Сказки 2 (джен)

Сразу хочу предупредить, что работа эта написалась, потому что написалась. В целом, ничего серьёзного.

* * *

Знаете, оказывается в Небесной канцелярии тоже бывают накладки, из-за которых случается... бардак. В смысле беспорядок. А не то, о чём обычно думается когда слышишь это слово. Но, самое прискорбное, при этом, что... когда лес рубят, щепки летят. А заключается это в том, что в это оказываются втянуты души простых «свежеумерших» людей. Ну, если можно так выразиться. Которые, по идее, не должны иметь к этим делам никакого отношения. И я тому пример.

В общем, прожил я свою жизнь и, хочу заметить, что в общем и целом я был доволен её итогами. Но, речь пойдёт не об этом, а о том, что после получилось. Хотя, конечно, сначала всё было так, как рассказывали очевидцы, пережившие клиническую смерть, но были реанимированы. В общем, когда закончилось моё земное время, то душа моя поднялась над телом и её куда-то потянуло. Потом был длинный, длинный, длинный туннель по которому мы летели. Ну, оно и понятно, что много таких я там было, ведь умер-то в этот самый момент не я один. И когда мы, наконец, долетели до выхода, то часть из нас выбросило в... коридор. И рассадило каждого на свой стул.

Сразу стало понятно, что это длиннющая очередь. Впрочем, двигалась она довольно быстро. Сидящий ближе всего к кабинету, куда нам всем предстояло затем войти, менялся каждые пять секунд. А стулья автоматически передвигались к двери. Получился эдакий своеобразный конвейер.

«Да уж, — мелькнула у меня мысль, когда я освоился в этом коридоре и разглядел что тут творится. — Похоже бюрократия и сюда добралась. И ещё, скорее всего, время в коридоре и кабинете, движется с разной скоростью. Ну, не может так быть, чтобы на каждого тратилось всего пять секунд».

В общем, где-то через час, я оказался в кабинете. Представлял он из себя эдакую... смесь современного офиса с канцелярией семидесятых годов. На столе стоял монитор компьютера, а ещё лежали планшет и смартфон. Но, в то же время, вдоль стен располагались бесконечные ряды полок с картонными папками и стоял ящик с картотекой. А одна из папок с чьим-то личным делом, скорее всего моим, лежала на столе. А сидевший за столом мужик как раз её перелистывал и... хмурился.

Ну, а дальше начались непонятки. Выскочил он из-за стола, подскочил ко мне и начал орать. Размахивая при этом кулаками.

« Да сколько же можно?! — кричал он. — Да когда же это прекратится?! Когда ты уже головой думать начнёшь, а не только в неё есть? Тринадцать раз! Грёбаных тринадцать раз я встречаю тебя с момента твоего рождения! Ты что, хочешь чтобы меня из-за тебя уволили?!»

Я, сначала, опешил конечно, но потом собрался и мы с мужиком немного попихались. Я, при этом, его спрашивал какого чёрта происходит? Какой нафиг тринадцатый раз? И за кого он меня вообще принимает? Так бы оно и продолжалось ещё некоторое время, наверное, и дело могло бы даже закончиться мордобитием, но тут зазвонил смартфон и мужик вынужден был прерваться.

«Да! — рявкнул он отвечая на звонок. — Что?! Нет, ну что за нафиг-то такой? Да. Вот он передо мной сидит. А ведь сколько раз говорил начальству определитель на входе поставить, а они мне отвечали что денег нет. Ага, я тоже так считаю, что какие нахрен деньги в загробном-то мире? Чего делать будем? Ну... — мужик вдруг задумался. — Слушай, у меня тут идея появилась, давай я с парнем быстренько побеседую и перезвоню тебе».

Мужик отключил смартфон, положил его на стол и уставился в новую папку, пришедшую ему по пневмопочте. Он полистал её, и затем уставился на меня, потирая подбородок. Видно было, что он о чём-то напряжённо раздумывает и прикидывает, как ему поступить.

— Хм-м, — начал он, приняв наконец решение, — во-первых, я приношу свои извинения. Как ты, наверное, уже понял, произошла накладка. Мы, конечно, разберёмся, кто тут вздумал шутки шутить и уверяю тебя, что скоро ему станет совсем не до смеха. В общем, поменяли вас, ваши внешности где-то там, в туннеле, пока вы сюда летели. И тебя отправили ко мне, а моего клиента к твоему... э-э-э... менеджеру. Только не учли, что у него определитель недавно поставили и он сразу понял, что к нему не того прислали.

Он на секунду прервался, заглянув ещё раз в папку и продолжил свою речь;

— Но, раз уж так получилось, то у меня есть к тебе предложение. Слушай, выручай, — сделал он «щенячьи» глаза, — а то меня уволят нахрен.

— Подожди, мужик, ты мне сначала обрисуй, в общих чертах, что ты мне предложить хочешь, — поднял я руки ладонями к нему. — А то ведь покупать кота в мешке... сам знаешь, чем подобное может закончиться.

В общем, мужик, он кстати, предложил называть его Жнецом, сделал мне предложение. Сначала, правда, он рассказал мне, что тот парень, про которого первоначально шла речь и за кого он меня принял, умер в тринадцатый раз. И, что Жнец никак не может понять, в чём тут дело.

— Нет, ну, как так-то?! — возмущался он. — Парень погибает тринадцатый раз. И всякий раз из-за собственной глупости. И, я не могу понять, то ли он сам дурак, то ли ему мозги настолько промыли, что он соображать перестал? Ну, ведь на одни и те же грабли наступает-то. И как, в таком случае, он сможет свою жизнь прожить и выполнить Судьбой предназначенное?

— Подожди, — прервал я его возмущение, — так ты что, хочешь чтобы я вместо него жизнь его прожил, что ли? Ну, в принципе предложение заманчивое. Но... А каково его предназначение? Явно же, что подвох какой-то имеется? Сам же знаешь, что бесплатный сыр только в мышеловке бывает.

— Знаю, конечно, — согласился Жнец и принялся вводить меня в курс дела.

В общем, после его рассказа я уставился на него в полном... даже не обалдении, а охренении. Самом настоящем. Потому что он предложил мне, ни много ни мало, заменить Гарри, мать его, Джеймса, ещё трижды мать его за ногу, Поттера. Поттера! Блин! Нет, так-то было заманчиво, конечно, но... Всё дело было в том, что любой здравомыслящий человек в моём мире мог бы совершенно точно описать его жизнь, всего двумя строчками из одной песенки.

«Я ухожу в разведку с мудаками,

Что б сдохнуть и спасти каких-то мудаков».

Группа Ундервуд. Песня «Разведка с мудаками».

Вот эти две строчки. И, кстати, тут невольно появляется желание добавить ещё одну строчку. Хоть и не в рифму. «Включая того, кого я вижу перед собой».

А это уже цитата из фильма была. Только немного переделанная. «Убрать перископ» он назывался. Это, если кто не понял, то я про Поттера.

А всё потому, что сам персонаж был... хм-м... ну, не из тех кто уважение вызывает. Нет, я при жизни тоже не был... э-э-э... идеалом для подражания. Но, Поттер это было... что-то с чем-то.

Знаете, не знаю как у кого, а у меня сложилось стойкое впечатление, когда Поттериану читал, что мадам наша Ро его искусственно оглупляла. Потому что Гаррик в свои одиннадцать был поумнее чем он же, но уже в семнадцать. Да, повторюсь, я, конечно, тоже в свои семнадцать не был образцом здравомыслия. Не зря же говорится, что кто не был молод, тот не был глуп, но, ведь не до такой же степени-то.

Простой пример. Операция «Семь Поттеров». В них там Авадами шмаляют, а Гарри Экспеллиармусом в ответ. А потом кричит, что он не убийца. И Жнец мне предлагает Поттером пожить. Ну, хрень же полная получится. Я ведь другую щёку-то подставлять не буду. Поэтому и спросил у Жнеца, после раздумий, как он себе это представляет. Ну, после того как в себя пришёл.

А ещё описываемое в Поттериане вызывало у меня... недоумение. В каком смысле? А вы вспомните выражение про то, как полковник Кольт людей уравнял. И если провести аналогию, то палочке, из которой убийственное заклинание вылетает, всё равно в чьих она руках. Одиннадцатилетнего пацана или столетнего деда. Как-то так.

Впрочем, это всё были общие рассуждения, так сказать. А прямо сейчас нужно было вопросы насущные решить. Поэтому спросил я у него, когда ко мне вернулась способность говорить:

— Слышишь дядя, а ты вообще понимаешь, что ты мне тут предлагаешь?

— Понимаю, конечно.

— А как по мне, то нихрена ты не понимаешь. Давай начнём с того, что в моём мире это литературно-киношный герой. И хрен бы с этим, это вопрос решаемый, но он же ещё и англичанин.

— И что? — уточнил Жнец.

— А то, что поговорка есть. Вот что, — попытался я ему объяснить. — Не слышал ни разу, что ли, как говорят, что русскому в радость, то немцу смерть? Мыслю-то я совсем не так как они. У меня и мировоззрение совсем другое. Да и язык я их подзабыл, точнее совсем нифига не помню.

На что Жнец только фыркнул. Мол, нашёл проблему.

— Ерунда какая, — заметил он, отмахнувшись от моих слов как от чего-то несущественного. — Язык мы тебе подгрузим и говорить ты на нём будешь как коренной англичанин.

— А как насчёт всяких там их шуток, приколов, идиом? Я же ведь не пойму ни разу, когда они шутят, а когда всерьёз. Или вот ещё что. Я-то, маскироваться под Гаррика и терпеть нападки от всяких Малфоев, Снэйпов и прочей мрази вроде Амбридж не буду. Не смогу просто, даже если захочу. Не настолько я хороший актёр. А уж Дурслеев-то я вообще «мехом наизнанку» выверну. Вот это я точно могу гарантировать. Да и рыжая семейка мне никогда не нравилась.

— Так тебе никто и не предлагает их всех терпеть и под них подстраиваться, — ухмыльнулся в ответ Жнец. — Можешь смело посылать их в ответ или, как ты выразился... «мехом наружу» выворачивать.

— Наизнанку, — поправил я его. — Ну, хорошо. А что насчёт магии? Я ведь, в душе не... э-э-э... понимаю как там они колдуют. Я же на волшебную палку буду смотреть как на...

— Это тоже не проблема, — пояснил Жнец. — Сделаем так, что колдовать ты будешь интуитивно. Просто пожелав. Правда без палки не получится, потому как, слишком уж плотность магии в этом мире низкая, так что без концентратора никак. То есть, никакой беспалочковой магии не будет. На это можешь не рассчитывать.

— А что насчёт всего остального? Всех этих хоркруксов-шморкруксов? Пиявки у Поттера в башке? Даров Смерти?

— Да ничего, — проинформировал меня Жнец. — Нету их. Хоркруксов я имею в виду. Нет, вообще-то они встречаются, конечно, но нельзя их создать больше одного. Так что, уничтожил его Гарри, на своём втором курсе. Я имею в виду дневник Тома Риддла. Это, кстати, был один из разов когда он в очередной раз погиб и нам пришлось его воскрешать. А ту самую пиявку о которой ты упомянул, мы извлекли ещё в самый первый раз. Он тогда ещё и в Хогвартсе даже не учился.

Тут я замолчал и задумался. Это что же получается? По всему выходит, что вся Поттериана это одна огромная мистификация. Кстати, такие мысли, что все эти чаши, медальоны и прочие перстеньки-перстенёчки, это всё обманки у меня ещё при прочтении Поттерианы мелькали. А ещё, было у меня предположение, что Волдик был не совсем нормальным ещё до того как хоркрукс сотворил. Видимо слишком длительное кровосмешение в родне его мамы оказало, таки, влияние на его мозги. Но, в то же время, выходило, что при всём его сумасшествии, соображалка у него всё-таки работала. Иногда.

Впрочем, бог с ним, с Волдиком. Как его завалить я себе, примерно, уже представлял. Особенно, если всё так как Жнец говорит. Меня вот что ещё заинтересовало:

— А что насчёт Даров Смерти? С ними-то чего делать?

— А как хочешь, — объяснил он. — Можешь собрать, а можешь и забить на это. На самом деле сказка это и никаких бонусов они не дают. Нет, ну ты сам-то подумай, ведь бред же. Собери все три Дара и станешь Хозяином Смерти. Как можно стать Хозяином того, на кого мы все работаем, тут в этой конторе?

— А палка бузинная? — уточнил я ещё. — Она как, действительно такая мощная?

— Ну, — задумался Жнец, — хитрая она штука, на самом деле. Так-то она помощнее, конечно. Но, с подвохом. Владение ею привыкание вызывает , а потом в когда владелец к ней слишком привыкнет, она возьмёт да владельца-то... и обломает. Тем ещё... мизантропом и социопатом создатель её был, вот и запрограммировал её таким вот образом. Шутничок... Блин!

После чего мы замолчали. Потому что, мне, например, нужно было подумать. Устаканить, так сказать, мысли.

— Слушай, — спросил я через некоторое время, — а вот, если отвлечься от основной темы нашего разговора, это же наверное всё не просто так? Ну, оживления эти. Тут же и реальность нужно как-то подправлять и ещё что-то делать. А ведь это же, наверное, затраты непредвиденные. И не только материальные, но и куча нервов. И с кого-то за это, за всё спрашивают.

— Вот, — Жнец даже обрадовался моим рассуждениям. — Ты меня понимаешь, в отличие от Поттера. Ну, так что, согласен? Тебе, кстати, нужно будет только до конца пятого курса продержаться, а там ты станешь волен сам принимать решения, невзирая на всяких там...

— Хм-м... — тут я задумался и вот такая мысль у меня появилась. — А если я, за оставшееся время, типа, резко поменяюсь и зарекомендую себя ставшим вдруг, ни с того, ни с сего, скандалистом, то меня тогда запросто отпустят. Ещё и ускорение придадут. Ну, в принципе, ты меня уговорил, но вот сейчас-то ты меня в какой момент времени вклинить собираешься? Сейчас-то, что там, в Поттериане, происходит?

— Турнир трёх волшебников, — ухмыльнулся Жнец. — И мы тебя, как ты говоришь, вклиним, как раз после окончания первого задания. А остальные бонусы, о чём я говорил, подгружаются тебе прямо сейчас. У нас ещё, — тут он глянул на часы, — минут десять осталось до окончания процедуры. Мы даже кофе попить успеем.

Он достал из шкафа пару кружек и наполнил их великолепнейшим кофе. Непонятно, кстати, было откуда он взялся в кружках, но я этим не стал интересоваться. Вместо этого я вспомнил вот ещё о чём.

— Слушай, Жнец, — спросил я сделав глоток кофе и отдав должное его качеству и вкусу, — а что насчёт домовиков?

— А что насчёт них? — ответил он вопросом на вопрос. — Всё с ними здорово. Ты, кстати, можешь привязать к себе... Этого, как его?

— Добби, — подсказал я.

— Точно. Добби. Только пока ты будешь в Хогвартсе договорись с главой их общины, чтобы они его оттуда не погнали и всё.

— Тогда скажи мне вот ещё что, — задал я ещё вопрос. — Если исходить из того что ты мне тут рассказал, то Волди сейчас скрывается в виде гомункула и дожидается третьего задания. Чтобы осуществить задуманное.

— Ну, да, — согласился Жнец. — Так что вали его. Смело. Можешь сразу, можешь конца Турнира подождать. На сей раз он уже точно передо мной появится. А то ишь ты, бегать он от меня вздумал.

— Ну, тогда у меня последний вопрос. А что будет с оригиналом. Я имею в виду настоящего Поттера?

— Да ничего. К родителям его отправим, пусть теперь они с ним мучаются.

После чего, Жнец посмотрел на меня, эдак по хитрому и сказал:

— Кстати, я тут придумал как тебя вклинить, что бы меньше вопросов к тебе возникло из-за резкой смены характера.

И поставил кружку на стол. Со стуком. И меня вдруг... потянуло, куда-то. Сначала к... порталу, наверное. Не знаю как его ещё назвать. После чего втянуло в него и я снова оказался в туннеле, сквозь который я добирался сюда. Только теперь я летел обратно. Наконец, я долетел до выхода, из которого меня вытолкнуло, как пробку из шампанского. Потом был краткий миг дезориентации после чего я осознал себя летящим на метле. Подмышкой у меня было золотое яйцо, кстати, не такое уж и лёгкое, за спиной ревела драконша, а впереди шумели трибуны.

И через секунду, после того как я себя осознал, у меня резко потемнело в глазах. Потому что меня чем-то долбануло по затылку. В итоге я полетел в одну сторону, яйцо в другую, а метла в третью.

«Вот ведь... грёбаный Жнец», — успел я ещё подумать прежде чем упасть на землю и окончательно потерять сознание.

В себя я пришёл через два дня. И первым человеком с кем я пообщался была, разумеется, мадам Помфри. Она-то мне и сообщила, что попал я сюда из-за хвостороги, которая очень разозлилась из-за украденного у неё из гнезда яйца и долбанула хвостом по камням. Да так сильно, что осколок одного из них попал мне по затылку. Так же она заметила, что продержит меня в санчасти до вечера. С чем я и согласился.

«Что?! — удивились мадам Помфри. — Вы согласны слушать и руководствоваться всеми моими предписаниями и рекомендациями?! Непохоже это на вас, мистер Поттер».

Ну, а я ответил что, мол, осознал я что если хочешь прожить подольше, то нужно руководствоваться советами медработников. Особенно во время лечения. Нет, ну а чего? Если уж изображать Поттера который резко изменился, то почему не начать я мадам Помфри?

А дальше я начал менять канон по своему усмотрению. Договорился с Добби и главным эльфом школы, что тот будет им помогать, но, в случае надобности, являться ко мне по первому требованию. Пригласил Гермиону на бал, прямо там, в санчасти, когда она пришла меня проведать, а Рона я решил начать троллить. Чем и занимался, почти до конца года.

Он когда вошёл, попозже чем Гермиона, я посмотрел на него... с интересом, а потом спросил у неё:

— Слушай, Гермиона, а то ещё кто такой?

— Э-э-э... как кто? — удивившись ответила Гермиона. — Это же Рон Уизли, твой друг.

— Хм-м... Что-то я такого не помню. Нет, Уизли я знаю. Близнецов, Джинни, их сестру, Персиваля. Но вот Рона среди них я что-то не помню.

— Да как же так, Гарри?! — воскликнул рыжий. — Ведь мы же с тобой...

— Да даже если мы с тобой чего-то там и... о-го-го... то я этого всё равно не помню. И кроме того, если мы друзья, то сейчас-то ты какого... нервничаешь и ёрзаешь, как будто бы накосячил? А, Рон? Давай-ка, колись... дружище.

В общем вынудил я его рассказать, что он мне позавидовал и не поверил, но, вот извинений я от него так и не услышал. Поэтому я ему сказал, что прежнего мира меж нами не будет. А будет перемирие. А там посмотрим. Нет, ну а чего? Держи друзей близко, а врагов ещё ближе.

И ещё, я, помня наставления Жнеца, начал превращаться в нечто неуправляемое. И стал отвечать магией на любой негатив в мой адрес. Так, Малфоя, Крэбба и Гойла, я, следуя примеру Барти Крауча-младшего, частенько превращал в хорька и двух бурундуков, а Снэйпа — в старую облезлую ворону. И никакие магические защиты не помогали. Ещё от меня доставалось Филчу. Ну, никак старик на контакт идти не хотел. Так что, я его превращал в кота. Такого же худого, старого и облезлого как его Миссис Норис.

С кем у меня сложился, так сказать, вооружённый нейтралитет, так это с Макгонагалл. На все её наезды, типа, вы мистер Поттер грубы и непочтительны со старшими, я интересовался, с каких это пор адекватная самозащита является грубостью и непочтительностью? И почему, спрашивается, я должен соблюдать вежливость с теми кто болтает про меня всякие гадости и пытается наколдовать в меня что-нибудь непотребное?

«Так что, — пояснял я ей, — я всего лишь отвечаю адекватно, на что имею полное право, как и любой ученик Хогвартса. В конце концов, почему им можно, а мне нельзя? Ведь я точно такой же маг как они».

И пригрозил ей поднять хай в «Ежедневном пророке», если она не уймётся. О том, что в Хогватсе чуть ли не в открытую происходит травля одного из учеников, а администрация и пальцем пошевелить не хочет чтобы её прекратить и, что я оказался просто вынужден взять свою защиту в свои собственные руки. Благо, знал я что Рита Скитер по школе рыскала в своей анимаформе в поисках «жареных» фактов.

И ещё я всячески демонстрировал, что на баллы мне плевать, а на отработки я просто не ходил.

Кстати, после бала превращениям стала регулярно подвергаться ещё и рыжая семейка. Потому что, Рон мне предъяву выставил. Дескать, чего это ты Гермиону пригласил, ведь ты же прекрасно знаешь что она мне нравится. В общем, слово за слово и Рон превратился в рыжую ласку. А вслед за ним и близнецы с Джинни, которые за него вступились и попробовали в меня гадостью какой-то колдануть. А всё потому, что мы с Гермионой держали в секрете, что на бал вместе пойдём. А то завистниц в школе было много. В общем, для рыжих это явилось сюрпризом, вот и нарвались они.

Бал, кстати, прошёл весьма и весьма... удовлетворительно. Давно я так не веселился. А потом пришло время второго задания и последствия моего подросткового бунта ощутили на себе ещё несколько человек. Нет, само-то задание я выполнил почти мгновенно. Всего-то за двенадцать минут и семнадцать секунд.

Тут, главное, было определить место, где деревня русалок находилась, ну там, на дне озера. И подлететь сверху к нему на метле. А дальше метла была зафиксирована в воздухе, а я, экипированный соответствующим образом, просто нырнул в воду. Там, благодаря дополнительному грузу, я быстренько опустился на дно, перерезал заранее приготовленным ножом водоросли, крепившие Гермиону к столбу и наколдовал вокруг нас большой воздушный пузырь. Так что, нас выбросило из воды, как всплывающую подлодку. И всё что нам осталось, так это сесть на метлу и вернуться на берег. В общем, проще пареной репы. Особенно если владеешь инсайдерской информацией.

А вот дальше я не понял, что за фигня такая произошла. С какого спрашивается перепуга мне в спасаемые хотели Рончика подсунуть? Я же с Гермионой на бал ходил. В общем, то ли канон своё слово сказал, то ли Дамби какие-то свои интриги крутить начал. Так что, выбесили они меня, когда примчались со мной разбираться. Вчетвером. Дамблдор, Каркаров, Бэгмен и Перси Уизли. Он как раз вместо Крауча-старшего сегодня судействовал.

Ну, и превратились они, соответственно каждый в своего зверя, птицу или насекомое. Каркарова я превратил в крысу, Дамблдора — в петуха, а Бэгмена и Уизли — в муху-журчалку и стрекозу. А самое смешное, что у Дамблдора птичьи инстинкты взыграли и он сразу же попытался склевать Уизли и Бэгмена. Так что, пришлось им срочно взлетать и искать укрытие. Благо что в палатке, куда они примчались кроме нас с Гермионой и их самих никого больше не было. А то ведь позора бы не обобрались. В общем, расколдовал я их потом и пригрозил что в следующий раз не буду столь благосклонен. А то ведь дури-то магической у меня дохрена, поэтому и трансфигурация моя очень долго держится.

Третий этап тоже прошёл без особых эксцессов. Разве что пришлось позаморачиваться. В общем, я подумал и решил, что для третьего этапа я использую страйкбольную амуницию. А оружие которым я решил воспользоваться было страйкбольным пистолетом марки «Глок». Так вот, заморочиться пришлось только с шариками, которыми он стреляет. Поэтому пришлось нам с Гемионой потрудиться, чтобы превратить их в кумулятивные миниснаряды. И было это отнюдь не легко, но мы справились.

Поясню, для тех кто не знает. Кумулятивный снаряд прожигает дыру в танковой броне, после чего создаёт внутри башни избыточное давление. А если учесть что голова или тело человека, животного или большого насекомого не обладает крепостью танковой брони, то представьте что произойдёт в таком случае? И первым, кто реально испытал на себе действие таких шариков, оказался гигантский акромантул в центре лабиринта. Он там, если помните в засаде сидел.

А чтобы к центру лабиринта попасть, я, откровенно говоря, читерство использовал, которое Добби-экспресс называется. В общем, я там оказался без всяких особых усилий, завалил акромантула и взяв невидимого Добби с собой схватился за кубок. Ну, а там, на кладбище было просто. Как только Петтигрю с Волдиком на руках появились, Добби их обездвижил, а я взял да и расстрелял. А потом он ещё отыскал и притащил откуда-то змеюку Волдика. Вот её-то действительно было жалко убивать. Ей-богу. Ведь жила же себе, никого не трогала, ни врагов особых не имела. Так нет же. Прокляли какие-то уроды и превратилась она в гадюку. Смертоносную и беспощадную, которой фиг чем поможешь.

Была, потом, ещё разборка с Краучем-младшим, который под Аластора Муди всё это время маскировался, но ничего там сложного не было. А когда всё закончилось, сел я и задумался. Дальше-то что делать? Про то, что на кладбище приключилось, я никому рассказывать не стал. А значит и у Дамби не будет поводов орать на каждом углу о возрождении Волди. Следовательно, лето пройдёт совсем по другому. Ну, должно во всяком случае. Если только Перси Уизли зло не затаит и не попробует на меня Фаджа натравить. За то, что я его, министерского работника в стрекозу превратил. И ключевыми словами тут были «Министерский работник».

Впрочем, это были повседневные задачи. Текучка, так сказать. Я имел в виду, после пятого курса чем мне заняться-то? Ну, можно годик, другой, третий попутешествовать. Яхту, например, построить себе и в кругосветку отправиться. А дальше-то чем заняться? Полётами на Луну? Совмещением магии и технологий? Разобраться в теории магии и сделать её... более научной, что ли? В общем, областей где можно найти себе применение, было много, и чтобы окончательно определиться времени у меня было навалом.

«Ну, будем тогда решать проблемы по мере их поступления, — решил я усаживаясь в Хогвартс-Экспресс. — А пока у меня впереди лето и встреча с моими «дорогими» родственничками. — Тут я ухмыльнулся. — А эта проблема, на данном этапе, перекрывает все остальные».