяина.

* * *

Когда Яксли очнулся, уже вечерело. С трудом поднявшись на ноги, он осмотрелся. Нет, зрение его не обмануло: действительно, крыльцо дома Блэков. Того самого, адрес которого никак не могла вспомнить Беллатриса, что очень её раздражало. Выходит, здесь прятались соратники Дамблдора и здесь они скрывали мальчишку.

«А может, он и сейчас здесь?» — подумал Корбан, хотя и понимал, что шанс на это ничтожно мал: мальчишка глуп, но не совсем же бездумен, чтобы оставаться в засвеченном убежище. Однако проверить стоило.

Он сделал несколько шагов, распахнул входную дверь. Внутри не было никого. Шаг, второй, третий. В конце коридора собирается пыль, формируя фигуру Дамблдора, тут же напавшую на Пожирателя смерти, напугав его до заикания.

Яксли не понял, как отбился от директора Хогвартса, пугающего всех слуг Тёмного Лорда, кроме сумасшедшей Беллы, даже после своей гибели. Вот пыльный призрак атакует его, а вот — его нет.

«Ловушка, — проносится в голове мага. — Нет, просто обманка. Надо быть осторожным и проверить, нет ли здесь ещё чего-то подобного».

Он хотел пойти вперёд, но трясущиеся ноги его не слушались. Совсем. Он боялся. Страшился. Ужасался, как малое дитя. Вдруг это призрак Альбуса? Притаился и ждёт, когда незваный гость пройдёт внутрь, чтобы напасть снова? Конечно, сами призраки физического вреда не нанесут, но, когда дело касается Дамблдора, ни в чём нельзя быть уверенным.

Корбан внушал себе, что осматривает коридор на предмет ловушек и потайных ходов, в которых мог прятаться Поттер с друзьями, и даже водил из стороны в сторону палочкой. Но сколько он ни разглядывал потемневшие от времени, заросшие пылью и паутиной обои, подставку для зонтов в форме лапы тролля, пустую тумбу, закрытую дверь, на которой внимательные глаза уже различали налёт грязи и мелкие трещины, ничего не находил.

Сколько так прошло минут, Яксли не знал. Но постепенно самообладание к нему вернулось, и осмотр стал не мнимым, а реальным. Подсвечивая себе путь заклинанием Люмос, он прошёл внутрь и осмотрел каждый миллиметр стены. Прошёл на кухню, затем в гостиную. Ни следа Поттера, рыжего предателя крови или грязнокровки. Но оставались ещё верхние этажи.

Идти туда Пожиратель не хотел: он не знал расположения комнат. Когда семья Яксли приходила сюда в гости, наверх, в жилую часть дома их не пускали. Мальчишка с дружками мог устроить засаду, вызвать помощь или сбежать. Проще было бы вызвать подкрепление, но стать посмешищем, прослыть трусом мужчина хотел ещё меньше. Кроме того, зов услышал бы и хозяин, а если он придёт и не получит Гарри Поттера, его слуге не жить.

* * *

Ступени громко скрипели, заслужив от мага поток тихих ругательств. Работник Министерства успел тысячу раз пожалеть о том, что вошёл в этот дом, а не поселил бригаду егерей: тех было много и не жалко.

— Кто здесь? — раздался голос, который Яксли предпочёл бы никогда не услышать.

С портрета на него смотрела давно покойная Вальпурга Блэк.

— Малыш Корбан? — удивилась женщина. — Что ты здесь делаешь?

Пожиратель смерти поморщился. Это прозвище напомнило ему его не самое счастливое детство, когда он, отличаясь малым ростом, становился предметом насмешек сверстников. Особенно нелепо оно звучало сейчас, когда он был высоким и коренастым.

— Я уже давно не малыш, леди Блэк!

— А смотришь на меня снизу вверх! — парировала женщина. — И всё же, что ты здесь забыл?

— Ищу Поттера. И его дружков.

Портрет поджал губы и смерил гостя презрительным взглядом.

— Что вы все словно помешались на этом мальчишке? Носитесь с ним, будто он из золота! А меня, старую, все забыли. Никто не приходил! Никто не помог...

— Так зачем? У вас есть домовик.

— И что с того? Он заменит мне старых друзей? Перескажет мне новые сплетни? Утешит? Может быть, подарит что-то, что согреет сердце, или вспомнит со мной детство? Или поругается, как с родичем, другом или просто человеком? Эх, вот когда здесь шлялись прихвостни Дамблдора или тот же Поттер, мы хотя бы собачились. Да и наблюдать за этой троицей интересно. Они знают, как меня повеселить. Не то, что вы! Только и знаете, что перед лордом своим ползать и ноги ему, как собаки хозяину, вылизывать. А может, и что повыше.

— Говори да не заговаривайся, карга! — заорал чародей скорее рефлекторно, чем из желания заступиться за господина. — Тёмный Лорд отныне повелитель Британии.

— А вы при нём слуги, — старушка подбоченилась. — Что делаешь ты, малыш Корбан? Прибираешь за ним в афедроне? Или моешь посуду?

Мужчина рассвирепел. Эти слова задели его. Он, Корбан Яксли, член списка священных семей, а эта нарисованная кошёлка зовёт его прислугой.

— Я — глава Отдела обеспечения правопорядка!

Стены дома сотряс дикий смех. Вальпурга схватилась за живот и согнулась.

— И сколько ты заплатил за то, чтобы туда попасть? Ты же даже считать научился только на четвёртом курсе! Видимо, в этом отделе всё совсем плохо. И как Альбус Дамблдор допустил такое?

— Это не важно, он всё равно мёртв.

В нарисованных глазах магу почудился блеск интереса.

— Кикимер! — позвала она. — Усади гостя на стул! Он принёс мне новости, и нас ждёт долгий разговор!

Яксли хотел возразить, но эльф перенёс его в гостиную, накрепко привязал к табурету и исчез.

Явившаяся на пустой холст Вальпурга уставилась на него.

— Рассказывай. По порядку, и не упусти ни одной детали.

* * *

Метка звала его не раз и не два, но проклятый домовик не выпускал пленника, не давая ему сбежать. Корбан был вынужден рассказать портрету все сплетни за последние десять лет, включая те, о которых сам только слышал, не упуская ни единой детали. В перерывах он говорил с ней, описывая свою жизнь и выслушивая её жалобы. Его кормил послушный воле хозяйки домовик, которому ради этого пришлось идти работать на кухне Хогвартса. Чары трансгрессии были заблокированы, палочка мага отобрана.

Яксли был выпущен, лишь когда Вальбурге Блэк надоело его общество. Переместившись к Лорду в особняк Малфоев, он не был казнён лишь потому, что все куда-то собрались.

Лишь краем глаза он увидел дату: второе мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года.