Перевёртыш (гет)

— Прошу, помогите! — кричала Незуко Камадо, пытаясь сдержать одержимого нечестью брата.

Перед глазами проносилась вся жизнь. Как она — хрупкая девушка — может так долго удерживать невероятно сильного юношу?

— Танджиро, прошу, — едва слышно прошептала она. Из глаз парня потекли слезы, они скатились по его впалым щекам и упали на прекрасное личико Недзуко, обжигая его. — Борись! Ты сможешь, я верю!

Подул ледяной ветер, но он вскоре стих, как и Танджиро. Он попросту исчез. Девушка огляделась и увидела мужчину с фиолетовыми волосами, готовившегося нанести удар брату. Адреналин зашкаливал, сердце бешено билось, а Незуко схватила топор и ринулась на убийцу. Капли крови упали на снег, тем самым загрязняя его. Камадо моментально схватилась за порезанную щеку.

— М-да, с таким болевым порогом тебе истребителем точно не стать, — ехидно усмехнулся незнакомец. — А удар топором, к слову, был не таким уж и плохим.

— Отпусти его! — взревела Незуко и побежала на мужчину с кулаками.

Тот спокойно оттолкнул её в сугроб. Но даже такой силы хватило, чтобы надломить девушку, которая тащила брата на своём горбу.

— Прежде чем я обезглавлю его, ответь, почему ты его защищаешь?

— Он мой брат! Я знаю, будь я на его месте, он бы защищал меня до потери пульса!

— Дорогая, ты вся трясёшься, — заметил мужчина и продолжил, — дай мне повод не убивать твоего брата.

Незуко притупилась. Какой ещё, к чёрту, повод? Разве родственных связей недостаточно?

— Он вправду хороший! Он не причинит зла никому!

— Я не спрашиваю "какой он", я ищу повод. Давай, у тебя ещё две попытки.

— Тогда… — начала задумчиво Незуко, поднимаясь из сугроба. — Твоё имя…

— Я не представился? Что же, к твоему вниманию, Гёкко Манаги — столп воды, а также первоклассный истребитель демонов.

Незуко воспользовалась моментом и подняла топор.

— Как скажешь, сражайся! — взревела девушка и сделала манёвр "летящего топора". Что было дальше, Незуко не видела, ибо мужчина лишил её сознания.

* * *

Незуко очнулась на снегу. Всё тело болело, хотелось верить, что всё, что было ранее, — жуткий сон. Но нет. Манаги нависал над беззащитной Незуко.

— Я вижу, что ты пришла в себя, так что слушай внимательно: ты сейчас идёшь искать какую-нибудь корзину, чтобы упаковать туда своего брата, или же он помрёт от солнца. И потащишь его в мой дом, там я сделаю из тебя умопомрачительного охотника на демонов! Уяснила?

— Д-да, — кивнула Камадо и побежала изо всех сил в старый дом, который напоминал о недавней трагедии.

* * *

— Это ваш дом? — поинтересовалась Незуко, при виде двухэтажной хижины.

— Да, а что ты так удивляешься? Или у вас в деревне богатых не было...

Мужчина покуксился, на что Незуко пожала плечами.

Входя в дом, на столпа налетели две девушки с полуоголёнными грудями. «Какая мерзость! Что бы так ходить, нужно быть сумасшедшим!» — подумала про себя Незуко и отвернулась.

— Мы ничего не трогали! — поклялась девушка с короткими волосами, концы которых были окрашены в рыжий.

— Узнаю, что одна из моих ваз пропала, — убью. А ты, — мужчина повернулся к Незуко, — иди в подвал и оставь там своего брата. И только попробуй задеть что-то из моих творений!

Камадо послушно спустилась в сырой и прохладный подвал, предварительно сняв корзинку с «ценным» грузом. Комната вмещала в себя стеллажи с вазами, картины на стенах и маленькую кроватку на невысоких ножках.

Вскоре с лестницы спустилась девушка с короткими волосами. В руках она держала золотистый поднос, на котором располагались графин с вином, стакан и приготовленный на пару лосось.

— Манаги-сама велел отнести это тебе, — спокойным голосом объявила девушка. — Он сказал, что ты — его ученица и теперь будешь жить с нами. Меня зовут Сусамару, а ты, вроде, Незуко Камадо, да?

— Да, всё так.

— Хочу тебя предупредить, Незуко, что Манаги-сама — человек с садистскими наклонностями, а так же, что у него очень странный вкус... Ему ну очень нравятся вазы, и не нравится, когда говорят, что они — всего лишь предмет без души... Лучше вообще избегай разговоров об этом. Ах, да, вот, поешь. Завтра тебя ждёт не простой день, уж поверь.

— Сусамару, ты жена Манаги-сана?

— Нет, что ты. Я со своей подругой Мукаго проживаем здесь за счёт Манаги-сама и позируем ему, когда на него находит вдохновение. Не более.

— И давно?

— Года три как. За всё время у него было множество учеников, но все они либо погибли на финальном отборе, либо бежали без оглядки.

Девушка несколько раз повертела головой, словно проверяя, не подслушивает ли их, а после наклонилась к Незуко:

— Говорят, что Гёкко разрезает демонов на несколько тысяч кусков и наслаждается этим.

Незуко бросила взгляд на корзину, в которой спал Танджиро.

— Интересно? — спросила с некой ухмылкой новая знакомая. Не дождавшись ответа, она продолжила, — Это всё от того, что в далёком детстве родители Манаги-сама были рыбаками, и однажды они отправились на рыбалку, но не вернулись из-за демона-сирены. С тех пор Манаги-сама поклялся, что не остановится ни перед чем, чтобы отомстить тому демону.

* * *

"Дорогой дневник, сегодня Манаги-сан начал обучать меня дыханию воды. Как и предупреждала Сусамару, Гёкко оказался крайне суровым тренером. Теперь на моём теле нет свободного места без синяков. Что касается Танджиро, то он погружен в сон. Наставник толком не объяснил зачем он нужен, но как ни странно, я ему доверяю."

"Сегодня я разбила вазу Гёкко. Думала, что он вспорет мне живот и придушит кишками, но он лишь наградил меня дополнительными тренировками. Танджиро всё так же находится в спячке."

"Уже завтра состоится Финальный отбор! Не могу унять волнение! Я готовилась к этому два года! Два, чёрт возьми, года! По этому поводу, Сусамару и Мукаго испекут различные сладости. Танджиро в последнее время ворочается и что-то мычит. Я очень боюсь за него."

Рука Незуко плавно вырисовывала иероглифы, в которых она рассказывала, как прошёл отбор, и как она мужественно побеждала демонов и познакомилась с Кайгаку. Танджиро то и дело заглядывал через плечо сестры в пожелтевшие страницы дневника, из-за чего появлялись кляксы.

— Незуко, солнце уже село, можете выходить, — послышался голос Гёкко.

— Да, секунду! — крикнула в ответ Камадо и принялась быстро дочиркивать страницы.

Вскоре, Незуко и Танджиро вошли в тясицу, где происходило чаепитие. Камадо понимала, что сегодня — последний день в доме Манаги.

* * *

Кайгаку и Незуко пообещали друг другу, что будут бороться спина к спине. Всё так и было — первая миссия, за ней вторая и так далее. Танджиро так же как и сестра пытался сражаться с другими демонами с помощью своего твёрдого лба и увеличенной физической силы.

— Нас направили на миссию в лес, — сообщил однажды Кайгаку. — Ворон сказал, что многие охотники не справляются. Ты готова?

Незуко одарила парня подзатыльником за "глупый" вопрос и побежала вслед за демоном.

Мрачный лес, из которого вылетали узорчатые бабочки, встречал героиню. На лапках насекомых была едва заметная пыльца из-за которой, как выяснилось, засыпали охотники. Бабочками управляла одна из демонов — Аой. Благодаря навыкам Кайгаку, Аой была быстро побеждена.

— Это всё? Странно, что никто не мог с ней справиться, — спросила Незуко, омывая свой клинок от крови в речке.

— Как ты посмела? — взвизгнул Чей-то писклявый голос. — Оскверняешь реку кровью одной из наших сестёр! Канаэ будет недовольна!

Незуко повернула голову, чтобы разглядеть источник звука. Это была девушка с огромными розовыми крыльями, одетая в розовое кимоно, и имеющая высокий хвост на правом боку.

— Нахо, Киё, Суми! Доказывайте, что вы не бесполезны! — приказала демон. С деревьев вылетели три девочки-бабочки. Они все были полностью идентичны, даже в выборе одежды — белое кимоно, в волосы заплетены зелёные ленты, розовые сандалии и голубые крылья.

Девочки хищно улыбнулись, обнажая тысячи мелких и острых зубов, которыми легко можно было размолоть человека.

— Ты берёшь на себя мелких, а я ту особу, — сказал Кайгаку и понёсся на бабочку. Та с не уходящей ухмылкой уворачевалась от ударов мечника, пока Незуко пыталась справиться со стайкой детей. Вскоре, демону в кимоно надоело уклоняться от ударов. Девушка подняла Кайгаку в воздух и отбросила его за километры от поляны.

Внезапно, корзина, в которой был Танджиро, зашевелилась. Из неё вышел мальчик, чуть выше демонов-бабочек. С каждой секундой он становился всё выше и выше, пока не достиг своего обычного роста.

— Это ещё что? — расстроенно пробормотала бабочка.

— Танджиро, уходи обратно в корзину! — велела Незуко, но брат её не послушал.

Он, недолго думая, обезглавил мелких и принялся нападать на демона постарше. Девушка встала в ступор, но быстро пришла в себя, когда до её шеи оставались считанные сантиметры. Она взмахнула огромными крыльями и поднялась в воздух вместе с Камадо-старшим.

— Вы родственники? — вопросила она и продолжила, — если да, то я вам даже завидую. Канаэ заботится лишь о Шинобу. Для чего им мы — недодемоны?

— Но ты ведь одиннадцатая низшая луна, — заметила Незуко.

— А толку? Для Канаэ мы с Аой всегда были пустым местом, которое она не хотела замечать. Но мне осталось совсем чуть-чуть, и я смогу стать такой же сильной, как и они! Они примут меня и…

Голова демона отлетела.

— Незуко, я тебя дыханию обучал, чтобы ты с демонами светские беседы вела? — разъярённо спросил Манаги, которого Незуко не видела больше полугода.

— Гёкко, смотри! Там ещё один демон. На вид он, конечно, слабак, — сказала девушка с длинными чёрными волосами, которые закрывали лицо. — Чур он мой!

— Накиме, нет. Сейчас ты меня выслушаешь, или станешь моим новым экспонатом.

— Гёкко, он демон…

— Слушай меня внимательно. Этот пацан превращён самим Убуяшики. Когда я увидел, что малой боролся с желанием убить сестру, я понял, что это тот самый…

— Гёкко, устав есть устав. Мы не можем подбирать случайных демонов и пытаться их очеловечить. По твоему, он сейчас соображает, что делает? — спросила Накиме и указала на Танджиро, из пасти которого стекала слюна, пока тот обнюхивал Незуко.

— Возьми этих же сестёр-бабочек. Канаэ и Шинобу заботятся друг о друге, но остаются кровожадными демонами.

— Не сравнивай, пожалуйста, высшие луны с обычными демонами.

— Гёкко, услышь меня! Этот демон сожрёт свою сестру, как только она потеряет бдительность! Демоны все одинаковы! А Шинобу и Канаэ всего лишь исключение.

— А как же пятые высшие луны?

— Хорошо, Гёкко. Предположим, что я верю тебе и им, но что будет, если об этом узнают остальные? Те же Аказа или Доума давно убили бы его, ещё и Незуко получила бы.

Повисло молчание. Незуко принялась запихивать брата в корзину.

— Я свяжусь с Кибуцуджи, — внезапно сказала Накиме. — Он обязан знать, что в рядах истребителей есть демон.

* * *

— Накиме, я искренне надеюсь, что ты решила пошутить насчёт демона, — сразу предупредила девушка-столп с длинными белыми волосами, завязанными лентами розового цвета.

— Мне бы самой хотелось в это верить, Даки, — со вздохом ответила охотница, — представляю вам охотницу по имени… Эм, как тебя, напомни.

— Незуко Камадо, — шепнула на ухо девушка.

— Да, Незуко Камадо, а в корзине сейчас сидит её брат, обращённый самим Убуяшики.

Высокомерие Даки тут же пропиталось сожалением и горечью. Она подошла к Незуко и крепко обняла её.

— Ты напоминаешь мне меня. Такая же красивая, смелая и преданная семье.

— Даки, ты ведь понимаешь, что она нарушила наш состав, — начал мужчина с чёрно-зелёными короткими волосами.

— Гютаро, будь я на её месте, то мне было бы плевать на устав! Семья гораздо важнее.

— Я полностью поддерживаю Даки, — сказал мужчина с татуировками на руках. — Нет ничего важнее семейных уз.

— Согласен, Аказа, — фальшиво улыбнулся мечник с белоснежными волосами.

— К чёрту ваши семейные узы, — прогоготал юноша с жезлом вместо меча. — Сколько жён у меня не было, все считают меня психом.

— Хантенгу, кто бы что не говорил, мы с тобой единственные здравомыслящие столпы.

— Всем доброго дня, — пожелал вошедший мужчина, аккуратно подстриженный и имеющий на лице множество шрамов.

Все столпы поклонились, а вместе с ними и Незуко.

— Накиме, Гёкко, вы просили созвать всех столпов на срочное совещание. Прошу, начинайте.

— Кибуцуджи-сама, однажды я…

Манаги начал пересказывать предыдущие годы. Кибуцуджи лишь кивал. Каждый из присутствующих внимательно слушал и не встревал в рассказ. Когда Гёкко окончил свою повесть, Мудзан попросил выйти столпа к нему под навес и взять корзину с Танджиро. Камадо-младшая с неохотой расталась с убежищем для братика.

— Выходи, Танджиро, — велел глава. Из корзинки покорно вышел демон. — А ты, Гёкко, порежь себе руку и проверь, нападёт ли этот "ручной" демон на тебя или нет.

Манага безоговорочно исполнил сказанное. Танджиро смотрел на кровь как зачарованный.

Накиме зажала рот Незуко рукой, ибо та пыталась кричать слова поддержки. Танджиро мельком глянул на сестру, а затем на окровавленную руку и отвернулся.

— Это прекрасно! — воскликнул Мудзан. — Семейные узы, огромная сила воли и…

— Глава! Вам нехорошо? — затрепетала Даки, как только Кибуцуджи попятился и потерял равновесие.

— Всё нормально, Даки, — заверил Мудзан. — Кто-то против того, чтобы Танджиро помогал истреблять демонов?

Руки Гютаро и Хантенгу взмыли вверх.

— Причина? — строго спросил Кибуцуджи.

— Демоны не могут работать в организации, истребляющей других демонов! — кинул Хантенгу.

— Будет исключением.

— Демоны не меняются! — возразил Гютаро, на что получил лишь неодобрительное хмыканье. — Попомните мои слова. Он нам не принесёт ничего хорошего.

— Это мы ещё посмотрим. А сейчас Незуко отправляется на тренировки в Райский культ.

— Райский культ? — удивилась Незуко.

— Танджиро, давай залазь обратно, — велел Доума. — Райский культ — моя секта, которая находится в моём же поместье. Там мы занимаемся реабилитацией охотников и улучшением их навыков в бою. В общем, узнаешь. Всем до свидания! — попращался Доума и взял корзину на плечи.

* * *

Дорога до поместья столпа заняла от силы минут двадцать. Сам дом был окружён чудесным садом, состоящим из разнообразных растений. Внутри он был довольно просторным. На первом этаже расположилась кухня и спальня хозяина. Второй этаж был оборудован для лечения и восстановления после битв с демонами, а также тренировок.

— Корзину оставь там, — столп указал на дальний угол, в котором находилась койка. — Давай-давай, я ещё хочу успеть тебя представить всем обитателям Райского культа и провести личную экскурсию.

Незуко потрясённо посмотрела на Доуму. Тот вновь ткнул пальцем в дальний угол. Камадо послушно поставила корзинку с братом в угол. Доума уже вышел из комнаты, как в дверном проёме показалась хрупкая девушка. Та удивлённо похлопала розовыми глазками и удалилась восвояси. "Ну и странная!" — подумала Незуко.

На кухне Камадо ждал Доума вместе с красавицей в зелёном кимоно. Стоило охотнице появиться в проёме, как Доума радостно воскликнул:

— Котоха, знакомься, это Незуко Камадо.

— Для меня большая честь познакомиться с таким светлым человеком, как ты, Незуко, — пропела своим мелодичным голосом Котоха. — Думаю, ты уже поняла, что меня зовут Котоха, но представлюсь ещё раз. Котоха Хашибира.

Девушка протянула свою бледную и слегка дрожащую руку для рукопожатия. Незуко приняла жест.

— Вот и славно, — всё с той же фальшью улыбнулся Доума.

Мимо Котохи прошли девочка семи лет и парень на вид чуть старше пятнадцати.

— Юна, не представишь ли нам гостя? — попросил Доума.

— Да, Хашибира-сан! Это Сабито Судзуки, он только что вернулся с задания и нуждается в нашей помощи! — пролепетала девочка, держа за руку юношу.

— Я рад приветствовать тебя, Сабито! Не расскажешь, какое у тебя дыхание, кто тебя учил? — с притворным интересом спросил Доума.

— Меня обучал бывший столп воды — Саконджи Урокодаки, — ответил Сабито.

— Ого, тогда, прошу познакомиться с этой юной леди. У вас одинаковые дыхания, но она обучалась у действующего столпа — Гёкко Манаги.

— Рад знакомству, — проговорил Сабито и схватил руку Незуко, чтобы поцеловать.

— Я… Незуко, — проговорила ошеломленная Камадо от нежного поцелуя.

— Сабито, как ты относишься к демонам? — внезапно задал вопрос хозяин культа. Сабито побледнел. Видимо, детство мальчика было тесно связано с воспоминаниями об ужасных существах. — Сабито, тут все свои.

— Ненавижу, — выдавил из себя он.

— Это хорошо, — удолитворённо сообщил Доума. Сердце Незуко сжалось. — Ах, милая, не волнуйся, твой братик — исключение!

Сабито удивлённо посмотрел на Незуко.

— Будьте душечками, пообщайтесь! — велел Доума, всё с той же притворной добротой.

Сабито и Незуко вышли в сад, где начался разговор. Судзуки внимательно слушал историю Незуко и её брата, попутно плетя венок из экзотических растений.

Под конец пересказа Сабито вручил венок и с довольной улыбкой погладил девушку по плечу.

— Незуко-тян! — послышался голос Кайгаку вдали. — Я уж думал, что мы разминулись! А это ещё что за чёрт?

— Сам ты чёрт, а это Сабито Судзуки. Он, как и я, владеет дыханием воды, а ещё его отправляют на более опасные миссии, чем нас с тобой, — с возмущением ответила Незуко.

* * *

Под предлогом улучшения гибкости, скорости и ловкости, Доума вместе с Котохой принялись сближать всех троих охотников — то девочку-служанку "с розовыми глазами" подошлют, которая, к слову, оказалась довольно милой и заботливой, то запрут их троих в кладовой «случайно».

Незуко прекрасно понимала, что делает Доума, но каков же его настоящий мотив, скрытый за лицемерно-сладкой улыбкой она не знала. Что бы это ни было, Незуко обязана в этом разобраться.

— Хашибира-сан, — обратилась девушка одним поздним вечером к столпу. — Можно задать вам один нескромный вопрос?

— Да, Незуко, задавай, — пожал плечами Доума.

— Почему вы всегда улыбаетесь?

— Разве очевидно, что моя улыбка — фальшь? — спросил Доума с лёгкой досадой. Незуко кивнула. — Знаешь ли, я с рождения не умею испытывать эмоции. Никаких. Даже если вспомню, как моя мать заколола отца кухонным ножом… Я буду лишь вспоминать противный запах крови, не более.

Незуко отшатнулась от мужчины.

— Не бойся меня, — со вздохом попросил Хашибира.

— Можно узнать, почему ваша мать совершила убийство?

— Он изменял ей с посетительницами культа Вечного Рая. Когда я родился, родители подумали, что я могу общаться с богами. Всё это из-за цвета глаз.

Камадо инстинктивно посмотрела прямо в цветные глаза столпа.

— Однажды, ко мне пришла милая Котоха с младенцем на руках. Я принял их к себе, и мы стали жить вместе. Вскоре я привязался к ней и её сыну. Им нравилось, когда я улыбался. Иноске… Он был славным ребёнком, но одна демоница убила его. Шинобу. С тех пор Котоха и я стали искать осиротевших из-за демонов детей и превращать их в охотников.

— Я и не думала, что…

— Ой, давай не будем об этом! — воскликнул Доума. — Лучше расскажи, как ваши успехи в тренировках? Как, нашла друзей?

— Оу, всё хорошо, — растерянно пробормотала Незуко, не ожидая такой быстрой смены темы. — Мы с Кайгаку нашли общий язык с Сабито. Вместе тренируемся, и у нас всё получается.

Доума отвернулся к окну, глядя на лунный сад. Тишина повисла в комнате, нарушаемая лишь тихим потрескиванием свечей. Незуко чувствовала себя неловко, не зная, что ещё сказать. Слишком откровенный разговор со столпом выбил её из колеи.

— Я рад слышать это, Незуко. Ты огромная молодец, что сумела найти союзников. А теперь, иди спать. Завтра тебя ждёт изнурительная тренировка.

* * *

— Незуко-тян, пора вставать, — разбудила не свет не заря "девушка с розовыми глазами".

— Встаю-встаю! Прости, я тут так давно, а имени твоего так и не знаю.

— М? Ничего страшного! Меня зовут Каранэ Сояма. Дочь столпа пламени! — с гордостью заявила девушка.

— Аказы Соямы? — тут же оживилась Незуко. — У него дочь есть?

— Даже жена. То есть, моя мама Коюки.

Незуко приоткрыла рот от удивления. Сама дочь столпа пламени будила её только что!

— Каранэ, а ты разве не пошла по стопам отца?

— А я тебе вот что отвечу: мой папа очень волнуется за меня и не позволяет вступать в ряды истребителей. Но я и не жалуюсь. Мне и тут хорошо.

Вскоре, вместо обещанной тренировки, в поместье Доумы прибыли столпы. Все суетились, что-то высказывали друг другу. Незуко наблюдала за ними издалека. Бедную Каранэ гоняли то на кухню, то в зал, то в сад.

— Подслушиваете? — устало спросила Каранэ, подходя к трём охотникам. Кайгаку кивнул. — Отлично, я с вами.

— Каранэ, ты знаешь, кем является четвёртая высшая луна? — спросила Незуко как можно тише.

— Кёджуро, огненный демон. Невероятно сильный! Он убил троих столпов за раз, представляете? — отозвалась девушка, и её глаза заблестели. — А чего?

— Столпы говорят, что Кёджуро охотится на людей где-то на станции, вместе с низшей луной десять, — ответил Сабито.

— Десятой? Это… — Каранэ задумалась, приподнося палец к подбородку. — Вроде бы Озаки. Демон, у которого очень гибкие конечности, и плюс она использует какие-то особые нити, чтобы контролировать чужие тела.

— Тихо! Они определяют, кого отправят на задание! — шикнул Кайгаку. Все присутствующие прижались к двери, пытаясь хоть что-то расслышать.

Дверь открылась, и подслушивающие свалились к ногам одного из столпов.

— Подслушивать нехорошо, — с улыбкой произнёс Доума.

— Каранэ, ты-то не позорься, — велел Аказа и потёр переносицу. Сояма-младшая встала с колен и отряхнулась.

— Каранэ, будь любезна, помоги Котохе разобрать чердак, — попросил Доума, выпроваживая служанку.

— Ребята, усаживайтесь, — пригласила за стол Даки Варабихиме, указывая на свободные стулья. Незуко покорно заняла место подле столпа, пока юноши переглядывались и пытались переговорить друг с другом взглядом.

— Сядьте уже! — взревел брат Даки.

Сабито и Кайгаку словно сжались в размерах после рыка Гютаро и поспешили занять свободные места.

— Итак, кто отправится на задание? — спустя длительную паузу спросил Манаги.

Тишина.

— Нам надо решить.

— Сколько уже погибло от его рук? — спросил Гютаро.

— Три столпа и около двухсот молодых охотников, — едва слышно ответила Накиме, судорожно обмахиваясь своим оружием-веером.

— Пойду я, — внезапно сказал отец Каранэ. В голосе Аказы преобладала решимость и твёрдость. — Если мы, столпы, боимся демона лишь из-за числа его убийств, то как мы будем сражаться с Убуяшики?

Незуко посмотрела на Сабито. Казалось, тот сиял ярче звёзд на небе, слушая Сояму.

— Как вы можете называть себя истребителями демонов, да и тем более столпами, когда боитесь выступить против демона, чуть сильнее вас? — продолжал свою пламенную речь Аказа. — Если вы все трусы, то я отправлюсь один, и клянусь, выстою!

Сояма поднялся из-за стола и направился к выходу. Незуко машинально схватила руку Сабито, но тот уже вскочил вслед за столпом. Кайгаку многозначительно кивнул Незуко и последовал за Сабито. Остальные ждали решения Незуко.

— Подождите! — вскрикнула она и побежала наверх, чтобы забрать корзинку с братом.

У выхода её ждали.