Там, где Путь стал вечностью (джен)

Руины Шиганшины.

Когда-то это был южный приграничный город у подножия Стены Мария — укреплённый район с воротами, ведущими во внешний мир. Здесь жили торговцы, семьи солдат; по утрам звенели кузницы, на площади шумел рынок, а дети играли у старого колодца.

— Он должен быть где-то тут! — взволнованно вскрикнула Ханджи, одной рукой подгоняя лошадь ударами поводьев, а другой удерживая карту с пометками.

Группа медленно волочилась за капитаном исследовательского отряда. Взор их скользил по развалинам — заброшенные дома, обгоревшие конструкции, остатки когда-то шумного города — всё это казалось застывшим во времени, словно сама смерть прошла здесь беспощадным маршем.

— Майор Ханджи, вы уверены в достоверности информации? — Моблит украдкой оглядел безжизненный пейзаж. — Это ведь всего лишь догадки… в нашей ситуации лишний риск ни к чему.

— Забудь, — раздался рядом грубоватый, раздражённый голос Леви. — Эта помешанная на гигантах маньячка не станет слушать никаких логических доводов.

Девушка лишь усмехнулась. По всей видимости, только она сохраняла бодрое настроение посреди этого выжженного мира.

— Итак, товарищи, — майор развернула лошадь и обернулась к отряду. — Я ставлю всё на эту вылазку. Мы вернёмся с тем, за чем пришли. — Ханджи резко сжала ладонь в кулак, кожа натянулась на костяшках. Она вскинула кулак к солнцу, а затем ударила им себе в грудь. — Никаких возражений. Вперёд!

Но вместо ожидаемых воодушевленных криков товарищей раздались лишь тихие вздохи. Участники вылазки двигались словно тени, а в их глазах отражалось сомнение.

— Ну, в общем… вы поняли, — майор замялась, видя абсолютное безразличие, а порой и скептицизм в глазах солдат. Она неловко опустила руку, с сочувствием окинув взглядом группу.

— Можете разбить небольшой лагерь.

Ханджи слегка подтолкнула лошадь ногой, чтобы та двинулась с места, но сзади раздался суровый голос, заставивший её остановиться.

— Эй, очкастая, ты куда собралась?

— Осмотрюсь, — коротко ответила она, не оборачиваясь.

— Я пойду с тобой, — упёрся Леви.

— Не нужно, — тихо сказала Ханджи, бросив короткий взгляд через плечо. — Большая группа только привлечёт титанов.

— Ладно, убедила, — произнёс он, слегка прищурившись. — Просто будь осторожна. И не рискуй без необходимости.

Майор закатила глаза, улыбнулась и покачала головой. Лошадь ударила копытами о землю и рванула вперёд.

В сердце поселилась гнетущая тревога, но разум подталкивал вперёд жаждой новых открытий. Решимость едва ощутимо теплилась в теле, не давая утонуть в отчаянии и побуждая двигаться вперёд. У неё лишь одна ночь, чтобы доказать, что вылазки исследовательского отряда — не бесцельная прогулка за стены.

Ханджи бродила по окрестностям уже около часа, но не обнаружила ни одной зацепки.

«Безнадежно… на что я только надеялась», — подумала она.

Майор устало провела рукой по лицу, почти болезненно натягивая кожу от раздражения. Тяжёлые ботинки ступили на траву. Она привязала лошадь к ближайшей балке, вздохнула и размяла окаменевшие мышцы спины, издав тихое кряхтение. Затем Ханджи опустилась на крупный булыжник — когда-то он был частью стен давно обрушившегося дома, от которого остались лишь камни и туманные воспоминания.

— Вот незадача, — майор развернула потертую карту. Она всмотрелась в предполагаемые координаты, но те в своей сути ни о чём не говорили. — Такими темпами до рассвета мы точно не успеем.

Ханджи откинулась назад, полностью лежа на прохладной каменной поверхности. Карта выскользнула из её рук и трепетала на ветру. Она снова потянулась, повернув голову вбок, плотно зажмурила глаза и тихо промурлыкала что-то невнятное. Медленно приподняв веки, она застыла, будто каменная статуя. Её взгляд вцепился в одну точку.

— Не может быть, — выдохнула майор. Голос дрожал от удивления.

Из-под завалов за ней наблюдали огромные глаза. Пустые, бездонные. Казалось, существо одновременно смотрит прямо на неё и вдаль, куда-то за пределы этого мира.

— Мама родная! Да это же… это…! — Ханджи завизжала от радости.

Подпрыгнув на ноги, учёная уже была готова бежать к лагерю. Благо, в этом лихорадочном приступе эйфории она вспоминает о привязанной лошади. Звонко ударив поводьями по шее животного, Ханджи заставляет его мчаться, как проклятого.

Зелёный сигнальный огонь вырывается в небо.

Слабый хлопок разносится над лагерем, разбитым среди руин старого города. Солдаты поднимают головы. Сумеречное небо рассекла изумрудная полоса — знак. Добрый знак. И пусть старшие бойцы остаются невозмутимы, в душах новобранцев рождается тихая, почти детская надежда. Значит, найденные в архиве записи были подлинными.

— Приготовить лошадей и снаряжение, — коротко приказывает Леви.

Юноши мгновенно приходят в движение: точные, отлаженные действия — без слов, без заминок. Настоящие солдаты.

Гнедая лошадь Ханджи мчится во весь опор, храпя и роняя клочья пара в холодный воздух. Хозяйка не щадит животное — сейчас нельзя иначе. Время уходит. Ночь — время сна не только для людей, но и для титанов. Учёная отмахивается от навязчивых мыслей и теорий, вспыхнувших где-то на краю сознания. Не время для размышлений. Всё нужно проверить на деле, когда наступит подходящий момент. Наконец, топот копыт донёсся до лагеря. Все взгляды устремились к майору, которая, едва переводя дыхание, выкрикнула:

— Нашла! Я его нашла!

Новобранцы стояли с открытыми ртами, глаза их широко раскрыты от изумления, опытные разведчики лишь напряжённо вздохнули, готовясь к худшему. Ханджи спрыгнула с коня и бросилась к отряду, стараясь как можно быстрее донести суть происходящего. В её глазах сверкал безумный блеск. Она схватила за плечи своего главного помощника в деле поимки титанов — Моблита — и слегка встряхнула, не в силах скрыть радость и возбуждение.

— Он лежит за той равниной, бедняжка, придавленный обломками здания. Ах, какая жалость! Нужно разгребать завалы, чтобы взглянуть поближе…

Когда Ханджи наконец отпустила его, Моблит тяжело выдохнул:

— Возможно, лучше бы он там и остался, — пробормотал он себе под нос.

Под чётким руководством капитана Леви всё самое необходимое было подготовлено заранее — повозка с ловушками и верёвками, блокноты и чернила, масляные лампы. Но собрать вещи — это полбеды: положил на место, и дело с концом. Гораздо сложнее организовать людей.

— Капитан, мне нравится ваш энтузиазм! — довольно хмыкнула Ханджи, глядя на уже запряжённых лошадей.

Он закатил глаза и тяжело вздохнул.

Костёр догорел. Разведчики оставили временный лагерь и выдвинулись навстречу гиганту.

— Майор, — раздался позади взволнованный мужской голос. — Изложите ситуацию подробнее, пожалуйста. Мы толком ничего не успели понять, как тут же вскарабкались на лошадей.

— Положение дел следующее, — глаза Ханджи засверкали; ничто уже не могло поколебать её дух. — Гигант лежит под развалинами старого здания. Будто его просто «припорошило» обломками. То есть… чисто технически, ничто не мешает ему двигаться.

После этих слов между рядами разведчиков повисло ощутимое напряжение.

— Но если верить записям, он неподвижен уже много лет… так ведь? — Ханджи нервно хихикнула, бросив взгляд на спутников.

В ответ — лишь настороженные взгляды исподлобья.

Ветер приносил запах сырой земли, гари и запёкшейся крови — следы давней трагедии, что опустошила территорию Стены Мария. Когда-то здесь кипела жизнь. С тех пор прошло много времени, люди успели привыкнуть к спокойствию за Стеной Роза, но оно казалось хрупким, как тонкий лёд под ногами.

Это была трагедия, произошедшая по вине титанов.

Ночь опустилась тихо. Прохлада пробирала до мурашек, а одежда вобрала в себя ледяную мглу этого места. В свете луны обломки выглядели призрачно, помнили боль, которой были свидетелями.

Отряд приближался без слов. Повозка остановилась. Майор и капитан обошли территорию. Титан лежал среди развалин, его тело сливалось с камнем и обломками, становясь частью ландшафта. Обрушившаяся черепичная крыша укрывала его, как одеяло.

Ханджи стояла чуть впереди. Несколько секунд она молчала, наблюдая за титаном, а потом, не оборачиваясь, тихо произнесла:

— Подайте мне, пожалуйста, копьё. И отойдите на безопасное расстояние.

Капитан бросил короткий взгляд на майора, Моблит без колебаний направился к повозке. Металл звякнул, когда он поднял оружие. Копьё перешло из рук в руки — от Моблита к Леви, от Леви к Ханджи.

Она сжала древко, подняла взгляд.

В лунном свете блеснули линзы её очков. Молодняк инстинктивно отступил назад, а Леви с Моблитом остались на страже неподалёку от Ханджи. Она, как всегда, первая бросается в самое пекло — без колебаний, с тем безумным блеском в глазах, который все хорошо знали.

Ханджи подошла ближе.

Наклонившись к узкой щели, из которой на мир смотрели неподвижные глаза, она осторожно протолкнула копьё рукоятью вперёд и несмело ткнула им в кожу титана. Ничего. Ни малейшего движения. Она повторила попытку — уже увереннее, с силой, размахнувшись так, будто пыталась пробить тишину вокруг. Удар пришёлся точно в глаз, но титан не дрогнул. Ни моргания, ни признака жизни. Только глухой звук удара о плоть и звенящая пустота в ответ.

— Невероятно… — едва слышно сорвалось с её губ.

Майор сделала шаг назад и, вспыхнув широкой улыбкой, обернулась к товарищам:

— Операцию по спасению титана объявляю начатой!

Отряд без промедления принялся за работу. Под чётким руководством опытных солдат дело шло быстро — на самом деле, разгребать было почти нечего. Поверх тела титана лежали лишь куски черепицы и прогнившие деревянные балки. Ветер шевелил мох, в котором за годы приютились насекомые, а густая зелень оплела обломки, будто сама природа пыталась спрятать это место от человеческих глаз.

— Раз, два… три! Поднимаем! — скомандовала Ханджи, используя копьё вместо рычага. Балка с глухим грохотом скатилась вниз по склону, и над отрядом пронёсся облегчённый вздох.

Капитан стоял чуть поодаль. Всегда настороже — как взрослый среди детей, играющих в песочнице.

«Имбецилы из гарнизона. Если заметили неподвижного громилу, так лучше бы потратили силы, чтобы добить его, а не бумагу на отчёты. Или что — раз не мешает, можно пожать плечами и закрыть глаза? Смешно. Впрочем, в их духе, как показала трагедия 845 года»

С годами Леви всё чётче ощущал — за внешним хаосом скрывается выверенный порядок, слишком точный, чтобы быть случайностью. Кривая смертности — не просто цифры. Солдаты, гражданские, офицеры… уходили те, кто мешал, кто слишком много знал. Он задумывался об этом не раз. Разведкорпус шептал — но только между своими, и даже тогда — вполголоса. Никто не решался сказать вслух то, что понимали все — между монархией, церковью и чудовищами, пожирающими людей, существует связь. Но пока нет убедительных доводов — нечего и болтать попусту.

Позади раздался звон черепицы и треск. Леви резко обернулся. Мысли, от которых кровь закипала в жилах, рассыпались, словно пыль.

Всё вокруг стихло.

Воздух сгустился. У Ханджи перехватило дыхание — веки дрогнули, глаза расширились. Грудная клетка майора застыла, застряв между вдохом и выдохом. Перед ними лежало нечто, не вписывающееся ни в одно известное описание. В отличие от прочих чистых титанов — тех безобразных, исковерканных созданий, что будто сами отвергли гармонию, этот был прекрасен.

Когда отряд сдвинул черепичную крышу, обломки осыпались мягким звуком, им открылась верхняя часть тела гиганта. Белоснежные волосы — спутанные, как клубки света, — обрамляли неподвижное лицо. Под тонкими, почти прозрачными ресницами виднелись светло-серые, затуманенные глаза. Бледная кожа местами просвечивала, и под ней, словно под тонким льдом, проступали голубые жилки и тёмные капилляры. Линии тела были мягкими, хрупкими, пугающе человеческими. Силуэт напоминал женскую фигуру — печально прекрасную, безжизненную, как статуя, забытая богами. Ростом он был не выше десяти метров. Определить точнее было сложно — нижняя часть тела почти вдавилась в землю, а грунт под ним просел от времени и тяжести, образовав неглубокую воронку.

— Она просто волшебная! — Ханджи едва сдерживала восторг, протягивая руки к чудовищу, мирно спящему в своём земляном ложе. — Какая красивая девочка! Просто прелесть!

— Майор Ханджи! — Моблит вовремя перехватил напарницу за шиворот, не давая ей свалиться прямо в пасть титану.

Вся команда безмолвно наблюдала за сценой. Даже самые стойкие бойцы не могли отрицать — находка поражала. Но вместе с восхищением в их глазах читалась настороженность. Такое нетипичное поведение вызывало куда больше опасений, чем титан, несущийся на тебя с раскрытой пастью.

Одержимую Ханджи удалось оттащить всего на полметра, но отступать она даже не думала.

— Мы обязаны доставить её в Трост для проведения опытов! Это о-о-очень ценный экземпляр! — быстро протараторила она, едва не вырываясь из рук Моблита.

Леви стоял рядом, скрестив руки на груди.

— Ты ещё скажи, что собираешься уложить её у себя в лаборатории и петь колыбельные.

— А почему бы и нет? — Ханджи резко повернулась к нему, в глазах горел неподдельный восторг, граничащий с одержимостью. — Ты только посмотри на неё! Такая структура кожи, форма лица, пропорции тела… это настоящая находка, Леви!

Капитан вздохнул и отвёл взгляд.

— Находка, говоришь… до тех пор, пока она не откусывает тебе голову.

— С таким подходом наука не двинется вперёд, — обиженно буркнула Ханджи.

В самом конце послышались взволнованные голоса юных солдат — тех, кого взяли на исследовательскую миссию ради учебной практики.

— Что? Мы потащим титана в Трост?

— Я думал, разбив лагерь за стенами, исследовательский отряд будет проводить опыты прямо здесь…

— Что за сопли? Вы же солдаты, в конце концов! А коленки дрожат, будто у школьницы! — высокий, крепко сложенный юноша с укором покосился на тревожно переглядывающихся товарищей.

Он решительно шагнул вперёд.

— Майор, только прикажите — и у нас не останется выбора, кроме как исполнить долг! — отчеканил Райнер Браун.

Ханджи слегка ухмыльнулась, такой настрой ей был по душе.

— Что ж, закатывайте рукава, ребятки! Я не намерена отступать.

Отряд пыхтел, разгребая оставшиеся завалы, а Ханджи в это время отметила про себя ещё одну интересную деталь: этот титан будто пытался спрятаться. Она едва сдержала дрожащую улыбку.

— Какая прелесть...

Леви поёжился от слов майора, с отвращением окинув фигуру громадины.

Моблит, один из самых надёжных людей разведкорпуса, тащил вместе с новобранцами сеть из плотных верёвок. Каждое движение давалось с трудом — ветви и обломки под ногами хрустели, напоминая о шаткости ситуации.

— Капитан, ловушка готова.

— Накидывайте на морду этого чудища, — скомандовал Леви, не отрывая настороженного взгляда от гиганта.

— Эй, где же ваши манеры, джентльмены? — возмутилась майор с трепетным волнением.

Руки и ноги титана были надёжно стянуты плотным плетением верёвок. Райнер — тот самый юноша, что ещё недавно пытался держаться храбро, — затягивал последний узел на запястьях чудовища. Оперевшись ногой о неподвижное тело, он тянул верёвку изо всех сил, чуть перегибаясь вперёд, будто хотел отдавить руки созданию. На лице его проступил оскал — не то злость, не то страх, замаскированный под решимость.

И вдруг он заметил: зрачки титана повернулись прямо на него. Рубашка мгновенно прилипла к спине, по коже пробежал ледяной холодок. Райнер поджал губы в тонкую линию и поспешно отступил, мастерски скрывая охватившее его беспокойство.

«Что это за тварь…» — мелькнуло в голове. Он провёл ладонью по влажному лбу, к затылку, взъерошив волосы. Даже ладони вспотели. — «С виду — ничтожество. Но это не чистый титан. Значит, должен быть уничтожен. Без вариантов»

Из размышлений Райнера вывел Бертольд, сверлящий взглядом его затылок. Через мгновение, когда их глаза встретились, друг подошёл ближе и положил руку ему на плечо. Они обменялись взглядами — в этом жесте было сказано больше, чем в любых словах — и разошлись, каждый к своему делу.